BLACK SWAN

Чимину нужно срочно сосредоточиться, он смотрит только вперёд, но чувствует взгляд Юнги из рядом стоящего рычащего Доджа, что вот-вот будет готов состязаться с Агерой, это гонка превратилась в сражение только между ними двумя. Руки сжимают кожаный руль до скрежета и боли в пальцах, но Пак не может ничего с собой поделать, он злится и злится очень сильно, информация о крысе прям рядом с ним, Юнги расскажет ему о том, кто именно является ею, но не так всё просто. Чимин не может упустить президента из своих рук, у него благодаря ему огромное преимущество перед всеми шавками, президент Южной Кореи обязан Камын Пэкчо Пхэ, а значит, обязан самому Пак Чимину, а это козырь, который Пак не выбросит. Нет, он не поступит так. Не имеет права, он ведь может найти крысу своими силами, ведь так? Его терзали мысли о том, что вдруг Мин Юнги врёт? Вдруг он ёбанный лжец. Пак не может его убрать без последствий, даже в случае того, если информация не подтвердится, это повлечёт за собой слишком огромные проблемы, которые будет слишком сложно решить, а может и невозможно. Все любят президента Мина, а его щуплого сынишку — уж тем более. Это повлечёт за собой слишко-ом много проблем, Пак обязан решить всё это как можно быстрее. Под шум толпы и рёв моторов, на старт выходит обворожительный Ли Тэмин с сигаретой в зубах, он делает затяжку и выдыхает дым в небо, соблазнительным взглядом пробегаясь по каждому участнику, не задерживаясь ни на ком более секунды, Окурок падает на мокрый асфальт, а Тэмин поднимает руку вверх, прикусывая нижнюю губу, а затем резко опускает. Старт. Больше ничего не имеет значения, кроме победы. Чимин набирает скорость, выжимая из своей малышки лишь малую часть, за 5 секунд он набирает скорость 100 км\ч, но с тем учётом, какие тачки участвуют в загоне, этим мало кого можно удивить, поэтому Пак дёргает коробку, набирая ещё 100 км\ч, обходя каждого одного за другим. Его пухлые губы трогает ухмылка, он плавно входит в дрифт на повороте, делая занос максимально мягким и отдалённым от ограждения. Он хорош в этом, все это знают. Участники летят одни за другим, Дженни вырывается вслед за Паком, пока её не обгоняет ниоткуда взявшийся Додж Юнги, который начинает петлять из стороны в сторону, не давая девушки возможность вырваться вперёд. Ещё один поворот, шесть автомобилей один за одним входят в дрифт, Чимин берёт от Агеры всё, чувствуя как Юнги дышит ему в затылок, в прямом смысле, он может ощущать это своей кожей, словно Мин Юнги совсем не там, не за рулём своей машины, а здесь, сжимает его горло своими ебанными пальцами. Пак маневрирует между легковых автомобилей, выезжая на встречку лишь на мгновение, пытаясь взять разгон для следующего поворота. В зеркалах Ауди Лисы слепит глаза, но он рад, что это именно эта девчонка, что не грёбанный Мин Юнги, от которого становится тошно и неприятно, лучше бы он вообще никогда не появлялся в этом месте. Ещё немного и финиш, Пак знает об этом, этот круг довольно большой, но Чимин знает его как свои пять пальцев. Он въезжает на узкий мост и внезапно, Додж Мина теснит его ближе к краю моста, втапливая на полной скорости и не давая Чимину возможности на хоть какой-то манёвр, ведь хоть одно неправильное движение и Пак слетит в обрыв, но злость кипит в мужчине, он бьёт по тормозам, чувствуя, как Хёнджин делает тоже самое, дабы пропустить Чимина вперёд. Такие правила гонок, когда один начинает наглеть, остальные в праве его научить правильной езде. Как только они выезжают на трассу, Пак обгоняет Додж делая резкий разворот и пришпоривая своим капотом, капот Юнги. Его лицо полно ненависти, он наверняка материться, ведь по обе стороны его прижимают Лиса и Дженни, а сзади Феликс с Хёнджином, не давая возможности двинуться хоть в какую-то сторону. В рядах стритрейсеров есть определённые правила, даже незнание их не освобождает от ответственности, а этот урок, Мин Юнги обязан зазубрить и осознать, в чём именно была его ошибка. До финиша пара километров, все кроме Пак Чимина отлипают от Доджа и бьют по газам. Но не Чимин, они играют в гляделки, возможно слишком опасные, ведь не один из них не следит за грёбанной дорогой, но остаются в своей полосе. Мин Юнги моргнул первый. Пак выкручивает руль, выбиваясь вперёд и оставляя додж позади, его Агера ревёт, разрывая мотор, он обходит сначала Хёнджина, ещё прибавив газу, он обходит девушек и последним остаётся Феликс, который дарит Чимину обворожительную улыбку, понимая, что король дороги совсем не он, даже если очень хочется, а Пак улыбается в ответ, выбиваясь вперёд. Финишная прямая, Пак вжимает педаль газа в пол, делая манёвр для дрифта и разворачивает агеру на 180 градусов за финишной линией. Толпа скандирует его имя, а когда он вылезает из Агеры, каждый пытается коснуться и пожать руку, а Чимин с улыбкой на губах отвечает, чувство победы нельзя передать словами, а он так давно не испытывал его. Его малышка горяча, до капота опасно прикасаться, но чувство эйфории расходится по телу так сильно, что Пак Чимин чувствует себя на седьмом небе от наслаждения, он смотрит на счастливые лица людей вокруг, которые поздравляют его с победой и думает, ту ли дорогу выбрал для себя? — Ты выиграл не совсем честно, Пак Чимин, — Юнги приходит последним, но на его губах довольная ухмылка, которая прям-таки раздражает Пака. — Тебе стоит выучить правила стритрейсеров, иначе в следующий раз, ты получишь нечто хуже клетки. — Следующий раз?

