BLACK SWAN

Чимин, откровенно говоря, заебался. Он хотел проспать около суток, но при его графике — это казалось не возможным. Они запланировали поставку заграничных деталей для автомобилей, конечно же, нелегальных, но один из складов был ограблен, что не отменяет тот факт, что заказчики должны получить свои заказы, несмотря на все трудности. И они получат, конечно же, но уже за полный счёт Камын Пэкчо Пхэ. И это не бьёт по бюджету… Ну, точнее, не сильно бьёт по нему, лишь легонько, но Пак обязан разобраться с этим всем как можно скорее. Пока ничего не известно, они даже примерно не имеют представления о том, кто мог ограбить их склад, по какой причине? Да и какого же хуя, они не боятся гнева целой империи? Чимин хочет лично достать кишки из каждого, кто был причастен к этому, зацементировать их тела живьём, содрать кожу и всё это одновременно, если бы такое было возможным. — Чонгук не связывался с тобой? — Пак тянется за бутылкой белого рома, добавляя пару кубиков льда в стакан. — Нет. Чимин, — Тэхён поднял взгляд на старшего. — Это не Мавин. Я связался с Лисой, а она с людьми в Банкоке. Мавин мёртв. Его нашли мёртвым практически сразу после нашего возвращения в Сеул. Пак хмыкнул. Мавин умер? Это давало им возможность идти в своих догадках дальше, но почему-то он почувствовал какую-то лёгкую, мимолетную грусть, словно он потерял своего старого знакомого, пусть они и не были хорошими друзьями, но Мавин приложил свою руку к становлению Пак Чимина тем, кем он является сейчас, поэтому Пак принимал эту грусть. — Лиса так легко согласилась помочь тебе? Пак Чимин пытался перевести тему, прикусывая пухлые губы и улыбаясь кончиками. Тэхён бы легко сравнил его с лисом в этот самый момент. Даже несмотря на то, что мужчина перед ним выглядел уставшим, он был идеальным, идеальным его собственным грехом, который Ким Тэхён бы никогда не смог замолить, он бы даже не пытался, смиренно принимая свою участь в Аду, но лишь бы с ним в одном котле, лишь бы лицезреть его идеальный лик весь остаток жизни. — Нет, она прокляла меня и кажется… тебя, только на тайском, поэтому я ничего не понимал, — Тэ улыбнулся, косо глядя на профиль Чимина. Он был задумчив и в какой-то степени грустен, это было заметно по сведенным к переносице бровям, чуть напряженным плечам, к которым Тэхён не упустил возможности прикоснуться, протискиваясь между спиной Пака и кухонным столом. Его руки медленно скользят по тонкой талии, не сильно сжав её, он не может надышаться его ароматом. Ким точно не знал, это был природный аромат Чимина или же его парфюм, но ему было всё равно, особенно в тот момент, когда Чимин так податливо льнёт в его руки, словно мартовский кот, оголяет шею, подставляя под Тэхёновские поцелуи, ему их мало, но старший закатывает глаза в наслаждении, словно губы Ким Тэхёна могут отпустить все его переживания. Но что если действительно могут? Хотя бы на один вечер, хотя бы на одну ночь, он бы отдал всё, чтобы просто расслабиться и не думать о всех невзгодах, которые так резко настигли его, о всех тех больных деталях жизни, что скрывает в себе этот славный город, который является мечтой и путём к надежде многих. Но не таких, как Пак Чимин. Не таких как Ким Тэхён и Чон Чонгук, этот город поедает их заживо, они тонут в его пороках и сами разбрасывают яд, отравляя его прекрасные улицы. Но в этот момент, это совершенно неважно, для Ким Тэхёна важен лишь Пак Чимин, который так сладко стонет, когда Тэхён прижимает его к панорамному окну, он прогибается в спине и дразнится в своей манере грёбанного искусителя. Пак Чимина нельзя получить так просто, Тэ как никто другой знает об этом, но вот уже от их одежды не остаётся и следа, а Тэ стоит на коленях перед Пак Чимином, который сексуально запрокидывает голову назад, заранее сделав глоток терпкого, но тоже время сладкого рома. Тэхён сосёт хорошо, совсем не так как в самом начале, он умело заглатывает всю длину со сладким причмокиванием, словно слаще члена Пака нет ничего, а Чимин и не против, он смотрит на любимый и в то же время ненавистный город над которым расходится красивейший удар молнии, в его руках весь он, а также, такой прекрасный Тэхён, который готов ради Чимина выпрыгнуть из этого самого окна, лишь бы угодить, Пак уверен в этом, уверен в его привязанности, уверен в том, что Тэхён его целиком и полностью, что он каждый раз будет отдаваться Чимину без остатка, а это пьянит сильнее сранного рома, сильнее всего. Хватает лишь одного вида, как Ким стоит на коленях и жадно заглатывает его член, он сосёт с таким пристрастием, Чимин буквально чувствует его глотку, как не сдерживается и кончает ему в рот, будучи уверен, что Тэхён проглотит, облизнёт губы, собирая мелкие белёсые капли и проглотит всё. — Тэхён, что же мне делать? — Позволь мне дать тебе забыть обо всём, хотя бы на время. И Чимин позволил, не мог не позволить, он так сильно