Натурщик

Обуваясь, Антон вспоминает, что не погулял с Шанель. Мысленно матеря себя заходит в соц. сете, а затем открывает диалог с Сережей. Благо они еще в университете обменялись страницами в Вк, быстро начинает печатать сообщение Антон Шастун Я могу немного опоздать Пока он надевал на лису ошейник, его телефон издал звук оповещающий как сообщение.

Сергей Матвиенко А что так?

Антон Шастун Я забыл выгулять собаку Нет, Антон не ошибся в слове лиса, он написал так, чтобы не было много вопросов и объяснений. Это сейчас займет много времени.

Сергей Матвиенко Ну тащи ее сюда, вместе прогуляемся, мы все равно не надолго, наверное :)

Антон пишет простое «ок» и покидает дом. Идти ему было не особо далеко, по пути он следил чтобы Шанель не съела чего. Доходят они вполне себе быстро, за минут 20, видят на лавочке в парке Диму и Сережу, подходят к ним. — Ой, привет Антоша, а что это за порода собак такая? — Сережа вопросительно смотрит на лису, которая высунув язык, немного подвывает прося погладить. От такой картины сложно удержаться и не погладить это милое существо. — Это белая лисица, ее зовут Шанель, — спокойно отвечает Антон. — Почему тогда ты сказал, что собака? — уточняет Дима, присоединяясь к Матвиенко. Антон пожимает плечами, — Наверное, чтобы избежать объяснений, время то не было особо, торопился, — рассуждает он. — Логично, — признается Дима.

***

Так они проходили до девяти вечера, Антону вполне понравилось гулять с ними. Беседы шли обо всем: о прошлом (эту тему он старался переводить), о будущем, о настоящем, кому что нравиться, у кого как в личной жизни. Дима и Ева оказываются брат и сестра, только Ева старше на 2 года. Когда Антон задал вопрос, почему они оба пошли на художника-дизайнера, Дима ответил что у них все в семье идут по этой стопе, это типа их семейное кредо. Шастун слушал о их семьях с улыбкой, не то чтобы у него была плохая семья, нет. Просто отец его не понимал. Они не проводили время вместе, как отец и сын, они почти не разговаривали, только если его папа выпьет немного на празднике. Тогда Антон был рад, когда они спорили с Андреем, выясняя была ли у Петра первого любовница. Конечно Антон одержал победу, ведь спорить с ним в истории — бесполезно. Он подумывал пойти на археологию, но понял, что это так себе перспектива грести деньги. Дойдя до дома, он вытирает Шанель лапы и думает приготовить еды, чтобы мама не парилась. Для мамы Антон готов горы свернуть, да что там, вставать в пять утра и бежать печь самый вкусный завтрак и учиться на отлично, лишь бы она была рада. Для него мама — это показатель лучшего человека на земле. Именно поэтому он готовит ей кушать, вместо того чтобы отоспаться и приготовиться к парам. Он и не жалеет, когда видит как его мама, уставшая и вымотанная, благодарит сына и ест с наслаждением. — Как прошел день? — спрашивает Шастун, смотря как та накручивает спагетти на виску. — Ох, сегодня была конференция на разрешения нового проекта. Все сложно, но я уверена ты и так меня понял, — она озарила его улыбкой. Усталой, но искренней. И Антон почувствовал тепло под ребрами, которое рассеивалось по всему телу. Убрав тарелку со стола, при этом сразу помыв ее, он отправил маму спать, ведь время близилось к часу ночи. Сам же Антон не особо хотел спать, принялся наливать себе свой любимый кофе. Добавляет ванильный сироп, затем сахар, поливает молоком и корицей верхушку этой «смеси». Не то чтобы он любил сладкое в больших количествах, но иногда ему нравилось смешивать и создавать отдельные вкусы для самого себя, называя это перфомансом. Так же, Антон всегда любил смотреть на человека, мысленно подбирая ему аромат фруктов или ягод. Еве например очень пойдет запах клубники, вот смотришь на нее и видишь клубничку, такую вкусную, сладкую, но в тот же момент и слегка кислую. К другим он еще не присматривался, возможности не было, а сейчас лежит и думает: Лана — облепиха, она и по внешности подходит. Поз — черника, думаю этот запах прям его. Сережа — вот тут сложно, что-то между земляникой и зеленым яблоком… Почему он об этом думает, не знает. Вспоминает еще пару лиц одногруппников, думает уже над ними. Почему то в голове всплыл образ ярких глаз, всегда спокойных, но в тоже время находящихся начеку, готовых пробить током и язвительной болью. До этого Антон не представлял, что такое видеть человека по глазам, но сейчас делает вывод — этого человека не нужно близко подпускать, можно очень сильно пораниться.

