BLACK SWAN

Тэхён и раньше видел Чимина настолько загруженным, но сейчас было иначе. Он думал о том, что Пак возможно просто устал. Наверняка, он не ожидал такого количества проблем на своих плечах, ему также пришлось подобрать себе таблетки, чтобы не так сильно зависеть от кокаина, от которого Тэ уже был зависим. Он не хотел признавать это, но вставать по утрам ради мысли о том, что он сможет вдохнуть пару дорожек и работать будет намного легче — начинало входить в привычку. Рассказывать об этом Чимину не было смысла, у него и так хватает проблем. Гнилая поставка, именно так её называл Чимин, подпортила им множество сделок. Люди хотели получить товар быстро, мало кого интересовали проблемы поставщиков. К счастью, к этому делу быстро подключилась Хваса, её поставщик из Пусана не подвёл, товар был доставлен в срок, а сама же девушка отлично справлялась со своими обязанностями, что выводило из себя Хосока. После случая с Лисой и Чонгуком, Хоуп угрожал им. Не оружием, хотя лучше бы им, он угрожал тем, что если они будут лезть туда, куда их не просят — он сдаст их Чимину. И казалось ли это самым страшным кошмаром? Тэхён запутался в себе, его мысли с каждым днём становились всё темнее, а в момент когда он понял, что не знает играет он сейчас или нет — всё начало трещать по швам. Он был не собой, когда они начали работать на Пака, он не был собой когда они потрахались впервые, он не был собой когда убивал для Чимина людей, или был? Это являлось главной проблемой. Мир Пак Чимина рушился с каждым днём. Когда ему казалось, что он находит решение проблемы, то следом появляются ещё две. А Тэхён не может понять, является он частью мира Пак Чимина или его проблемой. Ведь… он не играет сейчас? Он абсолютно серьёзен? Он ли сейчас сидит в самолёте вместе с Чимином, когда тот мирно спит у него на плече, словно он не является преступником и убийцей? Но ведь Тэхён такой же… Тэхён чувствовал, что любит. Он любит, ведь наверняка именно так чувствуется любовь, но возможно ли любить, когда ты изначально не был честен, что если из-за этого всё и рушится? Хосок разрушает всё или же сам Тэхён, который из-за собственной трусости сейчас теряется в своих же чувствах, в себе? Он был жестоким человеком или же просто заигрался? Но что если это была не игра, ведь как оказалось убивать людей не так уж и сложно, даже приятно в какой-то степени, но подумал бы также тот маленький мальчишка, который делил кусок хлеба с Чонгуком в сыром подвале во время грозы? Flashback Тэхён не искал неприятности, они сами его находили. Он всегда старался в них не впутываться, но если начинал, то утопал в них с головой. Даже сейчас, его доброта обернулась для него наказанием. Он должен был вымыть весь класс за 27 минут, чтобы успеть до конца ужина. Ведь если не успеет, то ему придётся засыпать голодным. Вода в ведре была холодной из-за чего кожу рук неприятно жгло, по волосам стекал пот, а спина уже невыносимо болела. Тэхён выпрямился, выжимая тряпку и пытаясь отдышаться. Наверное, он не успеет на ужин. Его наказали за драку, в который раз. И не сказать, что воспитатель был не прав, просто он не разобрался в ситуации до конца. Тэхён бы ни за что не стал оправдываться, но ему было обидно. Неприятная горечь жгла где-то внутри, пока он намывал громадные окна в кабинете. Он уже ненавидел их всей душой и думал о том, какое наказание ему придумают, если он разобьёт каждое из них. — Эй? Ким чуть ли не упал со стремянки от чужого голоса, но всё же удержавшись кое-как, мальчишка обернулся к источнику звука, который стоял в дверях. Чон Чонгук. Именно за него Тэхён решил заступиться, а теперь должен намывать грёбаные окна до блеска, ведь иначе Госпожа Хван будет рассержена, а эту старуху в гневе лучше не