Избранный светом. Сердце мира

Я переплавила пули из твоих ран

В слезы из серебра.

Я отгоняла сиянием тех,

Кто пришел за тобой в темноте.

На рубежах расставлены псы —

Только дай сигнал и отправятся рвать,

И не прощаясь в самый последний раз —

Не говори о беде.

Немного нервно «С тобой ничего не случится»

— Я не понимаю, что здесь происходит! — Лалит с силой дёрнулась, но похожие на тонкое кружево оковы магии Лейси не поддались. Я на себе успел узнать насколько они крепки. — Капитан, я просто… — она сделала шаг вперёд, оступилась и чуть не упала, но Сейлан резко вздёрнула её за плечо, — …ай! Я просто пошла за Эгилом, я не знаю зачем, он сказал мне, и я… — Ложь! — Сейлан тряхнула её, вцепившись в плечо ещё сильнее. — Я, демоны тебя возьми, сама видела и слышала, как ты говоришь ему спуститься сюда. У Сейлан был довольно интересным магический талант, она умела отводить взгляды. Это не делало её по-настоящему невидимой, но заставляло не обращать на неё внимания. Даже если ты войдёшь в комнату, в которой она стоит, покажется, что никого нет. Пока она не движется, эта «иллюзия» почти идеальна. Я долго размышлял над тем, как тогда, ещё в коридоре Рейнгардского замка и потом уже во время допроса, она будто вынырнула из размытой тени, не дававшей мне толком рассмотреть её даже обострённым магией зрением. Понятно, что дело в магии, но в том, что это её магический талант Сейлан долго не хотела признаваться. Из скрытности. И потому что, кажется, немного его стеснялась. Наверно, девушку, желающую быть в центре внимания, такое задевало. А вот я бы от такой фишки не отказался. Ведь сейчас её магия сослужила нам отличную службу. Она смогла спрятать себя и Лейси в комнате мага и подождать, пока Лалит не останется одна, чтобы схватить её. — Вы напали на меня со спины! — прошипела Лалит. — А теперь ещё и обвиняете не пойми в чём! Я только сказала Эгилу, что в трюме есть что-то странное, я… — Ты бы не прошла сюда через все слои чар, что тут наложены, — спокойно заметила Аин. — Только если не наложила их сама. — Да я и колдовать-то не умею! — не унималась Лалит. Вид у неё был по-настоящему жалобный. — Капитан, скажите им! Разве вы верите им больше, чем мне? Они сами всё подстроили! Они что-то скрывают от вас! Они обманывают! Они… — Лжёшь здесь только ты и уже начинаешь путаться в показаниях, — перебила её Сейлан. — Что-то влияет на мою память, поэтому я… Я, Сейлан и Аин уже собрались возразить, но не успели. — Тихо! Не слишком громкий короткий возглас капитана эс Фаэр заставил замолчать сразу всех. Она вздохнула, устало потёрла висок свободной рукой, завела выбившуюся прядь за ухо, обвела всех присутствующих строгим почти учительским взглядом и выдохнула: — Так. По очереди, — Лалит было открыла рот, но Фаррел указала в её сторону дулом, — нет, тебя я уже услышала. И вас тоже, — добавила она, переведя стрелковый артефакт на Сейлан, — ты. Давай. Это она мне. Хотя пушку могла бы и убрать. Впрочем, когда в меня тыкают оружием я становлюсь особенно красноречив. — Лалит правда не владеет магией, поэтому не могла бы всё это устроить, — начал я, глаза Фаррел подозрительно сощурились в ожидании продолжения, — поэтому её личность стала весьма удобным прикрытием для настоящего виновника. Фаррел коротко рассмеялась. — Сейчас вы притащите сюда ещё кого-то? — Нет, капитан. — Я коротко качнул головой. — Дело в том, что Лалит не виновата, только это, — я указал в сторону связанной девушки, — не Лалит. — Да это уже полный бред! — закричала