Конфиденциальность

Умеренный бриз пронесся над поверхностью сияющего Тессийского океана, испещренного истертыми водой валунами, возвышающимися из его мелководий. В дали, словно монолиты, вздымались высокие скалы, пока океанские глубины и неясный горизонт не поглощали их вдалеке. У самого края обрыва на пришедших обильно светило солнце, его мягкие лучи приветствовали многовидовое собрание, которое в почтительном молчании наблюдало за тем, как обернутое в белое одеяние тело осторожно опускали на ложе из цветов, которое покрывало верхнюю часть плиты из чистого мрамора, вырезанного так, чтобы идеально соответствовать размерам тела матриарха. Ослепительная белизна, окутавшая безжизненную азари, была непривычна для глаз; предположительно, белый цвет передавал энергию всей Вселенной — вспышку света, порыв небытия и рождения. Белый цвет был не только началом, но и концом. Белый был цветом смерти. — Надеюсь, ты готова, — тихо произнесла Ирисса. Тевос едва удержалась, чтобы не отвести взгляда от шепота, сорвавшегося с губ стоявшей рядом азари. Вместо этого она слегка наклонила голову в ее сторону, делая вид, что слушает собеседницу. Ее глаза по-прежнему были прикованы к телу покойного матриарха, прежде чем до нее донеслись новые слова. — Я была уверена, что в её старых костях осталось еще как минимум несколько десятков лет, — сухо сказала ей Ирисса, — это должно быть страшно, когда ты достигаешь своей тысячи, не зная, является ли головная боль просто головной болью или первым признаком того, что твоя нервная система начинает стремительно отказывать. Она, наверное, сама навлекла на себя беду. Слишком много недружелюбных взглядов, слишком мало улыбок. — Будь добра, Ирисса, — шикнула в её сторону Тевос. Перед ними, восседая над телом усопшего Советника, священница азари произносила молитву. Матриарх Идрас была могущественной фигурой. Она была избрана и переизбрана Советником азари на четыре полных срока, охватывающих почти четыре столетия, два из которых Тевос провела, работая под ее началом как коллега-дипломат, проводя большую часть своих лет, отстаивая её интересы. Несмотря на острый язык и некоторую склонность к холеризму в последние годы своей жизни, Идрас всегда была очень надежной. Когда она что-то обещала, все знали о её непогрешимых намерениях выполнить своё обещание. Но ее непреклонность не обошлась без отрицательных мнений со стороны ее народа, обычно более снисходительного по своей природе. С течением времени её непопулярность среди матриархов росла, но она никогда не колебалась в том направлении, которое позволило бы им иметь какие-либо основания для её замены неопытными кандидатками, которые выступали против неё. Конечно, существовала до сих пор некая небольшая группа азари (матриарх Этита, например, первой пришла на ум Тевос), которая обожала Идрас и была очень обеспокоена её уходом, но главным образом потому, что это означало, что кто-то менее смелый и дерзкий наверняка займет её место, так как народ азари не был известен своим упорством. Идрас была, мягко говоря, отклонением от нормы. Да, временами с ней было очень трудно работать, подумала Тевос, когда мистические молитвы священницы пронеслись в её голове, она все еще была опечалена уходом Советника. На протяжении многих лет она была подвержена достаточно пассивной агрессии со стороны Идрас, это могло бы породить бесчисленные эмоциональные комплексы, но Тевос упорно выдерживала все эти неприятные дни, чтобы увидеть те случаи, когда вся их тяжелая работа и страхи окупались в виде каких-то хороших изменений, происходящих в их правительстве, таких как недавнее принятие нового закона, который финансировал более эффективное ведение учета азари в отношении их брачных партнеров и их детей. В тот день, с нежностью вспоминала Тевос, Идрас одарила всех лишь улыбкой и чуточкой доброжелательности. После смерти Советника азари, матриархи немедленно назначили выборы, которые принесли бы замену в течение короткого промежутка времени. Тевос была избрана по общему решению, матриархи, казалось, были полностью удовлетворены ее разумным подходом к решению проблем, ее терпением и осторожностью. А когда матриархи Тессии отдавали предпочтение какой-либо кандидатке, ожидалось, что и остальные граждане последуют их примеру. Поначалу она была удивлена таким решением, поскольку в среднем была на сто или двести лет моложе других кандидаток и ожидала, что матриархи