homerun

Чонгуку совсем не стыдно любить очень сладкие напитки. Конечно до тех пор, пока его взгляд не сталкивается со взглядом Чимина. С насмешливым взглядом и жуткой ухмылочкой на губах. — Что? — хмурится Чонгук, надуваясь как хомяк. — Ничего, — пожимает плечами Чимин, тем не менее продолжая зубоскалить, спрятавшись за стаканчиком кофе. Чонгук стабильно, пару раз в неделю, начинает жалеть о том, что когда-то завёл себе такого друга. Лучше бы был одиночкой на первом курсе. Пусть Пак Чимин и выглядит, как милая плюшечка, но внутри он мелкий коварный дьяволёнок, который любит поддеть. Но сейчас одно спасает — стаканчик горячего кофе. Девушка за кассой сделала его напитку огромную сливочную шапку, и Чонгук был ей за это благодарен. — Как это вообще называется? — Бичерин. Глаза Чимина округляются, а рот растягивается ещё шире. Он становится похожим на какую-то игрушку. Губки бантиком, милый свитер с каким-то аляповатым принтом по центру. Такие часто встречаются в красивых упаковках на полочках Волмарта. Даже в интернет-магазине заказать можно. Жаль только, что в отличие от куклы, Чимин может говорить. — Ты шутишь, наверное? — Это просто эспрессо, два вида шоколада и сливки, — отфыркивается Чонгук. — Малыш, это даже звучит чертовски сладко. — Не называй меня так, — шипит Чонгук, прожигая друга взглядом. — Иначе расскажу Хосоку о том, где ты пропадал позавчера. На этой фразе лицо Чимина удивлённо вытягивается. Чонгук складывает руки на груди, победоносно ухмыляясь. О, да. Он знает, где Чимин пропадает вечерами. Хосоку, парню, с которым тот встречается, будет интересно послушать о том, как Пак посещает уроки стрип-пластики. — Не называть тебя как? — появляется будто из ниоткуда Ким Тэхён. Чонгук давится воздухом, бросая гневный взгляд на Чимина, как бы говоря: серьёзно? На щеках начинают расцветать розовые пятна, а сердце часто дробить. Боже, этот парень нравится ему уже полтора года. Полтора чёртовых года Чонгук мнётся, теряя весь свой запал и смелость, только лишь встречаясь с ним глазами. — Малышом, — словно издевается Чимин, издавая весёлый хмык, когда Чонгук пытается скрыться за козырьком своей кепки. — Он пьёт кофе… Нет, я не могу назвать это кофе. Он пьёт сладкий напиток, совсем не переживая о том, что его зад вот-вот слипнется. Тэхён вскидывает брови, а Чонгук готов сквозь землю провалиться. Он пинает Чимина по ноге, быстро облизнув пересохшие губы. И старается смотреть куда угодно, только бы не на парней, что сидят напротив. — Позволишь?.. — спрашивает Ким, приподнимаясь. — Я хочу попробовать. Малыш. Сердце Чонгука подскакивает к самому горлу. Из уверенного парня он вдруг превращается в медовую пастилу. В горячую медовую пастилу, которую Тэхён мог бы уверенно использовать как угодно. Чонгуку стыдно, но он согласен даже на одноразовый секс. Да-да. Если вдруг Ким Тэхён бросит клич, то он будет первым в очереди. Конечно, придётся поработать локотками. А в некоторых случаях и кулаками, ведь Ким довольно популярный. Но своего Чонгук бы не упустил. Он смотрит на то, как Тэхён слизывает сливочный завиток с его кофейного напитка, понимая, что лицо вот-вот воспламенится. — Неплохо, — подытоживает парень. — Но я люблю без сахара. Действительно. Действительно, какой же ещё кофе нравится Киму? Без сахара. Чёрный, как и его магнетический взгляд. Чимин фырчит, явно получая удовольствие от того, что Чонгук в кои-то веки проглотил язык. — Мне… — сглотнув, говорит он. — Ох, ребятки, а я и забыл, — внезапно влезает Пак. — Нужно кое-что забрать из учебной части. Чонгук хлопает глазами, наблюдая за тем, как друг машет ему ручкой, проказливо усмехаясь. Ему не жить. — Итак, — говорит Ким Тэхён. — Кажется, ты меня избегаешь. — Нет, — быстро отвечает Чонгук. Слишком быстро. — Знаешь, ты не умеешь лгать. Я тебе настолько не нравлюсь? Чонгук ёрзает на заднице, возмущённо распахнув рот. — Да с чего ты взял?! Я просто… Просто… Слишком занят в последнее время. Да. Ага. Ну, знаешь, — неловко запускает ладонь за свою шею. — Скоро конец семестра, нельзя спасовать. — Угу, — сузив глаза, мычит Тэхён. Чонгук не понимает, какого чёрта он должен перед ним оправдываться. — Что за