она, вырываясь с двойной силой. — Вы не видите, они тут все умом тронулись! Фаррел, не оборачиваясь, направила в её сторону стрелковый артефакт, и Лалит тут же утихла. — Доказательства? Настало время той самой сцены из детективов, когда сыщик рассказывает, как всё было на самом деле, показывая всем, какой он чертовски умный. Я почувствовал острую нехватку трубки, которую я мог бы пафосно вертеть в руках, пока расхаживаю по трюму. — Изначально меня смутила её память. На всех членах экипажа лежит что-то вроде проклятия, которое дезориентирует их и частично разрушает память. Стираются в основном факты, связанные с кораблём. Особенно же сильные сбои происходят, когда кто-то начинает приближаться к разгадке личности крысы или же мешать её делам на корабле. Только вот Лалит прекрасно помнила всё, а «забывала» лишь то, что ей удобно было «забыть». — Ха! — вскинулась она. — Ты что, мою память проверял? — Это и не нужно. Если бы ты, как утверждаешь, увидела эту пентаграмму в трюме случайно, до Эгила с информацией ты бы просто не дошла. — А где доказательства, что это проклятие, забирающее память, работает именно так? Может, вы его выдумали? — Я уверена, что это проклятие работает именно так, — сказала Фаррел, всё ещё неотрывно глядя на меня своими лисьими глазами. — Продолжай. — Как я уже говорил, личность Лалит весьма удобная для маскировки. Она не владеет магией, но в то же время может спокойно и беспрепятственно разгуливать по всему кораблю, не вызывая подозрений. И обладает достаточным доверием капитана. — Я не слишком хороша в магии, — сказала Фаррел, — но разве можно создать настолько идеальную иллюзию чужой внешности? Ни один проверочный артефакт ничего не показал. Да и мои глаза не могут отличить копию от оригинала. Про то, что проверочные артефакты, скорее всего, были сломаны по приказу леди Йарн, я решил умолчать. Для такого обвинения доказательств точно не хватит. — Эта иллюзия всё же не идеальна, — возразил я, рядом с моим плечом одобрительно хмыкнула Аин. Да, я знаю, ты же говорила. — Всего один изъян, который мне помог найти Эгил. Корабельный маг удивлённо посмотрел на меня и, не сдержавшись, снова чихнул. — Точнее, его аллергия. Она распространяется на шерсть роскатта, на вашу, капитан, но почему-то не на шерсть Лалит. Я заметил это, ещё пока мы стояли в коридоре, ожидая, когда Нарро вытащат с того света. Лалит всё время тёрлась рядом с Эгилом, но он ни разу не чихнул. А стоило только Рейнеке показаться из-за угла, как он начинал чихать почти безостановочно. Да и сейчас, стоя рядом с капитаном, Эгил еле сдерживался. — Вот почему от неё частенько пахло травами, — сказала капитан. — Я думала, она просто сменила парфюм. Можно подделать внешность, но не запах. — Капитан, это всё!.. — Молчать, — негромкий, но железный тон Фаррел заставил «Лалит» затихнуть, — у меня были подозрения насчёт тебя, но с провалами в памяти сложновато делать выводы. Теперь рассказывай, что с настоящей Лалит, что ты вообще такое и на кого работаешь. Я неплохо умею чуять ложь, так что постарайся без глупостей. Теперь и взгляд Фаррел, и дуло стрелкового артефакта были направлены в одну сторону. Сейлан чуть отошла от «Лалит», чтобы её не зацепило, но судя по виду, в любой момент была готова выхватить оружие. Но сама «Лалит» не смотрела ни на Фаррел, ни на Сейлан. Только на меня. Прямо в глаза. Не отрываясь. — Не зря терпеть не могу желтоглазых. А потом пентаграмма засветилась снова, наполняя трюм удушливым серым туманом.

