Часть 3
19 мая 2020 г., 20:02
Проснувшись в своей комнате, я сразу ощутила приятное тепло покрывала, и легкая сонливость, которую я еще не успела полностью отогнать, дала мне понять, что кто-то заботливо укрыл меня. Подумав немного, я догадалась, что это, вероятно, был Алекс. Я помнила, как, уснув рядом с ирландцем, погружалась в сон, и теперь это ощущение защищенности казалось мне естественным.
Перевернувшись на бок, я заметила, что Алекс спал неподалеку, его дыхание ровное и спокойное. Он выглядел умиротворенно, и я не смогла сдержать улыбку, наблюдая за этим простым, но таким трогательным зрелищем. Парни явно заняли гостевые комнаты и его собственную. В комнате царил почти мистический покой, лишь слабый свет из-под полузакрытых штор проникает внутрь, слегка подсвечивая контуры мебели и создавая атмосферу утренней тишины.
Аккуратно перелезая через мирно спящего брата, я старалась не потревожить его покой. Взяв из шкафа любимые шорты и уютную клетчатую рубашку, я направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. У зеркала быстро собрала волосы в небрежный пучок, позволив нескольким прядям свободно спадать, и принялась за водные процедуры, наслаждаясь теплотой воды, которая окончательно прогнала остатки сна.
Переодевшись, я решила спуститься вниз, чтобы приготовить завтрак для всех. На кухне стояла утренняя тишина, и только легкий свет, пробивающийся сквозь занавески, освещал пространство. Бросив взгляд на часы, я заметила, что было еще только восемь утра. У меня оставался почти целый день впереди, ведь в кампус нужно было выезжать лишь к семи вечера.
Хотя мой университет располагался довольно близко к дому, я давно выбрала жизнь в кампусе. Это позволяло сосредоточиться на учебе и не терять драгоценное время на дорогу. Но сегодня мне особенно хотелось провести каждую минуту здесь, в этом уютном доме, рядом с родными и друзьями.
Приготовив быстрый завтрак, я с любовью расставила на столе тарелки, чашки и аккуратно нарезанные бутерброды. Запах свежезаваренного кофе наполнил кухню, пробуждая теплое чувство уюта. Я невольно улыбнулась, представляя, как этот аромат медленно заполняет весь дом, поднимаясь на верхние этажи и мягко выманивая спящих парней из их снов. Надеясь, что кофе сделает свое дело, я решила дать им немного времени, прежде чем будить их.
Порывшись в шкафу, я нашла свежий хлеб и баночку клубничного джема. Решив, что этого будет мало для такой компании, я начала готовить яичницу, наслаждаясь звуком шипящего масла и медленно золотистеющими кусочками хлеба. Пока кухня наполнялась еще более аппетитными запахами, мой телефон завибрировал на столе.
Немного вздрогнув от неожиданности, я схватила устройство, стараясь не разбудить тех, кто мог услышать звук. Не взглянув на экран, я быстро провела пальцем по кнопке приема вызова и приложила телефон к уху.
— Доброе утро, Стефани, — донесся бодрый и немного заспанный голос Джоша из динамика.
— Эй, привет, — ответила я, облокотившись на столешницу и задумчиво обводя пальцем узор на ее поверхности. — Почему ты звонишь так рано?
— Ну, мы с ребятами собираемся возвращаться, — немного неуверенно начал он. — И я хотел спросить, забрать ли тебя вечером в кампус?
Я замерла на мгновение, удивившись его предложению, но тут же улыбнулась, хотя он, конечно, не мог этого видеть.
— Оу, это было бы очень мило с твоей стороны, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал тепло.
— Тогда заеду за тобой в шесть?
— Да, отлично, буду ждать, — ответила я мягко, чувствуя легкое приятное волнение от его заботы.
Когда разговор подошел к концу, я аккуратно завершила звонок и положила телефон на стол. Мой взгляд упал на дымящуюся чашку кофе, и я сделала небольшой глоток, наслаждаясь его насыщенным вкусом. Джош всегда был таким внимательным, и его предложение в очередной раз напомнило мне, почему я ценю его дружбу.
Посмотрев на часы, я решила, что пора будить ребят — хотелось провести с ними немного времени до моего отъезда в кампус.
Первым делом я отправилась к Алексу. Войдя в его комнату, я обнаружила брата, раскинувшегося на кровати, с едва уловимой улыбкой на лице. Взяв поднос с приготовленным стаканом воды и таблеткой, я мягко потрясла его за плечо.
— Подъем, герой вчерашнего вечера. Вода и спасение от головной боли уже здесь, — шутливо произнесла я.
Алекс с трудом приоткрыл глаза, недовольно зажмурился от света и пробормотал что-то невнятное, но все же взял стакан.
После этого я отправилась по остальным комнатам. Вода и таблетка ожидали Гарри, Луи и Лиама, но разбудить их оказалось задачей не из легких. Найл и Зейн поднялись почти сразу, встретив меня с благодарной улыбкой, но Гарри и Луи явно не собирались сдаваться без боя.
Войдя в комнату, где они спали, я заметила, что шторы были плотно задернуты, оставляя помещение в почти полном мраке. Подойдя к окну, я резко раздвинула шторы, позволяя утреннему свету хлынуть в комнату. Лучи солнца тут же упали на лица спящих, заставляя их нахмуриться и повернуться к стене.
— О, давайте, ребята, хватит изображать вампиров, — с улыбкой сказала я, скрестив руки на груди. — Завтрак готов, а кофе уже ждет.
— Мм, пять минут… — пробормотал Луи, прячась под одеялом, словно от этого свет исчезнет. Гарри же просто закрыл лицо подушкой, делая вид, что не слышит меня.
Я усмехнулась и, подойдя ближе, встряхнула край кровати с нарочитой резкостью.
— Эй, господа алкоголики, самое время просыпаться, пока Найл не съел весь завтрак, — весело проговорила я, наблюдая, как Гарри недовольно зашевелился, пряча лицо под одеялом.
— Не будь садисткой, сладкая, — пробормотал он, едва слышно, с ноткой упрека и улыбки в голосе.
Я подняла бровь и указала на стол, где стояли стаканы с водой и таблетки.
— Вода на столе, таблетки там же. А я, к вашему сведению, уезжаю через… — я бросила взгляд на часы, — восемь с половиной часов.
— Уезжаешь? Куда? — удивленно спросил Гарри, приподнявшись на локтях и сонно потирая глаза.
— В кампус, куда же еще? Учебный год уже начался, и пора возвращаться к реальности, — ответила я, пытаясь скрыть легкую грусть в голосе.
