Натурщик

Квартира у Дима большая и роскошная, выполненная в теплых тонах. В ней чувствуешь уют, это нравилось всем кто проходил за порог. Так же и Антон, он стоял и рассматривал интерьер. Темно коричневый паркет, больше напоминающий растопленный шоколад, бежевые стены с мраморным принтом. Отдельная гардеробная у входа, где по бокам располагались стеллажи для обуви, а в центре передвижная вешалка с верхней одеждой. Зайдя в это помещение, он стянул с себя джинсовку вместе с обувью, оглядевшись увидел примерно те же стены, только уже без принта.  — Мне льстит твоя любопытность, — с улыбкой проговорил Дима, следя за бегающими глазами друга на против.  — Прости, не каждый раз бываешь в таких хоромах, нужно каждую частичку запомнить! — Антон сказал это с долей сарказма, никакой зависти. Завидовать не чему, кому то везет с самого начала, а кому то нет. Жизнь — это лотерея. Под таким сленгом он и жил.  — Ой, ваша лесть затмевает мои уши! — Поз позвал его рукой идти дальше, чему Антон не сопротивлялся, просто пошел за ним. Они вошли в гостиную, которую разделяла лестница на верх.  — У вас еще и два этажа? Боже, кто твои родители? — на полном серьезе заявил юноша, переводя взгляд на Диму. Тот же в свою очередь одарил его улыбкой, выплевывая одно слово.  — Художники. И это было видно. В квартире висело множество картин, некоторые подписаны их фамилией, другие фамилиями более обширно известных авторов. Было ощущение, что он находился в галерее. Ему нравилось тут, но он до сих пор не верил, что его родители просто художники. На втором этаже их встретил, явно подвыпивший Сережа, который радостно обнял Антона.  — Шаст, так рад тебя видеть. Наконец то мы сможем поближе подружиться!