видеть. — Я… Принёс тебе кое-что. Закатив глаза, мальчик вновь обернулся и увидел в руках Чон Чонгука какой-то непонятный свёрток. Младший оставил его на одной из парт и уже собирался уйти, как Тэ окликнул его. — Ты что украл это? Он уже спустился со стремянки, а тряпка была отброшена в ведро. С долей опаски, он открывал свёрток, оставленный Чонгуком. То, что было внутри заставило Тэхёна нахмуриться, но он не смог продолжать это долго, ведь огромные глаза младшего казались такими искренними, тот следил за каждым действием Кима, пытаясь понять нравится ему то, что он принёс или он ошибся? — Я-я не украл… Я хочу отдать тебе свою еду в благодарность за то, что ты защитил меня… Тэхён тяжело вздохнул. Значит, Чонгук решил отдать ему свою порцию и остаться голодным? Если быть честным, то внутри свёртка лежал паровой пирожок с Кимчи, который Тэ просто обожал, он готов был продать душу за пянсе, но разве это хорошо… что Чонгук останется без еды? Он и так меньше своих сверстников, так ещё и настолько худой… что кроме этих глаз и большого носа на его лице ничего нет. Тэхён кивнул в сторону парт у стены, на которых он любил сидеть во время перемены между уроками. Забравшись на одну из них с ногами, он разделил пирожок на две части, одна вышла больше другой, и Тэ собирался оставить её себе, но стоило ему увидеть снова эти огромные глаза, когда Чонгук с трудом усаживался рядом с ним… — Но ты отдаёшь мне слишком много! Ты старше, значит должен съесть ту половину, которая больше! — Замолчи и ешь. Наверное, Тэхён прозвучал слишком грубо, он увидел как это отразилось на милом лице Чона, но тот послушно укусил пирожок переводя взгляд к окну. Странное чувство не покидало Кима, он не особо стремился заводить себе друзей, тем более среди младших, а уж тем более среди тех, кто даже постоять за себя не может, но что-то в Чонгуке было такое, что располагало к себе невероятным образом. Он был милым и тихим, даже сейчас, когда тихо жевал кимчи под боком и не произносил ни звука, это вызвало на губах Тэхёна улыбку. End flashback — Ты должен встретиться с Наронг Вонграт, — Чимин расстегнул верхние пуговицы на рубашке, оголяя острые ключицы. Он казался на удивление расслабленным, Тэхён считал это странным, ведь последние пару дней Пак был весь на нервах и в работе, они с Чоном даже боялись говорить с ним, вдруг в какой-то момент он бы взял и взорвался. Сейчас же, он пил шампанское из мини-бара их номера, который не сильно любил, поэтому каждый его глоток сопровождался тем, что тот морщил свой нос, заставляя Тэхёна усмехаться. Наронг Вонграт, тот самый новый поставщик. Тэхён был удивлён тому факту, что это действительно его настоящее имя, как и тому факту, что он не пытался скрыться после произошедшего. Это наводило на мысли, что возможно он не является участником во всём этом, но… Чёрт возьми, не зря же Хоуп им угрожал за то, что они лезут в его дела? Разве это не касалось именно этого дела? Хоть они и не рассказали об этом Чимину, он мог дойти до всего своим умом… что было бы гораздо проще, нежели слить всю инфу и точно знать, что окажешься виноватым. В какой-то момент, Тэхён начал осознавать то, что ему стоит признать собственную трусость. Единственное что он не понимал, так это из-за чего именно он является трусом? Он переживает за себя? За Чонгука? За Чимина? За всех? Или в чём-конкретно проявляется его трусость? Забавно было то, что Пак называл его бесстрашным, ведь он выполнял приказы, стоило словам только слететь с прекрасных губ Пак Чимина. Чонгук даже однажды пошутил, что Чимин словно Вейла из книг Гарри Поттера, они тогда лишь посмеялись все вместе, но звучало правдиво. Даже нормальнее чем тот факт, что они были помешаны друг на друге. — Стоп, — Тэ нахмурился, выныривая из