***

Утром Шастун встает с божьей помощью, чуть ли не падая с кровати, спотыкаясь о порог, подмечая что с координацией сегодня явно не то. Разбудив мирно спящую Шанель, извиняется перед ней, целуя ту в носик. Накладывает ей покушать, сам же берет себе лишь питьевой йогурт, пока пьет его старается быстрей собрать все необходимое. Он даже успевает принять душ, после нацепляя на себя шмотки, шагая в прихожую. До первой пары остается минут 15-20, поэтому Антон вполне себе успевает. Петляя по коридорам, быстро шагая, ищет нужный кабинет, но встречает впереди куратора. — Арсений Сергеевич, помогите пожалуйста, — задыхаясь произносит Антон, чувствуя как сердце пытается восстановить ритм. — Что такое? — Арсений делает полный разворот, в сторону просящего мольбы Антона. — Я заблудился, где тут 103 кабинет? — с надеждой смотрит на преподавателя. — Ладно пошли, горе луковое, — чуть усмехается Попов, взглядом приглашая идти за ним. Они шли молча, понимая что каждый думает о своем, ну так посчитал Антон. А ведь и правда, голова Арсения была загружена другими заботами, например, что нужно будет готовить всякие ведомости, а скоро еще и конкурс, нужно все готовить. Ладно не первый год работаем, все проблемы решаемы, если есть помощники. А найти их довольно легко, просто предложить пару халявных оценок или помощь, в той или иной сфере. Естественно в рамках образования. -Вот он, 103, как просили, — улыбается учитель, своей привычной улыбкой, Антон называет ее «лайтовой». — Спасибо большое, буду должен! — последнею фразу он говорит чуть громче, когда уже забегает в аудиторию, а Арсений это, «будет должен», тут же запоминает, думая на что его потратит.

***

Как не странно, но у них есть пары где они не только рисуют, но и познаются письменным наукам, например как черчение, история искусства и дизайн. Немного и немало, есть возможность нормально отдохнуть, а не все время держать кисть в руках. Вообще Антон волновался, что все время рисуя, он устанет и оттуда тоже уйдет. Вообще он считал себя непостоянной личностью в увлечениях и хобби. Может и не только в них, до конца он еще себя сам не понял. Но уверен, что ему придется много лазить у себя в голове, чтобы понять что к чему, и какой у него смысл жить. Нет, Шастун конечно не суицидник, но и вполне здоровым в психическом плане себя не считает. И хорошо, что он это осознает, а то ему было бы еще сложнее. Но благо он понял, что не принимать себя таким, какой ты есть — это полная ерунда. К нему подсела Лана, а сзади них расположились Дима и Сережа. Начали подшучивать в шумок, про то что, Антон прям ловелас. — Привет, — полушёпотом поздоровалась девушка. — Привет, — отозвался Шастун, поворачивая к ней голову. Сегодня она заколола передние пряди, массивными розовыми заколками по обе стороны. Он успел даже подумать о том, что ей бы больше подошли оранжевые или горчичные. — У тебя не нашлось бы для меня листочка, а то я совсем торопилась и забыла тетрадь, — быстро моргая глазками, произносит она. Антон уже опытен и знает как выглядят девушки, когда пытаются подкатить или вобрать в плен своих чар. Именно поэтому он делает вид, что поддается. Улыбается и тянет ей листок. По ней можно было сказать, что отношения с ней можно построить долгие, да и вполне не скучные, но только в первое время. Через полгода таких отношений, им бы двоим было дико скучно друг от друга, но расставаться не будут готовы. А значит либо первые полгода — встречайся не хочу, а после бери волю в кулак и бросай сам. Либо же просто дружба. Он предпочитает выбрать второе, задумываясь, откуда он научился по виду определять тип людей. Все остальное время прошло тихо, они писали конспект по истории и готовились отдавать тетрадки на проверку. Ему понравилась Жанна Викторовна, она подходила к своему делу очень хорошо. Составляла интересные презентации, рассказывала древние истории и просто рассуждала с группой. Ходили слухи, что она довольно обеспеченная женщина, даже вполне не нуждается в работе, но работает тут на благо искусства и от большой любви к нему. Такие люди поражают, они несмотря на свое богатство заниматься тем, что им нравиться, тем на что учились, тем на что тратили все время и нервы. Антон тоже хотел бы быть уверенным, что рисование — это хобби на всю жизнь. Но ему также нравятся История, Археология, Литература, такие науки, которые открывают что-то столь светлое и привлекательное в чем-то старом и забытом. Или читать великие открытия и теории Стивена Хокинга, о черных дырах и начале вселенной. Эта тема неприкасаемая, не изученная, на ней можно строить только теории и недоказанные факты, но кто то же должен заниматься этим. Это безумно интересно, по крайней мере так считал Антон, изучать мир, его прошлое и настоящие, не забегая вперед. Понять как все начиналось, как зарождалась жизнь, как появились люди и откуда же взялись фамилии. Ну про фамилии Антон немного знает, знает что раньше их носили люди, которые показывали этим своё богатство, выделяя свой род этой «изюминкой», но откуда они брали эти слова? Придумывали сами себе? Сложно это точно, но интересно.