— Ладно, сейчас спустимся, — пробормотал он, устало откидываясь обратно на подушку, но пообещал с таким видом, что я едва удержалась от смеха.
Я покачала головой и, довольная их реакцией, направилась к двери. Прежде чем выйти, оглянулась и добавила:
— Завтрак остывает, парни. Найл уже поглощает свою порцию, так что не затягивайте, — бросила я на прощание, глядя на их полусонные лица.
Гарри медленно открыл глаза, словно пробуждение давалось ему с невероятным трудом. Он потер шею, неуклюже подняв голову с подушки, и пробормотал:
— Ты, случайно, не видела мои штаны?
Я невольно расхохоталась, оглядывая комнату. Одежда Гарри была разбросана в хаотичном порядке — футболка свисала с края кровати, джинсы обнаружились в дальнем углу, а один носок сиротливо висел на спинке стула.
— Гарри, ты, похоже, вчера слишком хорошо отметил, — сказала я, кивнув на его одежду, словно на поле после вечерней битвы.
Он вздохнул и махнул рукой, будто смирился с потерей своих вещей на ближайшие несколько минут.
— Они где-то тут. Поискать не судьба? — добавила я с легкой насмешкой, бросив последний взгляд на его сонное лицо.
Удовлетворенно усмехнувшись, я направилась к выходу из комнаты. Гарри, тем временем, что-то пробормотал себе под нос, но не потрудился вставать.
На кухне, куда я вернулась, жизнь уже кипела вовсю. Найл жадно откусывал от второго тоста, его пальцы испачкались в джеме, а Лиам, разлив кофе по чашкам, негромко переговаривался с Алексом. Запах свежего хлеба, жареных яиц и аромата кофе наполнил воздух, напоминая, как простые моменты способны создавать уют и особую магию утреннего времени.
— Ты знаешь, что я люблю тебя, да? — произнес Найл с самым серьезным видом, хотя его щеки были набиты тостом, а губы перепачканы джемом. Он выглядел одновременно смешно и трогательно, как ребенок, пойманный за поеданием запрещенного печенья.
Я не смогла сдержать улыбку, глядя на него. Его искренность всегда обезоруживала, даже если она была скрыта за забавными проделками.
— Это взаимно, Найлер, — ответила я мягко, подперев щеку рукой и с теплотой наблюдая за ним.
Он усмехнулся, довольный услышанным, и тут же потянулся за очередным кусочком, словно мое признание было его разрешением съесть еще.
Вскоре на кухню заглянули Луи и Гарри, их голоса с легкостью вплелись в оживленный разговор. Я оставила ребят наслаждаться завтраком и ушла в гостиную. Устроившись в любимом кресле, я поджала под себя ноги, укрываясь мягким пледом. Почему-то мне всегда было удобно сидеть именно так, словно я растворялась в этом уютном коконе. Благодаря своему небольшому росту я буквально терялась в объемных подушках, чувствуя себя будто в гнездышке.
Я лениво пролистывала ленту в Инстаграме, погруженная в свои мысли, пока не услышала знакомый голос.
— Стефи, тебя отвезти в кампус? — вырвал меня из моего уединения Алекс.
Я подняла взгляд, и только сейчас заметила, что на подлокотнике моего кресла уже устроился Зейн. Он расслабленно оперся локтем на спинку кресла, а его темные глаза мягко встретили мой взгляд. Мы обменялись короткими улыбками, прежде чем я перевела внимание на брата.
— Нет, не нужно, — ответила я, слегка пожав плечами. — Джош заедет за мной в шесть.
Алекс кивнул, принимая ответ. Джош был одним из немногих людей, кто знал о дружбе моего брата с парнями. И, надо признать, он умел хранить этот секрет, как настоящий джентльмен.
— Джош? Тот самый, который звонил тебе вчера, жалуясь на твое отсутствие на вечеринке? — с легкой насмешкой спросил Луи, не отрывая взгляда от экрана телевизора.
— Да, именно тот, — кивнула я, понимая, что от его внимания ничего не ускользает.
— Алекс, ты в курсе, что твоя сестра иногда позволяет себе выпить? — продолжил он, уже обращаясь к моему брату, при этом его голос был на грани между серьезностью и шуткой. — Как ты вообще отпускаешь ее на такие мероприятия?
Алекс лишь пожал плечами, сохраняв свою обычную невозмутимость.
— Я знаю всех, с кем она туда уходит. И, если уж на то пошло, Стефани всегда знает меру, — спокойно ответил он.
— А я бы не отпустил Лотти на подобные вечеринки, — заметил Луи с чуть заметной тенью обеспокоенности в голосе. — Ты ведь сам понимаешь, как ведут себя пьяные парни. Даже если они тихие и спокойные в трезвом состоянии, алкоголь иногда превращает их в совсем других людей.
Слова Луи заставили на мгновение повиснуть в комнате легкую тишину. Его обеспокоенность была искренней, и я даже почувствовала некое подобие уважения за его защитный инстинкт.
После слов Луи Алекс отвлекся от экрана телевизора, перевел взгляд на него, а затем медленно повернулся ко мне. Его брови сдвинулись в задумчивую складку, и я сразу поняла, что в его голове запустился какой-то процесс. Вот черт. Этот взгляд я знаю слишком хорошо — он что-то обдумывает и явно собирается принимать решение.
— Эй, эй, эй! — поспешила я возразить, поднимая руки в жесте протеста. Голос мой звучал почти умоляюще.
Зейн, сидевший рядом, положил руку мне на плечо, словно пытаясь успокоить. Его прикосновение было теплым и обнадеживающим.
— Мне девятнадцать, Алекс, — проговорила я, стараясь держать голос уверенным. — Ты знаешь всех ребят, которые там бывают. Ничего плохого никогда не случалось! И, честное слово, я не ребенок.
Алекс на мгновение замер, словно взвешивая мои слова. Его взгляд блуждал, как будто он перебирал в голове все возможные сценарии. Но, к счастью, спустя несколько секунд его лицо изменилось: углы губ приподнялись, а напряжение ушло. Он наконец улыбнулся и расслабился.
— Она права, Томмо, — ответил он, обращаясь к Луи. Его голос звучал ровно, но в нем читалась уверенность. — Я доверяю ей.
В комнате воцарилась легкая тишина, и я выдохнула, почувствовав, как напряжение покидает меня.
Томлинсон кивнул, явно удовлетворенный решением, и вернулся к разговору с парнями. Его лицо расслабилось, а разговор продолжился в том же непринужденном тоне.