собственных мыслей. Он повернулся к Чимину и нахмурил брови, надеясь что Пак ошибся в своих словах. — Я? Ты имеешь в виду один? Губы Чимина растянулись в улыбке, бокал был поставлен на стеклянный стол, когда сам старший залез на кровать, даже не думая снимать туфли. Его тёплые ладони легли на лицо Тэхёна, а взгляд не отрывался от его глаз. — Конечно один, как ты представляешь себе картину того, что глава могущественной империи разбирается с такими мелкими проблемами? Ты должен будешь узнать у него информацию, а потом убить, это ведь не трудно, да? Да, блять, это не было трудно, но почему-то чертовски пугало Тэхёна, будто бы он никогда не делал подобного до этого. Он ведь действительно хорош в пытках, но почему-то сейчас, ему было невероятно сложно кивнуть, это больше было похоже на слабую судорогу, нежели полноценное согласие. Взгляд пытался зацепиться за всё, что угодно, лишь бы не смотреть в глаза Чимина. Тэ всё ещё удивлялся этой блядской способности Пак Чимина: его голос никогда не звучит грубо, даже когда он говорит тебе что-то сделать, в его голосе не звучит просьба, она не звучала ни разу до этого, не звучит и сейчас… Выпытать информацию, а затем убить? Вторая часть звучала гораздо проще, нежели первая. Тэхён встречал людей, которые способны врать перенося на собственном теле очень сильную боль, однако продолжая молчать ради своих целей, даже если им грозит смерть. Это достойно уважение, серьёзно, но Тэхён ни к кому не испытывал уважения… кроме… конечно же. За всю его жизнь он не встречал хороших людей, даже если они и показывали себя с лучшей стороны, всё дерьмо обязательно выльется наружу. Никто не относился хорошо к двум брошенным детям, ни в приюте, ни на улицах. Они всегда были предоставлены сами себе, но Чимин? Чимин это другое, он заботился в своей манере, его действия не выглядят травматичными, лишь потому что они травмируют что-то, что находится под самыми рёбрами, он привязывает к себе и не даёт зародиться мысли о том, что что-то может быть не так. Легко было рассуждать ровно до того момента, пока его холодный взгляд не касался самого Тэхёна, ведь в этот момент он ощущал себя таким маленьким и грязным мальчишкой, в то время как Чимин был кем-то не от мира сего, он был идеален во всех пониманиях, его высокомерное поведение, острый ум, такой глубокий холодный взгляд. Он знал сколько он стоит и знал, как себя нужно преподнести, чтобы весь мир захотел его. А Тэхён не такой. Совсем не такой. Он может ломать себя и делать всё, что скажет Пак Чимин, но никогда не станет кем-то, кто хотя бы малость похож на него.  — Чем ты будешь занят в это время? Чимин посмотрел на Тэхёна так, словно он спросил очевидную вещь. Как только улыбка коснулась его губ, он слегка склонил голову, убирая пряди с лица Тэ. Вопрос так и повис в воздухе, Пак ничего ему не ответил, ведь ему позвонили и тот предпочёл ответить на этот звонок. Это было не то место, куда Тэхён хотел приходить когда-либо. Его никогда не манили такие заведения ранее, а представить Чимина внутри стриптиз-клуба… это было что-то на уровне извращения. Чимин абсолютно не подходил под эту атмосферу, он идеально выглядел в местах намного лучше, нежели это. Хотя кто вообще такой Ким Тэхён, чтобы осуждать? Хотя нет, секунду, рядом с Чимином он мог быть тем, кем только пожелает. И никто не посмеет ему хоть что-то пикнуть. Душно, внутри было слишком душно. Никто не ожидал увидеть Пак Чимина здесь, но было забавно наблюдать за тем, как засуетились люди вокруг. Охранник, который пропустил их внутрь, стал быстро что-то передавать по рации, заставляя всех остальных работников службы безопасности, взглянуть на вход, куда и ступили Ким с Паком. Тэхёну здесь не нравилось, хоть он и мог признать, что Чонгук скорее