***

В последние полгода у Фреи было две беды — у Дея нет плана и у Дея есть план. Что из этого хуже, она затруднялась сказать. План, который они сейчас претворяли в жизнь, ей не нравился. Впрочем, всем остальным, включая самого Дея, тоже. Но в этом плане был один единственный плюс — большая часть неприятных неожиданностей всё же была предусмотрена. Поэтому, когда вместо фальшивого разлома по светлым доскам палубы начали расползаться настоящие серые трещины, Фрея была готова. Места будущих разломов получилось примерно определить с помощью зон с наиболее частыми перепадами энергии. К счастью, большая их часть приходилась на палубу. Фрея вонзила меч в пол, по дереву, пусть даже мёртвому, передать энергию было несложно. Фрея специально накапливала её в камне, чтобы сейчас не помешали перепады. Тёплая сила упала как первая капля дождя в стоячую воду, побежав по ней десятком кругов. Сознание Фреи понеслось вслед за ней. Она ощущала всё больше и больше, её восприятие ширилось с каждой новой волной, с каждой новой каплей силы. Она чувствовала, как закрываются разломы, заживают как порезы под действием целительной магии. Центральная палуба, носовая, кормовая. Деревянный корпус, разрезающий холодные волны. Каюты, полные людей и их волнения. Трюм, тёмный, вязкий, удушливый. Ответная волна тёмной энергии родилась в его глубине и вытолкнула Фрею вверх. Она покачнулась, но удержалась, вцепившись в рукоять меча. Вскинула голову, посмотрев вперёд. Что-то было не так. Не в корабле, в волнах, которых Фрея едва коснулась краем сознания. Корабль сильно мотнуло вправо, потом влево. Через мгновение он нырнул вниз. Сердце Фреи забилось быстрее. Тяжёлые тучи, приближавшиеся к ним с севера с самого утра, теперь нагнали их. Их края уже размывались косыми струями дождя. Нет, не дождя. Грозы. — Леди Фрея! — прокричал ей Ирек, стоявший за штурвалом. Слова старшего помощника почти заглушил свистящий в ушах ветер, но Фрея и так знала, что он скажет: — Шторм идёт! Фрея оказалась у штурвала так быстро, как смогла. Бежать по качающейся палубе оказалось сложнее, чем она думала. Несколько раз упав, больно ударив колено, Фрея всё же взлетела по лестнице на верхнюю палубу. И замерла. Пространство впереди, там, куда был направлен острый нос корабля, словно размывалось. Если приглядеться, можно было увидеть нечто странное, будто огромную заполненную едва заметным туманом арку. Ветер затягивало в неё с такой силой, что казалось — где-то там притаилось сердце смерча. — Это коридор? — спросила Фрея, перекрикивая воющий ветер. — Да! — ответил Ирек, серые глаза офо неотрывно смотрели вперёд. — Его здесь не должно быть. Слишком рано. Слишком близко. Ещё полдня пути должно быть. — Мы сможем его обойти? — Нет, слишком близко подошли. Он из пустоты будто возник. — А что если войдём? — Не могу знать. Фрея тихо выругалась сквозь зубы. — Капитана найдите, — попросил Ирек, и Фрея кивнула. Резко развернувшись, она скользнула взглядом по нижней палубе и направилась к лестнице, но запоздало поняла, что что-то снова не так. Фрея замерла, пригляделась. На той мачте, которую она видела, вдруг вспыхнул красный символ. Через мгновение Фрея поняла, что это значит, в следующее уже перемахнула через балюстраду, спрыгивая с одной палубы на другую. Она бросилась к мачте, занося меч для удара. Но корабль бросило в сторону. Фрея потеряла всего несколько секунд, восстанавливая равновесие. А потом её отбросило взрывом. Прокатившись по лакированному дереву, Фрея сильно ударилась головой об основание лестницы. Сквозь сгущающуюся темноту она услышала только оглушительный треск дерева.

