Искра

Я была простой спичкой, что мирно валялась в своей картонной коробочке, но с его появлением я превратилась в гребанный лесной пожар. Я была наивной девочкой, которая не знала, что такое любовь, которая и вовсе «жизни не нюхала». Но когда появился он, я поняла, какого это ждать взаимности и молить всех богов о ней, какого это любить плохого парня. Наши отношения были похожи на заключении в одиночке: сначала куча мыслей, окутанных серой непроглядной пеленой тумана, которые мелькали из угла в угол и было не понятно за какую из них цепляться. Я пытала показать ему, что я чувствую, показать, что он не безразличен мне, а он… был как всегда холоден. Сначала я думала, что он непробиваемый Снежный король, который ничего не чувствует, но чем больше мы были знакомы, тем больше он таял в моих глазах, тем больше таяло моё сердце. Но со временем, «заключение в одиночке» освободило все мои мысли, я знала его лучше, чем себя, я хорошо знала, что чувствую к нему и уже умело это показывала. Мы прожили не один сезон вместе, и ссор было не меньше. У него — взрывной характер и большая гордость и власть. У меня — характер серой мышки, которая всем подчиняется и всем довольна. Но он воспитывал меня, воспитывал характер и силу духа, учил меня выживать в мире с постоянной угрозой жизни. Он стал главным человеком в моей жизни. Я знала, что он мне изменяет. Это были разные девушки, с разными параметрами, разными характерами и целями в жизни. Ему просто не хватало того, что могла дать я. Он называл меня хорошей хозяйкой и прекрасной девушкой, но во мне не хватало драйва, к которому он привык за все эти годы без меня. Я знала и мне было больно. Но я прощала, потому что без него было бы хуже, чем так. Он закалял мой характер, но позже извинялся и обещал, что это было не осознано, что она была последней. И я верила, просто потому что хотела. — Да я был первым мужчиной в твоей жизни. — кричал мужчина. — Да, был, но точно не последним. — Вот именно, что не последним. Ты ебалась со всеми моими друзьями. — Разве они друзья тебе, если трахали твою девушку. — Шлюха. — бросил Адиль. — Лучше бы я тебя не встречал, столько бы нервов сохранил. — Да, — согласилась девушка. — Лучше бы ты и дальше трахал своих шлюх, чем сделал меня такой. Из-за тебя я та, кого раньше ненавидела. — Благодаря мне, ты перестала быть жалкой. — Серьёзно, Адиль?! Может из-за твоих ебанных измен, счетчик которых уже обнулился раза три или из-за того, что ты перестал меня уважать и воспринимать, как человека?! — Да нормальная телка, никогда бы не прощала измен, дура. — Да я прощала, потому что, любила тебя, идиота, потому что, всё ещё люблю. — Ты прощала, потому что я давал тебя всё. Никакой любви. — Ты правда так думаешь? — Да любая другая уже бы выгнала меня с хаты с манатками, если бы я посмотрел на другую, а ты… Разве это любовь? — Я верила тебе, дураку. Верила, когда ты извинялся и обещал, что это последний раз. Я, блядь, верила, когда ты говорил, что любишь только меня, понимаешь? Или это тоже не любовь была? Мужчина промолчал. — Скажи мне, что не любил меня, блядь, Адиль, скажи и больше меня не увидишь. — Иди уже спать, завтра по трезвяку поговорим. — Нет, Адиль, просто ответь. — Да, блядь, я любил тебя. И мы снова мирились, всегда. Мы стали головной болью друг друга. Мы прощали друг другу то, что нельзя прощать.