***

Было сложно пробиться через толпу, но не Чон Чонгуку и Ким Тэхёну, их лица знала здесь каждая собака, учтива пропуская их к хозяину, хозяину каждого грёбанного сантиметра здесь. Возможно, они выглядят слишком напуганными, глядя на довольного лиса в лице Пак Чимина, который сидел на Агере и самодовольно заигрывал с какой-то девчонкой, которая видимо подумала, что выиграла жизнь. Хёнджин потянулся к Паку, сообщая о новых только что прибывших гостях, а Чимин оборачивается к ним, улыбаясь своей обворожительной улыбкой. — Что-то не так, — шепотом говорит Чонгук, делая первый шаг к Чимину, а Тэхён знает. Он не видел эту улыбку никогда на губах Пак Чимина, но он уверен, что она не предвещает ничего хорошего, от неё бросало в дрожь, и кажется, только они двое видели холодный взгляд Пака, который анализировал каждое их движение, прожигая их прогнившие души, превращая в пепел их тела. Ким Тэхён боялся, а Пак Чимин чувствовал страх. — Кажется, мы опоздали, — Тэхён прощупывает почву, но не позволяет улыбке тронуть собственные губы, это было равносильно тому, что засунуть голову в пасть крокодилу при этом улыбаясь, нужно быть грёбанным психом. — Но ты же победил? Чимин кивает, но его взгляд словно смотрит сквозь Тэхёна и от этого почему-то сводит желудок, неужели он всё знает? Тогда к чему всё это? Почему он не сделает то, о чём говорил? Почему он молчит? Почему его взгляд такой холодный? Чонгук не рискует подойти ближе, а Тэхён ставит всё на кон и усаживается по правую руку от Чимина, он садится на капот и сглатывает вязкий ком в горле. Страшно, почему так страшно? Пак продолжает разговор с Хёнджином, заливисто смеётся, но от него исходит такой холод, что Ким ощущает мурашки на собственной коже, он не говорит с ними, не смотрит в их сторону, а дарит неприятное игнорирование, Тэхён чувствует себя пустым местом, впервые за долгое время. Впервые, Ким Тэхён чувствует себя пустым местом для Пак Чимина. Взгляд Чонгука испуганный, он смотрит в пол и боится поднять глаза на Чимина, словно загнанный в угол котёнок. Чон всегда был слишком чувствительным, а почувствовав такое отношение Пака, он чувствует это намного сильнее, чем сам Ким, хотя, по его мнению, сильнее быть не может. — Хочу домой, — Чонгук вздрагивает от, казалось бы обычных, слов Пака в свою сторону, но впервые поднимает свои глаза на него. — Тогда поехали, хён? Только кивок. Пак распорядился, чтобы Агеру пригнали в гараж, а они втроём отправились на Альфе в полной тишине. Её было страшно нарушать, словно одно слово и всё пойдёт трещинами, рассыплется на части, на совсем мелкие осколки, которые при желании не склеить, а захотев ухватиться за них — они встрянут в кожу, будут рвать мягкие ткани ноющей болью, проникая все глубже, болезненно кровоточа. — Вы удивительно молчаливы сегодня, — и она трещит под словами старшего. — Что-то случилось? Что ответить? Что происходит? Ким не знал. Он не понимал вообще всего происходящего. На фоне того, что случилось за этот вечер, Тэхён уверен, что Чимин знает обо всём, тогда почему сейчас молчит, почему выбирает эту игру, почему он просто не пустит пулю ему в лоб, чтобы Тэхён не мучился, разве он не заслужил быструю смерть? Разве своей любовью он не может заслужить этого? — Мы просто устали, — Чонгук отвечает, но тихо, он ведёт машину и это его преимущество. Ведь он не сидит рядом с Чимином на заднем сидении, чувствуя его холодную руку на своём бедре, которая словно была здесь всегда, так по-собственнически сжимая напряженные мышцы Тэхёна, который буквально боится дышать. — Ты узнал хоть что-то о резине? — голос Пака спокойный, его взгляд устремлён в окно, провожая мимо пролетающие здания. Создаётся впечатление, что весь мир сужается до ебанной Альфы, на дороге никого, на улицах никого, только