***

Услышав звонок, оповещающий об окончании пары. Антон грустно вздохнув, принялся собирать все в рюкзак. Пожелав Лана удачи не попасться курящий в туалете, он подождал Диму с Сережей. Они вроде как хотели походить и посмотреть дополнительные направления, а вот у Антона оно уже на этой паре. - Наверное я выберу живопись, а может и ничего не выберу. Тут же так можно? — спросил Сережа, разглядывая стенд с возможными направлениями. — Вроде да, — отвечает Антон, замечая на этих направлениях Историю искусства, думает что успеет к ней, если пойдет сейчас, — Я пойду наверное, а то пара скоро, — как-то скомкано произносит он. — А что у тебя щас? — вдруг подал голос Дима, уже разворачивающемся Антону. — Анатомия, — напоследок говорит он, уже следуя в сторону 103 кабинета. Стучится в дверь и тут же распахивает ее, — Простите, я бы хотел записаться на Историю, — чуть нервно. — Прости Антоша, но в этом году завал, ее закрыли. Так как очень мало кто записывался, — как-то грустно вздыхает Жанна Викторовна. И Антон ее понимает, это действительно грустно. Он закрывает за собой дверь, чувствуя как душа рвется от несправедливости, но он понимает, на дополнительные записываются чтобы прокачать свой скил. Но не как не познавать Историю. Слыша звонок, в этот раз на пару, шагает по коридору в 207-й. Заходит в аудиторию, занимает место перед мольбертом с настроенным на ним листом бумаги поверх холста. — Здравствуйте, вас сегодня только четверо? — задает вопрос Арсений Сергеевич, видя утвердительные кивки, продолжает, — Ну это даже лучше. Так, начнем пожалуй с самого строения тела. Все занятие они изучают данную тему. Антон старался, сделал зарисовки три, не так плохо как он думал, но все же для него самого, все еще плохо. Вот она проблема художника, постоянно видеть в своей работе все ошибки и считать ее плохой. У него на этот случай был проверенный вариант, каждый раз смотря на другие работы, считая их идеальными, он всматривался и находил много ошибок. Может они и маленькие, совсем невесомые, но это помогает смотреть и на свои работы иначе. Сделав окончательный эскиз сетки, (ее наносят для правильного построения тела) он готов показать свою работу. Когда Арсений проверяет его работу, указывая ему на ошибки. — Тут у тебя не сходятся в пропорциях. Ноги получаться длинее чем нужно, — в ответ лишь тихое «ага». Ему такое не нравиться, Антон выглядит каким-то подавленным что-ли, поэтому просит задержаться на пару минут после пары. — Вы что-то хотели? — спрашивает Антон. — Да, что-то случилось? — отвечает Арсений. — Нет, — вяло. — По-моему да, ты был в нормальном состояние перед парами, а сейчас нет. Поэтому вопрос: Что случилось? — преподаватель опирается боком о стол, скрещивая руки на груди. Его взгляд немного утратил то спокойствие, которое было всегда, сейчас же он издает некую…заинтересованность. Ему, как и любому куратору, не нужны были проблемы с учениками в начале года. — Да блин, я хотел записаться на дополнительную историю, но видите ли ее закрыли, потому что никто не ходит на нее, а мне блин грустно, ведь Жанна Викторовна такой хороший педагог, она старается и трепетно подходит к своим занятиям… — злиться, да так что выплевывает эти слова в плотную, не делает между ними пауз, просто говорит все безостановочно. У Арсения аж сердечко подпрыгивает от такой эмоциональности ученика. И он думает, что обязан исправить эту ситуацию. Обговорить ее с директором, попросит вернуть, все лишь бы Антона больше таким не видеть. Он и сам не понимает почему не хочет видеть его таким, почему его сердце захотело дать о себе знать, почему смотреть на него такого жалко. Это сработало как щелчок. Щелчок подобный матери, когда она видит своего заплаканного ребенка и готова сделать все, чтобы узнать и устранить причину его слез. — Хорошо, что-нибудь придумаю, не переживай, — и у Антону что-то щелкает в сердце, то ли неприятной болью, то ли наоборот, не понимает. Он смотрит в глаза напротив, небесного цвета, желая забить в них себя. Сидя уже на последней паре, Шастун размышляет: что так на него подействовало, что вызвало это жгучие чувство где-то внутри. Также ему непонятно, что могло вызвать такой интерес у Арсения Сергеевича…может жалость, со стороны взрослого к ребенку? Или же его учитель «по мальчикам»…Что тогда такого в Антоне, что именно он его зацепил… Почему я вообще думаю о Арсении Сергеевиче? Ну гей и гей, подумаешь. А с чего я вообще взял, что он гей? Ну стало ему жалко меня, как своего ученика, что за глупости вообще. И в правда, глупости. Лучше бы думал о том, что ему надо будет учить конспект по истории. Он конечно никогда дословно не пересказывал, считал это глупым, лучше посидеть послушать на паре и пересказать своими словами, так проще и лучше, чем пересказывать полностью материал учителя. Еще ему нужно будет заскочить в магазин, купить себе фруктов и сделать смузи. Сейчас думая об этом, сравнил себя с какой-то бьюти дивой, которая снимает влог о своем смузи и какой же он полезный. Выглядело бы смешно, если на месте этих «гуру» был Антон.