напиток ты пьёшь? Чонгук думает о том, что сегодня не его день, раз все вдруг заинтересовались его предпочтениями. — Слушай, мне пора, — говорит он, вставая из-за столика. — Ещё увидимся. — Эй! Ты на вечеринку придёшь?! — летит ему вслед. Если честно, Чонгук пока не знает. Это сложно, быть самим собой. Он так привык показывать всем свою сильную сторону, что в тот момент, когда наружу выбирается застенчивость, теряет уверенность, превращаясь в трусливого прилипалу. Именно, что прилипалу. Чонгук следит за Тэхёном, стараясь почаще появляться возле его кампуса, знает его расписание наизусть, и вообще ведёт себя, как идиот. — Ты должен ему признаться, — говорит Чимин, поедая свой любимый чуррос, когда заваливается в их комнату вечером, притащив с собой кучу всякой съедобной дряни. — Если наследишь — будешь убираться всю следующую неделю, — бурчит Чонгук, пытаясь вычитать свой реферат, который должен был быть сдан ещё позавчера. Обычно у него с этим проблем никогда не возникало. Но в последнее время всё стало выходить из рук вон плохо. — Знаешь, ты такой секси в очках. Приди как-нибудь в них на лекции, уверен, тогда Тэ-Тэ сам запрыгнет на твои шикарные бёдра. Чонгук, не глядя, тычет ему оттопыренный средний палец, тут же слыша весёлый смешок. — Малыш, я серьёзно. Эта вечеринка — твой шанс. Ты разве не видишь, как Тэхён на тебя смотрит? Чонгук, правда, очень долго терпел. Он стаскивает с носа очки, хрустит суставами на пальцах, поднимаясь на ноги. — Я предупреждал, да? — изгибает брови, шагая к кровати. — Эй! Я же любя! Чонгук скалится, нападая. Он знает все-все слабые места Чимина. Чем уверено пользуется, заставляя друга задыхаться от щекотки. — Ты, правда, должен уже взять себя в руки, — тихо говорит Чимин, когда они слишком устают, чтобы разойтись по кроватям. Лежат, тесно прижавшись друг к другу, будто у них пижамная вечеринка. — Я знаю. Но я не уверен… Ты понимаешь о чём я. — Эй, малыш, у тебя всё выйдет. Думаю, Ким Тэхён будет прыгать до потолка от радости, раз такой лакомый кусочек обратил на него своё внимание. — Очень смешно. — Я серьёзно, тигр. Ты хоть знаешь, сколько девчонок и парней провожают тебя голодными взглядами? Да я бы и сам… — Чимин, заткнись. Пак послушно затихает, но в следующую секунду распахивает рот и больно кусает чужое плечо. Борьба продолжается. А на вечеринку Чонгук всё-таки идёт. Надевает свой любимый лонгслив, узкие чёрные джинсы и накидывает кожаную курточку, зачесав довольно отросшие волосы назад. Он знает, что у кого-то с третьего курса День рождения, и этого знания достаточно для того, чтобы натянуть на лицо дежурную улыбку, будучи готовым, когда надо прокричать что-нибудь весёлое. И надо бы купить выпивку. Отличный подарок выйдет. — Да ты горячая штучка! — присвистывает Чимин, явно напрашиваясь на второй раунд.— Я бы сам замутил с вами, сэр. — Чимин, сейчас получишь по заднице. Клянусь. Пак поднимает руки вверх, гогоча во всё горло, когда Чонгук срывается за ним вниз по ступеням. В такие моменты становится очень тепло на душе. И уже не появляются сомнения в том, что дружба едва ли не главное, что есть в жизни. Вечеринка предсказуемо оказывается дерьмом. Ну, а какой она ещё могла быть? Куча выпивки, минимум еды, громкая музыка и толпа пьяных студентов. — Ох, Чонгук-и, ты пришёл!.. Чонгук дёргается, когда на его плечи ложатся чьи-то руки. Он оборачивается, сталкиваясь носом с подвыпившим Тэхёном. Это сразу бросается в глаза потому, что тот становится тактильным и улыбается во всю ширь своего рта незабываемой квадратной улыбкой. А стаканчик с какой-то мутно-зелёной жидкостью просто кричит об этом. От таких коктейлей можно отправиться прямиком на тот свет. Чонгук хлопает глазами, глядя на такого раскрепощённого Тэхёна. Парня, у которого синий цвет волос. Чонгуку становится смешно. Ким вскидывает брови, подозрительно окинув его взглядом. — Ты похож на смурфа, — объясняет Чонгук своё веселье. — Эй! — трескает его по лбу Ким. — Очень плохое сравнение, малыш. После такого обращения смеяться больше не хочется. У Тэхёна пьяненько блестят глаза, он часто облизывает губы и слишком откровенно рассматривает Чонгука. Тому даже как-то