всего, почувствовал бы себя здесь более неуютно. Его всегда смущали подобные вещи, что уж говорить о том, чтобы смотреть на обнаженных людей, что изящно выгибались на сцене. Дым кальяна забивал ноздри, заставляя Тэ немного поморщиться. Он старался держаться также статно как и Чимин, но еле сдержал порыв оттолкнуть танцовщика, который по всей видимости, не имел представления о том, кто стоит перед ним, раз смел виснуть на плече Чимина. — Пак Чимин, я слышал, что вы в городе, но не ожидал, что вы навестите нас так скоро! К ним вышел мужчина с раскрытыми руками, на вид ему явно было больше сорока, его лицо было старым и довольно неприятным, от чего Тэ практически сморщился. Его фиолетовый костюм сидел на нём чуть ли не впритык, а на чёрных брюках Тэхён мог заметить маленькие крупицы белого порошка, которые отменно светились при ультрафиолете, которым был наполнен клуб. Чимин оставался спокойным, но по его выражению лица было понятно, что он рад этому мерзкому старику больше, чем танцору, который сразу же испарился, услышав голос этого баклажана, которого мысленно так обозначил Тэ. Но что удивило Кима, Пак не пожал руку мужчине в ответ, а лишь окинул её слегка брезгливым взглядом. — Оказавшись в Бангкоке, я не мог пройти мимо места, которое желаю сжечь дотла, Мавин. Сжечь дотла? Тэхён нахмурил брови в удивлении, что было не так с этим местом? Или это была какая-то история прошлого Чимина о которой тот никогда не рассказывал? Хотя, он вообще мало чего рассказывал о своём прошлом… Нет, не так, Чимин мало говорил о себе, предпочитая больше слушать и изучать, нежели делиться потёмками собственной души. Это немного оскорбляло Тэхёна, в какой-то момент он даже думал, что Пак не доверяет им раз скрывает такую информацию, но что если Пак Чимин просто был таким? Но про сжечь это место дотла Ким ещё поинтересуется. — На этот раз ты со своим. Тэхён словил взгляд этого Мавина, почувствовав дикую неприязнь. Тот сказал так, словно Ким какая-то вещь, которую ему втихую разрешили пронести на входе. Отвратительно. Но влезать в разговор было не в плане, который так любезно предоставил ему Пак, даже не обозначив как именно выглядит Наронг Вонграт, и как именно он должен будет к нему подобраться, чтобы выведать информацию. Зная лишь тот факт, что Наронг является поставщиком для Камын Пэкчо Пхэ, а также одним из важных людей в Бангкоке, который в основном занимается сбытом героина в этом городе, Тэхён изучал всех вокруг, когда они присели за столик вместе с Мавином. Чимин вёл с ним какую-то незамысловатую беседу, которая Киму была совершенно неинтересна. Хотелось поскорее уйти отсюда, от этой противной попсовой музыки, которая в добавок была на тайском языке, а Тэхён терпеть не мог тайский. Он чувствовал раздражение под ногтями, на костяшках рук, которыми так хотелось превратить кого-то в кровавое месиво. И только заметив то, как Мавин показывает Чимину небольшую ампулу с белым порошком — до Тэхёна дошло. У него грёбаная ломка. Поэтому всё вокруг так раздражает. Эти танцоры, свет, тайский акцент Мавина, тайская музыка и даже чёртов Пак Чимин, который не дал ему чёткую информацию, и заставил его почувствовать вину за то, что он не выполнил то, что ему поручили. Он действительно будет чувствовать себя виноватым, не получив награды в виде одобрения Чимина, который был не хуже кокаина. — Господин? — к их столику подошёл взрослый мужчина. Тэхён сделал вывод, что тот работает в охране, судя по его внешнему виду и оборудованию в ушах, а также из-за акцента можно было сказать, что он был иностранцем. Он обращался исключительно к Мавину, явно не желая говорить что-то при незнакомых людях в виде Чимина с Тэхёном. — Ах, Дайвин, в чём дело? — он заметил слегка колеблющийся взгляд мужчины