***

Смятение в выборе Антон тоже не любил. Поэтому он стоит перед стеллажами уже шестую минуту, думая какие же фрукты он хочет. Глаза бегают, замедляя взгляд на черешне, бананах и дыни. Но дыни наверное не особо вкусные сейчас, но сочетание ему понравился. Он берет в руки связку бананов, перекладывает ее в корзину. Затем идет и пакетик с черешней, вместо дыни следующим оказывается манго. Так же он взял свой любимый питьевой йогурт со злаками и грушей. Шагает с корзинкой в руках к кассе, как модель по подиуму. Выкладывает все содержимое, не забыв добавить ко всему, мармеладных червячков в акциях у кассы. Его любые. — С вас 976 рублей, — улыбчиво произносит молодая девушка. Расплатившись и сложив все в авоську, довольный и улыбчивый Антон, направился к выходу. Ещё он подумал, что думают о нем люди, когда видят его с сумкой-авоськой? Явно первое в голову не приходит, что он просто за экологию. Но ему каждый раз приятно, когда он видет людей с авоськами или шопперами. В основном их носят девушки, тупо для поддержания моды. Но Антон лучше сделает вид, что это не только для этого. Придя домой и потопал на кухню, предварительно помыв руки. Фрукты же принялся кромсать на мелкие кусочки. Закинув все в блендер и нажав на кнопку «пуск», он поспешил убрать йогурты в холодильник, расставляя их на специально выделенною полку. И вот спустя 5 минуточек, Антон лежал под пледом, пил вкусный смузи и смотрел сериал. Сериалы он считал интересней чем кино, но не всегда. Там длинный сюжет и смотреть можно долго, а фильм идёт недолго, а после него хочется посмотреть что то подобное. Поэтому он предпочел смотреть именно сериал. Ещё крутая тема, это кино в частях, их он тоже любил смотреть.