будут превозносить возраст над многими другими факторами, как они часто делали это в прошлом. Очевидно, она проделала замечательную работу и создала для себя столь же убедительное существование на политической сцене, чтобы получить от них такую большую поддержку. Теперь она была на самом верху власти. Сотни лет, посвященных ее образованию и политической карьере, наконец принесли свои плоды. Это было поначалу пугающе, но она собрала весь свой накопленный опыт, и теперь полностью была готова играть свою роль. А вот у Ириссы, похоже, были свои сомнения на этот счет. — Два других Советника будут ужасно обращаться с тобой в течение первой недели или больше, — сказала Ирисса, очевидно не в силах сдержать свои мысли до более подходящего момента, — они все еще будут считать тебя той женщиной, которая перебирала для Идрас ненужные бумажки, а также служила ей словесной грушей для битья. Тебе придется силой заставить их изменить своё мнение. Не позволяй им подмять под себя Советника Тевос. Я знаю, что ты умнее их обоих вместе взятых, и ты переживешь их в пять раз больше. — Я вижу, ты уже осваиваешься на новой должности. Но я не знала, что твоя роль также влечет за собой консультативные обязанности, — Тевос оценила её беспокойство, но также почувствовала, что Ирисса недооценивает её. — О, эти советы не… неофициальны. Но я все еще твоя подруга, и я думаю, что было бы правильно с моей стороны убедиться, что ты готова к предстоящему… Ах, какой дипломатический термин подходит для этого больше? Дерьмовому шторму. Тевос невольно улыбнулась. Ирисса, конечно же, была племянницей Идрас; пылкая и полная неприличных ругательств в разговоре с близкими, однако она мгновенно была способна принять холодную, жесткую дисциплину, как только они оказывались перед камерой. Забавная причина, по которой она не проливала никаких слез по своей тёте — или даже не молчала во время похорон — заключалась в странном феномене, который, как Тевос понимала, был основан на черном юморе, включающем «ожидание, когда Идрас наконец умрет, чтобы ее уровень стресса снизился». Было грустно видеть, как Идрас уходит, но она действительно ушла, как говорится, в более спокойное место, и тут не о чем было горевать. Идрас больше не будет переживать и нервничать из-за жизни своих людей и их отношений. — Они будут ожидать от тебя многого, — сказала Ирисса. — Я знаю, — ответила Тевос. — Надеюсь, что ничего слишком плохого не произойдет в течение некоторого времени. Ну, знаешь, пока ты хотя бы не разберешься, что к чему, — с усмешкой прошептала Ирисса. — Да, — рассеянно согласилась Тевос, — надеюсь, что не произойдет. Они наблюдали за тем, как читаются последние молитвы. Священница говорила о вечности, о бесконечных круговоротах энергии и сознании Вселенной, возвращающей их обратно в себя в течение всего мыслимого времени. Уход матриарха Идрас был только в воспринимаемой реальности, сказала она, а в физическом мире она все еще оставалась связанной с космосом. На безжизненном теле матриарха шелковые подолы жемчужного платья затрепетали от очередного дуновения ветерка, и несколько лепестков сорвались с цветков, рассыпавшись вокруг нее.

***

В полуразрушенной квартире, нависшей над металлическим городским пейзажем, окутанным вечной тусклой красной аурой, которая зловеще отражала кровь и насилие, охвативших жителей внизу, на большом изогнутом диване в главной гостиной торжественно собиралась толпа криминальных лордов. Когда последний человек из списка приглашенных вошел в комнату и занял свое место, охранники, лениво стоявшие у входа, принялись перебирать оружие. Их Королева стояла у большого окна, скрестив руки на груди. Она смотрела на поднимающиеся завитки дыма заводов и мерцающие огни скайкаров, плывущих по улицам внизу. Пол в квартире слегка пах чистящими средствами, а в нескольких метрах от входа в заброшенную спальню на дешевом ковре виднелось большое багровое пятно. Повсюду вокруг них были разбросаны обрывки свидетельств, намекающих на то, сколько раз эта резиденция была переделана и очищена, и на то, какие именно события происходили в ее стенах. Кроме того, можно было бы с большим трудом предположить, сколько именно тайных мест принадлежало Арии, поскольку Загробная Жизнь не всегда была самым идеальным местом для проведения деловых встреч. Некоторое время все молчали. Вместо этого они терпеливо наблюдали за ней, чувствуя её невысказанное