***

— Неплохая попытка, — сказал я, глядя на угасающую пентаграмму. Она проработала от силы полминуты, а потом снова потухла, загашенная тёмной энергией. Мы знали, что как только зажмём крысу, она откроет настоящие разломы, не дожидаясь нужного времени и места. Испортить пентаграмму у нас бы не вышло. Защита на ней стояла такая лютая, что без нескольких часов кропотливой работы в благоприятных магических условиях нам бы поотрывало руки. Поэтому, раз мы ничего не могли сделать с формулой, решили поработать над условиями её активации. Для её работы был необходим дисбаланс, поэтому мы накопили тёмной энергии. Сейчас же просто выпустили её, создав ровную среду с преобладающей магией. Для меня лучше бы копили светлую, но тогда и работать с накопителями пришлось бы самому. А мне такие сложные штуки никто не доверял. Ну и для этого была ещё одна причина. Анс даже пальцем не шевельнул, а шею «Лалит» стянуло заклинание, блокирующее магию. Меня немного пугала та скорость, с которой Анс её материализовал. Насколько я знал, чтобы повесить блокатор, нужно было коснуться жертвы. Я пригляделся и заметил тончайшую нить, оставившую неглубокий порез на шее «Лалит», прямо под формулой блокатора. Стало ещё страшнее. Анс не зря возглавлял мой личный топ «Никогда не зли этих ребят, если не хочешь умереть самой страшной смертью». После него шли Абелоун и Третья. — А теперь поболтаем, — улыбнулся я. — Сегодня не в настроении, давай в другой раз, солнце, — лениво повела плечом «Лалит». Из-за тёмной энергии путы Лейси немного ослабли, но это было не слишком важно. — Ты ответишь на мои вопросы, — сказала капитан, подходя ближе, — но сначала сними с себя морок. — Давайте, наоборот, не люблю светить лицом на публику. Все обычно пялиться начинают, раздражает. Я заметил, что у того, кто скрывался под маской Лалит, изменилась манера говорить. Лалит говорила быстро, отрывисто, будто набрасывая слова в кучу одно на другое, проглатывала звуки. Наёмница же говорила медленнее, плавнее, будто никуда в этой жизни не торопилась. У неё были длинные ясные гласные и резкие, звучные согласные, будто в её манере мешались два противоречащих друг другу говора. — Твоё мнение не учитывается, — сказала Аин, подходя ближе к наёмнице. — Ты мне сразу не понравилась, — уныло сообщила она ей. Аин её проигнорировала, внимательно вглядываясь то ли в лицо, то ли во что-то чуть выше её лица. — Даже противно признавать, насколько это хорошая работа, — наконец сказала она. — Помочь? — спросил Сивиз, подходя ближе. Он протянул руку Аин, и она вложила в неё ладонь. Магический талант Сивиза позволял находить слабые места и уязвимые точки магии. Этим видением он мог делиться и с другими. Хорошо, что Стормланны не ладят, если бы они объединились, захватили бы мир за пару дней. — Ты мне, кстати, тоже не нравишься, — сообщила наёмница, глядя на Сивиза. — Давно хочу выколоть тебе глаза. — И чем же я так тебе не нравлюсь? — спокойно ответил он. Но взгляд у него был такой, что будь я на месте наёмницы, помер бы от разрыва сердца. — Не люблю