Алекс, заметив, что я все еще немного переживаю по поводу того, как сложится неделя, пояснил, что Луи, Гарри и Найл решили не ехать домой, а остаться у нас. Видимо, они нашли у нас достаточно комфортное место для отдыха. Он добавил, что так будет проще, особенно учитывая, что я уезжаю в кампус на всю неделю, а Зейн и Лиам поедут к своим семьям. Я почувствовала легкое беспокойство, ведь не могла не подумать о том, что оставшаяся четверка может превратить дом в настоящее поле битвы. С другой стороны, подумав немного, я согласилась. Это позволило нам с братом снова по-настоящему соскучиться друг по другу. А я буду рядом только через неделю, что создавало приятное ожидание, которое в итоге казалось даже лучше, чем просто проводить время вместе каждое утро и вечер.
Оставался всего час до приезда Джоша, и я решила использовать это время с пользой. Пошла собирать вещи для кампуса: несколько футболок, пару пар шорт — этого было достаточно. Весь остальной гардероб уже ждала меня в комнате в кампусе, так что времени на долгие сборы не было.
Пока складывала одежду в рюкзак, я осознала, что еще нужно успеть прибраться в комнатах, где будут ночевать парни. Сами они, конечно, не проявляли инициативу в этом вопросе, и я могла быть уверена, что без моей помощи всё осталось бы в том же беспорядке. Придирчиво отнеслась и к кухне: приготовила ужин. Я понимала, что парни могли бы просто заказать пиццу, но пицца — это такая история, когда на ней можно застрять. Они могли бы есть её всю неделю, так что я решила позаботиться о их желудках и сделала спагетти с томатным соусом и свежий салат. Поставив всё это в холодильник, я снова поднялась наверх за оставшимися вещами.
В этот момент раздался звонок в дверь, и я поняла, что Джош уже приехал. Взглянув в зеркало, я поняла, что выгляжу абсолютно естественно — без косметики и с растрепанными волосами. Но мне было всё равно. На данный момент мне не нужно было никого очаровывать. Были в моей жизни пару отношений, но они всегда заканчивались, не оставляя следа. Сейчас же я была сосредоточена на учебе, и это было куда важнее. Учеба не проснется утром и не скажет, что не любит тебя, или не изменила.
— Эн, — раздался голос Алекса, — Джош приехал и ждет тебя.
Я выдохнула, поправила рюкзак на плече и поспешила вниз по лестнице.
Когда я вышла в прихожую, он уже стоял у двери, расплывшись в широкой улыбке, которая всегда заставляла меня чувствовать себя немного лучше.
— Привет, солнышко, — сказал Джош, его голос был теплым и игривым.
Я не могла не улыбнуться. Хотя я и была рыжей с веснушками, вряд ли кто-то из нас называл меня «солнышком». Но мне нравилось, как он это говорил, так что я подмигнула ему в ответ.
— Привет, светило! Не застрял ли ты где-нибудь вчера на огоньке? — пошутила я, опираясь на дверной косяк.
Джош хихикнул и покачал головой.
— Нет, все прошло нормально. А ты как, не потерялась среди этих звезд? — он заметил, как я сделала шаг в сторону дверей.
Я задумалась, прикидывая, как лучше ответить, и с улыбкой ответила:
— Нет, я как раз среди них, как рыба в воде. Они как моя вторая семья.
Его взгляд стал немного мягче, и он кивнул, как будто понимающе. Мы оба знали, что в этих словах была правда.
— Ты всегда такой пунктуальный, — с улыбкой пропела я, подскакивая к Джошу и обнимая его.
— Это скучно, — раздался голос, полный насмешки, и я перевела взгляд на источник звука.
— Сказал тот, кто заставил меня ждать целый час, — ответила я, сверкнув на шатена взглядом, полным скрытого упрека.
Он поднял руки в знак примирения, слегка улыбаясь.
— Так, мы можем ехать? — спросил Джош, открывая дверь в дом.
— Да, конечно, — кивнула я, отдала рюкзак Джошу, — можешь кинуть вещи в машину? Я пока скажу ребятам пару слов.
Он без лишних слов кивнул и направился к выходу. Я же повернулась к группе, которая уже заметно сдерживала свою грусть, на лицах расплылись улыбки. Они все понимали, что мне нужно уехать, но несмотря на это, атмосфера не утратила своей теплотой.
Я сделала шаг в их сторону, чувствовав, как немного тяжело на душе.
— Мы так мало времени провели вместе, — тихо сказал Зейн, обнимая меня. Я почувствовала его тепло и заботу, скрытую в этом простом жесте.
— Вы с Лиамом вернетесь через неделю, а я пропущу еще один выезд с друзьями, так что проведем выходные вместе, как только буду здесь, — ответила я, находясь в объятиях брюнета, но обращаясь ко всем.
Из всей группы послышалось единогласное «да», и каждый из них искренне улыбнулся, словно разделяя этот момент со мной.
Я, в свою очередь, обняла каждого, и, наконец, когда обнимала Луи, чуть подумала, как все-таки эти ребята мне дороги.
— Через час можете забрать еду из холодильника, я приготовила ужин, — шептала я, стараясь, чтобы никто, кроме нас, не услышал. — Только не давайте ее сейчас, а то Найл останется голодным.
Луи тихо рассмеялся, его смех был теплым, с лёгкой игривой ноткой, и, крепче прижимая меня к себе, он добавил:
— Как скажешь, — а затем, неожиданно серьезным тоном, продолжил, — если Джош или кто-то другой обидит тебя, всегда можешь позвонить, Энни. Мы с парнями рядом.
Я слегка отстранилась и с хмурым выражением ответила:
— Пока меня обижаешь только ты, когда не зовешь меня полным именем.
— Это моя фишка, Скай, — улыбнулся мне Луи, будто это было что-то невероятно забавное.
— Скай? — удивленно спросила я, поднимая бровь.
— Твои глаза чертовски синие, как небо, — сказал он, и его лицо стало серьезным, будто придавая особое значение этим словам.
Это был тот момент, когда его взгляд и слова зацепили меня. Я привыкла слышать от друзей, что мои глаза — просто синие, но Луи смог передать нечто большее. Он говорил это с такой уверенностью и искренностью, что я на секунду замешкалась, не зная, как реагировать.
Тем не менее, я восприняла его слова с улыбкой, чувствуя, как легкая волна смущения уступает место уверенности.
— Ну, ты знаешь, голубой — это такой тонкий нюанс, — сказала я, подмигнув. — Иногда, в зависимости от освещения, они кажутся синими.
Луи тихо рассмеялся, как будто в его смехе было что-то заигрывающее, и кивнул.
Но в этот момент раздался громкий крик снаружи:
— Стефани, нам уже пора! — крикнул Джош, стоя у машины, уже нетерпеливо покачивая головой. Его голос слегка эхом отразился от стен, подчеркивая, что время поджимает.