требование тишины, пока она — и только она — не решит нарушить его. Одни в ожидании бросали друг на друга испытующие взгляды. Другие постукивали ботинками, но очень старались, чтобы звук не был громким. Их предводительница глубоко о чем-то задумалась, и это было очевидно. Невозможно было понять, что происходит у нее в голове, но тишина, которую она навязывала окружающим, была столь же зловещей, как грохот медленно приближающейся черной бури. — А теперь, — наконец в воздухе раздался голос Арии Т’Лоак, — когда все устроились, мы можем приступить к окончательному обсуждению цели нашего собрания, — она обернулась, чтобы посмотреть, как суровость опускается на их лица, — сегодня состоялись похороны бывшего Советника азари, матриарха Идрас. Завтра ее преемница займет свое место в Совете. Она была ученицей Идрас, но всегда действовала осторожно, не воинственно, — улыбка расползлась по ее лицу, выдав следующее слово с веселой насмешкой, — «Миротворец.» Ария шагнула к ним и повернулась к азари в желтых доспехах, богато расписанных знаками отличия. — Джона Седерис обеспечит основную поддержку для этой операции. Я хочу, чтобы наемники Затмения находились на борту батарианских грузовых кораблей, а истребители прикрывали их с флангов. Если вы встретите какое-либо сопротивление Совета, вы ни при каких обстоятельствах не будете стрелять. Я не хочу начинать гребаную войну. Именно этого мы и хотим избежать. Вместо этого бегите, либо уклоняйтесь от них, — сказала Ария. — Это не очень весело, — усмехнулась Джона Седерис, — но мы будем соблюдать твои требования. — Как только вы покинете пространство Терминуса, — обратилась Ария к батарианскому пиратскому генералу Ралоту Дар’Неру, который опустил сигару, чтобы выслушать более внимательно, — вы передадите груз коммерческим кораблям, ожидающим вас в указанных координатах в Аттическом Траверсе. Как только передача будет завершена, я хочу, чтобы вы немедленно вернулись обратно в системы Терминуса. Не задерживайтесь на территории Аттики дольше, чем это необходимо, так как вы привлечете внимание и, возможно, скомпрометируете наше прикрытие. — Будет сделано, — ответил генерал слегка кивнув. — После того, как корабли пришвартуются, я хочу, чтобы оперативники немедленно разместили грузы по домам. От них я хочу получить широкое распространение. Я хочу, чтобы продажи развернулись таким образом, чтобы наши товары были как можно менее отслеживаемыми, чтобы выиграть нам время, — Ария села на пустое место на диване, положив руку на его спинку и скрестив ноги. В тусклом свете ее глаза вспыхнули яростью. — Я буду ожидать ежедневных отчетов о ходе работы. Я хочу точно знать, сколько человек покидает Омегу и сколько прибывает в пункты назначения. Я хочу знать точно сколько кораблей следует и по каким маршрутам, и названия кораблей в частности. Если возникнут какие-либо серьезные инциденты, вы сообщаете мне или рискуете потерять свою долю в прибыли. В конце этой недели мы проведем необходимые расчеты и первые выплаты будут распределены. После этого платежи будут поступать ежемесячно, в одно и то же время. Через несколько часов я пришлю каждому из вас подробный отчет с описанием этой операции. Есть ли какие-либо вопросы на данный момент? — У меня только один вопрос, — неуклюжий, массивный кроган заерзал на стуле и проворчал своим глубоким голосом, — а что будет, когда Совет начнет понимать, что мы делаем? Когда они поймут, что все это исходит от нас? — Когда Совет узнает, а это неизбежно произойдет, я буду вести с ними переговоры. Тебе вообще не нужно об этом беспокоиться, — с большой гордостью ответила Королева Омеги. — Но разве мы так уверены, что нас не разорвут на куски? Наши силы впечатляющие, но пространство Совета имеет в своем распоряжении огромные флоты, — осторожно спросила стоявшая справа от Королевы азари. Ария повернулась к азари, одетой в легкую броню, несколько напоминающую комбинезон коммандос, но усиленную практичными участками металлических деталей, которые не слишком ограничивали движение. Она хмуро посмотрела на своего лейтенанта. — Я ни в коем случае не осуждаю твой план, — пояснила Амира, увидев, что в Арии зарождается гнев, — но меня это беспокоит. Мы просто не настолько влиятельны, чтобы требовать переговоров от матриархов или Совета. Я думаю, что они просто посмеются над нами, совершенно искренне. Королева встала и снова подошла к окну, чтобы посмотреть на