***

Сидя на кровати и решая чем они займутся, было выпито уже 4 банки пива. И вот оно! Озарение!  — Предлагаю поиграть в Правду или правду! — возгласил Матвиенко, да с таким лицом, будто он ответил на самый сложный вопрос, который терзал всех живущих на планете людей.  — Я не против, — возгласил Поз, ну, а Шастуну ничего не оставалось, кроме как согласиться. Внутри он чувствовал страх. Самый настоящий страх. Его заботил тот вопрос, как бы не выдать того, чего знать попросту не должны? Ему не нравился тот факт, что снова он будет врать, снова обманет и вольется в эту ложь с ног до головы, создавая другого Антона. Того каким его хотели видеть, таких хорошим и всеми любимым мальчиком. Играть. Играть на благо себе. Вот так и началась новая игра мальчишки, сидя на кровати и попивая новую банку пива.  — Итак, я думаю будем по часовой? — увидел утвердительные кивки и продолжил, — значит Антон, о чем ты жалеешь до сих пор? — тихий голос Сережи, будто он все знает, ждет лишь когда сам мальчик признается в этом.  — Хмм, — Антон смотрел точно в глаза, знал, что если делать так, ложь будет правдоподобна, — наверное, то что я пробовал курить, — конечно, он жалел о другом, но было бы глупо назвать другую причину. Закрывая большую ложь, на ее место нужно ставить меньшую, но весомую. Ту о которой правда можно жалеть. В этой ситуации не подошло бы, что-то по типу «Своровал конфетку», это чушь, к тому же очевидная.  — Мы с Димой, как-то раз тоже пробовали, я чуть не задохнулся вообще! — Сережа выдавал чистые эмоции, а значит купился.  — Мне тоже не понравилось, — Шастун скорчил гримасу, показывая ей насколько это противное занятие. От поры до времени.  — Дим, кем являются твои родители? Ответ художники, не принимаются, — грозно проронил Антон, глядя в глаза Позову. Он сбил их часовую систему, но парни были уже "хорошенькие", чтобы на это забить.  — Мой отец заведует сетью художественных школ и мастерских, вот и все, — Дима покачал головой, аля «ничего сложного и необычного».  — Сережа, ты гей? — спросил друг, смотря на узор прикроватной тумбочки. Поз подумал о том, что на этот вопрос его с подвиг лишь алкоголь. Матвиенко, явно замялся слыша этот вопрос, ему было неуютно, он резко захотел оказаться дома и быть трезвым.  — Нет! Почему тебе вообще это в голову пришло? — он яростно взбрызнул руками, а Антон заметил страх, страх в его глазах и действиях. Такой детский страх, когда твоя мама застукала тебя с невинным делом, а тебя всего трясет. Это могло значит одно, что Сережа и в правда соврал на счет этого вопроса. Но он решил не лезть, не просто так он соврал.  — Просто, про девушек ты никогда не рассказывал, да и отношений у тебя особо не было, — Дима удосужился и поднял глаза на друга, видит ярость и жалеет.  — А я тебе что, в свои 17 лет, должен быть ебучим ловеласом? — Сереже не нравился этот разговор, но он продолжал, — я не выгляжу на столько привлекательно, чтобы иметь столько связей как Антон, допуст… Договорить он не успел, в комнату ворвалась Ева со словами:  — Какого хера вы тут орете! Время видел? — она прожигает взглядом брата, готова наброситься и разорвать на куски, но переводит взгляд на Шастуна, сразу краснея, — Блин… предупредил бы, что тут еще кто-то будет… Ей явно было неловко, мало того она наорала, так еще и была одета откровенно. Розовые пижамные шорты, которые еле выполняли свою функцию, а то есть, прикрывать пятую точку девушки. Сверху был топ, примерно такого же оттенка с хеллоу китти по середине, которая в свою очередь выполненная из страз. Ее волосы плавно покоились на плечах и спине, красиво отблескивая в сиреневом цвете неоновой лампы. Девушка была благодарна, что этот цвет скрывает цвет ее лица. Она принялась убирать прядь волос за ухо, все еще рассматривая парня.  — Кто знал, что ты орать прибежишь? — спокойней проговорил Дима, наблюдая за ступором его сестры, — Может, ты хочешь сыграть с нами?  — Во что? — она слегка надула губы, смотря уже на подвыпившего братца, — Вы разве умеете играть, во что-то действительно, нормальное?  — Еще как, сестренка, присаживайся, будем играть в правда или правда, — радостно вытянул Поз, хватая ту за руку, что бы она села к ним.  — Давай Сереж, следуй зову сердца и задавай самые не скромные вопросы! Матвиенко был рад, что теперь ему будет задавать вопросы Ева, а не Дима (если смотреть по часовой стрелке, хотя на нее уже все забили).  — Хорошо, Антон, расскажи где ты учился раньше?  — Я учился в обычной школе, потом, мой отец хотел направить меня в то русло, где он сам и работает. Он отправил меня в начинающий корпус школы ФСБ при университете. Там они заставляют усердно заниматься подготовкой своего тела. Это был самый невыносимый год моей жизни. Это как концлагерь. Ели мы там хорошо, столько что меня выворачивало в конце дня. Телефоны были запрещены, с родителями связь только по выходным. На каникулах, собственно, я просто сорвался, довел маму до срыва, а папу до разочарования. И тогда мне сказали, что я сам могу решать, куда хочу. На лице Антона не было ничего. Он отреагировал так, будто рассказывает это каждый день. Прошло уже около двух часов и все что заметил Дима, это — нервозность Сережи спала почти до ноля, Ева пялилась на Шаста все то время, как только зашла. Именно поэтому он задает вопрос, который интересует лично его, может и кого-то еще. — Ева, тебе нравиться Антон? — парень, чье имя произнесли последним, принялся разглядывать Позова. С чего такие вопросы, не знал никто, кроме самого Димы. Ева видно занервничала, начала переплетать пальцы, глотать ком во рту, не решаясь ответить. Дима же видел ответ уже. По ее реакции, было видно все. Но ответ ждали все, включая саму девушку. — Да. Такое простое да. Будто это ответ на вопрос, «хорошая погода, да?». Да. И стало легче дышать. Девушка вздохнула не пресным воздухом, а легким и чистым. Антон же не был удивлен, он знал это. Это было довольно очевидно. Вообще реакция всех была никакая, потому что это было не их проблемой. Нравиться и нравиться, это надо решать Еве и Антону, которые сидели и просто смотрели друг на друга.

