Подкидыш

      — Я не могу понять, почему я не могу носить платья?! — капризно надул губки Бризель.       — Потому что твой сосуд имеет форму мужчины, а не женщины! — закатила глаза Сагесуил.       — Ну и что! Какая им разница?! — от возмущения, Бризель даже остановился, — это не справедливо! Платья такие яркие, красивые… — мечтательно закачался ангел из стороны в сторону.       — Потому что люди с подозрением относятся к таким переодеваниям, если это не шутка, — вздохнул Гора, — потому что это противоречит их мировоззрению. Если это не традиционные наряды, конечно, — Бризель кинул на него полный пренебрежения взгляд, который Гора проигнорировал.       — Может тебе лучше сменить форму и все? — пожала плечами Сагесуил, — спроси у Азирафаэля.       — Я, конечно, спрошу… Но мне не нравится быть женщиной… Эти выпуклости… — Бризель постарался изобразить выросшую грудь ладонями, но десятки пакетов с обновками из бутиков не дали ему это сделать.       — А мне кажется, что они выглядят мило. Такими мягкими… — похлопав себя по бокам, отозвался Гора.       — Не знаю… — задумчиво протянул Бризель.       У самого книжного он неожиданно остановился и посерьезнел.       — Оставайтесь на месте, пока я вас не позову, — всучив пакеты Горе, выдохнул ангел.       — Эй, ты куда? — удивилась Сагесуил.       — Исполнять! — сквозь зубы обронил Бризель и тенью проскользнул в книжный.       — Что такое? — настороженно спросил Гора.       — Я не… Черт! — Сагесуил прислушалась к себе и раздосадовано топнула ногой.       — В каком смысле?       — В прямом! В магазине демон!       — Мы должны помочь! — зашуршал пакетами Гора.       — Нет. Там Начало, Кроули и Творец. Уж одного демона они как-нибудь обезвредят, — тяжело вздохнула Сагесуил, — мы только помешаем. Подождем… — ангел уселась на крыльцо. Горе ничего не оставалось, как сесть с ней рядом.

