Выжить в школе

Второй этаж школы №66 был воистину огромен. Туда помещались около 1576 учеников и примерно 478 педагогов и обслуживающего персонала. Это позволяло сделать только одну смену учёбы, так как места и кабинетов хватало всем. Поэтому если в школу в первый учебный день приходил новичок, то его просто поражала эта толпа людей, собравшаяся на общешкольную линейку. Одну из таких зевак подруги заметили в начале коридора, которая стояла с широко открытыми глазами и боялась идти дальше. Саша хотела подойти к этой симпатичной девушке, но не успела. В то же мгновение быстрыми шагами к перепуганной ученице приближался высокий молодой человек. Это был Аллистер Фантомхайф, глава ученического и школьного совета. Учителя просто обожали этого ответственного, всегда сдержанного и спокойного ученика. Ему поручали даже самые сложные дела, касающиеся школы. Ни разу ещё Нина Михайловна в нём не усомнилась. Он занимался с отстающими учениками, помогал рассчитывать школьный бюджет, предлагал различные идеи по обустройству особняка. В его обязанности входило, в том числе, и помогать освоиться новым ученикам в школе. Саша поняла, что сейчас ему поручили шефство над этой новенькой. Она наблюдала, как маленькая девушка, с испугом озиравшаяся по сторонам, увидела идущего к ней симпатичного парня в белой рубашке с красным галстуком и прямых светло-коричневых брюках. «Как всегда шикарен,» - с завистью подумала «обычная русая голова». Ал беззаботно подошёл к своей будущей подопечной и стал что-то говорить, низко склонив голову не столько из-за большой разницы в росте, сколько из-за шума, который царил на всём втором этаже. Новенькая с восхищеньем смотрела на этого тёмно-русого парня, явно выделявшегося на фоне остальных учеников. Фантомхайф же либо не замечал пламенного взгляда девушки, либо, что вполне вероятно, умело скрывал свои эмоции, спрятав их за обворожительной, но немного натянутой, улыбкой. С подчёркнутой вежливостью он продолжал что-то рассказывать, изредка указывая рукой на кабинеты, находящиеся по всему периметру величественного коридора. Вдруг его взгляд остановился на Саше. Ей показалось, что смотрит он, почему-то с тоской, но уже через мгновение к нему вернулась его прежняя холодность. Саша с усилием отвернулась и молча прошла мимо вместе с подругами к классу, построившемуся у ближней стены. «Мне не показалось? Он действительно выглядел грустным?». Настроение явно ухудшилось. Она уже не особо прислушивалась к болтовне Ани и Сони, которые говорили о предстоящей прививке. Девушка невольно узнала, что многие одноклассники уже сделали её в поликлинике, и мысленно улыбнулась, когда услышала о толстой врачихе, которая в очередной раз не могла успокоить свои вечно трясущиеся руки. Саша стала осматриваться по сторонам, разглядывая ребят, замечая, как некоторые изменились за это лето. Её взгляд скользнул по стоявшей рядом Миле. Темноволосая девушка стала ещё бледнее, чем обычно, на лбу у неё появилась испарина. «Ей явно нехорошо», - пронеслось в голове Саши. - Ты плохо себя чувствуешь? – выразила свои мысли вслух девушка. - Да. Что-то голова немного кружится, - еле слышно ответила Мила. Аня, услышавшая их разговор, решила отвести больную подругу в медпункт. Девушка ничего не успела возразить, как Батюшина крепко взяла её за руку и потащила вниз по лестнице, говоря при этом: «Чего ты вообще в школу пришла, если голова болит? Совсем с ума сошла? Здоровье ни в какие ворота не лезет, а она стоит, мучается!» Оставшиеся в коридоре подруги, стали тихонько посмеиваться над бурчанием Ани. Соня сказала, что пока будут строить малышей, Аня успеет вернуться, но поторопиться стоит, если она не хочет проблем с директором, которая всегда требовала, чтобы её вступительную речь слушали от начала до конца. Пробормотав что-то насчёт зря потерянного времени, Соня стала молча разглядывать свои яркие ногти. Саша начала смотреть на