***

В глаза падают лучи солнца, а за окном щебечут ласточки. Это напомнило деревню у бабушки, когда встаешь в 9 утра, по своей воли, идешь на кухоньку, а там встречает запах свежего салата с грядки и вкуснейшей выпечки. Но открыв глаза он увидел лишь белый потолок, розовые стены и спящую девушку под боком. Ну же Антоша, вспоминай! Если у тебя был секс с сестрой Димы, то ты просто грязная свинья! Да даже свиньи прекрасней… Он схватился за голову, пытаясь вспомнить все подробней, но почувствовал лишь боль в висках. Удачное начало. Антон оглядел себя, после перевел внимательный взгляд на Еву. Вроде ничего намекающего, на то что-то было. Сказал Богу, спасибо. Он старался встать тихо, благо что девушка лежала довольно скромно во сне. Не обнимала цепкой хваткой, не закидывала на него свои конечности. Она просто подложила две ладошки по голову и слегка прижала к себе колени. Вспомнив как его бывшие спали с ним, ему показалось, что это был самый невинный раз, когда он спал с девушками. Невинный во всем. Выйдя из комнаты, он услышал звуки на первом этаже, как ни странно, он решил туда спуститься. Как в тупых фильмах ужасов.  — Ооо, кого я вижу! — воскликнул Сережа, видя как друг спускается с лестницы.  — На что ты намекаешь, бубличек? —  Антон озарил улыбкой. Его улыбка входило в то число улыбок, на которые смотришь и тоже хочется улыбнуться, даже если все дерьмово.  — Ну как это, ты же спал с Евой, — с ноткой удивления.  — Он спал с ней, потому что ты ныл, что будешь спать только со мной! — на этот раз подал голос Дима, который выходил из ванной комнаты.  — Лол, что? Я смотрю много чего не помню! — взмахивая руками, Шастун был невозмутим. Потому что как такое забыть вообще!  — Да уж, садитесь девчонки, щас прозрим память!!! Как оказалось, Сережа вчера напросился спать с Димой, потому что так бабайки испугаются и не будут к нему лезть. Так же вчера у них закончилось пиво и они благополучно позаимствовали у родителей Позовых, две бутылки коньяка. И как сказали Антону, Дима с Сережей легли спать, а Ева с ним пошла продолжать пить же к себе.

***

 — Антон, я же тебе тоже нравлюсь? — Позова слегка покрылась румянцем, держа в руках полупустую бутылку французского коньяка. Ее глаза были направлены точно в глаза напротив. Такие серые глаза, в тусклом красном освещении. Лямка топа скатилась с плеча, почти оголяю девушку. Волосы с одной стороны, спокойно покоились на плече. Руки нервно вернули лямку на ее положенное место. Тишина длится уже около 5 минут, из-за нетрезвого состояния обоих, кажется что несколько десятков минут. Молчание въедается в кожу, заставляет изгибаться под ней, поэтому Он принимает радикальное действие. Удар пропускает сердце девушки, когда она чувствует чужие губы на своих. Легко и невесомо отвечает на поцелуй, задевает зубами губы, оставляя на них раны. Эти поцелуи не прекращаются, за каждыми законченными следует новые.  — И что будет дальше? — голос отдает детской невинность и Антон понимает, ничего не покатит. По крайней мере сегодня.  — Ничего, — и поддается вперед за очередным поцелуем.

