Мороженое со вкусом содовой

      Стоял жаркий весенний день. Настолько жаркий, будто предупреждающий всех о скором приходе лета. Ни ветерка, ни дождя, ни капельки — ничего. В воздухе, как будто и самого воздуха не было.       Благодаря этой самой жаре, на улице почти никого не было. Ну сами посудите, разве кто-то пойдёт на добровольную прожарку, накануне лета?       Но для волейболистов Старшей Карасуно, «погода — не преграда». В некоторых случаях выражение: «Вижу цель — не вижу препятствий» — это про них. Например, сейчас. Оно и неудивительно. Нет у них времени жаловаться на погоду, когда через пару часов у них тренеровочный матч с главными соперниками прошлого — Старшей Некома. Но перед матчем, им нужно примерить форму, чтобы во время игры не было никаких неожиданных несостыковок.       Что же касается Ахико и её команды, они тоже репетируют не жалея сил. Удивительно, но от свалки за кулисами, что была по их приходу, не осталось и следа. Они разобрались с этой проблемой за один день. Такеда-сенсей даже удивился, увидев как легко и беззаботно они этим занимаются. Как Кондо и предупреждала, первые дни волейбольный клуб не мог привыкнуть к лишнему шуму. Всё время промахивались, отвлекались, а Хината так вообще, забывал бить по мячу и посреди игры кричал от восторга, что-то на подобии:"Ого, как это… Как они это сделали?! Ты видел, Кагеяма? Я тоже так хочу!» И так после каждого проделанного трюка… Кагеяма закатывал очередную перепалку с рыжим, а Исикава думал, не пора ли этим двоим в дурку. Ну это в его духе. Даже самые талантливые, такие как Тобио и Нишиноя, часто отвлекались. Это было очень… Непривычно. Ну тренировочный лагерь на то и тренировочный. Потихоньку, медленно, но уверенно они начали привыкать.        — Ещё раз, прямо сейчас. — вымученно промолвил Кацуки. Они уже несколько минут репетировали одну и ту же связку. Не то чтобы она была сильно сложная, просто слишком быстрая. И блондина, постоянно что-то не устраивало. То локоть надо резче двигать, то ещё что-то. Учитывая то, что связка должна быть выполнена с максимальной синхронностью, часто начинали заново из-за того, что кто-то не успевает. Спросите, почему именно Кацуки? Потому, что в их команде он, как хореограф. Большинство идей приходят от него, например, как с конкурсом. Да и каким бы злюкой он не был, капитан из него не плохой.        — Блин, Кацуки, мы устали! — проныла Кондо. По одному её виду можно было сказать, что её организм требует воды и хотя бы пятиминутной передышки. По остальным, можно было сказать тоже самое. — Ещё чуть-чуть, Капитан, и не будет у тебя команды, потому что, мы высохнем от обезвоживания.       Как бы Кацуки не злился, а Ахико куда лучше понимала других. Исикава не настолько бесчувственный, просто не любит показывать свои переживания и эмоции. Даже семье. На то она и в команде — передаёт его эмоции, мысли и чувства команде, как переводчик.        — Ладно, передышка десять минут. — сказал он и тоже пошёл за водой. Остальные, БУКВАЛЬНО свалились с ног и распластались на полу.        — Боже, я сейчас сварюсь в крутую, как яйцо. — сказала Джесс падая рядом с Ахико и жадно глотая воду из бутылки.        — Ещё чуть-чуть, и мои мозги расплавятся. — обречённо лёжа на полу звёздочкой, ответила Кондо.        — Живи, Ахико, живи! Слышишь меня? Живи! Ты нам нужна! — подполз к ней Мэсэйуки треся за плечи. — Мы же без тебя совсем помрём. Кто ж капитана успокаивать будет?        — Ты прав, Наито-сан. — торжественно произнесла она — Поэтому, я отдаю этот долг тебе.        — Чиво? — недоумевающе спросил он.        — Не волнуйся, я уверена ты справишься с моим наследством, дитя моё! — и, явно переигрывая, откинула голову назад показывая язык, имитируя свою смерть.        — Эй, нет, стой! Мы так не договаривались! В смысле, на меня? И какое ещё дитя? — возмутился он. Джессика и Ахико залились смехом, наблюдая его возмущённый вид.        — О-оу… — резко замолчала Филлпс (фамилия Джесс), смотря куда-то за Ахико. Наито и Кондо переглянулись. Окончательно поворачиваться им было страшновато. Мало ли, что там. — Ахико-чан, тебе стоит глянуть. — коварно улыбаясь сказала она.        — Да что там такого… — она повернулась и замерла. Теперь ясно, почему Джесс была такая довольная. Где же она ещё поглазеет на полуголых старшеклассников, действительно.       