происходящее вокруг. Вон Нина Михайловна о чём-то спорила с завучем, а вон у стенда Ал помогал молоденькой учительнице начальных классов построить непослушных третьеклассников. Недалеко стояли Артём Дмитриевич и Наталья Александровна и тихо смеялись, смотря на взбешённую директрису. Саша растянулась в улыбке, глядя на эту взрослую парочку. Дело в том, что Наталья Александровна, учитель биологии и химии, была замужем за этим любимчиком учеников. Она имела не меньшую популярность среди школьников, но была менее разговорчивой. Всегда с широкой улыбкой на лице, эта сорокалетняя белокурая женщина и Артём Дмитриевич смотрелись очень органично, как считали многие их ученики. Саша тоже не была исключением. Бросив последний взгляд в сторону Аллистера, девушка заметила, что весь учительский состав начинает выстраиваться в полосу около стены. В эту же минуту подоспела Аня, отсутствовавшая около десяти минут. Она быстро рассказала, что отвела Милу в школьный лазарет, оставив её на попечение медсестры Вари. Та, уложив больную на койку, сказала ей отдыхать. Шёпотом Аня добавила, что потом медсестра ушла в бухгалтерию к своему ухажёру. Девушки начали тихо смеяться, но быстро прекратили, так как на этаже прогремел громкий голос Нины Михайловны, призывающий к тишине. Линейка началась. Сначала была традиционная двадцатиминутная вступительная речь директора, смысл которой заключался в том, что она надеется на более успешный учебный год, как в плане обучения, так и в спортивном. При упоминании последнего она с надеждой посмотрела на Аню, которая каждый год стабильно зарабатывала школе множество наград в разных видах спорта, начиная с бега и заканчивая стрельбой. Ухмыльнувшись, девушка со смехом в глазах посмотрела на подруг, молчаливо напоминая им о случае на лестнице. Саша улыбнулась и стала смотреть на то, как в зал второго этажа стали торжественно заходить нарядные первоклассники с цветами в руках. Они счастливо улыбались и махали ладошками своим радостным мамам, которые быстро фотографировали своих обожаемых деток на камеры и не забывали махать в ответ. Глядя на подобную идиллию уже несколько лет подряд, Саша всегда с улыбкой вспоминала, как её собственная мама с волнением отправляла дочку в первый день, как она сама искала глазами папу в толпе и с восторгом трясла пёстрым букетом, понимая, что жизнь её теперь изменится. После разноцветного шествия слово взяла завуч школы, Анастасия Николаевна. Она сообщила, что в связи с ремонтированием старой части особняка, ученикам строго запрещается туда ходить. Также было сказано, что все школьники, не сделавшие прививку от гриппа в местной поликлинике, должны будут после уроков подойти к Варе. Далее вперёд вышла Екатерина Константиновна, заместитель по учебно-воспитательной работе. Она поздравила учеников с новой школьной формой, которую заказывали во Франции. Саша, как и многие ребята, как-будто впервые, посмотрела на свою одежду: светло-коричневая вязаная безрукавка поверх белой блузки и красная юбка чуть выше колен. «Да, модельеры постарались на славу!» Мужская форма была в такой же цветовой гамме, только к ней ещё прилагался коричневый пиджак, который в помещении практически никто из парней не надевал. Потом директор радостно объявила о конце линейки, ещё раз пожелав всем успешного учебного года. Прозвенел звонок, и ученики поспешили в классы. Первый уроком у Саши была физика. Вопреки тому, что она собиралась сдавать её на экзаменах, чтобы поступить в технический университет, этот предмет девушка не любила. « Какие-то непонятные формулы, скорости света, законы Ньютона, куча определений – и всё это нужно выучить. Не понимаю я её и всё! Как можно зазубрить это? У каждого исключения, ещё несколько исключений, что является исключением всех законов, но при этом не исключение для нескольких исключений. Ужас!». Выдержав скучный поток информации, уже достаточно заполнивший её