***

Конечно, Антон рад, что ничего не случилось. Иначе совесть бы загрызла его. Время близилось к 12-ти часам дня, а это значило что пары начнутся, относительно, скоро. За это время ему нужно успеть добраться до дома, подготовиться и собственно дойти.  — Девчонки, вы сегодня придете на пары? — задал вопрос Антон, а сам пронзал взглядом стол, за которым и сидел.  — У меня сегодня допы по Модернизму, а это первое занятие, поэтому я пойду, — Сережу пробивает холодок, когда он отпивает глоток чая, понимая что в таком состоянии ему еще и на паре сидеть.  — Тогда я пойду, напишешь мне, может встретимся, — говорит он так же быстро как и уходит. На улице обдувает прохладный сентябрьский ветер, окутывая мальчика в свой плен. На улице действительно хорошо, сразу пробуждаешься, любуясь красотой города. Переехал он не так давно, тогда когда поступил в школу ФСБ. Пока он там был, его родители искали тут жилье, разбирались с переездом вещей и подготовкой документов. Поэтому Питер он почти не знает, но это не мешает ему. Он же не маленький, все время просить маму его отвозить, по гугл картам доберется. Подумал Антон и потерялся. Стоял среди многоэтажек, не понимая где он ошибся и свернул не туда. Явно новостройки, таких около дома не было, а время уже, кстати 12:37. Просто супер Антоша. Как тебя угораздило так вляпаться. Ничего, ничего, просто позвони маме и она тебя заберет. Что он и делает. Достает телефон и просит Сири позвонить абоненту «Мамочка». Первые гудки проходят мимо, а паника уже за дверью, стоит и ждет когда можно будет постучаться, открыть и сказать громкое «Здрасте!!!». Наконец на последнем гудке ему ответили.  — Господи, Антоша я немного на совещание, что то важное? Голос матери был резкий и обеспокоенный.  — Прости мам, я просто заблудился, а у меня пары начнутся скоро.  — Пришли мне адрес смс-кой. Гудки, протяжные, как будто в замедленном. А у Антона не укладывается то, как он подставляет маму в данный момент. Как ни странно, но Майя появляется к часу, сигналит сыну, чтобы тот заметил машину за спиной. Дверь открывается, а мама посылает ему улыбку. Улыбка. Она явно передалась Антону, как и глаза. Такие же яркие и жизнерадостные, так и кричат, что готовы помочь и поддержать. И он облегченно вздыхает, садится спереди и привычно кидает рюкзак назад.  — Прости что так вышло, я правда думал добраться сам, — глаза виноватые, опущены вниз.  — Ничего страшного, я все равно уже закончила, — поворачивает голову к сыну, хмурит брови, — Ну чего, все хорошо. И Антону хочется верить, поэтому он поднимает глаза на мать, видит нежные глаза напротив и улыбается. Все хорошо.

***

 — Шастун твою дивизию, тебя не дождешься! У нас 3 минуты до начала пар! — Матвиенко торопит парня, который явно торопиться не собираться.  — Да ладно тебе, не опоздаем  — Моя репутация будет на твоей вине!  — Да что с твоей репутацией то случиться? Все опаздывают, это нормально — Антон поправляет лямку шоппера, решил взять его, потому что таскать сегодня особо нечего. Сережа увидев такое, посмеялся и назвал это подкосом на телку. На что он особо не обратил внимая, кроме заинтересованного взгляда друга на этой сумке.  — У нас знаешь какой строгий учитель на Модернизме! — он открывает дверь, кося взгляд на Антона, пропуская его вперед, — Тебе повезло, что мы успели. Сережа быстро пожелав удачи другу, побежал на второй этаж. Антон же постоял у расписании минуту, потратил это время на обработку информации. 1 курс, замена Живописи на Анатомию. Парень услышал звонок, звонок как приговор, его прибьет Арсений Сергеевич, если он опоздает. Три секунды и Антон уже у двери. Как так произошло? Наверное не желание получить, выполнило функцию телепортации. Хотел бы он проползти незаметно, вот только его место в конце было занято. Поэтому он сразу натыкается на голубые глаза. Как Василиск, честное слово. Посмотришь и умрешь.  — Антоша, что такое? — Художник смотрит на него с хищной улыбкой. На удивление его имя он растянул и проговорил как-то…мурлыкающие?  — Я-я. Простите за опоздание, — заикнулся? С каких пор я заикаюсь?  — Ничего, вставай, — преподаватель отвернулся к мольберту повернутому к аудитории.  — Простите, но… куда? — Антон оглянулся в поисках свободного места.  — Как куда, сюда, — улыбка заставляет выстрелить себе в голову. В ней читается восхищение и флирт. Не хватает еще провести языком по губам. Шастун смотрит на указанное место, глубоко вздыхает, но все же идет. Встает за мольберт, который находится ближе всех к Арсению. Что же вы задумали Арсений Сергеевич? Хотите поиграть, поиграем…  — Что же, некоторые уже знакомы с построение сетки, — Преподаватель устремляет взгляд на Антона, опять одаряя той улыбкой. Антон не растерялся, улыбнулся в ответ, слегка кивая.  — Надеюсь, что Вы меня не разочаруете, — как-то томно бросает Арсений, при этом все еще смотря на ученика. Создает вид, что это он посвящает ему, на что получает все тот же кивок, — Чудесно.  