они трое. Ответ Чонгука короткий, «нет» повисло в воздухе, а Чимин убирает свою руку с бедра Кима, позволяя ему схватить холодный до боли обжигающий воздух ртом. — Отсоси мне, — Чимин смотрит в упор, Тэхён чувствует это, позволяет себе взглянуть в ответ, но ничего не может ответить, не может отказать, послушно опускаясь к ширинке Пака. Он быстро справляется с ремнём, делая это скорее машинально, по привычке, нежели от реального желания. Ким не перестаёт чувствовать опасность, но послушно берёт в рот ещё вялый член Пака, который увеличивается в размерах от его действий. Но почему Тэхёну так неприятно, почему он не хочет делать этого сейчас, хотя раньше ни разу не упускал возможности коснуться Чиминового тела, почувствовать его. Сейчас он сосёт умело, но без того запала что был раньше, он берёт в рот полностью, но не из желания ублажить… Он не знает почему это делает, делает словно обязан и должен, он никогда не ослушивался Пака, так и сейчас не будет. Он выпускает член изо рта, облизывая всю длину, удерживая рукой у основания, его язык ласкает уретру, а затем снова погружает орган себе в рот, умело втягивая щёки, стараясь не задеть зубами, но Чимин не издаёт ни единого звука, он контролирует себя на максимальном уровне, глядя на Тэхёна сверху вниз, Ким замечает в его глазах неприязнь, а это больно бьёт, слишком больно, но дело он заканчивает, он усердно трудится, пока Пак не изливается ему в горло, даже ни разу не прикоснувшись, не наградив стоном или хотя бы не поцеловав, не зарывался в волосы своими тонкими пальцами… Ким Тэхён чувствовал себя грязным. Чимин выходит из машины, как только Чонгук подъезжает к дому, оставляя их наедине. Тэхён даже не провожает его взглядом, упорно глядя куда-то перед собой. Они сидят и молчат, им обоим нечего сказать. Сложно понять где именно был проёб, ведь Марк мёртв? Он не мог успеть что-то передать Чимину, тогда как он понял? Как узнал? Что именно ждёт их дома? Является ли этот дом их домом? Что делать дальше? Почему Чимин таким образом поступает с ними так, почему он заставляет их чувствовать себя настолько хуёво, ведь… ведь… нет, это только их вина. Тэхён знал на что шёл, он осознавал риск каждый раз, когда смотрел на Пак Чимина, когда тонул в его глазах, когда умирал под его руками и его телом, он чувствовал, что может целовать его губы лишь временно, временно чувствовать тепло его тело, что это ненадолго, уж точно не на всю жизнь, когда-то время придёт и вся правда вскроется, всё будет раскрыто и… Нет никакого «и». Неужели это и есть конец? Тэхён никогда его не представлял, просто не мог, он влюблён, влюблён до одури, но разве влюблённый человек может так предавать, разве он может каждый раз врать глядя в любимые глаза? Любил ли он? Любил. Любит, он любит Пак Чимина. Он любит настолько сильно, что готов умереть от его рук, наверняка готов, он готовился к этому с самого начала, рассказывая Чонгуку глупые сказки о том, что в случае чего у них получится сбежать, не получится, только не от Чимина, ведь он внутри, он сжигает и тянет на дно, каждым своим словом прибивает к себе гнилыми гвоздями, но настолько крепко, что аж страшно. — Пошли. Чонгук выходит первым из машины. Это заставляет губы Кима дрогнуть в усмешке, малыш Чонгук-и всегда был смелее, чем мог показаться. Он всегда был и есть храбрее Тэхёна, который словно примёрз к заднему сидению, его ноги не могут идти, он не может просто открыть дверь и выйти, ведь за этой дверью реальный мир, реальный мир, который сожрёт его и не поперхнётся, реальный Пак Чимин, который ненавидит их, который обещал выпотрошить его в случае предательства, а Пак Чимин слов на ветер не бросает. И не отступит в этот раз, только не ради Тэхёна, который предал его. Растоптал его доверие, растоптал его любовь.