неловко становится. Вот в этом и причина всех страданий, ведь обычно Чон идёт в наступление, а рядом с Тэхёном единственное, чего хочется, так это сбежать. — У меня появилась идея, — заявляет Ким, хватая Чонгука за руку. Того будто разрядом тока пронзает. Тэхён резко тянет Чона в сторону лестницы, и если тот сразу не понимает что к чему, то тогда, когда Тэхён толкает его к стене, на пробу прижимаясь смазанным поцелуем, осознание ситуации бьёт обухом по голове. — Эй-эй-эй, — пытается отстранить от себя парня Чонгук. — Ты будешь потом жалеть. — Малыш, поверь, я ждал этого так долго, что ещё немного и я просто спущу в штаны. Так. Ладно. Сердце Чонгука пускается вскачь. Он отталкивает от себя Кима, но тот снова приближается, пока не съезжает на пол, цепляясь за ремень. — Это точно нет, — нервно говорит Чонгук, защищая своё добро в штанах от нападения чужих загребущих рук. Тэхён рычит, и Чону кажется, что Чимин ошибся, тигр здесь не он. Особенно в этой чёрной футболке. В узких рваных джинсах и с тату, которое становится видно в вороте, ближе к плечу. Чёрт, Чонгук никогда его не замечал. Кажется, какой-то цветочный орнамент. Что-то вроде лилии, слишком плохой обзор, чтобы сказать наверняка. — Нравится? — спрашивает Тэхён, блеснув глазами. Что на такое вообще можно ответить? Конечно же, да. И Чонгук бы ответил, если бы Ким встал во весь рост, а не стоял на коленях, ткнувшись носом в его пах. Это совсем не то, что сейчас нужно. Ну, то есть, это круто, конечно, и внизу живота уже очень горячо, но Чонгук хочет всё-таки не разового перепихона, а нечто большее. — Так, — выдыхает он. — Тэхён, перестань. Сначала я угощу тебя кофе. Поверь, ты поменяешь свой вкус и забудешь о той крепкой бурде, что вливаешь в себя. До Чонгука не сразу доходит, что он только что ляпнул, из-за нервов став болтливым не в меру. Он только что... — Если ты захочешь, конечно, — добавляет он, со страхом наблюдая за тем, как Тэхён поднимается на ноги. — Ты приглашаешь меня на свидание? — буквально урчит Ким, провокационно упираясь руками в стену, по обе стороны от лица Чонгука. Мимо проходят какие-то ребята, и тому становится жутко неловко. А ему тут могли сейчас отсасывать. Жуть. — Если ты хочешь, — выдавливает из себя Чон. — И если это не… Ну… Не на один раз?.. Тэхён прижимается к нему, вжимаясь ощутимым стояком в бедро. — Ты меня за кого принимаешь, малыш? Если сегодня я и хотел развлечься, то только с тобой. Чонгук замирает, чувствуя на своей щеке чужое дыхание. Лимонное и с явной примесью спирта. — Я не это имел в виду… — Да уж, — фыркает Ким, отстраняясь. Чонгука накрывает волной паники. Он цепляется за его руку останавливая. — Эй, я правда ничего такого не имел в виду. Просто… Мы и не знакомы толком. Тэхён вдруг смеётся. Запрокидывает голову, предоставляя прекрасный вид на свою шею и выступающее адамово яблоко. — Точно малыш, — бормочет он. — Ты милый, — говорит уже громче, тыкая указательным пальцем в щеку Чонгука. — Я так понимаю, что мне нужно будет пройти все базы*, чтобы забраться к тебе в штаны и познакомиться с Гукки-младшим? — Звучит смешно, — улыбается Чон, чувствуя, как на щеках проступает румянец. — Но так будет интереснее. Правда же? Тэхён раздосадовано стонет, качая головой. — Мы можем считать этот вечер стадией поцелуев? Внутри Чонгука что-то сладко тянет, взрываясь в животе хвалеными бабочками. — Думаю, в виде исключения… — Слава богу, — перебивает его Тэхён, грубо притягивая к себе. — Иначе планы пожамкать твою шикарную задницу вполне могли бы воплотиться в жизнь. Чонгук улыбается, с готовностью принимая поцелуй. Тэхён, конечно же, простым поцелуем не ограничивается, толкается до тех пор, пока он не хлопается лопатками об стену. Кажется, кто-то свистит. Но всё, на что Чонгук может реагировать, это чужой влажный язык в своём рту и горячие ладони на пояснице. Кажется, Тэхён собрался сразу же перейти к следующей базе. Но Чонгук шлёпает его по рукам, заставляя недовольно запыхтеть. — Ты очень вредный, малыш. Я тебе отомщу. Чонгук багровеет, находя такое обращение к себе очень и очень горячим. — Даже не сомневаюсь, — отвечает он, втягивая Кима в новый сладкий поцелуй.