Как бы Ахико не возмущалась в своих мыслях, а сейчас она не могла ни что-либо сказать, ни отвести взгляд. Не то чтобы, она никогда не видела полуголых парней, мальчики в её команде часто тренировались без верхней одежды, но ведь это не одно и тоже. Она уже чувствовала, как её лицо покрылось румянцем, но всё равно продолжала смотреть. Рассматривала всех по очереди. Сначала, широкие плечи Даичи, потом Сугавара — даже так он выглядел довольно милым, сильные руки Танаки, а потом дошла очередь до Юу. Почему-то именно на нём Ахико зацепила свой взор изучая каждую деталь. Начиная с живота, и скользя взглядом вверх, заканчивая лицом. И тут Нишиноя поворачивает голову в сторону Ахико. Девушка резко разворачивается к своим друзьям пытаясь сделать вид будто это не она секунду назад пялилась на него. Ключевое слово — «пытаясь» потому, что получалось у неё это с трудом. Кондо сидела опустив голову вниз, лицо было красное, как если бы у неё была температура под сорок, а из головы не мог вылететь образ либеро.       Наито и Филлпс уже тихонько посмеивались с её поведения.        — Всё, — молвила Джесс улыбаясь. — думаю, теперь у неё не только мозги расплавились. 🍨🍨🍨🍨        — Ну пожалуйста!        — Нет.        — Ну пожалуйста, пожалуйста!        — Нет, я сказал.        — Ну тебе что, жалко что-ли, Кацу?        — Нет! Ты пойдёшь домой вместе со всеми, Мелкая.        — Кацуки, ну если я не отработаю эту идиотскую связку до флешмоба, то всё пойдёт коту под хвост! — настаивала Ахико на своём.        — Завтра отработаешь!        — У нас нет столько времени, чтобы ждать до завтра!       Сейчас был вечер, тренировки и репетиции закончены, но Кондо это мало волновало. Волейбольный клуб ещё не ушёл — они убирались, а вот танцоры времени зря не теряли, и привели свою часть зала в порядок раньше. Но волейболисты задержались не просто так, после множественных проигрышей Некоме, они начали тренироваться ещё усерднее и, позабыв о времени, немного задержались.       Кондо шумно ругалась с Исикавой так как, она хотела остаться подольше и, пока волейбольный клуб здесь, порепетировать ещё, а тот, в свою очередь, настаивал на том, что одна, по среди ночи, домой она не пойдёт.        — Кацуки, ты же хочешь чтобы всё было на высшем уровне, да? — неожиданно спросила Ахико.        — Конечно, хочу. — ответил он, скрестив руки на груди.        — Правда? ТОГДА ДАЙ МНЕ ОСТАТЬСЯ! — Кондо решила вырывать из него это разрешение. Окружающие думали, что пока они доспорят, то все уже разойдутся. — Ну пожалуйста! Не будь букой!        — Если хочет, пусть остаётся. — озвался Масуми. — Что она, сама до дома не дойдёт?        — Вот именно!        — Ой, да делайте, что хотите. — раздражённо кинул Исикава, развернулся и ушёл.        — Есть! — Кондо восприняла это за согласие, и незамедлительно побежала к сцене, сунула наушники в уши и пыталась выполнить ту самую связку, ведь она часто сбивалась на репетиции. Другие, попрощавшись, вышли из зала и направились домой.       Через минут десять, большинство волейболистов были уже готовы выходить и закрывать зал. Вот только, в этот раз его поручили закрыть Нишиное и Танаке, по той причине, что они опять лезли в драку с Кацуки. Эти двое, до сих пор его не переносили. Только то и делали, что пытались нарваться. Это бывало довольно часто, но в этот раз у Савамуры лопнули нервы, и он приказал им, что весь зал после тренировки они будут убирать вдвоём, ещё и закрывать. Поэтому, все ушли раньше этой парочки.        — Рю, ключи у тебя? — спросил Нишиноя, надевая кофту.        — А разве, они не у тебя?       Повисло молчание… В итоге, ещё минут пять, ушло на поиски. У них была паника. Они и так, по идее, наказаны, но если они ещё и ключи потеряют, то… Даже думать не хочется. Они носились с криками по всему залу в поисках ключей.        — Блин, если я задержусь слишком долго, то Саэко от меня мокрого места не оставит. — говорил Танака, обыскивая кладовую.        — Нашёл! Рю, я нашёл! Мы будем жить! — торжественно заорал Юу, махая ключами. Оказывается, Юу обронил их возле окна.        — Вы можете потише? — спросила Кондо, поворачиваясь к волейболистам. Она репетировала спиной к ним. — Я вас даже через наушники слышу. — и, повторно засунув наушники, развернулась и продолжила.       Парни переглянулись. Как бы странно это не звучало, но они только поняли, что им нужно ещё предупредить танцовщицу, что пора уходить. Так как девушка, находилась в режиме интенсивной тренировки, ни один, ни второй не намеревались к ней подойти, боясь, что она их ударит ненароком. А кричать тоже не хотелось, ведь после замечания она сделала музыку в наушниках ещё громче.       