***

 — Антоша, ты опять делаешь не так, — куратор берет руку Антона в свою, выводит ей тонкую, извилистую линию. А у мальчика от этого, почему то, проходит дрожь по всему телу. Он поворачивает голову в сторону Арсения, смотрит на его профиль. Странный, но красивый драконьи нос, длинные ресницы, слегка кудрявые волосы спадающие на лицо. Еще ему казалось, что в этот момент, все в аудитории смотрели на них.  — Не так сложно, правда? — снова улыбка. На это раз она была больше искренней.  — Да, но я не смогу сделать такую же вторую, — Антон похлопал глазками и скромно улыбнулся, выпрашивая чтобы ее сделали за него. Арсений смотрел на мальчишку, подавляя в себе чувство того, что он поддается.  — Балбес, — только и выдавил он, отходя проверять другие работы.  — И учти Антон, пока не сделаешь такую же в точь. От сюда не выйдешь! — произносит и даже не смотрит, скрепляет руки за спиной, проходясь вдоль. Вот и все. 10 минут прошло, он все закончил, как закончилась и сама пара. Дождавшись пока все выйдут, он берет всю силу в руки и подходит.  — Арсений Сергеевич, — Антон все еще не решается, надо ли это вообще. А зачем я это делаю? Наверное благодарность. А за что? Как за что? Он же уже два раза помог! Сомнения отпадают, он должен отблагодарить куратора. Иногда, когда Антон не знает что делать, или зачем это делать, он ведет с собой диалог. Это помогает, по крайней мере ему.  — Да? — спокойный голос разнесся по всему помещению. Глаза выглядят словно прозрачные, чуть отдавая голубизной.  — Я бы хотел как-то отблагодарить Вас, Арсений Сергеевич, — как-то странно выделяет имя преподавателя, — Вы уже два раза помогаете, мне неловко…что-ли, — в конце он опустил глаза вниз, слегка заламывая руки от страха. А чего бояться? А кому знать, что в голове к одиноких мужчин флиртующие с подростками? Молчание царит пару минут, все это время Арсений тратит на раздумья. А какое одолжение ему может сделать 19 летний ученик?  — Я знаю! — радостно процедил Арс, убираю руку с подбородка и поднимая ее вверх указательным пальцем. Ему еще лампочку над головой, вообще идеально будет.  — Ты поможешь мне найти моей утраченное вдохновение! — радость так и выливается из его слов, а Шастун напрягся. Как это он поможет?  — Ты, будешь Моим натурщиком!

***

Они сошлись на том, что Антоша подумает и ответить ему в «ВКонтакте». И вот он уже битый час лежит на кровати, завернувшись в кокон, рассуждает. С одной стороны: почему нет, все законно, никаких раздевания и домогательств. А с другой: его глаза так и кричат, «я злой дядя, со мной не связываться, пожалеешь!» Он откидывает голову назад, смотрит в потолок, может пытается найти там ответы. Бесполезно. Антон погряз в этом омуте вопросов без ответов. Как бы поступить правильно? Ответ на этот вопрос у него есть. Он резко выматывается из своего логово, делая большие шаги в комнату напротив. Знает что отца нет, поэтому заходит сразу.  — Мам, ты занята? — просовывает голову в образовавшуюся щель между стеной и дверью, разглядывая мать.  — Что-ты, можешь проходить. Что-то случилось? — Она принимает положения сидя, скрещивая ноги и откладывая телефон.  — Нет, ну то есть да. Это не так важно, — Майя кивнула головой, показывая что он может говорить дальше и она слушает. Антон садиться к маме, поджимая под себя ноги и продолжает.  — В общем, мой куратор, он помогает уже второй раз. Я решил, что не дело просто так пользоваться этим, поэтому спросил как его отблагодарить…- сын сделал паузы, а мать пропустила удар в сердце. Что же там такого ее сыночку предлагают, что он аж к маме пришел за советом? Антон уследил за ее взволнованным взглядом и поспешил продолжить.  — Так вот, Он сказал, что я могу помочь ему с вдохновением и он предложил побыть натурщиком. И как бы я не знаю, правильно это или нет, — выговаривает он почти на одном дыхание.  — А ты чего хотел бы? — как-то больно мягко и подозрительно.  — Ну, я бы наверное не отказался, это же интересно. Буду висеть в квартире у своего препода, — впервые улыбнулся за этот вечер. Разговоры с мамой ему нравились, в них всегда много нежности, что от этого хочется улыбаться и шутить. За это он любил маму еще сильнее. Она всегда несет позитив и дает его всем, как камин, он горячий и делиться теплом с другими, чтобы всем было уютно.  — Вот и ответ Антон. Не обязательно делать только то, что правильно. Иногда нужно идти зову своего сердца. Только не прям во все тяжки! Рассудок всегда должен быть включен и быть на прицеле. Если твое сердце и рассудок, воедино собравшись, дадут тебе понять, что да! Я хочу это сделать, я хочу это попробовать, я хочу это почувствовать, значит делай это. Не важно, правильным будет ли этот поступок, а пожалеешь ли ты потом? Если ты этого захотел, то не будешь мучиться правильно или нет, не будешь потом жалеть. Потому что, твое сердце и разум, дали отчет своим действиям. Майя аккуратно погладила сына по голове, улыбнувшись своей искренней улыбкой. Антон смотря на мать, не мог не улыбнуться в ответ. Доставая телефон, с уже открытым диалогом, быстро печатает. 19:18 Антон Шастун Хорошо, я согласен ;) Нет сомнений или желания удалить сообщение, потому что он уверен, что сердце и разум отдали отчет. Как в офисе, приносят заявление директору, получите-распишитесь, а директор, это мозг. Довольно странное сравнение, но Ему нравиться. Его Ангел и Демон на плечах, согласно кивнули, подтверждая то ли что он идиот, то ли что они тоже довольны. Ответ приходит довольно поздно, учитывая что Шастун уже успел сходить полежать в ванне пару часов и улечься на кровать, чтобы уснуть пораньше.

