Звёзды не ездят в метро...

      Нажав кнопку нужного этажа, Никифоров устало прислонился к стенке кабины лифта. — Подождите! — в последний момент в лифт влетел запыхивающийся темноволосый парень в объемном синем пуховике. — Ух, еле успел! Топал бы… Вам какой? — спрашивает брюнет, нерешительно замирая рукой над кнопочной панелью. — Восьмой, — уточняет Никифоров, кутаясь в большой тёмный шарф. Натягивает его до самого кончика носа, что выше — скрыто зеркальными очками-авиаторами. Странно для мрачного Питера, но безопасно для самого Никифорова. — О, соседи! — бодро отзывается парень и наконец переводит на блондина взгляд. Брюнет поражённо замирает, даже не договорив. Никифоров пытается глубже закутаться в шарф, сохраняя по возможности бесстрастное выражение лица. Кабина, протестующе звякнув направляющими, трогается с места. Поняв свою оплошность, брюнет быстро отвернулся, являя Никифорову лишь залитую румянцем шею и напряжённый разворот плечей. Второй, третий… Этажи медленно ползут вверх, отсчитываемые древним механизмом. Брюнет выдыхает, немного расслабляясь, поворачивает голову, и Никифоров видит вполне симпатичный профиль. — Извините… Я разволновался, знаю, что невежливо так пялиться на людей, но… вы похожи на одного актёра, — извиняется он. — На Никифорова, я знаю. — Да… Вам, наверное, это часто говорят, — брюнет вновь покрывается пятнами смущенного румянца, и Виктор, как ни странно, находит это весьма милым. — Не знал бы, что Никифоров сейчас в Лос-Анджелесе, принял бы вас за него. Безумие, правда? — Ну почему же, я действительно на него похож, мне многие говорят. Хотя есть небольшие отличия. Найдешь? — тряхнув чёлкой, Никифоров подставляет лицо к свету, предоставляя лучший обзор. — Да… сейчас я вижу. У вас нос не такой идеальный, и подбородок шире. У Никифорова он более точеный, правильной формы. Хотя, конечно, сходство поразительное. — Да? — ощетинивается Никифоров. — Зато… зато у меня лоб не такой высокий! Вот, посмотри, — он прижимает ладонь ко лбу, — красивее, чем у Никифорова. Парень лишь снисходительно улыбается, слушая эти слова. — Извини, не хочу тебя расстраивать, но невозможно быть красивее, чем Никифоров. Он — идеал. Шестой этаж… — Идеал? Хм, интересно… — вздыхает Виктор. — Но я ведь близок? Да, Юри? Парень вздрагивает. — Откуда ты знаешь, как меня зовут? — подозрительно спрашивает он. — Ну так соседи! Пхичит меня как-то встретил и тоже принял за порнозвезду, насилу ему доказал, что я просто менеджер в фирме, и меня Олегом зовут. — Юри Кацуки, — представляется брюнет, слегка кланяясь в ограниченном пространстве лифта. — Олег Попович, — не остается в долгу Никифоров, представляясь. — Знаешь, я тоже немного фанат Никифорова, внешность, так сказать, обязывает. Смотрю иногда его стримы, фильмы с ним. И… — наклоняется ниже, — у меня есть с ним плакат, с его подписью! Кацуки не может не фыркнуть, слушая всё это. — Плакат? Только один? У меня их больше, поверь, — торжествующий взгляд из-под тёмных ресниц, — и смирись. — Нет! Ты разбиваешь мне сердце! Ты больший фанат, чем я? — Никифоров театрально прижимает руки к груди, словно прикрывая кровоточащую рану на месте разбитого сердца. — Ты должен мне их показать, Юри-и! — Уверен? Я могу быть несколько надоедливым, рассказывая о Никифорове, не каждому понравится. Вот Пхичит… — Варвар, — отмахивается Никифоров, выходя из пришедшего на этаж лифта. — Так что? Я к тебе на чай? Плакатами померимся, видео посмотрим… Возможно, ты мне поможешь советом, как что-то подправить во внешности. Мой нос правда не идеальный? Юри также выходит и останавливается около своей площадки, вдавливает кнопку звонка. — Олег, ты хорош! Очень-очень похож. Даже эта краска, почти Никифоровская платина! — Ребята? — их оживлённый разговор прерывает удивлённый возглас Пхичита. — О, Пхич! — оглядывается Юри на друга. — Что ж ты не сказал, что у нас такой замечательный сосед, и что он так похож на Никифорова? Я чуть не сомлел в лифте, когда увидел. Но всё в порядке, это просто Олег. Хоть и очень похожий на Виктора. Повезло ему, да? — Олег? — ошарашенно переспрашивает Пхичит. — Ну да, Олег, кто ж ещё? — Юри обменивается прощальным взмахом руки с Виктором, который уже хромает в свою квартиру. — Сам же к нему ходил с пирогом. И знаешь… — Удиви меня, — Пхичит слегка сторонится, впуская Юри в квартиру. — Он тоже увлекается Виктором Никифоровым, и он придёт ко мне на чай, плакаты посмотрит, свой покажет! — Да уж… — соглашается Пхичит. — Удивительно!