Я быстро обняла каждого парня, не в силах задержаться, и побежала к Джошу. Села в машину, и он сразу закрыл дверь с моей стороны, надежно запирая нас внутри. Когда он устроился за рулем, я невольно посмотрела в окно. Через кухонное окно было видно, как ребята развлекаются: Гарри и Лиам, смеясь, мазали друг друга взбитыми сливками, а Луи катал на спине Найла, оба хлопали руками, словно дети, наслаждаясь каждым моментом. Я не смогла сдержать грустную улыбку, наблюдая эту беззаботную сцену. Они были так свободны, такие живые, и мне иногда казалось, что я могла бы присоединиться к ним, если бы не одно «но». Я не была частью их круга. Я была сестрой их друга, и, как бы я ни старалась, всегда оставалась за рамками этой дружбы, несмотря на теплое отношение с ними.
В глубине души я порой жалела, что не родилась парнем, чтобы быть на равных, без этих невидимых стен, выстроенных правилами и ожиданиями. Кто вообще решил, что есть такие правила? Я нахмурилась, но потом быстро отвела взгляд и перевела его на дорогу. Никак не могла избавиться от этого чувства.
Джош заметил мою задумчивость и мягко похлопал меня по плечу, его взгляд был полон беспокойства и внимания.
— Ты в порядке, Стеф? — спросил он, встречая мой взгляд своими проницательными глазами.
Я немного приподняла уголки губ в слабой улыбке и кивнула, стараясь развеять его сомнения.
— Да, все хорошо, — ответила я, стараясь скрыть то, что на самом деле было тяжелым клубком мыслей. — Просто немного задумалась.
Мы начали двигаться по дороге, и я еще раз взглянула в окно, наблюдая, как дом становится все меньше и меньше в отражении заднего стекла. В памяти ожила сцена, полная смеха, шумных разговоров и искренних улыбок. Атмосфера тех вечеров — беспечная и теплая, как никогда — заполнила мое сердце. Это был отличный вечер, наполненный смехом, радостью и настоящей дружбой, которую было приятно ощущать рядом.
Как только мы отъехали, Джош, заметив, что я немного задумалась, решил рассказать, как прошли их выходные в доме Элисон, нашей однокурсницы. Она учится на том же факультете, что и я, хотя наши пути пересекались не так часто. Джош учился на факультете коммуникаций и медиа, и всегда с интересом рассказывал о своих курсах и проектах, но в этот его голос был полон энергии, когда он начинал говорить о том, как они провели время в загородном доме Элисон.
Элисон была одной из тех редких людей, с которыми легко общаться. Она была популярной, но совершенно не зазнающейся. Никаких высокомерных взглядов, а только искреннее дружелюбие. Мы не ездили в её дом целым курсом, скорее, был свой круг людей, с кем мы общались. С Элисон и Джошем мне всегда было комфортно. Мы так хорошо понимали друг друга, что иногда даже заканчивали фразы друг за другом. Их дружба была для меня чем-то естественным и ненапряжённым, как родственные души.
Элисон, кстати, была второй, кто знал о том, что мой брат дружит с этой шумной группой парней. Но она никогда не пыталась ставить нас в неудобное положение, как другие. С ней было легко.
— Стив и Ник устроили соревнование, кто быстрее доплывет до берега, когда мы были на озере, — рассказывал Джош, его голос был полон веселья, — черт, Стефани, ты бы это видела.
— В который раз уже? — спросила я, усмехнувшись. Эти двое не уставали устраивать такие соревнования, всегда с намерением доказать, кто из них круче.
— Это у них теперь традиция, — с легким смехом ответил Джош, взглянув на меня мимолетно, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.
Я откинулась на сиденье и, не в силах удержаться, тихо начала подпевать песне, которая звучала в машине. Музыка наполняла пространство, создавая атмосферу уюта и спокойствия. Я выглядывала в окно, наблюдая за прохладными пейзажами, но мысль о том, как Стив и Ник снова развлекаются, не покидала меня. Кажется, это было частью их характера — устраивать состязания на каждом шагу.
— Не пробовала петь громко? — спросил Джош, не отрывая глаз от дороги, но его голос был полон любопытства. — Думаю, у тебя красивый голос.
— Нет, это не мой профиль, — ответила я с легким смехом, а затем, внезапно получив идею, резко воскликнула: — Останови машину.
Джош мгновенно откликнулся на мою просьбу, резко притормозив, и уставился на меня в недоумении. Я быстро распахнула дверь и, не оборачиваясь, вышла из машины. Стоя на обочине, я вдохнула воздух и огляделась вокруг.
Патерсон тоже вылез из машины, явно не понимая, что происходит. Он застыл на месте и с недоумением посмотрел на меня.
— Эй, Стефани, что заставило тебя остановить нас?
Я повернулась к нему с широкой улыбкой, слегка поднимала бровь в предвкушении.
— Как думаешь, мне пойдет пирсинг?
Патерсон замолчал на мгновение, переводя взгляд с меня на ближайший салон красоты, а потом, наконец, чуть растерянно произнес:
— Эмм, я не уверен, что это стоит того, чтобы останавливать нас посреди дороги, — он заикнулся, глядя на меня так, будто я сошла с ума.
Я не смогла удержать смех и подхватила его за руку, увлекая в сторону салона, где, как я заметила, был и тату-центр.
— Пойдем, — засмеялась я, не давая ему шанса передумать.
Через час мы снова оказались в машине, и Джош, не прекращая, тараторил, что я чокнутая и ненормальная, а мой брат оторвёт ему яйца, как только узнает, что я сделала. Его слова были полны паники, и он сжимал руль, будто это единственное, что держит его от неминуемой катастрофы.
— Твою мать, твою мать, твою мать, когда твой брат закончит со мной, его друзья сделают свою работу! — говорил он, чуть не срываясь с места от напряжения.
После того как я завершила все процедуры, я с интересом взглянула в зеркало. Маленькая перемена в моем облике придала мне уверенности, и я была довольна результатом. Пока я расплачивалась, мастер удивлённо поднял брови и произнёс:
— Это было неожиданно. Вы такая тихая и скромная…
Я улыбнулась ему в ответ, ощущая лёгкое тепло от его слов.
— Иногда даже тихие девушки хотят перемен, — сказала я, глядя на себя в зеркале.
Я сидела спокойно, приспосабливаясь к новым ощущениям, и, к своему удивлению, почувствовала себя более уверенно. Но на этом я не остановилась. Пирсинг в носу казался мне недостаточным, и я попросила мастера добавить татуировку на задней стороне шеи, так, чтобы её можно было скрывать под волосами. Пирсинг можно было бы убрать внутрь носа, когда захочется.