00:33 Арсений Попов Чудно) Завтра в 09:30, чтобы был у колледжа!

***

Утро добрым не бывает. Так подумал юноша падая с кровати от будильника со звуком сирены. Воскресенье, 08:00 утра, единственный выходной. Ты теряешь единственную возможность отоспаться, поваляться в кровати до обеда, ничего не делать и есть целый день. Господь, почему этому Арсению Сергеевичу приспичило заниматься этим щас?! Почему не после занятий? Почему хотя бы не днем?! Антон делает все, чтобы не злиться на преподавателя. Моет посуду, стоит под каплями душа, готовит смузи сонно зевая, прикрывая рот тыльной стороной ладони. Но Арсений Сергеевич, будто специально дает о себе знать.

09:06 Арсений Попов Спишь? ;)

09:09 Антон Шастун Ага, 10 снов успел увидеть. Ой, простите..

09:11 Арсений Попов Ого, это чудесно!) Расскажешь потом! Буду выезжать через 10 минут, не засиживайся! </i>

Спасибо за совет, я и без вас справиться мог. А ведь правда, надо бы уже поторопиться, потому что если опоздает, знает чего ожидать. Одевает широкие, бежевые брюки, накидывая сверху белый худи, вроде доволен. Погода в телефоне указывала на 16 градусов, а это даже тепло для осени. Успев прийти тютелька к тютельке, а то есть к 09:30, он стал оглядываться по сторонам, в поисках куратора. Его поиски показали ему фигу, потому что он рассчитывал увидеть Арсения пешочком, но никак не на машине. Что-то я реально чувствую себя «Лакшери»… Почти каждый день на машинах катаюсь. Да еще и с куратором... Не задумываясь Антон открывает дверь, присаживаясь на переднее сидения, сразу ловя на себе оценивающий взгляд. А вот щас, я чет вообще себя «Лакшари» не считаю. Как будто к клиенту в машину сел…  — Доброе утро Тоша! Ты сегодня такой… Белый! — через чур жизнерадостно.  — Вы конечно мастер комплиментов, — прыснул Антон, недовольно поворачивая голову к мужчине за рулем.  — Что такое с твоим лицом? Оно должно излучать поэзию! — взмахнул рукой Художник, описывая этим действием свои слова.  — Арсений Сергеевич, в 14 веке это называлось рабством, а не поэзией. Зачем так рано то? — хмыкнул подросток, опуская руки на колене.  — Потому что, солнце светит ярко и непринужденно, а днем оно будет оседать. А мне нужны все краски, — поясним мужчина, с таким видом, как будто это и ребенок поймет. Они ехали в тишине пол дороги, на фоне играл старый плейлист The Weeknd-а. А Антону было страшно, его везут куда то за город, в тишине и закрытыми дверями. Он чувствовал себя птицей в клетке, которая может полететь и полететь красиво, но ей не дают. Сковывают цепями и запускают в бесконечный омут решетки. И ей ничего не остается, кроме как медленно и мучительно умирать.  — Нам обязательно ехать так далеко? — это звучало на столько нервно, что эту эмоцию можно было уловить, потрогать и понять на сколько она не приятная.  — Прости если тебя это пугает, но нам нужно поле, чтобы сделать там пикник, — Антон посмотрел удивленно, не понимая для какой цели они вообще едут.  — Я же не буду принужденно заставлять тебя сидеть на одном месте, ради моей выгоды. Поэтому я решил, что сделать пикник это лучший вариант, — объяснил свою позицию мужчина.  — Решили подкупить меня едой, — улыбка. Опять эта улыбка приглашающая на игру.  — Ну не будешь же ты голодать пол дня, — взгляд в глаза. Голубые в зеленые. Кошачья улыбка и мурлыкающий голос. Вот она. Кнопка запуска игры.  — Ваша забота, так приятна. Я бы описал ее красками, но боюсь цветов не хватит, — юноша попытался копировать голос преподавателя. И у него вышло даже лучше чем он мог представить.  — Моя забота распространяется на всех детей. Так что, не принимай это на свой счет. От этого Антону стало холодно, улыбка которая так грела, больше не святила своим теплом. Поэтому он решает промолчать, пялясь в глаза напротив, которые через несколько секунд уходят обратно на дорогу. Интересно. Какой приз ждет в конце?

***

 — Помоги мне, — умоляюще проговорил Антон, вцепляясь свой тонкой костлявой рукой в чужую. Его лицо было в слезах, большие синяки оседали под глазами, а скулы стали заметно впалые.  — Помоги мне, мать твою! — уже криком. Истеричным и жалобным, таким что въедается в память, а от воспоминаний все картины тянет рвать.  — Я не могу, как бы не хотел… — голос виноватый и хриплый. Этот голос Антон мог узнать везде.  — Почему ты ведешь себя как сука! — хватка стала сильнее, руки дрожали как и все тело Шаста.  — Тебе нельзя помочь, если только добить! Посмотри на себя! — парень поворачивает тело Антона к зеркалу, — Посмотри! Ты видишь кем ты стал, ты видишь! — парень устремил взгляд в отражение и убедился, что Антон смотрит. Юноша падает на пол не в силах держать себя. Горький рев разносится по всему помещению, давит на ушные перепонки, заставляя сжимать уши и бежать.  — Тебе никто не поможет! Очнись! Только ты сам вытянешь себя из этого дерьма! — сил смотреть на это больше нет, Антона оставляют одного, биться в конвульсиях и немом крике.

***

 — Антон, блин, может ты поможешь? — выкрикнул Арсений, высовывая из багажника корзину, наблюдая как Шасту стоит себе в сторонке и тихо с превосходством наблюдает.  — А что я? Я лично ничего! — отнекивается парень, махая руками и натягивая панаму пониже. Панаму ему вручил Арс, со словами: Она сюда отлично впишется, тем более тут могут быть всякие насекомые! Ну, а Антон что? А Антон ничего, взял и надел, гордясь тем, что о нем заботятся. Злобный взгляд устремился в зеленые глаза. От такой картины хотелось смеяться. Представьте Арсения, стоит с корзиной в руках, хмурит брови и старается быть злым.  — Ну и кто из нас ребенок, Арсений Сергеевич, — лица мальчишки излучало превосходство и победу. Но долго радоваться не пришлось, в его самодовольное личико прилетает плед. Вид Антона сразу меняется на грозный и плед летит в ответ. А плед то нормально так прилетел, накрыл голову преподавателя, делая его «призраком». Антон пытается скрыть смех, но выходит чертовски плохо.  — Простите, Вы сами напросились! — на этот раз он помогает, стягивает этот никудышный плед с головы мужчины. И опять смех. Мальчишка тянется руками к своему животу, смотрит на растрепанный вид того.  — Шастун! — Арсений не в силах сдержать смех. Он представил как это выглядело со стороны, еще и Антон заразительно смеется, слишком заразительно.