свою зарождающуюся империю. — Ты когда-нибудь смеялась над ситуацией, в которой кто-то целится тебе в лицо из пистолета? — после небольшой паузы спросила ее Ария. — Вероятнее всего нет. Но если у меня будет более мощное или более быстрое оружие, я могу рискнуть посмеяться, — ответила лейтенант. — Но согласишься ли ты пойти на этот риск, если ты окажешься простым человеком, а наставляющий на тебя пушку — окажется опытным убийцей? — вновь спросила Ария. — Я бы просто постаралась выстрелить первой, если бы до этого дошло, — сказала азари. — Именно, — сказала Ария, поворачиваясь и указывая в ее сторону с победоносной ухмылкой на лице, — есть причина, по которой мы теперь одержим победу вверх. Идрас выстрелила бы первой, вероятно, спровоцировав тем самым войну. И все знают, что мы бы не победили. Эта старая сука в конце концов отправила бы нас домой с горящими задницами, — она произнесла это с большим презрением, возвращая свои честолюбивые глаза к пылающему горизонту Омеги. — Но на этот раз у нас есть Советник, которая любит договариваться обо всем. Она не любит ссориться. Все это есть в ее досье. В то время как Идрас, вероятно, послала бы своих людей на военные корабли, чтобы преследовать нас, следовательно, рискуя и уничтожая многие из их жизней, Советник Тевос предпочла бы выбрать маршрут, который приведет к наименьшему количеству жертв. Не говоря уже о том, что она только-только стала Советником. Если мы будем давить и достаточно ее запугаем, она может расколоться гораздо быстрее и дать нам даже больше свободы действий, чем мы изначально рассчитываем получить. Вот почему мы делаем это сейчас. Мы спешим заполнить вакуум власти, который оставила после себя матриарх Идрас. Омега — это будущая Цитадель Галактики, и это начало новой эпохи. Просто не теряйте головы, делайте, как я говорю, и мы достигнем успеха. Вы все вернетесь домой чертовски богатыми. Послышался шепот понимания и согласия. — Мне это нравится, — заявил Ганар Ранг, озвучивая их общие мысли. — Начинаем накачивать их территории наркотиками и пожинать все, что мы сможем, пусть наша великая и громко говорящая Ария Т’Лоак вытащит нас из нищеты, мы вернемся домой с карманами, полными кредитов. Правда мы будем действовать не так жестоко, как мне обычно нравится, но зато просто, эффективно и чрезвычайно выгодно для нас. — Это так, — согласилась Ария, слегка гордо вздернув подбородок и взглянув на них через плечо. — И как только будут достигнуты успешные результаты переговоров, я могу гарантировать вам будущие торговые пути на их территории. Я уверена, что мы все получим то, что хотим. — Это большая авантюра, — сказал Ралот. Он все цеплялся за какой-то скептицизм. — Но ты довольно грациозно захватила Омегу. Ты много раз доказывала, что ты гораздо более красноречива, чем когда-либо был Патриарх. Здешняя экономика процветает; последние несколько десятилетий были одними из лучших в истории. И поэтому… я полностью поддерживаю этот план. Выгоды, которые нам предстоит получить, неоспоримы, — он погасил сигарету и наклонился вперед. — Давайте-ка приступим к делу. Амира внимательно рассмотрела собрание могущественных криминальных лордов и увидела в их глазах нетерпение и жадность. Чем больше она об этом думала, тем успешнее казался ей этот план. Эмигрировать на Омегу, чтобы работать под началом Арии, было одним из лучших решений, которые когда-либо принимала наемница. Она прибыла на недружественную станцию всего лишь через несколько лет после прихода Арии к власти, и сразу же распознала в ней потенциал истинного лидера, какого Омега никогда не видела прежде. Ария Т’Лоак была расчетливой, умной и харизматичной. Прежние последователи Патриарха толпами предавали его только для того, чтобы иметь привилегию называть ее своей Королевой. Казалось, что боги заговоров, тайного богатства и чистой силы выбрали ее и послали на эту зловещую станцию, чтобы узурпировать этот трон. Если кто-то и мог провести успешную операцию на территории Совета и выйти сухим из воды, не оставив ни следа копейки в их кошельках, то это была Ария Т’Лоак. — Вонзи в них свои когти поглубже, — тихо сказала ей Ария, ее голос был полон превосходства, — и не отпускай. Пусть они уступят нашему плану. Пусть они примут во внимание наши успехи. Мы — Омега, и мы будем всевластны. Лейтенант покорно кивнула Королеве пиратов, впитывая ее слова как губка, словно они были неопровержимой догмой.