***

      — Обмоем успешное окончание квартала! — материализовал в руке бутылку демон.       — Отличная идея, дорогой! — улыбнулся Азирафаэль.       — Только сначала убери от меня с-с-своего ручного камикадз-с-се, — все еще держа в вытянутой руке бутылку, прошипел Змий.       — Ты медленно опустишь руку с оружием и, возможно, я не убью тебя, а просто развоплощу, — сильнее надавливая на шею демона острым концом клинка, тихо отозвался Бризель.       Когда он зашел в Книжный, то понял, что демон каким-то образом сумел застать Наставника врасплох. Им пришлось согласиться на его ультиматум, но раз Бризель здесь — необходимость в опасных договоренностях отпадала. Он в силах защитить Учителя и друга.       — Бризель, все хорошо, он не опасен… — примирительно качнул ладонями Азирафаэль, успокаивая ангела, как разозлившегося пса.       — Да-а-а?..- ангел надавил чуть сильнее, от чего на шее демона выступила кровь.       Черная и густая, от нее исходил тяжелый смрад, что сразу заполнил всю комнату.       — Эй, полегче, Сладкий, — ухмыльнулся Змий.       Вообще-то, это было больно! И Азирафаэлю дорого обойдется компенсация ущерба!       Мало ему выволочки от Вельзевул, так тут еще ангелы оболочки лишают!       — Бризель, действительно, все в порядке. У нас с этим демоном… партнерские отношения. Мы давно знакомы и он действительно не причинит вреда.       Бризель недоверчиво нахмурился, переводя взгляд с наставника на демона.       А потом, что-то в его лице изменилось. Оно стало более сосредоточенным и отсутствующим.       Демон почувствовал, что клинок уже не вдавливается в шею так сильно. Вместо этого он ощутил, как ангел принялся… обнюхивать его?! Аккуратный носик касался его шеи, волос, затылка, а между тем Змий ощущал, как его окутывает светлая энергия, а исходящий от ангела приятный легкий цветочный аромат заполняет легкие.       Неожиданно, клинок упал на пол, а ангел оказался перед его лицом.       Прекрасные огромные синие глаза подозрительно блестели. Прекрасные огромные синие глаза были подозрительно знакомы. Прекрасный сладкий мягкий аромат был подозрительно знаком.       — Калистиэль! — еле слышно на выдохе произнес незнакомый ангел и, обняв его за шею, поцеловал.       — М-м-м?.. — с удивлением промычал в ответ Змий.       О. Этот поцелуй был приятным. Ангел совсем не умел целоваться, поэтому Змию пришлось взять дело в свои руки, и настойчиво влезть меж алыми губами длинным языком.       Не теряя времени, пока ангел не начал вырываться, Змий прильнул к нему всем телом, слегка потираясь. Он опустил ладони на мягкие ягодицы и несильно сжал.       Он искуситель или кто?! И вообще — ангел сам к нему полез. И видит… Кто угодно! У него слишком давно никого не было… А трахнуть ангела… У всех есть золотая мечта!       Ангел был нежным и податливым. Он испугано охал на каждое прикосновение, что подкупало и сносило крышу. Мягкая аура наполненная светом и любовью проникала внутрь, она будто закрывала собой ту темную дыру в его сущности, что осталась после выжигания благодати.       Такая знакомая любовь, преданность…       «Тиль…» — звонкий голос раздался в голове.       Ангел с длинной косой и сияющих одеждах вручает ему звезду. Он чувствует, что его губы искривляются в улыбке, которую он сейчас не в силах повторить — в искренней и доброй улыбке.       