лжецов. — На лице наёмницы не отразилось ни единой эмоции. — По крайней мере таких, которые врут тем, кто мне нравится. — Поразительная преданность хозяйке. — Сивиз слегка улыбнулся. Я решил на всякий случай отойти от него чуть-чуть подальше. Аин довольно хмыкнула, видимо, найдя уязвимость и провела рукой перед лицом наёмницы. Я ожидал постепенной трансформации. Как одни черты будут сменять другими. Но всё случилось иначе. Казалось, что один кадр резко сменился на другой без всякой склейки. Вот передо мной Лалит, а спустя секунду кто-то другой. Странное существо, природу которого я не мог понять. Это был вроде эльф, но… Кожа у него была темнее, чем у Аин или Анса, медная и в то же время будто слегка сероватая. Чёрные прямые волосы были стянуты в короткий хвост и не закрывали вытянутые, острые опущенные книзу уши. Не скрывали они и длинный тонкий шрам идущий от виска, через уголок глаза и острую скулу на щёку. Но больше всего меня привлекли именно глаза. Один такой тёмный, что не разобрать, где кончается зрачок и начинается радужка, а другой бесцветно-серый, будто выцветший. Я встретился взглядом с этими глазами и запоздало понял, что за существо передо мной. Полукровка. Полу-эльф, полу-офо. Не думал, что такое вообще бывает. — Ну вот, ты уже пялишься, солнце, — сказал он. Ах да, наёмник оказался юношей, быть может, чуть-чуть постарше меня. — Вопросы, — напомнила капитан, как бы невзначай качнув дуло стрелкового артефакта в сторону наёмника. — Для начала — имя. — Хотите на меня ещё какую-нибудь формулу подчинения повесть, да? Это, вообще-то, незаконно. Кто бы говорил. — Лучше не перечь мне, иначе узнаешь, что бывает, когда я становлюсь по-настоящему злой. — Ой, да? А может, мне понравится? Не говоря больше ни слова, Фаррел крутанула барабан артефакта, видимо, сменив заклинание, и выстрелила наёмнику в ногу. Он рухнул на колени как подкошенный, тихо заскулив от боли. — Ещё раз? — спокойно спросила Фаррел. — Я понятливый, — ответил наёмник, поднимая на неё затравленный взгляд. Впрочем, довольно скоро на его лицо вернулась нагловатая улыбка. — Моё имя Агаси, приятно познакомиться, мадам капитан. — Не взаимно, — взгляд Фаррел был холоднее морских вод. — Теперь скажи мне, где Лалит? — У себя дома. Я изменил её память так, чтобы она думала, что последнего рейса в этом году просто не случилось. Так что она спокойно уехала домой на другой конец Республики. И не смотрите на меня так. Отослать её куда-то было проще, чем прятать труп, только и всего. Он пожал плечами. Я даже начинал немного завидовать его самообладанию. Окружённый врагами, он вёл себя так, будто мы мирно беседуем где-нибудь в таверне. Это меня и настораживало. — На кого ты работаешь? — вмешалась в допрос Сейлан. Фаррел посмотрела на неё неодобрительно, но ничего не сказала. — На самого себя в первую очередь. — О да, Секта повелителей теней тут вообще ни при чём, ты по собственной инициативе решил затащить корабль в разлом. — Я как минимум был не против. Сейлан начинала злиться. — Говори, кто твой наниматель, какие у