***

Арсений стоя перед кабинетом директора, после всех пар для него на сегодня. Несколько раз обдумывает свой поступок, почему и надо ли. Вспоминает лицо Антона, такое детское негодование отражалось на нем в тот момент. Арсу понравилось, он запомнил черты лица, возможно даже сделает зарисовки в блокноте. Сопоставив все факты его дальнейшего поступка, он стучится и решительно открывает дверь не дождавшись согласия. — Здравствуйте, у меня к вам вопрос, — произносит ровным тоном Попов. — Здравствуй Арсений, проходи, — указывает на кресло Владимир Николаевич и Арсений послушно присаживается, — так, что у тебя там за вопрос? — Почему дополнительную группу по истории закрыли? Если в том году мало кто был записан, то не факт что в этом году не будет. Я считаю, что это несправедливо по отношению к Жанне Викторовне, — все так же спокойно. Владимир Николаевич посмотрел на него задумчиво, подперев рукой подбородок. Арсений надеялся, что за такую выходку ему не стукнут по лбу. Ведь даже сам преподаватель Истории к нему не подходила с этим вопросом, а тут он, здасте простити, можно войти? Но, как ни странно, директор относя к нему с понимаем. — Я могу открыть набор в группу, но если желающих опять не будет, — пожимает плечами, — то не вижу смысла держать ее открытой. Но, спасибо Вам. У вас доброе сердце, Арсений Сергеевич, раз вы вместо коллеги пришли об этом поговорить, — он по доброму улыбнулся. Знали бы Вы, Владимир Николаевич. Что я это делаю не от большого сочувствия к коллеге, а от большого сочувствию к моему ученику, не думаю что похвалили бы так. Арсений улыбнулся своим мыслям. — Считайте что один уже есть. Доброго вам вечера, — произносит Арс, вставая с кресла напротив. — И вам, Арсений. Уже выйдя со спокойной душой, выдыхает. Теперь увидит радость на лице Антона и Жанны Викторовной — это радовало. Садясь в машину, он решает написать в беседе группы, какие еще есть свободные направления по дополнительным. Арсений Попов Открытый набор все еще идет в: Дизайн. Анатомию или пластическую анатомию. Модернизм. Экспрессионизм. Реализм. Пейзаж. Анималистика. История Искусства.

Ксения Флорова Ого, а как записываться?

Арсений Попов Это нужно подходить к преподавателю, который ведет тот, или иной предмет. Они подробней расскажут как все будет проходить.

Антон Шастун История? Она же закрыта.

Арсений Попов Договорился ;) Но если в нее никто не запишется, то на этот год тоже закроют.

Дмитрий Позов Надеюсь вы законно договаривались…

Арсений Попов А как по другому.

***

Антон честно говоря был в шоке, чтобы ради него договорились, да еще и учитель. Это правда приятно, но правильно ли принимать эти эмоции. Вопрос хороший, но ответа на него не последовало, может это и к лучшему. Он не понимал, почему Арсений Сергеевич начал уделять ему предостаточно внимания, но явно больше чем остальным, ну по крайней мере так посчитал Антон для себя. А еще он заметил, что начал слишком много допускать куратора в свои мысли. Это ведь неправильно. Хотя кто узнает, никому нет дела рыться в голове и мыслях 19-ти летнего подростка, чтобы узнать о ком он думает. Его мысли прервала вошедшая мать. — Антоша, мы так редко бываем все вместе и я решила, что нам нужно куда-нибудь сходить, пока у нас с папой выходной, — Майя, (так звали его мать) мялась у прохода в комнату сына, стоя на пороге и перебирая пальцы. Она смотрела точно в глаза, будто моля, чтобы у Антона было свободное время для них. — Конечно, без б мам, давно думал об этом, — улыбнулся ей. — Тогда собирайся, мы думали насчет похода в кино, — подойдя к Антону, она коснулась его лба своими губами в легком, почти невесомом поцелуе. Она покинула комнату, оставив его одного, давая ему время на сборы. В быстром темпе, одел на себя брюки черное цвета, сверху было бежевое худи. Решив что это будет недостаточно, чтобы согреться, он накидывает сверху джинсовку. Выходит из комнаты направляясь в гостиную, где родители уже ожидали его, мирно сидя на диванчике. Мама очень долгое время не могла подобрать обувь, видите ли черные кроссовки сюда не подойдут. А белые ещё не высохли после дождя, а туфли она не хочет, на работе в них находилась. Так они тратят еще минут 20, все таки покидают квартиру. Антон в этот момент говорит спасибо богу, что они не теряли больше времени. В машине они ведут беседу о том, почему бы им не поехать на недельку на дачу, там чистый воздух, не грязно и заразы всякие не летают. Организм хорошо отдохнёт и эту идею он поддерживает, говоря, что поедет с ними. Как раз практикует пейзаж, только вот нужно будет написать объяснительную, или вынудить у знакомых мамы справку о болезни. Фильм они решили выбрать «Джокер», на этом больше настояла мужская часть семейства. Антон, потому что любил смотреть части Бэтмена где есть джокер, а Андрей, потому что на романтику не хочет, поэтому поддержал сына. После фильма, по лицу Антона, можно было увидеть размышление над просмотренным. Он, кажется, был разбит, но в тоже время и покорен, одно было ему понятно точно. Если бы Хит Леджер был жив и играл эту роль, было бы просто идеально. Он бы отлично вошел в роль и был бы более подходящей обложкой. А еще, ему больше нравиться история Джокера в «Темный Рыцарь», нежели в самом «Джокере». Да, определенно Леджер лучше бы сыграл роль. Антон даже слегка расплакался, когда узнал о его смерти, он потерял часть своего детского кумира. Они с родителя успели посидеть в KFC, покушать острые наггетсы и попить ванильный МилкШейк. Почему то, Шастун опять представил себя в роли Бьюти блогера. Это ведь ненормально, что Антон видит себя со стаканчиком смузи в руке и нюдовым мейком. Конечно, это просто шутка его мозга, сам бы он никогда не стал краситься, теперь Антон вспомнил Андрея Петрова. Мозг кажется над ним глобально так рофлит, аж до самого приезда домой. Благо зайдя в родное гнездышко, его мысли приходят в порядок, особенно после нового, прочитанного сообщения.