Он с благодарностью берет пульсирующий свет и отправляет его в небо, зная, что за каждым его движением наблюдают полные любви глаза.       Он вспомнил.       "Тиль". Калистиэль. Так звали Небесного архитектора, скинутого Вниз.       И это было его имя.       — Эм… — с удивлением захлопну отвалившуюся челюсть Энтони.       — Бризель… что ты делаешь?.. — ошеломленно хлопая глазами, произнес Азирафаэль.       — М? — открывая глаза, промычал ангел.       Он аккуратно снял очки и внимательно посмотрел в змеиные глаза.       — Кроули сказал, что так делают люди, чтобы показать, как любят другого… — нахмурившись, ответил Бризель, не отводя взгляд от изумленных змеиных глаз.       — Лейтенант Бризель. Я приказываю Вам отойти от демона.       — Но…       — Вы перечите командиру? — в голосе Начала звучала сталь.       Ангел с неохотой подчинился, разворачиваясь к командиру.       — Вы несколько раз ослушались прямого приказа и непосредственных инструкций Небес. Я велел Вам не трогать представителя оппозиции, Вы же, не понимая, с кем имеете дело, полезли с ним целоваться!       — Но это ведь Тиль! — прижимая ладонь к груди, со слезами, попытался возразить Бризель.       — … Вы столько раз пререкались со мной, что этого достаточно, чтобы пойти под трибунал! Или Вы окончательно забыли о правилах субординации в боевых условиях? Мы на Земле. Как бы вокруг не было спокойно, мы находимся на непрекращающейся Войне, — безжалостно продолжал Начало.       Кроули было больно смотреть. Бризель шмыгал, выровнявшись по стойке смирно, изо всех сил глотая слезы и полыхая от стыда. Но молчал. Азирафаэль был прав во всем, но вся сущность ангела противилась этому.       — Я очень расстроен Вашим поведением. Я думал, Вы в состоянии быть более хладнокровным. Теперь я в этом сомневаюсь. Я подумаю, стоит ли продлевать Ваше разрешение на командировки.       — Нет… — ангел почувствовал, как его недавно запущенное сердце пропустило удар, — пожалуйста… Я… я все понял… Пожалуйста…       — Обсудим это позже. — Отрезал Начало. — Кроули, проводи Бризеля наверх. И сделай что-нибудь, он же сейчас утопит нас в слезах! — все еще раздраженно бросил Азирафаэль.       Кроули подорвался с места и поспешил увезти Бризеля в жилые комнаты.       Давно он не видел супруга таким раздраженным. Воздух в комнате давно потрескивал от электричества, так сильно Змию удалось разгневать Начало. Лучше убраться отсюда поскорее, разговор ожидается эмоциональный.       — Эй, Ветерок, а ведь Азирафаэль прав! — ухмыльнулся Змий.       Бризель обернулся, не слушая увещевания Энтони и его настойчивые объятия.       — Тебе стоит знать, с кем ты имеешь дело! Змий Искуситель, приятно познакомиться! — демон подбросил в воздухе из неоткуда взявшееся яблоко, а после кинул его Бризелю.       Тот интуитивно его поймал. Неожиданно, оно почернело и стало мягким. Ангел в брезгливости замахал рукой — она вся была испачкана в гнилой субстанции и по ней ползли полезшие из разложившегося плода личинки и жирные черви.       Бризелю хотелось плакать еще сильнее.       — Калистиэль! — с мольбой посмотрел на него перекошенным от боли лицом ангел.       — Он давно умер, Ветерок. Сгорел в огне. Разве ты забыл? И больше ты его не увидишь.       — Бризель, пошли… — Энтони потащил слабо сопротивляющегося ангела за собой в жилые комнаты. Он весь дрожал и дергался в его руках. — Все хорошо… Все хорошо…       Как же Круоли сейчас ненавидел Змия! Ох, бедный Бризель… Он не заслужил этого… если бы только Энтони знал, кто такой Калистиэль… Он бы защитил друга чего бы ему это только не стоило!       За ангелами скрипнула закрывающаяся дверь. Змий невольно сглотнул. Азирафаэль был зол. Очень зол. И это не хорошо.       — А ты знал, как меня раньше звали? — лучшая защита — это нападение, не так ли?..       — Конечно, — не дал себя отвлечь Азирафаэль, — и как звали других демонов — тоже. Я был в Начале. Я знаю вас всех.       — Ладно, думаю, я пойду…       — Стой. — Азирафаэль не поднял голос, но слово прозвучало как приказ.       Демон замер на месте, боясь пошевелиться. Человеческое сердце загнанно стучало где-то у горла.       — Ты не тронешь Бризеля, ни других моих подопечных. Не будешь их искушать, обманывать и мучить.       — Это предположение? — вскинул брови демон.       — Предупреждение, дорогой… — мягкая рука легкая на плечо около шеи слегка обжигая.       — Ты не сделаешь ничего, — вдруг пришла в голову Змия такая очевидная мысль.       О, Господи! Вот же он глупец!       — Ты никогда не тронешь меня. Потому что ты защищаешь не только их, но и меня. Я тоже твой подопечный!       Потому, как поджал губы Азирафаэль, Змий понял — он попал в самую точку.       — Если у меня будет стоять выбор, я его сделаю, дорогой, — с уверенностью ответил ангел, отступая назад.       Это тоже была правда. Змий видел полные решимости синие глаза. Он так и сделает.       — А может, я снова подружусь с ними? Мы же были друзьями, Там… — пожав плечами, спросил Змий.       — Не думаю, что это возможно.       — Я такой страшный?       — Демоны не могут испытывать такие чувства, — а вот это было уже больно.       — Но мы же с тобой…       — Наши отношения немного другие. И их сложно охарактеризовать иначе, чем слово «дружба». Но все же, это не она. Не так ли? — вздернул брови ангел.       Змий поджал губы и стиснул кулаки.       Да как он смеет?! Это белокрылое недоразумение до сих пор сомневаться в нем?! Как он…       — Я знаю, что ты отличаешься от других демонов, дорогой. Знаю, что ты тянешься к свету и изо всех сил при возможности поступаешь правильно или по-доброму.       — Я не добрый!       — Конечно, нет. Об этом я и говорю.       Змий почувствовал, что задыхается.       — Ничего не буду обещать. Этот парень слишком пылкий. Если он опять на меня накинется — я не буду сдерживаться. Это не в моей природе. Я возьму все, что он мне даст!       — Не сомневаюсь, дорогой, — холодно кивнул Азирафаэль.       — И еще.       — Да?       — Пошел ты нахер! — громко хлопнув дверью, Змий вылетел из Книжного, чуть не споткнувшись о сидящих ангелов.       — О! Еще птенчики! Я бы с вами развлекся, да ваша наседка сегодня не в настроении… — полыхнув глазами сквозь очки и выдвинув клыки, с которых капал яд, ухмыльнулся Змий.       — Дорогие, зайдите внутрь, пожалуйста… — раздался голос Начала из Книжного.       Ангелы, нахмурившись, обошли демона по дуге и скрылись за дверью.       Змий горько ухмыльнулся и, хлопнув дверцей машины, унесся прочь, заставляя прохожих задыхаться от удушающего смога, что оставляла после себя его машина.