мозг, Саша вместе с подругами решила навестить Милу в медпункте. Спустившись на первый этаж, они подошли к лазарету, который находился недалеко от столовой. Соня, с привычным для неё любопытством, что-то рассказывая на ходу, быстро забежала за чистые, белые двери. Аня и Саша, зашедшие немного позже, увидели их «болтушку» одну в стерильной комнате. Милы в медпункте не было. Девушки решили подойти к их классной руководительнице и спросить, где находится подруга. Галина Андреевна, услышав их вопрос, тряхнула головой и ответила, что отпустила Милу домой. Девушки немного расстроились, так как Мила ушла, даже не попрощавшись. Договорившись собраться после уроков и сходить к семье Шварц, Саша, Аня и Соня пошли на следующие два урока, которые пролетели незаметно. На третьем занятии русая голова девушки устала от непривычно долгого мыслительного процесса, поэтому Саша подняла руку и попросилась выйти в туалет. Решив немного размять ноги, одиннадцатиклассница начала спускаться на первый этаж. Торопившись, она быстро завернула за угол и налетела на кого-то. Отлетев к ступенькам, девушка негромко вскрикнула от острой боли. Потирая свою вечно ищущую приключений пятую точку, Саша посмотрела на возвышающуюся над ней мужскую фигуру. «Коля!» - пронеслось у девушки в голове, узнав парня из параллельного класса. Встав с ненавистных ступенек и поправив приподнявшуюся юбку, она уже хотела сказать слова извинения за столь неожиданный налёт, но остановилась, только раскрыв рот. Коля был очень бледен. Его голова была опущена, волосы безжизненно свисали. Парня шатало во все стороны, словно он только что выпил огромное количество алкоголя. Да и пахло от него как-то странно. Саша в испуге отпрянула назад. Коля медленно поднял голову, и девушка заметила тонкие струи слюны и какой-то пены около его рта, падающие на пол. Девушка в ужасе заметила, что его глазные яблоки пожелтели. Прикрыв рот, чтобы не закричать, Саша осторожно отступала вверх по лестнице. Парень рывками вертел головой по сторонам, так, что слюна разлеталась по стенам. Испугавшись, девушка резко отскочила в сторону, запнулась и опять распласталась на лестнице. Коля повернул то, где, по сути, должен был быть мозг, и, раскачиваясь, двинулся к Саше. Не понимая, почему не может убежать, и, закрыв лицо ладонями, она уже приготовилась закричать, но вдруг послышалась какая-то возня. Осторожно приоткрыв глаза, девушка увидела, что Артём Дмитриевич крепко зажал сопротивлявшегося Колю в кольце своих рук, которые, к её удивлению, оказались довольно-таки сильными. Через несколько секунд к нему подбежали физрук и географ, затем все трое скрылись в коридоре. Саша смотрела на эту сцену, не понимая, что здесь вообще происходит. Как только учителя скрылись за углом, девушка решила последовать за ними. Встав на ноги и сделав пару шагов, она кубарем свалилась вниз по ступенькам. «Да я просто везунчик по жизни!» - угрюмо подумала Саша, осматривая причину своего падения. Левая лодыжка сильно опухла и начала болеть. - Ну ёмаё! Да что за день сегодня!? – не выдержав, крикнула девушка. - Сильно болит? – услышала она негромкий голос за спиной, в котором узнала Артёма Дмитриевича. Нахмурившись, Саша повернулась и, не ответив на вопрос учителя, спросила: - Что это только что было? Педагог заметно замялся и, опустив глаза сказал: - Давай я отведу тебя к Варе. Заметив, что ученица не собирается никуда идти, он добавил: - Пойдём. Я расскажу тебе всё по дороге. Довольно кивнув, девушка с помощью Артёма Дмитриевича встала, и они медленно двинулись по направлению к медпункту. Учитель начал свой рассказ. Всё началось с лазарета. Варя, вернувшись из бухгалтерии, Милу в помещении не обнаружила. Подумав, что девушке стало немного лучше, и она пошла домой, медсестра со спокойной душой решила сходить на линейку. Но как только та поднялась на второй этаж, то увидела Милу, стоящую совсем рядом, за