и рассмеялся, с опаской глядя на Чимина. — Говори, у нас нет секретов от Пак Чимина. — Мальчик… которого заказывал Наронг Вонграт, мы доставили его. Провести его в кабинет Господина Вонграта? Взгляд Чимина был коротким, но Тэхён понял в ту же секунду, что ему нужно действовать. Он склонился к Паку, громко, чтобы это дошло до ушей Мавина, он прошептал что ему нужно в уборную. Он понятия не имел, где находилась эта сраная уборная, но для верности спросил у кого-то из сотрудников. Обернувшись назад, Тэ увидел как Дайвин кивнул и направился в его сторону. Цокнув языком, Тэхён толкнул дверь и вошёл внутрь, сразу же направляясь к раковине. Из-за шума он не мог услышать шум от тяжелых ботинок охранника, но очень сильно старался, если бы в какой-то момент, его телефон не зазвонил… » — Тэхён-а… — Чонгук, я не могу говорить, ты пиздецки не во время, — он чуть приоткрыл дверь, чтобы следить за местоположением мужчины. — Ты такой грубый, Тэхён, — голос Хосока заставил Тэхёна выпрямить спину. Он почувствовал холодок пробежавший по спине. Это не было хорошим знаком, пиздец как не было. — Твой младший позвонил тебе, чтобы поговорить, рассказать ему что у него болит, рассказать ему историю о том, как злой дядя Хосок угрожал ему расправой из-за того, что вы снова лезете не туда, куда нужно… А что огорчает сильней всего… Вы даже не сообщили мне о своей крутой поездке в Бангкок! Разве это сложно просто позвонить? Разве это было сложно, Тэхён? Ком застрял в горле, он даже не мог пошевелиться. Язык скользнул по сухим губам в попытке напитать их хоть какой-то влагой, но бесполезно. — Нет, не сложно. Что он должен говорить? Хосок угрожает Чонгуку прям сейчас? Манипулируя Тэхёном через Чонгука? Это было отвратительно, но Тэ знал, что однажды такое произойдёт, что однажды его связь с младшим будет использована против него самого, ведь нельзя получить такого человека и не страдать потом расплачиваясь. — Тогда мне не сложно будет отрезать Чонгуку ухо, как ты смотришь на это? Тэхён слышал шорохи на заднем плане, еле различая среди них сдавленные стоны Чонгука, словно он плакал. — Нет! Подожди! Чего ты хочешь?! Хосок, блять, не делай ничего с ним! — Не звучит устрашающе, но ладно. Я знаю, что вы с ублюдцем Паком в Бангкоке, чтобы выпытать информацию у Наронга. Ты можешь выпытать, конечно… Ты всегда можешь развлечь себя подобным образом, но если эта информация дойдёт до Пак Чимина, то я отрежу Чонгуку… Хм, ногу, почему нет? Я никогда не делал этого ранее!» Хосок не дождался ответа Тэхёна, ему он был не нужен. Хоуп прекрасно знал, что Тэ сделает всё, что он скажет, только чтобы младший не пострадал, чтобы он оставался в порядке, но Чимин? Блять, Чимин. Это разрывало изнутри. Участие Хоупа во всём этом очевидно, но Пак не мог выступать без доказательств. Он хотел, чтобы их принёс Тэхён, не боясь что он может скрыть правду, ведь они доверяют друг другу… Но Тэ ничего не скажет. Ни слова. Эмоции взяли вверх, он не мог думать ни о чём кроме Чонгука. Его пугала мысль о том, что младший может пострадать потому что… он не заслуживал дерьма? Чонгук никогда не был плохим человеком, он мог поддаваться влиянию, но даже несмотря на действия, за которые его можно было бы избить Библией до смерти, он всегда оставался таким… живым? Тэхён восхищался этим. Он хотел бы быть таким же, но даже сейчас, глядя в мёртвые глаза Дайвина, он ничего не чувствует и просто переступает его остывающее тело, открывая дверь в комнату с тем самым мальчишкой. А сейчас, у Тэхёна снесло крышу. Это был мальчик. Ребёнок. На вид ему было не больше четырнадцати. У него были огромные глаза, чёрные волосы и очень худощавое телосложение. Он испуганно пятился назад по дивану, как только Тэ появился в дверном проёме с