Неожиданно.

Так Куроо прожил чуть больше двух недель. Парень отказался от всего: от выпивки, от всех других бет и омег. Он доказывал свою любовь к Цукишиме и не желал оставлять надежду на место в его сердце. Вызов был выполнен, но каков ценой! Он мучил своё тело правильным питанием, трезвенничеством и отсутствием любви со стороны противоположных полов. Организм отравленный алкоголем наконец-то получил шанс на спокойную и правильную жизнь. Никаких больше баров! Теперь он смотрел на Бет и омежек только со стиснутыми зубами, да и то мельком— учился быть верным. Он был готов на все!

***

Pov Куроо. Цукишима стал любовью моей жизни, её смыслом и светом. Он заслуживает лучшего, чем  пьяница и гуляка, ему нужен  любящий человек, такой же хороший как и он сам, потому что  лучше него стать невозможно. Он идеален. Чего только стоит его прохладный взгляд из-под стёкол очков— строгий и дерзкий. Цуки словно говорит всем своим видом: «попробуй или умри» и это правда. Попробовав, не слезешь больше никогда.  Сколько альф претендуют на его  сердце? Никто не знает. Какова  гарантия того, что я не очередной простак?  Хм… Несущественная. Но я всё  равно буду добиваться его,  чего бы мне это не стоило, любить до конца и надеяться, что меня тоже полюбят. *** Куроо сидел и просматривал отчёты и диаграммы прибыли. Все запреты никак пагубно не повлияли на Куроо, совсем наоборот. Вечером он сразу же ложился спать, не ходил ни в клубы, ни в бары и даже не выпивал дома. Крепче кофе он ничего не пил.  — Куроо, можно тебя? — постучался Дайчи. Брюнет вышел из кабинета со вздохом. Перед ним стоял рыжий веснушчатый парень, одетый как и все работавшие здесь люди.  — Это новый сотрудник вашего отдела, — сказал Дайчи — Он помощник Цукишимы, помоги ему устроиться, — сказал Дайчи и ушел в свой кабинет. Куроо оценивающе посмотрел на новенького. Все это происходило перед Кеем, поэтому Тэцуро боялся сказать лишних слов.  — Как зовут? — спросил Куроо.  — Джин, бета, — весело ответил парень.  — Ясно. Вот с ним ты будешь работать, — Куроо повернулся к Цукишиме — Это Цукишима Кей, он тебя всему научит и про всех расскажет, — устало сказал Тэцуро.  — Как мне к вам обращаться? — Куроо-сан. Ещё что-то? — Да, конечно. Вы альфа? — спросил рыжик — А что, может омегу напоминаю? — решил съехидничать Тэцуро. Рыжий немного стушевался, но задал последний мозговзрывающий вопрос. — А у вас есть пара? — Извини, но не думаешь, что это личное? — Ну скажите, пожалуйста! Прошу вас! /Замечательно, этот Джин скоро узнает всех его родственников до десятого колена и залезет на шею. Треснуть бы по роже, чтобы заткнулся…/ — зло подумал Цукишима. — Ну, вобщем, там всё сложно… — ответил брюнет. От всех этих расспросов у Кея голова шла кругом. Мысли были только такие: «Зачем ему это?», «Почему именно Куроо?», и самый главный вопрос: «Почему именно я?!». Этот парень не умолкал ни на минуту, он разговаривал больше, чем дышал.  — Давай работать, ты слишком много говоришь, — прямо ответил Цуки. Рыжий даже не понял, что произошло, и только потом, что-то обиженно бубня себе под нос, стал работать. Обед. Куроо сидел у себя в кабинете, ему было некогда есть. Цукишима ушел в столовую, а Джин остался и быстро прошел в кабинет Куроо.  — Здравствуйте, Куроо-сан, — хитро улыбнулся парень.  — Да-да, что нужно? — раздражённо спросил Тэцуро.  — Ничего, к вам пришел… — он подошёл ближе к столу Куроо. Брюнету это не понравилось.  — Куроо-сан, а вы свободны сегодня вечером? — словно лис, улыбаясь спросил Джин, и по-хозяйски уселся на рабочий стол.  — Нет, — твердо ответил парень.  — Жаль… Джин слез со столешницы и, покачивая бедрами, направился в столовую, рассерженно хлопнув дверью. Но в неё тут же постучали. — Да, войдите, — сказал Куроо, обеспокоенный поведением Джина. Кей вошёл в кабинет и прошёл к столу главбуха. Далее, он встал рядом с альфой и, глядя ему прямо в глаза, сказал: — Я смотрю, на тебя тут глаз положили. Помощь нужна? Или ты бросил праведную жизнь? — он ухмыльнулся, обнажив ряд белоснежных зубов. — У меня есть что сказать, — ответил Тэцуро.