Когда я закончила, Джош, который, казалось, находился на грани нервного срыва, воскликнул:
— Я самоубийца, почему я не остановил тебя? Почему?!
— Прекрати, ты начинаешь действовать мне на нервы, — я устала от его паники и решила, что пора успокоить его.
Оставшийся путь мы проехали молча. Джош всё ещё хмурился, время от времени бросая мне фразы о том, как моя семья убьёт его, когда узнает. Но, несмотря на его слова, я чувствовала себя как-то легче, словно изменилась не только внешне, но и внутри.
***
Джош высадил меня у общежития, а сам направился ставить машину на стоянку. Схватив рюкзак и закинув его на плечо, я медленно направилась в нашу с Элисон комнату. В голове всё ещё крутились обрывки воспоминаний о сегодняшних переменах, но мои размышления прервались в тот момент, как я переступила порог. Не успела я оглянуться, как на меня налетела вихрем Элисон, обхватив руками так крепко, что я едва не потеряла равновесие. Её волосы пахли клубничным шампунем, а голос звенел от волнения. — Чарли предложил мне встречаться! — практически пропищала она, прыгая на месте, будто была сейчас не в университете, а в комнате для девочек в средней школе. Я моргнула, пытаясь осознать услышанное, и тут же вспомнила, кто такой Чарли. Капитан университетской команды по футболу, третий курс, любимец аудитории. При первом же знакомстве Элисон, не удержавшись, шутливо спросила: «Его случайно не отфотошопили при рождении? Потому что это незаконно быть таким красивым». Это вызвало у всех смех, но никто не поспорил с её словами. Высокий, спортивный, с обворожительной улыбкой и пронзительными глазами, он был одним из тех, кто мог легко покорить чьё угодно сердце. Однако, несмотря на свою внешность и успехи, Чарли оказался удивительно приземлённым. Конечно, иногда он мог слегка задирать нос, но в целом его характер приятно удивлял. Он был добродушным, открытым и отлично вписывался в нашу компанию, словно был её частью с самого начала. — Ты только представь, — продолжала Элисон, поднимая на меня сияющие глаза, — он выбрал меня! Я усмехнулась и, аккуратно освободившись от её объятий, уселась на кровать, чтобы с интересом наблюдать за этим ураганом эмоций. — Рассказывай всё в подробностях, — сказала я, прислонившись к стене. — Хочу знать, как он тебя «выбрал». Элисон просто сияла, не скрывая восторга, пока делилась со мной подробностями своих новых отношений с Чарли. Мы устроились в нашей уютной комнате: она забралась на свою кровать, подложив под спину подушку, а я сидела напротив, в кресле, с интересом наблюдая за её вдохновлённым лицом. Элисон разложила передо мной несколько фотографий, на которых Чарли выглядел до смешного идеальным: смеющийся, с взлохмаченными волосами и неизменно очаровательной улыбкой. — Посмотри на него! Ну разве не совершенство? — восторженно произнесла она, показывая мне очередное фото, где они вдвоём обнимаются у озера. Я улыбнулась, и, пока подруга мечтательно вздыхала, принялась листать снимки. Её голос был наполнен радостью, и я с удовольствием слушала, как она рассказывает о деталях их отношений. — Я так за тебя рада, Элис, — сказала я искренне, откладывая фотографии в сторону. — Ты ведь грезила этим больше года. И вот наконец! Элисон ответила мне широкой улыбкой, и её взгляд наполнился теплом. Она явно не могла дождаться момента, чтобы рассказать мне о самом важном. — Ты просто не представляешь, как это было! — начала она, обхватив руками колени и мечтательно прикрыв глаза. — Мы все сидели у озера, болтали, как обычно, и тут Чарли предложил мне прогуляться вдоль берега. Конечно, я согласилась. Мы шли какое-то время, пока не наткнулись на небольшую пещерку. Я подняла брови, заинтересованно слушая, а Элисон продолжила: — Представь, рядом с входом лежало несколько роз, а внутри горели маленькие свечки. Всё это выглядело так… романтично, будто из фильма. — Её голос стал чуть тише, она будто снова проживала этот момент. — А потом он развернул меня к себе, посмотрел в глаза и спросил, хочу ли я быть его девушкой. — Это так мило, — прошептала я, чувствуя, как невольно расплываюсь в улыбке. — И знаешь что? — Элисон взглянула на меня с таким счастьем, что я чуть не рассмеялась от её восторга. — Он отдал мне свой бомбер с эмблемой университета! Сказал, что хочет видеть меня в нём на его матчах, чтобы я приходила и болела за него. Элисон закончила свой рассказ таким довольным тоном, что я не удержалась и, подойдя к ней, обняла. — Ну, подруга, — сказала я, слегка отстранившись и взглянув на неё, — Чарли явно умеет производить впечатление. Я искренне радовалась за Элисон. Её счастье будто наполнило комнату солнечным светом, заставив меня улыбаться вместе с ней. И всё же, где-то в глубине души, я чувствовала лёгкую зависть. Но это была та редкая, приятная зависть, которая вдохновляет, а не тяготит. Наблюдая за её восторгом, я вдруг осознала, что слишком много времени посвящаю учёбе и рутинам, забывая наслаждаться простыми радостями. Освежённая её энергией, я решила, что пришло время больше ценить свои студенческие годы и не спешить в поисках серьёзных отношений. Всё придёт в своё время. — Джош ничего не рассказывал мне об этом, — заметила я, бросив последний взгляд на фотографии Чарли, лежащие на столе. Элисон хмыкнула, её лицо тут же озарила хитрая улыбка. Она развернулась ко мне, скрестив руки на груди. — Думаю, у Джоша были дела поважнее, чем обсуждать чужие романтические истории, — сказала она, с напускной невинностью вздёрнув брови. — О чём ты говоришь? — нахмурилась я, вставая с кресла и направляясь к своему шкафу. Я начала вытаскивать вещи из рюкзака, аккуратно развешивая их на плечики. Элисон проводила меня взглядом, её улыбка становилась всё шире. Я, закончив с вещами, села на свою кровать, бросив на неё подозрительный взгляд. — Ну? — не выдержала я, чувствуя, что подруга что-то замышляет. — О, Стефани, если бы ты видела своё лицо! — наконец засмеялась она, не спеша выдавать свои мысли. — Джош вел себя довольно странно в последний раз, когда речь заходила о тебе. Ты не замечала? — Что ты имеешь в виду? — спросила я, чувствуя, как внутри меня