тебя были цели, ты должен был захватить Избранного или?.. — Кстати, кто он? — перебил её Агаси как будто так и надо. — Кто он? — непонимающе переспросила Сейлан. — Избранный же, — Агаси посмотрел на неё, как на дурочку. А потом перевёл взгляд на меня, — скажи, что это ты, солнце, иначе я расстроюсь. — Такая трагедия будет, — не сдержался я. Но это довольно странно, что ему не сказали. Значит, он какая-то мелкая сошка, которой не сильно-то доверяют? Но такое задание никак не назвать лёгким. Что-то не сходилось. — Отвечай на мои вопросы. — Сейлан грубо пихнула его ногой. — Их слишком много, милочка, болтать устану. — Ухмылка у Агаси была острая, неприятная. Я захотел оттащить Сейлан подальше от него. Но не успел. В руке у Агаси тускло блеснуло лезвие ножа. Одним движением он и рассёк ослабшие путы, и полоснул Сейлан по ноге, заставив упасть. Лейси ринулась к ней так быстро, что чуть не попала под нити Анса. Агаси закрылся ей, оставляя короткую рану на шее, разрезав заклинание-блокатор. А ещё через мгновение он исчез. — Телепортация? — Сейлан ошарашенно оглядывалась по сторонам. Длинный порез её нисколько не волновал. Зато Лейси взволнованно оглядывала рану, забыв вообще обо всём. — Маскировочные чары, — ответила Аин, вглядываясь в полумрак трюма. Серьёзно? Вот так просто взял и скрылся? Мы предполагали, что наёмник тоже может оказаться тёмным магом, но на такие трюки не рассчитывали. Я попробовал применить свой магический талант. Но он, задушенный тёмной магией, не отозвался, даже несмотря на реальную угрозу для меня схлопотать ножом в спину. Фаррел, никак не отреагировавшая на пропажу Агаси, вдруг встрепенулась. Одно её ухо дёрнулось, а через мгновение Фаррел резко развернулась и выстрелила. Лейси вздрогнула, заклинание пролетело над её плечом и разлетелось искрами, врезавшись в пол. Фаррел выстрелила снова, искрами прослеживая путь невидимой цели. Она его видела? Нет, скорее слышала. Анс и Аин сориентировались быстрее остальных. Заметив, куда целит Фаррел, они атаковали ещё до того, как она спустит курок. Но Агаси каким-то неведомым образом всё равно удавалось уходить от ударов. Эгила с силой толкнули под один из выстрелов. Он едва успел поставить щит, разлетевшийся в следующее же мгновение. Нити Анса порезали ему руку, а заклинание Аин ударило в пол в сантиметре от ног. — Мы так перебьём друг друга! — разозлилась капитан. Этого мгновенного замешательства Агаси хватило, чтобы ударить её по запястью, выбив оружие. Фаррел наугад ударила пустоту. Аин метнула заклинание, но чуть не попала по капитану. Агаси уже заломил ей руку. На мгновение снова блеснуло лезвие ножа. Кто-то выстрелил. Один раз. Другой. Третий. Первый выстрел пустил по пространству за спиной Фаррел рябь. Второй — трещины. На третьем невидимый щит раскололся. Всё это — считаные секунды, за которые я не успел даже вдохнуть. Четвёртый выстрел решил бы всё. Но его не было. Фаррел извернулась, выбив нож. Заклинания Анса и Аин опоздали буквально на мгновение, за которое нас отбросило в стороны волной чистой тьмы.

