Названная женой

Майлгуир, внимания которого Гвенн добивалась всеми возможными способами, владыка Светлых земель, король дома Волка, благородный ши, обожаемый и любимый не менее брата. Гвенн хотелось петь от радости, что отец всё же очнулся, но… Но всё вокруг сдвинулось, всё менялось, и это всё нужно было как можно скорее упрочить. Имелось лишь одно-единственное верное решение, и оно совсем не нравилось царевне. — Я не понимаю твоей тревоги, Гвенни, — мягко произнёс Нис, но не сопротивлялся, когда она, ухватив его за руку, тащила по коридорам и лестницам до обители Маунхайра. — Представь, что у тебя есть сын, — остановилась Гвенн на маленьком пятачке. — Представил? — От тебя? — заухмылялась эта синяя физиономия. — Нис! Да, хорошо, от меня, — смирилась царевна. — Представь, что этого сына ты потерял. Глаза мужа потемнели, кулаки сжались. — Ты думаешь, Майлгуир, хоть и сменил имя и сущность, не оплакивал тебя? Ты думаешь, он не захочет тебя вернуть? А теперь подумай об отце. Об Айджиане! — топнула ножкой Гвенн, привлекая внимание мужа, который отвлёкся и уставился на её немаленькую грудь так, словно она вот-вот собиралась кого-то ей вскармливать. — Он переживает о том же. Он боится потерять тебя, этот страх потери вечно живёт в его сердце! А все вокруг только и ждут этого! — Можно подумать, никто не знает, как я отношусь к отцу. — Можно подумать, нет! — яростно дёрнула Гвенн за рог супруга. — Синее чудовище! Это нужно произнести вслух! Вот что тебе сейчас хочется сделать? Навестить Мидира? Тьфу, Майлгуира? — Я бы хотел этого, да. Я бы хотел увидеть его. — Ты не чувствуешь опасность, но она рядом, она ещё ближе, чем раньше. Я смотрела на тебя со стен Чёрного замка и знаю, что ты прекрасно сражаешься с тем врагом, которого видишь. Позволь сейчас мне сразиться с тем врагом, которого сейчас ещё нельзя разглядеть. Гвенн ухватила непонятливого супруга за руку и потащила дальше. Но хитромудрого тюленя не оказалось на месте. Гвенн покрутилась на месте, расспросила стражу и поняла: он там, где нужнее всего! Нис вздыхал, говорил, что она зря переживает, а потом молча следовал за неутомимой женой. Она заторопилась уже к покоям морского царя. Зала-приёмная, во много раз больше, чем сам кабинет Айджиана, была битком набита фоморами, бен-варра и даже селки. Все гудели, переговаривались — и замерли, увидев Ниса и Гвенн. «Как он? Что он?!» — полнило залу. Маунхайр из угла улыбнулся напряжённо и натянуто. Хмурый дядька Скат стоял рядом, скрестив руки на груди. Тюлень показал на плечо, обозначая отца, и покачал развёрнутой ластой, обозначая возможные проблемы. Гвенн еле заметно кивнула и прикоснулась к голове, намекая на корону. Тишина звенела непроизнесёнными словами. Чей же сын Нис, кто заявит на него права? — Благодарим вас от всей души, — царевна широко улыбнулась всем присутствующим и поклонилась до пола, — за то внимание, что вы оказали моему отцу! Мы с Нисом счастливы, что бывший волчий король очнулся! Выдержала паузу, как учил Джаред, сколько могла, пока напряжение в зале не достигло пика. — Но я приняла семью моего мужа как свою, и теперь Айджиан — мой второй отец. А для наследного царевича Ниса он был, есть и остаётся его отцом, тем, кто его спас, вырастил и воспитал. — И теперь поедет на берег навестить… бывшего от… короля? — улыбнулся Дроун, откинул рассчитанным жестом волнистые пряди с красным оттенком. — Разумеется, — как можно теплее улыбнулась Гвенн. — Он обязан это сделать. — Когда же вы вернётесь? — продолжил Дроун. — Не мы. Нис, — произнесла Гвенн и порадовалась ошеломлённому молчанию фоморов. — Мой супруг поедет один — навестить Майлгуира и передать привет моим родным. А я останусь ждать его, сколько потребуется. Как жена царевича и дочь морского царя. А теперь мой муж должен попрощаться с отцом. — Я не собирался ехать прямо сейчас, Гвенни. И уж тем более не собирался ехать без тебя, — прошептал Нис в самое ухо. — Мне тоже больно расставаться с тобой, но это необходимо, поверь, — убеждала Гвенн. — Возвращайся скорее! И, пожалуйста, скажи отцу, что ты его любишь. — Он знает. — Как