зарождается лёгкое беспокойство, смешанное с любопытством. Элисон засмеялась, её смех звенел в комнате, как лёгкая мелодия, а затем она заговорчески подмигнула мне. Секунду спустя её пальцы скользнули по экрану телефона, и она включила видео. — Ты должна это увидеть, — сказала она с довольной улыбкой, протягивая мне устройство. На экране был Джош. Он сидел на краю какого-то дивана, разговаривая по телефону. Его лицо светилось искренней улыбкой, а нога ритмично отбивала какой-то невидимый такт. В его голосе сквозило радостное возбуждение. Но дело было даже не в этом. Через пару секунд я поняла: он говорил со мной. Это был тот самый звонок, который он сделал мне накануне. Элисон весело хихикнула, наблюдая за моей реакцией, пока я смотрела на экран, невольно вспомнив, о чём мы говорили в тот момент. Когда видео закончилось, она хитро прищурилась и повернулась ко мне с озорной улыбкой. — Ну? Разве не очевидно? — спросила она, одёргивая свой телефон и складывая руки на груди. — Что очевидно? — я нахмурилась, стараясь не поддаваться её энтузиазму. — Стефани, давай не будем притворяться. Ты произвела на Джоша сильное впечатление. — Она сделала акцент на последних словах, её глаза блестели, как у человека, только что раскрывшего большую тайну. Я нахмурилась ещё сильнее, чувствуя, как мои щеки начинают предательски розоветь. — Я не знаю, о чём ты говоришь, — ответила я, пытаясь сохранить спокойствие и делая вид, что ничего не понимаю. Элисон откровенно рассмеялась, её смех был заразительным, но я всё равно попыталась остаться серьёзной. — О, Стеф, — произнесла она с тёплым смешком, — ты действительно думаешь, что можешь играть в эту игру со мной? Я знаю тебя слишком хорошо. Я пожала плечами, стараясь выглядеть равнодушной, но внутри всё же закралось лёгкое волнение. — Он всегда так улыбается, — буркнула я, словно пытаясь успокоить не только её, но и саму себя. — Да брось, — её глаза вспыхнули, словно от новой догадки. — Он так улыбается только тебе. Я удивлённо приподняла брови, не сразу находя, что ответить на слова Элисон. — Ты знаешь, о чём я, — продолжала она, сделав выразительный жест рукой. — Тот самый взгляд, который словно говорит: «Ты мне нравишься». Его фирменный, абсолютно «Джошевский» взгляд. Я невольно вспомнила, как он улыбался мне, когда подвозил к кампусу, и тут же попыталась отбросить эту мысль, покачав головой. — Думаю, это просто его обычная дружелюбная улыбка, — неуверенно произнесла я, стараясь убедить и себя, и её. Но Элисон лишь хитро прищурилась, её взгляд напоминал взгляд охотника, который не собирался выпускать добычу. — О, Стеф, ты так наивна, что это даже мило. Ты не замечаешь, что ты для него не просто друг? — Она подтолкнула меня локтем в бок, явно наслаждаясь моей смущённой реакцией. Я попыталась скрыть улыбку, но уголки губ предательски дрогнули. — Ты всё преувеличиваешь, Эли, — пробормотала я, опустив взгляд, словно это могло остановить её поток предположений. — Теперь понимаешь? — Она взглянула на меня с выражением человека, только что раскрывающего великую истину. — Нет, — упрямо покачала я головой, хотя в голосе звучала доля сомнения. Элисон закатила глаза, будто не веря в мою слепоту. — Ты нравишься ему, Стефани. Это очевидно! Этот парень смотрит на тебя так, как будто ты — единственное, что его интересует. Ты, моя дорогая, его Джульетта, а он твой Ромео, — заявила она, улыбаясь так, будто только что разгадала самую интригующую тайну века. Я фыркнула, пытаясь перевести её слова в шутку, но теплая волна всё-таки пробежала по телу. «А вдруг?» — мелькнуло в голове. Её слова заставили меня рассмеяться и беспечно махнуть рукой, но радость на лице Элисон внезапно сменилась выражением шока. — О. Мой. Бог! — громко воскликнула она, и её голос разлетелся по комнате, как эхо. — Твою мать, Стефани, у тебя в носу пирсинг! Я вздрогнула от её крика, но затем невозмутимо повернулась к ней спиной и собрала волосы в пучок, открывая шею. В этот момент её возглас стал ещё громче. — И татуировка! Ты издеваешься? Твой брат в курсе, что ты сделала это? — Ну… не совсем, — протянула я, немного смущённо потирая нос. — Я сделала это по дороге сюда, когда мы с Джошем остановились у салона. Элисон уставилась на меня, её лицо выражало смесь удивления и ужаса. — О, Стеф, ты понимаешь, что это значит? Твой брат и его банда горячих мальчиков точно убьют Джоша! — произнесла она, поджав губы, словно уже представляла себе эту драматичную сцену. — Горячие мальчики? — усмехнулась я, покачав головой. — Да никто из них ничего не заметит. Татуировку я буду закрывать волосами, а пирсинг можно спрятать внутрь. Всё под контролем, Эли. Она недоверчиво прищурилась, будто не верила в мои способности скрыть эти изменения. — Ты уверена? — осторожно уточнила она, но, увидев мой уверенный взгляд, вздохнула и нервно улыбнулась. Мы ещё немного поболтали, Элисон всё не могла поверить в мою дерзость, но вскоре её возбуждённая болтовня стихла. Спать всё-таки нужно, завтра снова ранние занятия. Лежа в кровати, я прислушивалась к размеренному дыханию Элисон, пока она не погрузилась в сон. Я же ещё долго смотрела в потолок, обдумывая прошедший день. Татуировка слегка покалывала под пластырем, а пирсинг едва заметно ощущался. Казалось, эти маленькие перемены не только изменили мой внешний вид, но и подарили странное чувство свободы. «Интересно, что бы сказал Алекс?» — с улыбкой подумала я, прежде чем закрыть глаза.***