хочет его, да и как он может отказать, когда эти огромные глаза в обрамлении чёрных ресниц смотрят на него снизу вверх, когда Тэхён так сильно тянется к нему, так сильно и отчаянно хочет доказать свою любовь, свою принадлежность ему, насаживаясь на член Пака так сильно. Чимин закатывает глаза от удовольствия, внутри Кима хорошо, так тепло и влажно, он словно был подготовлен для Чимина. Их физические размеры немного отличались, но это не мешало Паку схватить Тэ за горло и подмять парня под себя, оставляя отметины на сильной шеи, кусая под кадыком и наслаждаясь стонами младшего. — Ч-Чимин, мне больно, — Тэхён еле слышно стонет, хватаясь руками за сильное тело Пака, но не может сделать хоть что-нибудь, он и не хочет, это была скорее констатация факта, но ему так хорошо, Чимин так хорошо его берёт, берёт всего и не оставляя ничего от него. Тэхён растворяется на шёлковых простынях, чувствуя что вот-вот и он потеряет сознание, толчки Чимина замедляются, но становятся более жесткими, он сдавливает горло Кима пальцами. — Я убью тебя, Ким Тэхён, — и это абсолютная правда, Тэхён знает об этом, но всё его тело в один момент напрягается и он несдержанно кончает, пачкая их тела. — Я убью тебя, если ты предашь меня, — Чимин не останавливается, продолжая толкаться в онемевшее тело. — Я сожгу тебя живьём, выпотрошу как грёбанную рыбу, я не оставлю ничего от тебя, кроме места в моей памяти. Ты заберёшь моё сердце, но я заберу у тебя жизнь. Тэхён не может ничего ответить, его тело неподвижно под Пак Чимином, а его слова уже сжигают заживо, он не может ничего сделать, чувствуя как Чимин изливается внутрь него, кусая Кима за губы. Ким Тэхён знает, что Пак Чимин убьёт его в случае предательства. Именно по этой причине, он не говорит пресловутое «не предам», а лишь отвечает на поцелуй, чувствуя солёные слёзы. Чьи они? И чей телефон трезвонит на кухонной стойке уже минут десять?

***

— Блять, наконец-то, Тэхён! Где Чимин? Голос Чонгука запыхавшийся, он словно бежал от чего-то, это заставило Тэхёна напрячься, но он не понимал в чём дело. — Он уехал, через пару часов будет гонка, он хотел отвлечься и погонять с Хёнджином. А в чём дело? — Блять, пиздец, Тэхён. Кажется, я убил Марка. — Что? — Он ответил на звонок, когда мне звонил Сокджин, а Сокджин сказал ему сообщить Хоупу первым информацию о резине, в итоге, я побоялся, что он расскажет всё Чимину, поэтому я нашёл его, я-я ударил его, у него течёт кровь, я не знаю, жив ли он. Блять-блять. Тэхёна накрыло. Что если Чимин уже знал, что они ебанные крысы, что если его слова про предательство сказаны не просто так, а это то, что он сделает сто процентов, он уже знает, что они сливали информацию и изначально пришли в империю лишь для того, чтобы оказаться ближе всех к Паку, что если, Пак Чимин уже готовит для них персональную казнь? Тэхён не знал, что делать. Нужно ли им ехать в яму к Чимину, или убедиться в том, что Марк действительно мёртв? Должен ли Хосок знать о том, что они так знатно проебались или… или блять что? Что они могли ещё сделать? Всё пошло по пизде со скоростью света, а Тэхён не был готов, он не хотел, чтобы Чимин узнал, он не хотел, не хотел, блять, не хотел. — Выбрось его куда-нибудь в канаву, Чонгук. И езжай в яму, нам надо перехватить Чимина и точно узнать, успел ли Марк ему что-либо рассказать, нам нужно- — Он убьёт нас, ведь так? Они оба знали ответ на этот вопрос. — Я жду тебя на перекрёстке около заправки по дороги в яму, понял? — Да. У Тэхёна трясутся руки, впервые за долгое время, он безумно нервничает и не знает, что его ожидает за дверьми этой квартиры. Что может случиться с ними в ближайшее время, знает ли Чимин правду о них? Как сильно он будет ненавидеть их? Он убьёт их обоих сразу или кого-то заставит смотреть? Будет ли он разбит? Как сильно его сердце будет разбито? Чёрный лебедь и Альфа стояли в гараже. Чёрный лебедь все ещё был немного поцарапан после того, как Феликс и Розе прижали Чимина, огромные и жирные царапины виднелись по обе стороны, словно уродливые шрамы. Это было некрасиво. Судя по всему, Чимин взял Агеру. Конечно, Тэхён и Чонгук могли вызвать водителя или просто взять Мерседес, но… Альфа будет быстрее, если вдруг, им нужно будет быстро убегать. Но не быстрее Агеры. Не быстрее Чимина. По спине стекает холодный пот, когда он выезжает на дорогу, его не перестаёт трясти, он хочет успокоиться, скинуть всё на отходняк после кокаина, но прекрасно знает, что дело совершенно не в нём, дело в Пак Чимине. Ким Тэхён испытывает животный ужас перед Пак Чимином. И он единственный, заставляет Тэхёна так нервничать, ему уже даже поебать на конченного Чон Хосока, из-за которого они и оказались по уши в дерьме. Но виноват ли он в действительности? Их заданием было приблизиться, а не отдать своё тело и душу Чимину на растерзание. Чимин хотел белого тигра, но ведь он сам является хищником.