спинами учителей. Она просто стояла и смотрела куда-то вдаль. Варя тихо подошла к девушке и осторожно дотронулась до её плеча, которое оказалось непривычно холодным. Мила подозрительно медленно повернулась к медсестре, продемонстрировав закатившиеся зрачки и глазные яблоки, цвета стухшего лимона. Варя, спокойно относившаяся к симптомам и похуже, судорожно вздохнула от вида больной девушки. Прикрыв глаза и стиснув зубы от отвращения, медсестра мягко приобняла Милу за плечи и повела в лазарет. Особых усилий ей это не стоило. Позже девушка позвала нескольких учителей, среди которых был и Артём Дмитриевич. - Мила действительно была страшна так, как нам и описывала Варя. Она прибежала в учительскую и сказала, что заперла в шкафу монстра, - продолжал рассказывать педагог, ведя Сашу под руку. Девушка молча слушала его. После этого заявления учителя поспешили в медпункт. Мила продолжала тихо сидеть там, где её заперли, не предпринимая никаких попыток сбежать. Нина Михайловна, с открытым ртом наблюдая, как медсестра вытаскивает слабую девушку, решила позвонить в медицинский центр «Экспер», где работали одни из лучших врачей города. Так как директор не могла спокойно говорить, трубку взяла Наталья Александровна. Она описала симптомы Милы: возможные нарушения функций мозжечка, о чём можно было судить по потери координации движения, пожелтевшие глазные яблоки, закатившиеся зрачки, побледневшая кожа, обильное слюноотделение и наличие пены около рта. Также учительница отметила слабость девушки и её реакцию на звуки. На это Наталья Александровна обратила особое внимание, так как её ученица поворачивала головой только в сторону источника звука. Врачи, к которым обратилась школа, сказали, что подобные симптомы в своей практике ещё не наблюдали, поэтому, наказав держать девушку взаперти, пообещали перезвонить, переговорив с более опытными специалистами. - Мы до сих пор ждём их звонка. Нина Михайловна не отходит от телефона и на минуту. Сейчас она волнуется ещё больше, так как мы обнаружили ещё несколько человек с подобными признаками заболевания. Похоже, что в школе эпидемия, а мы ничего не можем сделать. Совет педагогов решил пока не наводить среди учеников паники, поэтому нам строжайше запрещено распространять эту новость среди школьников. Ты первая из ребят узнала об этом. Чувствую, теперь мне обеспечена большая взбучка от коллег, в особенности от Нины Михайловны, - с печальной улыбкой закончил свой рассказ Артём Дмитриевич, глядя на идущую рядом девушку. Саша с напряжённым лицом переваривала услышанную информацию. «Эпидемия? Похоже на то. Почему первой заразилась Мила? Сергей Робертович даёт ей специальные витамины, чтобы поддерживать её иммунную систему в норме. Неужели инфекция настолько сильная? Странно. А как эта болезнь вообще распространяется? Должно же быть что-то объединяющее всех этих людей? Может быть, и я тоже уже заражена?». С такими невесёлыми мыслями она подошла к медпункту, в котором, возможно, сейчас находилась Мила. Но, зайдя в кабинет, Саша и Артём Дмитриевич увидели Варю, склонившуюся над кушеткой, и физрука Анатолия Владимировича. Медсестра, услышав звуки за спиной, резко повернулась. Саша увидела, что по её щекам катятся слёзы. Девушка перевела взгляд с заплаканного лица на девочку, которая лежала на больничной койке. «Что-то она больно тихая», - подумала Саша, вспоминая, как на прошлой перемене эта маленькая первоклассница носилась по этажу за своими одноклассниками. Девушка сделала несколько шагов вперёд, после чего почувствовала лёгкую дрожащую руку на своём плече. - Не подходи, - вытирая глаза свободной рукой, сказала Варя. - Почему? Что-то случилось? Ещё одна заражённая? – настороженно спросила девушка, одновременно корчась от боли в лодыжке. - Нет, мёртвая, - ответил вместо плачущей девушки Анатолий Владимирович, поворачиваясь к недавно вошедшим в кабинет. Саша с удивлением посмотрела