Утро началось неожиданно — громкий стук в дверь заставил меня с трудом выбраться из-под одеяла. Не совсем проснувшись, я медленно дошла до двери и открыла её. В следующий момент что-то твёрдое — явно кулак — прилетело мне прямо в лоб. — Ох, боже, Стефани! Прости, пожалуйста! — воскликнул Джош, мгновенно заливаясь краской и размахивая руками в панике, словно пытался загладить свою вину. Я поморщилась, потирая ушибленное место, и только потом заметила стоящего рядом с ним Чарли. Прекрасно. Теперь наша комната — это явно проходной двор. — Доброе утро, Стефани, — с лёгкой ухмылкой сказал Чарли, оглядев меня с головы до ног. — Мы, конечно, все друзья, но, может быть, ты… ну, знаешь… Я нахмурилась, не сразу поняв, что он имеет в виду, но потом взглянула на себя и застыла. Чудесно. Всё это время я стояла перед ними в своей любимой растянутой майке и коротких шортах, едва прикрывающих бедра. — Вы серьёзно? — рявкнула я, отвешивая обоим лёгкий удар кулаками в плечи. — Хватит пялиться, нахалы! Не дожидаясь их ответов, я схватила свои принадлежности для душа и направилась к ванной. Единственное утешение в этой ситуации было в том, что душевая находилась почти через стену, и мне не нужно было проходить полуниверситета, чтобы привести себя в порядок. Захлопнув за собой дверь, я бросила вещи на полочку и включила горячую воду. Лицо всё ещё горело от смущения, но прохладные капли на коже помогали быстро прийти в себя. Минут через десять дверь распахнулась, и я увидела в отражении зеркала Элисон, которая вошла, уже полностью готовая к утреннему ритуалу. — Что за утренний спектакль я пропустила? — спросила она, озорно приподняв бровь, бросая на меня полотенце и явно предвкушая подробности. — Джош попытался выбить мне глаз, — фыркнула я, намыливая волосы. — А Чарли, видимо, решил, что я здесь для их утреннего шоу. Элисон расхохоталась, присаживаясь на краешек скамейки, и, склонив голову, посмотрела на меня с едва заметной хитростью. — Знаешь, это всего лишь начало дня, Стеф. Что-то мне подсказывает, что впереди нас ждёт ещё куча веселья. — Или катастроф, — проворчала я, но не смогла сдержать улыбку. С этими людьми и правда никогда не было скучно. Вернувшись в комнату, мы с Элисон обнаружили Джоша и Чарли, удобно расположившихся на моей кровати. Они о чём-то оживлённо беседовали, а рядом стоял пакет с кофе и булочками — их попытка загладить утренний инцидент. — Эй, дамы, у нас тут мирная миссия, — произнёс Джош с виноватой улыбкой, поднимая руки в жесте примирения. — Очень мило, — усмехнулась я, подходя к шкафу и вытаскивая джинсы и белую майку. — А теперь, джентльмены, будьте добры, покиньте комнату. Нам нужно привести себя в порядок перед занятиями. — И да, оставьте кофе, если хотите сохранить свою жизнь, — добавила Элисон, скрестив руки на груди. Парни, переглянувшись, не стали спорить и вышли, оставив нам пакет с угощением. Мы быстро переоделись, и через несколько минут уже были готовы к учебному дню. — Четыре пары подряд — это какое-то издевательство, — вздохнула Элисон, поправляя волосы в зеркале. — Но зато мы освободимся после обеда, — напомнила я, забрасывая учебники в рюкзак. День действительно прошёл довольно буднично. Лекции сменялись одна за другой, и только мысли о том, что впереди нас ждёт вкусный обед, спасали от полного погружения в учебный монотон. Когда мы пришли в столовую, она уже гудела, как улей. Люди сидели строго по своим «зонам»: за одним столом обсуждали что-то напряжённое умники, за другим — смеялись танцоры, неподалёку громко галдела команда поддержки, а ещё дальше громыхали футболисты и музыканты. Это разделение всегда меня раздражало. Казалось, будто жизнь здесь — не университет, а сцена школьного фильма, где каждый имеет своё место. Мы с Элисон, как всегда, заняли свой обычный столик в углу. Джош тоже присоединился к нам, поставив передо мной поднос с какой-то экзотической выпечкой. — Это что? — скептически прищурилась я. — Доверяй мне, Стеф. Это вкуснее, чем кажется, — ответил он с загадочной улыбкой. Чарли тем временем сидел со своей командой, но его взгляд всё время был прикован к Элисон. Она же, словно в ответ, изредка бросала на него длинные, чуть смущённые взгляды. Я наблюдала за этой игрой молчаливых сигналов, пока, наконец, Чарли не выдержал и, поднявшись, направился к нашему столику. — Готовься, сейчас начнётся спектакль, — прошептала я Элисон с лёгкой усмешкой. Она покраснела, но явно была рада, что он идёт к ней. — Привет, девчонки. Надеюсь, не помешал вашему важному разговору? — произнёс Чарли, подходя к нашему столику с широкой улыбкой. Он слегка приподнял руку в приветствии, словно пытаясь разрядить атмосферу своим обаянием. — Привет, Чарли. Конечно, нет, — ответила Элисон, её голос звучал спокойно, но я заметила, как её щеки чуть порозовели. — Я видел, как вы обе сверлили меня взглядами с другого конца столовой, — продолжил он с лукавой ухмылкой. — Решил подойти поближе, чтобы избавить вас от необходимости щуриться. Мы рассмеялись, хотя я почувствовала, как что-то внутри меня напряглось. Чарли умел шутить, это было невозможно отрицать, но его уверенность, кажется, начинала переходить границы. — Эй, Эли, мы с ребятами подумали и решили, что ты вполне можешь присоединиться к нам за стол, — сказал он, слегка наклоняясь к ней. — Но только ты. Понимаешь, о чём я? Моя улыбка моментально исчезла. Я машинально показала ему фак, не успев сдержаться. Чарли только рассмеялся, словно это был дружеский жест, а не мой явный протест. Элисон повернулась ко мне, её глаза спрашивали, что я думаю. — Не волнуйся, всё в порядке, — попыталась я заверить её, натянуто улыбнувшись. — Мы просто обсуждаем там кое-что из командных дел, — пояснил Чарли, небрежно почесав затылок. — Это не то, что могло бы быть тебе интересно. — Конечно, я всё понимаю, — проговорила Элисон, но её голос дрогнул. Она выглядела растерянной, будто разрывалась между нами. Я изо всех сил пыталась сохранить нейтралитет, хотя внутри всё кипело. Это был тот момент, когда я вдруг осознала, что новый роман моей подруги может начать менять наш привычный порядок вещей. — Ничего страшного. Если хочешь, иди, я не обижусь, — сказала я, стараясь звучать как можно увереннее. Элисон кивнула, но, казалось, не знала, как поступить. — Эм, не только сегодня, если честно, — добавил Чарли, слегка замявшись, но его улыбка оставалась на месте. Моё сердце чуть болезненно сжалось, но я постаралась не подать виду. — Всё нормально, встретимся после занятий, — ответила я как можно спокойнее, бросив взгляд на Джоша. — Правда? Мы ведь не хотим тебя вытеснить, — произнёс Чарли, глядя на меня с явной попыткой разобраться, что у меня на уме. — Да, конечно, — кивнула я, стараясь сохранить видимость лёгкости. — Всё в порядке. Чарли с благодарной улыбкой наклонился