***

      Азирафаэль встретил ангелов и велел им подняться наверх в жилые комнаты.       Друзья переглянулись и поспешили убраться прочь. Уж очень разгневанным выглядел Начало, по телу которого не прекращая открывались все новые глаза.       Из комнаты Бризеля доносились приглушенные рыдания.       — Бризель, что случилось? — Гора и Сагесуил вошли внутрь.       Их друг валялся навзничь на подушках и рыдал уткнувшись в них носом. Рядом сидел Кроули и как мог, успокаивал его.       Бризель поднял от подушек свои покрасневшие глаза.       — Калистиэль… — хриплым голосом сказал ангел.       — Калистиэль, что с ним?.. — присел на краешек кровати Гора, привлекая к себе друга.       — Тот демон, что приходил… Это Калистиэль. Он Змий Искуситель! Тот самый… — Бризель судорожно задышал, пытаясь унять дрожь в голосе, но у него не получилось.       — Все хорошо, хорошо… — укладывая плачущего друга на грудь, вздохнул Гора.       В комнате повисло напряженное молчание.       Сагесуил судорожно перебирала юбку, но что она могла сказать?       С другой стороны, карьера их брата была действительно впечатляющей.       Тут даже говорить нечего.

***

      Этим же вечером Азирафаэль отправил Троицу на Небеса.       Бризель был в подавленном состоянии и ему было бы полезнее подпитаться благодатью непосредственно от источника.       Сагесуил и Гора тоже выглядели неважно.       А еще — их стоило на первое время оградить от Змия. Тот был слишком взбешен и мог натворить разных пакостей.       Кроули с грустью зашел во временную комнатку Бризеля. В углу были свалены пакеты с обновками, которые тот даже не развернул… А ведь только с утра они обсуждали, как завтра пойдут выбирать друзьям квартиру, чтобы они почувствовали себя более свободно в новом мире, в котором им все было в диковинку…       Кроули вышел в коридор и взмахнул рукой, убирая лишние двери. До возвращения ангелов эти помещения будут не нужны.       Энтони спустился вниз.       Азирафаэль сидел на диване, укутанный в плед и пил какао.       Энтони тяжело вздохнул и змеей вполз на колени любимого. Мягкая ладонь тут же запуталась в его волосах, мягко поглаживая отросшие прядки.       — Азирафаэль, не переживай. Все образуется.       — Хм…       — Вы не в первый раз ругаетесь. Конечно, с ребятами плохо получилось, но, что поделать. Кто знал…       — Я знал.       — Не кори себя, — спустя несколько долгих минут, все-таки ответил Энтони.       — Я должен защищать своих подопечных. И я опять не справился.       — Формально, Змий тоже твой подопечный! И ничего же не случилось, ну!       Азирафаэль грустно ухмыльнулся. Он успокаивал себя почти также.       — И я вообще не понимаю, чего ты так разгорячился! Бризель не такой пустоголовый, как хочет показаться. Да и Калистиэля он уважает и любит уже которое тысячелетие! Не вижу ничего в том, чтобы…       — А я вижу, — Азирафаэль нахмурился и склонился над Энтони, — Бризель — ангел. Невинное наивное создание. Он не видит в Змие демона, он видит в нем ангела, который оступился.       — Но что в этом плохого?!       — О-о-о, мой дорогой, — Азирафаэль снова ухмыльнулся, — скажи, что бы ты сделал, если бы встретил на улице Вельзевул?       — Облил её святой водой, конечно!       — А если бы это был я? Если бы я пал, а после - мы встретились? Смог бы ты уничтожить меня?       — Я…       — Вот и ответ. Ты не должен был даже задумываться. Кто бы не стоял перед тобой — это демон. И он должен быть уничтожен. Да, у нас со Змием есть соглашение… Но это касается только нас двоих.       — Значит, ты подтверждаешь, что Змий — хороший! — уселся на коленях супруга Энтони, яростно сверля того глазами.       — Я подтверждаю, что у меня есть договорённости с демоном. У нас с ним близкие отношения, которые люди могут охарактеризовать «дружбой». Но не более. — спихивая Энтони с колен, отозвался Азирафаэль.       — Почему ты так говоришь?! Змий столько раз помогал нам! Он знаком с состраданием, он любит тебя и меня, как умеет, но все же…       — Вот! Еще одна ошибка, Кроули! — Азирафаэль развернулся к супругу, назидательно выставив палец. — Демоны не могут любить, это ужасное заблуждение! Жизнь — не сказка, где прекрасная девушка исцеляет любовью порочное создание. Эту способность из них вырывали огнем и мечом! Да, Змий особенный. Он не хочет признаваться в этом даже самому себе! Он создал свой собственный кодекс чести, основанный на его памяти о нравственности, что была входу, когда он был ангелом. Но не более того!       — Но он любил Алана, ты не можешь отрицать!       — Любил ли? Или просто обманывал себя в этом? — изогнул бровь Азирафаэль, — насилие, колдовство, издевательства… Не будь Алан так глубоко мною благословлен, справился ли он?       Кроули отвернулся.       — Может, он просто не умеет по-другому?!       — Не может. Ведь демоны не могут любить.       Кроули сжал кулаки. Азирфаэля не переубедить — он уверен в своей правоте и точка.       А Кроули верит. Он хочет верить, что в Змие еще осталось что-то от Прекрасного Калистиэля, о котором без умолку мог рассказывать Бризель.       Он не верил, что в демоне не осталось хотя бы искры добра. Он знал его слишком долго, чтобы не дать ему шанс.

***

      Змий простоял у дверей книжного долго. Очень долго. Неизвестно, слышал ли он разговор Азирафаэля и Кроули своим острым слухом, но внутрь он так и не зашел.       Он приезжал, чтобы забрать бумаги, что оставил у Азирафаэля и попытаться помириться — для этого он, по-обыкновению, привез бутылочку вина.       Но внутрь он так и не зашел.       Неизвестно, слышал ли он разговор Азирафаэля и Кроули, но ангелы четко услышали, как разбилась в дребезги запущена в стену книжного магазина бутылка дорогого вина.       Неизвестно, слышал ли он разговор Кроули и Азирафаэля, но машина неслась по городу на немыслимой скорости, чудом не сбивая прохожих.       А водитель за рулем со злостью смаргивая злые слезы, сквозь зубы кидая на прохожих злостные проклятья.       Змий не знал, могут ли демоны любить. Но он знал — ангелы не дадут им шанс это узнать.