***

Чимин всегда любил скорость, любил машины, но не любил ковырятся в них. Безусловно, он разбирался во всех авто в своём автопарке, но перебирать двигатель, менять свечи или масло — это он поручал другим, не желая пачкать свои руки в этом. Яма — это их база, здесь собираются разные стритрейсеры, просто любители и новички, здесь никто не будет добродушным к чужакам, каждый человек в этом месте должен быть проверен, а значит, крыс и левых здесь не водится. База находится под крышей Чимина. Конечно, иногда копы пытаются накрыть это место, но чаще всего по не знанию или показом видимости своей деятельности. Ранее, когда власть в городе принадлежала Ким Намджуну, полицейские могли сунуть сюда свой нос, но не сейчас. Сейчас — это равносильно тому, что подписать смертный приговор. Особенно, учитывая максимально хуёвое настроение Пак Чимина. Всё было как обычно, это даже заставило губы Пака дрогнуть в улыбке. Здесь ничего не меняется, свет софит, неоновые вывески, куча народа. Здешняя улица была забита дорогими спорткарами, многие из них стоят слишком дорого, усиливая усиление после покупки, но никто из стритрейсеров не боялся разбить свою малышку в хлам, желая побежить, желая занять первое место или достойно проиграть, показывая всем, что гонка проходила на полной скорости. Чимин резко бьёт по тормозам, как только по его капоту кто-то бьет ладонями, становясь прям перед авто. — Пак Чимин! Наглая рожа Хёнджина с такой же наглой улыбкой была освещена фарами его бывшей Агеры, которая уже принадлежит Чимину. Пак смеётся, слегка нажимая на газ, дабы припугнуть, но Хван запрыгивает на капот, чуть ли не падая. И всё, Пак Чимин понимает, что сейчас, он там где нужно. — Я был удивлён твоему предложению устроить гонку в это время, — Хёнджин заключает Чимина в свои объятия, похлопывая того по спине. — А что не так со временем? — Слухи разбегаются быстрее, чем ты можешь представить. Я слышал, что у Камын Пэкчо Пхэ не лучшие времена, — он говорит тише, чем до этого, словно боясь, что кто-то может подслушать. Но взгляд Хёнджина такой же, как раньше. Он действительно сопереживает, Чимин чувствует это, но ничего не отвечает, осматриваясь. Сегодня организована гонка на шесть человек. В заявленных участниках: Пак Чимин, Хван Хёнджин, Лиса Манобан, Ли Феликс, Ким Дженни и один новенький, чьё имя Хёнджин не сказал Паку, потому что и сам его не знал. Они редко допускают такое, но Хван объяснил допуск этого парня тем, что его взнос был действительно большим, а также, он безумно хотел погонять с Чимином. Чему Пак не очень рад, врагов сейчас у него предостаточно, не хватало новеньких, от которых хуй пойми чего ожидать, но в своё отсутствие, Чимин позволяет Хёнджину брать на себя управление, а он никогда не подводил, поэтому усомняться в нём именно сейчас — не имело никакого смысла. Гонка должна начаться через 40 минут, машины сгонялись к старту, а одной всё не хватало. Этого загадочного незнакомца, но нельзя сказать, что Пак слишком сильно заострял на этом внимание. Он старался взять от этой ночи по полной, поэтому в его руке бутылка виски, которую они распивают на пятерых, совершенно не брезгуя. — Лиса, перестань так смотреть на него, он же может и воспламениться, — Хёнджин смеётся, не в силах выдержать, Манобан была ужасна в гневе, но сейчас больше походила на маленького ребёнка, со своими острыми взглядами в сторону Чимина. — Его шавка чуть не убила тебя! — вдруг не выдержав, прикрикнула девушка, на секунду привлекая к себе внимание толпы, но увидев взгляд Чимина, они решили не лезть туда, куда их не просят. — Осторожней со словами, Лалиса Манобан. ฉันสามารถทำให้ชีวิตคุณตกนรก.