и слегка коснулся плеча Элисон. — Ну, я жду тебя там, ладно? Он ушёл, оставив после себя тягостное молчание. Элисон бросила на меня виноватый взгляд, но я лишь махнула рукой. — Всё нормально, правда. Ты же знаешь, я могу справляться и одна, — произнесла я, надеясь, что мои слова прозвучали достаточно искренне. Но внутри меня всё было далеко не так спокойно. Парень, каким бы милым он ни был, вдруг стал тем, кто, казалось, начал отнимать у меня близкого человека. Я пожала плечами, пытаясь заверить Элисон, что всё в порядке. Но, глядя, как она бросает Чарли влюблённые взгляды, я понимала: для неё это решение давалось нелегко. Она поблагодарила нас тихим голосом и, забрав свой поднос, пересела за столик к футболистам. Чарли встретил её улыбкой, наклонившись, чтобы шепнуть что-то ей на ухо. Элисон засмеялась, и её лицо засияло. Мой аппетит исчез окончательно. Я уставилась в свою тарелку, размешивая вилкой то, что когда-то было салатом. Внутри меня нарастало чувство, будто я что-то теряю. Элисон была моей единственной близкой подругой. Все остальные воспринимали меня как «своего парня» — ту, кто легко уживается с мальчишками, смеётся над их шутками и не боится испачкаться. А теперь казалось, что даже она ускользает от меня. Джош заметил, что я потеряна в своих мыслях. Его рука мягко накрыла мою, лежащую на столе. — Я знаю, что ты расстроена, — сказал он тихо, наклонившись ближе, чтобы никто вокруг не услышал. — Но ты только посмотри на неё. Она светится от счастья. Я подняла взгляд и увидела, как Элисон смеётся, обмениваясь с Чарли шутками. В её глазах была такая искренность, такая радость, что на мгновение я забыла о своей обиде. — Я просто надеюсь, что он не разобьёт ей сердце, — проговорила я наконец, не отводя взгляда от их столика. — Он вроде не из тех, кто так поступает, но… всё равно страшно. Джош тихо кивнул. Его пальцы начали мягко поглаживать мои костяшки, вызывая во мне лёгкое замешательство. — Джош? — Да? — он повернулся ко мне, его лицо внезапно стало серьёзным. — Ты не мог бы, знаешь… — Я слегка наклонила голову в сторону его руки, давая понять, что именно я имею в виду. Джош тут же убрал руку, будто обжёгся, и покраснел до кончиков ушей. — Прости, я… я не подумал, — пробормотал он. — Всё нормально, — ответила я, но чувство неловкости осталось висеть в воздухе. Остаток обеда мы провели в тишине, каждый погрузившись в свои мысли. После столовой мы разошлись по разным аудиториям. Джош быстро попрощался, не поднимая на меня глаз, а я направилась на лекцию, где, как оказалось, Элисон так и не появилась. Моя подруга пропустила занятия, но её смех, раздававшийся с того дальнего столика, до сих пор звенел у меня в ушах.***
Привычный уклад вещей рушился на глазах. Когда я вернулась в нашу с Элисон комнату после занятий, меня буквально ошеломила сцена, которая развернулась передо мной. На моей кровати валялась одежда Чарли — футболка, джинсы и носки, как будто они были брошены поспешно, и на кровати Элисон уютно устроилась эта парочка, обвившись друг с другом, словно никого вокруг и не было. — Какого черта, ребята?! — взорвалась я, не в силах сдержать раздражение. Элисон сразу же покраснела и соскочила с кровати, натянув одеяло до подбородка. Чарли, напротив, не выглядел потрясённым — он спокойно приподнялся, чуть насмешливо посмотрев на меня. Я сделала шаг вперёд, глядя на эту картину с откровенной неприязнью. — Чарли, ты не мог бы покинуть нашу комнату? — сказала я, пытаясь сдержать голос, чтобы не сорваться окончательно. — У нас есть несколько минут для того, чтобы поговорить. Он нехотя встал, бросив на меня короткий, несколько раздражённый взгляд, словно я нарушила его личное пространство. Элисон молча следила за этим, покраснев еще сильнее. Я вышла из комнаты, давая парню возможность забрать свои вещи, не успев толком что-то сказать в ответ. Только когда он ушёл, и я снова вошла, я почувствовала, как воздух в комнате стал словно тяжелее. Атмосфера до сих пор оставалась неуютной, насыщенной какой-то неуместной "романтикой". Я мгновенно подошла к окну и открыла его, пытаясь впустить хоть немного свежего воздуха, чтобы развеять этот захламленный эмоциональный хаос. Элисон, с виноватым выражением лица, села на кровать и тихо произнесла: — Стеф, мне правда жаль, что ты застала это. Я закрыла глаза, стараясь не выплескивать все эмоции, которые кипели внутри. — Я все понимаю, честно. Но, пожалуйста, не заставляйте меня снова оказаться в такой ситуации, — попросила я, чувствуя, как каждое слово становится тяжёлым. — Мы все здесь живём вместе. У нас должен быть хотя бы минимальный уважительный подход друг к другу, особенно когда речь идёт о личных границах, — добавила я, пытаясь звучать спокойно, хотя мой голос всё равно дрожал от возмущения. Элисон молчала, её взгляд был по-прежнему виноватым, но я заметила, как она немножко расслабилась, когда я закончила. Всё это вызывало у меня сложные чувства, смешанные с тем лёгким разочарованием, которое я не могла до конца понять. Внутри меня что-то содрогнулось, как будто какая-то невидимая преграда была нарушена. Это было первым настоящим столкновением с изменениями, которые я не могла игнорировать. Моя зона комфорта, в которой я так долго находилась, внезапно оказалась под угрозой. Я почувствовала, как меняется динамика нашей группы, и от этого появилось странное, немного тревожное ощущение. Тем не менее, мы продолжили разговор, и, несмотря на все эмоции, обсуждали самые разные вещи, как всегда. Смех, шутки, темы для разговоров — все, что когда-то казалось таким привычным и простым. Мы договорились, что после занятий завтра обязательно прогуляемся по территории университета. Это было как обещание возвращения к привычному, к нашей маленькой стабильной реальности, где мы могли просто быть собой. Когда настало время ложиться спать, мы еще раз подтвердили наши планы на завтра. Я услышала, как Элисон вздохнула, и в этот момент мне показалось, что она тоже чувствует, что что-то в воздухе стало другим. Но мы не говорили об этом вслух. Мы просто заснули, в надежде, что утро принесет спокойствие и ясность.