на своего преподавателя, а потом на больничную кушетку. «Боже мой! Как же так? Это…». Саша была в растерянности. «Она же ещё совсем маленькая! Что случилось?». Девушка, глядя на эту мёртвую девочку, на её коротенькие русые косички, заплетённые большими белыми бантами, на её немного смятую юбочку, на крохотные аккуратные туфельки, одетые на худенькие ножки малышки, которая совсем недавно ещё бегала с широкой улыбкой на сияющем личике по коридору. «Да у неё же ещё вся жизнь впереди!». Саша отвернулась от этого зрелища, чтобы унять свои слёзы, непослушно стекающие на дрожащий подбородок. Артём Дмитриевич беспокойно смотрел на двух плачущих девушек, не зная, как их успокоить. - Как это произошло? – нервно сглотнув, вымолвил, наконец, учитель информатики, взяв себя в руки. Анатолий Владимирович косо посмотрел на Сашу и еле заметно мотнул головой в её сторону. - Поздно волноваться, она и так уже много знает. Не бойся, Сиваева ничего никому не расскажет. Ей можно верить, - сказал Артём Дмитриевич, пододвигая к медсестре и ученице стулья. Варя с благодарностью посмотрела на мужчину и неуклюже плюхнулась на сидение. Саша предпочла стоять. Учитель физкультуры, предусмотрительно закрыв кушетку от взглядов белой ширмой, начал говорить: - Собственно и рассказывать- то нечего. Я проходил мимо 19 кабинета, когда возвращался с урока, и увидел лежащую на полу девочку. Подумал, что ей плохо, решил отвести её в медпункт. Подошёл ближе, а она в обмороке, не шелохнётся. Ну я, ясное дело, испугался, быстро на руки взял и быстрее понёс к Варе. А она как увидела её, так побледнела вся. Потом и говорит мне, что, мол, мёртвая уже. Причину смерти пока не знаем. - Следов ударов не видно, открытых ран и переломов тоже не наблюдается. Я проверила копию её медицинской карточки. Там не указано каких-либо болезней, которые могут привести к смерти от приступа. Не знаю, что случилось, - подала голос Варя, взявшая себя в руки. - Может она умерла от удушья? Есть какие-нибудь признаки? – задумчиво спросил Артём Дмитриевич. - Нет. Отпечатки на шее отсутствуют, астмы и других заболеваний, связанных с дыхательными путями не нашла, - с задумчивым выражением лица ответила медсестра. - Ты говоришь как в детективном фильме, - с лёгкой улыбкой на губах проговорила Саша. - Просто раньше я работала патологоанатомом в районной больнице. Ты даже не представляешь, что я там успела увидеть. Нехотя и не такому научишься, - улыбнувшись, сказала Варя. - А спокойно реагировать на подобное, ты, видимо, так и не научилась, - поддерживая разрядившуюся обстановку, пробормотал Анатолий Владимирович. По губам Вари пробежала лёгкая улыбка, но вскоре её лицо вновь стало печальным. - Вы уже говорили с директором? – снова вернувшись к беспокойной теме, вопросительно глядя на педагога и медсестру, спросил Артём Дмитриевич. - Нет. А как мы ей про это скажем? «Нина Михайловна, там, в медпункте, лежит мёртвая первоклассница, причина смерти которой пока непонятна. Но вы не волнуйтесь, она вроде бы как не заражённая, так что беспокоиться не о чем.» Так по-твоему? – раздражённо ответил Анатолий Владимирович, - Так мы должны об этом сказать? - Как бы то ни было, сообщить ей необходимо, - в тон ему ответил учитель информатики, - Или ты собираешься молчать о происшествии до конца учебного дня? Чтобы Нина Михайловна всё узнала, когда за девочкой придут родители? Обстановка накалялась. Посмотрев на рассерженного коллегу, Анатолий Владимирович молча помотал головой в знак отрицания. - Вот и отлично. Тогда мы с вами пойдём сейчас в кабинет директора, а Варя посмотрит, что с Сашиной ногой. И да, Сиваева, я надеюсь, что ты успеешь вернуться на урок до прихода сюда Нины Михайловны. Думаю ей не нужно знать, что ученица в курсе всех дел, происходящих в школе, - оглядев всех присутствующих, сказал Артём Дмитриевич. Затем оба педагога ушли из медпункта, оставив Варю и Сашу наедине.