Внезапно она сбилась и ей пришлось начинать заново, поэтому она остановилась посреди сцены в ожидании нужного момента в музыке, а парни подумали, что она закончила и поэтому Нишиноя вызвался к ней подойти. Юу уже тянется рукой, чтобы цокнуть девушку по плечу. Не успел он и дотронуться, как её локоть со всей дури прилетел ему прямо в лицо! Он падает на пол, держась за нос, она, испугавшись, в спешке снимает наушники и подскакивает к Ное, а Танака ржёт, как конь, хотя мог бы и помочь! Короче, тупая ситуация!        — О Боже, Ниши-сан, прости, я не хотела! Я не специально! Я же в наушниках была, я даже не слышала, как ты подошёл, прости! — затараторила она. — Сильно болит? — спросила Ахико, смотря на держащегося за нос парня.        — Нет, я в полном порядке! — ответил он ей улыбаясь и показывая палец вверх, якобы подтверждая свои слова.        — Да у тебя же кровь! — вскрикнула она возмущённо, завидев алую струйку текущую из его носа. — Ниши-сан, наклони голову немного вперёд, зажми нос и дыши ртом, а я попробую найти что-нибудь холодное.       Либеро пытался отговорить девушку, мол, всё хорошо, но кровь всё не останавливалась, поэтому Ахико настояла на том, чтобы он сделал то, что она попросила. Ему ничего не оставалось.        — Ноя-сан, ты как? — спросил уже успокоившийся Танака. — Жить будешь?        — Конечно буду! — ответил он странным голосом, что звучало очень забавно. То, что это было связано с тем, что он зажал нос, думаю, всем понятно. — Кондо-сан, а мне ещё долго так сидеть?        — Минут десять-пятнадцать. — ответила она всё ещё перебывая в поисках чего-нибудь холодного.        — Так много? — Юу заметил, как его друг поднапрягся. Как было сказано ранее, ему нужно было идти домой, но бросить приятеля, ещё и в такой ситуации — это было не в принципах Танаки.        — Рю, иди домой, наверное. — сказал ему Ноя.        — Что?        — Домой иди, говорю. Ты говорил, тебе спешить надо, а ключи всё равно у меня.        — Ага, щас! Хочешь, чтобы я тебя с девушкой наедине оставил? Не получится!        — Да не в этом дело!        — Вообще-то, я вас слышу! — крикнула Ахико идя в их сторону с термосом в руках. Села рядом с ними и приложила прохладную ёмкость к лицу Юу. — Легче?        — Угу. — ответил он ей. — Рю, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы. — обратился он уже к Рюноске.        — Ну, не знаю… — протянул он. — Ты уверен?        — На все сто!        — Ну, тогда ладно. — Танака встал и направился в сторону двери. — Спасибо, Ноя-сан! Ты настоящий друг! За мной должок! До завтра! — и вышел. Теперь они остались вдвоём.

***

       — А они, как заорут! А я такой: «Вы чё орёте? Даичи-сан же разозлится.» А они меня с каким-то привидением перепутали, представляешь? А потом начали ржать, что, мол, без такой причёски у меня рост меньше. Я разозлился, а тут Асахи-сан, откуда не возьмись, появился и такой: «Не шумите вы тут, а то Даичи разозлится.» — увлечённо рассказывал Ноя пытаясь повторить интонацию и мимику Асахи на тот момент. — Мы как заорём!       Они, уже как пять минут, отошли от зала, а рот либеро не на секунду не замолкал. Его нос всё ещё был красным от удара, но кровотечение остановилось. Он рассказывал про тренировочный лагерь с таким энтузиазмом, что Ахико даже своё слово вставить не могла, а просто давилась от смеха.        — А ещё, Хината умудрился потеряться во время пробежки. Он говорил, что встретил какого-то парня, а потом оказалось, что тот парень, которого он встретил, оказался связующим Некомы. А потом… — он говорил, и говорил, а она слушала, не перебивая.       Вечер был прохладный, улицы освещали фонари, и повсюду были слышны множество сверчков, звуки которых перемешивались с шуршанием деревьев, с кваканьем лягушек и их голосами.        — Ниши-сан, а я слышала, что ты учился в Средней Чидорияме?        — Ну да! А что?        — А почему пошёл в Карасуно? Чидорияма — сильная школа. Ты мог пойти в какой-нибудь другую, более сильную. Либеро задержал паузу. Видимо, когда ему задают этот вопрос, ему очень нравится держать ауру ожидания.        — Потому что, мне нравится их женская форма. Очень. И девушки оправдали мои ожидания!       Кондо как-то скептически посмотрела на него.        — Так ты маленький извращенец оказывается, да? — спросила она, отходя от него.        — Да не извращенец я! И это ещё не всё! Ещё мне нравится форма мальчиков. И школа рядом с домом, так что, выбор был очевиден!        — Блин, мне теперь стрёмно будет возле тебя, в школьной форме находится. — размышляла Ахико в голос.        — Эй, я же сказал, я не извращенец!       Так они болтали до тех пор, пока их пути не разошлись. Правда, Кондо потом жутко отругал Кацуки, так как та шла слишком долго, как он сказал.