Двое, разделившие грех

      Похороны прошли без громких слов.       Небо над Конохой было чистым, спокойным - ни ветра, ни облаков. Будто самой природе потребовалось перевести дыхание после дня полного боли, ужаса и смерти.       Гроб Третьего Хокаге стоял перед мемориальным камнем, рядом с множеством других гробов. Он не был ярко украшен, не был обвешан украшениями. Он был простой, как и полагается шиноби. Белая ткань с символом Воли Огня была единственным ярким пятном среди тёмных одежд собравшихся.       Наруко стояла во четвёртом ряду. Это не слишком близко, но и не далеко. Впереди стояли джонины, старейшины, главы кланов, послы Дайме, родственники погибших. Чуть дальше были чунины, генины, ученики академии и простые жители.              Все по очереди подходили к телу Хокаге. Говорили о долге. О защите. О Воле Огня.       Наруко слушала, но больше её интересовали лица окружающих.       Кто-то держался прямо, будто каменный. Кто-то опустил голову. Кто-то сжимал кулаки так, будто хотел ударить саму землю. Некоторые тихо плакали.       Саске стоял рядом, чуть позади. Неподвижный, собранный. Он не смотрел на гроб, его взгляд был устремлён вперёд, в пустоту.       Когда гроб опустили, никто издал ни звука.       Для многих это было символом, что времена изменились. Что больше нет всесильного, и, казалось, бессмертного Хокаге, который обязательно поможет. Не обязательно делом, но хотя бы советом.

      ***

      Совет деревни собрался в тот же день.       Наруко туда не звали. И это было ожидаемо, Узумаки ещё не стала тем, чьё мнение обязательно нужно учитывать. Она сидела на крыше здания напротив башни Хокаге, свесив ноги вниз, и наблюдала, как один за другим внутрь заходят шиноби. Джонины, старейшины, главы кланов. Люди, чьи решения определят, какой станет Коноха дальше. — Они долго будут. — сказал Саске, появляясь рядом. — Пускай. — ответила она. — Меня не сильно интересуют их разговоры. — Ошибаешься, — сухо сказал он. — Как раз о тебе там точно будут говорить.       На это Наруко лишь усмехнулась. — Тогда хорошо, что меня там нет.       Прошёл час. Потом второй. Время шло медленно. Солнце начало клониться к закату, когда двери наконец открылись.       Джирайя вышел одним из последних. Лицо у него было уставшее, непривычно серьёзное. Он заметил их сразу. — Спускайтесь. — Сказал он. — Нам нужно поговорить.       Они спустились, после чего Джирайя повёл их внутрь резиденции, прямо в кабинет Хокаге. Джирайя прислонился к подоконнику, скрестив руки. — Приняли временное решение. — начал он. — Исполняющего обязанности выберут из старейшин. Но Конохе нужен Хокаге. — Есть кандидаты? — спросил Саске. — Есть, — кивнул саннин. — Но большинство либо слишком юны, либо беспечны. В итоге выбор пал на меня и... — Он сделал паузу. — Одну женщину... — Она согласится? — спросила Наруко.       Джирайя криво усмехнулся. — Нет. — Тогда зачем... — начал Саске. — Потому что она единственная, — перебил Джирайя. — Кто может занять это место и удержать Коноху. Я в этом плане гораздо хуже неё и, что не менее важно, идея сидеть на этом стуле 24 на 7 мне не очень нравится. — В момент упоминания объекта интерьера Саннин ткнул пальцем в стул Хокаге.       Он выпрямился и повернулся в сторону окна. — А вот найти и отыскать кого-то... В этом я мастер.       Саске посмотрел на него внимательно. — Один? — Нет.       Джирайя перевёл взгляд на Наруко. — Я беру её с собой. В комнате стало тише. — Что? — Резко сказал Саске. — Зачем? — Мне есть чему её ещё поучить. — Спокойно ответил Джирайя. — И потому что рядом со мной ей будет безопаснее.       Наруко не сразу ответила. Она смотрела в окно - на деревню, которая была её домом. — Это приказ? — наконец спросила она. — Нет, — сказал Джирайя. — Это предложение.       Он подошёл ближе. — Путь будет непростым. Возможно наше путешествие затянется. Но если Цунаде откажется, то Коноха останется без лидера. А если согласится... Она обязательно согласится, иначе просто быть не может.       Наруко выдохнула. — Сколько времени у нас есть? — Немного, — ответил он. — Обезглавленная деревня - лёгкая добыча.       Саске стиснул зубы. — Ты хочешь её увезти, когда деревня ещё не оправилась? — Именно поэтому, — жёстко сказал Джирайя. — Потому что здесь сейчас опаснее, чем в дороге. — Хорошо, — сказала она. — Я пойду.       Саске резко повернулся к ней. — Наруко... — Я вернусь, — твёрдо сказала она. — Но сейчас это правильный шаг.       Джирайя кивнул. — Тогда собирайся. Выходим на рассвете. Возьми с собой вещи первой необходимости, не стоит сильно нагружать себя.       За окном солнце окончательно село. Коноха вступала в ночь без Хокаге, израненная, но всё ещё живая и с надеждой на будущее. И для Наруко и Саске это был большой шаг во взрослую жизнь, хоть и не первый.       Но в это же время другой дуэт Намикадзе и Учихи был в семнадцати километрах от деревни. И совсем скоро семья встретиться...