окровавленным армейским ножом в руках. Мальчишка плакал, щебеча что-то непонятное на тайском, а Тэ не мог отвести взгляда от этих испуганных детский глаз, которые смотрели на него в лютом страхе, он пытался укрыться, спрятать своё хрупкое тельце за огромной простынёй, которая вряд ли бы укрыла его от всего пиздеца в этом мире. Ведь этот мальчик должен был удовлетворять взрослого мужчину, ломая себя и свою психику, чтобы какой-то ублюдок мог просто кончить. Тэхён почувствовал тошноту подкатывающую к горлу, он не знал как лучше ему сейчас поступить, была ли вероятность того, что мальчишка не расскажет о том, что он увидел сейчас и останется цел в этом ужасном месте? Мире? Тэхён вытер острие ножа об свои ладони облачённые в кожаные перчатки. Он не понимал, что говорит мальчик на этом причудоковатом языке, но не нашёл ничего лучше, как схватиться за лезвие и протянуть мальчишке нож. То, как он распорядится этим оружием — Тэхёна уже не касалось, он просто хотел, чтобы спать по ночам было легче, чтобы взгляд этого напуганного мальчика не заставлял слёзы скапливаться в уголках глаз, ведь Тэ никогда не плачет. Мальчик успокоился, он обхватил рукоять своими тонкими, длинными пальцами и с опаской посмотрел на мужчину перед собой. Тэ назвал имя Наронга, сложно было жестами просить ребёнка показать ему дорогу, но этот малый был удивительным, его взгляд не отражал никакого доверия, но не смотря на это, он выглянул в узкий коридор и указал Тэхёну на нужную дверь, последнему оставалось лишь надеяться на то, что это именно та комната. Он вышел и закрыл за собой дверь. Это всё занимало слишком много времени, у сраного Мавина могут появиться вопросы, на которые отвечать бы пришлось Чимину, поэтому Тэ не особо церемонился. Толкнув ручку двери, он вошёл внутрь и запер дверь позади себя, осматриваясь. Эта комната была похожа на комнату в мотеле, небольшая и не похожая те, которые должны быть в клубах. Он услышал как кто-то напевает какую-то незамысловатую мелодию и слегка нахмурился. Ему не хотелось выдавать себя, но блять, времени у него и правда было слишком мало. Немного радовал тот факт, что теперь ему не придётся выпытывать у ублюдка информацию, с ним можно было расправиться быстро, а в остальном… напиздеть. — Вау, — Наронг улыбнулся, выходя откуда-то из-за угла. Его мерзкое лицо оскалилось, когда он обвёл Тэхёна взглядом с ног до головы. — Ты выглядишь старше, чем остальные… Но ты мне нравишься. Иди к папочке. Снова приступ тошноты, который Тэ отчаянно пытался подавить. Ему даже не хочется ничего говорить. Ему не хочется острить и шутить. Больше всех на свете он ненавидит сраных педофилов. Рука ложится на рукоятку пистолета, рывком вытягивая. Тэхён видит каждую мерзкую эмоцию на лице Наронга, который выглядит напуганным, выставляя руки в успокаивающем жесте. — Эй, подожди, что ты делаешь? — он осматривает собственную комнату, в поисках хоть чего-то, что может ему помочь. — Может ты хочешь денег? Я заплачу тебе больше, чем ты взял до этого, серьёзно! — Мне не нужны твои деньги, — устало выдохнул Тэхён, направляя на ублюдка пистолет. — Дело в том, что ты пытался убить моего папочку. Первый выстрел был не в голову, в пах, превращая в кровавое месиво всё то, что обычно называют половыми признаками. Наронг закричал, падая на колени. Он кричал и плакал, говорил что-то непонятное, но Тэхён даже не собирался разбираться в этом, подходя ближе и уже направляя пистолет ему между глаз. — И мой папочка недоволен. Выстрел. Тело упало мёртвым грузом, заливая всё вокруг кровью. Тэхён брезгливо поморщился, отряхивая подошвы дорогих туфель, которые измазал в его крови. — Папочка, бля, — усмехнулся он, убирая пистолет обратно и покидая комнату, чтобы быстрее вернуться к Чимину. — Чмошник.