* — Ты знаешь тайский? — Хёнджин слегка опешил, округляя глаза и делая глоток из бутылки. — Нет, — Чимин усмехнулся. — Я знал, что твоя девушка не будет слишком любезна после того, что сделал Чонгук, поэтому выучил пару фраз, — короткий смешок, сзади слышен тихий угасающий рёв только подъехавшего Dodge Challenger, заставляя всех повернуть головы, включая заинтересованного Пак Чимина, который даже встал со своей Агеры, рассматривая новый в их яме аппарат. Его шаги медленные и грациозные, он не может увидеть водителя из-за полной тонировки окон, но Пак Чимин не скромен, рассматривая каждый сантиметр Доджа чуть ли не упор. Он красив, действительно красив. Но его хозяин наверняка очень скромен, ведь до сих пор не появился перед ними. — Пак Чимин засмущал новенького, — бросила Дженни, опираясь на свой только отполированный Мустанг Шелби. — Или он боится? Толпа засмеялась, заставляя скромника всё же показаться. И он оказался весьма очаровательным парнем, белоснежные волосы спадали на лицо, лоб был перевязан чёрной банданой, а его глаза были маленькими, но по кошачьи хитрыми. Чимин вполне мог назвать его красивым, даже очень, но он не внешность его оценивать здесь собирался. — Хёнджин, сколько сейчас стоит Dodge Challenger SRT Hellcat Redeye на рынке? — Пак не оборачивался, продолжая бесстыдно рассматривать парня перед собой. Он был одного роста с Чимином, разве что немного худее него самого, это можно было понять по тому, как огромный свитшот висел на нём, а хрупкие ключицы виднелись за счёт растянутого выреза. Но он не выглядел бедным, совершенно. И это логично, ведь этот парень был сыном президента. — 72 296 тысяч долларов на сегодняшний день. — Вау, это около 30 миллионов вон, — Пак Чимин усмехнулся. — Надеюсь, эти деньги были взяты не из государственной казны, уважаемый сын президента — Мин Юнги? — Нет, уважаемый Пак Чимин, глава преступного мира и мафиозной империи Камын Пэкчо Пхэ, — тонкие губы Юнги растягиваются в улыбке, подражая Паку. Они пожимают друг другу руки, но что-то не так, Чимин чувствует это. Сам сын президента? Здесь? Мин Юнги не был похож на оторву, который ненавидел дворец отца и всячески пытался ему поднасрать, ведь накопить на такую тачку... на одной стипендии в университете не выйдет, если конечно не приторговывать крэком за его стенами. — Неплохая машина, берёт почти 100 км\ч за 4 секунды, ведь так? — Пак ведёт тонкими пальцами по кузову, подходя ближе к мужчине. — Но если честно, меня больше волнует не твоя машина, Мин Юнги, — язык скользит меж губами. — Меня волнует, что ты забыл на моей территории? Твой отец должник Камын Пэкчо Пхэ, даже при смене власти, старые долги не забываются, но вот ты… Ты не должен быть здесь. Разве это не опасно для тебя? — Я хочу отработать долг отца, Пак Чимин, — Юнги смотрит гордо, не боится и даже не отводит взгляд ни на секунду, Чимин думает, что он глуп, но не прост. Не бояться таких людей как Пак — нельзя, это слишком опасно, ведь такие люди живут на страхе людей, это их топливо, их энергия, а Мин Юнги не заряжает, лишь заставляет засмеяться. — Я знаю, кто сливает информацию в Камын Пэкчо Пхэ. И я знаю, кто твой враг, Пак Чимин. Чимин, который уже шёл к Агере замер. Он врёт, Мин Юнги врёт, он не может знать, откуда? Кто он такой? Всего лишь сын президента, он не должен был посвящён в такие детали, кто его информатор? Даже если он врёт, то ради чего? Чтобы Камын Пэкчо Пхэ отпустил президента? Этому не бывать. — Удачи в гонке, — бросает Чимин через плечо, усаживаясь в салон Агеры, дабы никто не мог увидеть то, как он за долю секунды начал нервничать.