и я. Но иногда это надо услышать! Гвенн впихнула супруга за дверь и прикрыла тяжёлые створки. — Не больно-то царевна жаждет находиться рядом с Нисом, — капризно протянула Темстиале. Оглянулась, страшась увидеть царевича, и всё же не удержалась: — Она даже не собирается сопровождать его. — Мы не расстанемся с ним, — произнесла Гвенн больше для себя. — Мы стали слишком близки друг другу, и он всегда будет рядом со мной, в моём сердце. Но я отпускаю его — потому что это нужно для его же блага. Дай тёмный Ллир и светлый Луг, чтобы вы смогли сделать то же самое для вашего любимого. Грудь уже сдавило тяжестью, а душу объяло болью. Царевна высматривала Зельдхилла, не нашла, взволновалась и совершенно забыла про Темстиале. Та что-то говорила, а Гвенн лишь улыбалась, не особо вникая и не собираясь отвечать больше, чем требуется по этикету. Наконец к царевне прорвались взволнованная Лейсун и Улинн, сердитый оттого, что про него забыли, но молчаливый оттого, что был хорошо вышколен. — Немногие смогли бы так поступить, моя царевна, — склонилась Лейсун в поклоне. — И я горжусь тем, что вы выбрали меня в наперсницы. — Предательница, — бросила Темстиале и отплыла подальше. Лейсун вскипела — и чуть было не кинулась вдогонку. — Брось, Лейсун, — остановила её Гвенн. — Её слова для меня ничего не значат. Пусть они ничего не значат и для тебя. И Лейсун, сверкнув глазами, нехотя подчинилась. Расстроенную глубоководную княжну вновь сопровождал Дроун, и Гвенн это отложила в памяти. Высокая, синяя до черноты ши-саа с витыми, изогнутыми наружу рожками подошла к царевне. — Княжна Хейлиса, ши-саа Вейни, ровной волны, — поприветствовала её Гвенн. — И вам того же, царевна, — произнесла та печально. — Расставаться с любимым нелегко даже на время. Но я рада, что ныне жизнь вашего отца вне опасности. Я буду рядом, пока ваш супруг не вернётся. Можете положиться на меня и моё слово. — Наша глубоководная задавака осталась в одиночестве, — довольно произнесла Лейсун после ухода княжны Хейлиса. Маунхайр объявил, что сегодня приёма не будет, и морские жители понемногу разошлись. Тюлень подплыл к Гвенн, похлопал по плечу: «Это был изящный ход, моя царевна», и уплыл с дядькой Скатом. Гвенн вздохнула, подумав, как было бы здорово побывать в Чёрном замке вместе с Нисом. Обнять Алиенну и Дея, поговорить с Джаредом, увидеть всех волков и волчиц, побегать по Зачарованному лесу — и предстать перед глазами отца. Порадуется он или решит, что дочь не оправдала его ожиданий? Грядущее расставание с мужем рвало душу напополам. Когда ожидание стало невыносимым, появилась Лайхан, обняла Гвенн и прошептала слова утешения и поддержки, которых царевна никогда бы не попросила, но которые оказались сейчас жизненно необходимы. Лейсун по-прежнему смотрела косо на русалку, но хотя бы молчала. Двери наконец распахнулись, и от морского царя вышел Нис. — Отец отпускает. Более того, он тоже хочет, чтобы я отправился немедленно, — озадаченно произнёс он. — Я не очень понимаю вашего желания спровадить меня… — и осекся. — Гвенни, любимая, прости! Огладил плечи, заглянул в глаза, поцеловал в губы. Сделал всё, как всегда! — Да, я тоже хочу, чтобы ты уехал быстрее, — как можно ровнее произнесла Гвенн, пряча слёзы далеко-далеко. — Как ты не понимаешь? Потому что ты быстрее вернёшься! Царевна толкнула створки раз, другой с желанием прорваться через все препоны, но двери были плотно закрыты магией. Акулы смотрели словно бы с насмешкой. Мигель, протиснувшийся сквозь щелку, упал на ладонь Гвенн и запричитал, что Айджиан, простившийся с сыном, не желает пока видеть никого. — Пусть бы себе подвигал береговую линию, миледи! Так он и этого делать не хочет! В покоях Айджиана что-то ощутимо громыхнуло. Из дверей прорвался одинокий зеленый луч — и погас. Гвенн погладила подскочившего Мигеля по спинке и пообещала достучаться до упрямого морского царя как можно скорее. Ну что это за желание, всё тащить на себе, а все проблемы закрывать в раковину! Так никакого перламутра не хватит, а жемчуг, выращенный столь жутким способом, явно сможет поспорить цветом с кораллом.