Дмитрий Позов Не хочешь пригнать ко мне на ночь, тут и Сережа будет)))))

Антон смотрит сначала на день недели, замечает что завтра суббота, да еще и пары с 13:45, думает «почему и нет?», после надвигается на логово матери. Разрешение долго выпрашивать не пришлось, она быстро соглашается, даже предложила довезти. Смотреть на такого радостного сына, одно удовольствие. Пока Шастун собирал вещи, к слову, он захватил одну из книг, которую читает уже дня два, в надежде что дочитает ее у Димы, печатает новое сообщение. Антон Шастун А адрес не подскажите, случайно?) Уже сидя в машине на переднем сиденье, экран телефона загорается указывая адрес. Он быстро диктует его маме, в то время как та, уже состроила план пути, нажимает на педаль газа. — Кстати, что за Дима с Сережа, ты мне как-то не особо про них рассказывал, — начинает расспрашивать Майя, надеясь, что это новые друзья Антона. — Да так, хорошие ребята, познакомились в университете, мы типа одногруппники, — замечает взволнованный взгляд матери, добавляет, — Они правда хорошие, у них единственные плохие мысли в голове и то, про прогул пары. Он понимает ее чувства и переживания, сам надеется, что больше не будет такого, как раньше. Надеется, что все будет намного лучше, чем прежде. Надеется, что не будет больше так подводить родных и близких. Надеется на хорошую жизнь, сам не понимая, зачем он во все это вляпывался. Видимо был мал и глуп, по крайней мере, на это хочется Надеется. Как говорится, Надежда умирает последней. Слишком много этого слова в голове у Антона, возможно, потому что правда уже устал от флешбеков прошлого, хочет поскорей забыть все. Жаль, что у него нет такого устройства, которое стирает память, он бы точно не парился. — Замечательно, буду рада их увидеть, — на этот раз с улыбкой произносит женщина, что радует Антона. Вообще он благодарен своей матери, что она всегда и везде, как спасательный круг: нырнет и вытащит, поможет не утонуть и не задохнуться. Спустя минут 40 езды, конечно же с пробками, они добрались до дома Димы. Шастун поворачивает корпус тела назад, достает рюкзак с заднего сиденья, повернувшись обратно, целует маму в щечку и говорит: — Не волнуйся, я больше не заставлю тебя переживать, я сам хочу поскорее забыть те времена. Это просто одна большая ошибка, она уже пройдена,— уверенно и четко, но для себя трусливо. Вдруг он опять совершит ошибку, а маме напрасно дал не сомневаться в себе. Отгоняя плохие мысли от себя и настраиваясь на веселье, выходит из машины. Антон Шастун Ну-с, открывайте ворота! Он готов отпустить прошлое окончательно, отдаваясь попутному ветру, что предоставляет ему жизнь.