***

Фрея пришла в себя почти сразу же, по крайней мере так ей казалось. Она ухватилась за перила лестницы, пытаясь поднять себя на ноги. Было сложно понять, качает её или корабль, но стоять оказалось тяжело. В глазах двоилось, но увидеть завалившуюся мачту это не помешало. Первая мачта упала назад, вторая накренилась, подломившись под её весом. Несколько парусов упали на палубу, повиснув, как сломанные лепестки цветка. Третья мачта пока стояла, но если подломится вторая, то и ей конец. Фрея могла бы попробовать их починить, но высвободить магию меча при таком количестве тёмной энергии вокруг было сложно. Ей попросту не хватит сил, чтобы всё поправить. Сейчас ей не хватало сил, даже чтобы просто встать. — Давай же, — выдохнула она, глядя себе под ноги, — ещё немного. Она часто так уговаривала себя. «Продержись ещё немного». Потом «ещё совсем чуть-чуть». После «ты уже почти у цели». Одна маленькая ложь наслаивалась на другую, но самообман заставлял ноги двигаться. Так и сейчас, она распрямилась с трудом, опираясь на меч. Голова раскалывалась от боли. В глазах плыло. Фрея надеялась, что у неё хотя бы нет сотрясения. На пробу она сделала первый шаг, потом ещё один и побежала к трюму, спотыкаясь, падая и поднимаясь снова. Вход в трюм был перекрыт чем-то похожим на сплетение бессчётного числа тончайших нитей. Фрея осторожно поднесла к ним руку. Магия Анса. Пальцы прошли насквозь, даже не ощутив прикосновения, но Фрею это насторожило. Она спустилась в трюм. Тут качало меньше. Возможно, этому способствовало какое-то заклятие, Фрея не была уверена. В трюме царил полумрак. Если всё прошло по плану, то ничего опасного Фрею здесь ждать не должно, но она всё равно не убрала меч в ножны и шла, напряжённо озираясь по сторонам. Ей не нравилось, что даже звуки её шагов тонули в вязкой темноте. Пройдя до фальшивой стены, про которую говорила Аин, Фрея собралась пройти сквозь иллюзию, но предчувствие остановило её. Она закрылась мечом за мгновение до удара. Светлой магии было мало, щит вышел слабый. Фрею отбросило назад, приложив спиной и затылком о ящик. Голова отозвалась двойной волной боли. Чьи-то шаги скользнули мимо неё. Фрея хотела крикнуть, остановить, но не смогла даже застонать. — Фрея! Фрея, пожалуйста, приди в себя! Она с трудом заставила себя открыть глаза, хотя не помнила, чтобы закрывала. По руке стекала струйка крови, похоже, она рассадила локоть об угол ящика. — Посмотри на меня. Фрея подняла голову и тут же наткнулась на взволнованный взгляд Дея. В трюме всё ещё царил полумрак, но даже при таком освещении Фрея могла понять, что он в целом в порядке, хотя от волны тёмной магии ему тоже досталось. — Я просто ударилась, — ответила она на ещё не заданный вопрос. — Да, поэтому у тебя открытая рана. — Это царапина, — возразила Фрея, на пробу сжав и разжав пальцы. Болело несильно. — Для тебя царапина — всё, что не убило мгновенно. От количества сарказма в голосе Дея было больше вреда, чем от её раны. Но Фрея не собиралась больше с ним спорить. Важнее было оценить обстановку, поэтому она быстро огляделась по сторонам. — Почему он не выстрелил? — спросил Нарро, с недовольным видом протягивая капитану стрелковый артефакт. — Он не рассчитан на мгновенную стрельбу, — ответил ему Сивиз, — должен был перегреться ещё после второго залпа. Не представляю, как ты заставил его выстрелить трижды. — Я просто не знал, что он так не может. — Нарро небрежно повёл плечом. — Что у вас произошло? — спросила Фрея, снова переведя взгляд на Дея. — У нас технические неполадки, — пояснил он, — наша крыса порвала путы, разбросала нас волной тёмной магии и дала дёру под маскировочным мороком. Таким качественным, что его здесь вообще не разглядишь. Звучало плохо. Но теперь Фрея поняла, почему выходы были перекрыты. — Поймаете? — Да, но нужно время. А наверху как? Демоны! Пропущенный удар выбил из головы Фреи все мысли. Фрея попыталась вскочить с пола, но её шатнуло в сторону. Дей не дал ей упасть, мягко придержав за талию. Она схватилась за его руку, чтобы не потерять равновесия, и быстро заговорила: — Мне нужна капитан и несколько магов. У нас большие проблемы. Точка входа в коридор сдвинулась, нас затягивает внутрь. Начинается шторм. Одна мачта упала, на другой сломаны несколько парусов, третья ещё держится. Капитан обвела всех строгим взглядом, явно прикидывая, кто будет ей полезен. — Ты, — она посмотрела на Анса, — сможешь поднять мачту? — Да, — сказал он с той самой интонацией, которая обычно значила «будет очень трудно, но другого выхода нет». — Ты, — теперь капитан смотрела на Лейси, — укрепишь её своей магией. Лейси судорожно кивнула. — Я создам ветер, дующий в противоположную от коридора сторону. Может, мы ещё сможем его обогнуть, — с непривычной задумчивостью сказала Сейлан. Капитан кивнула, а потом посмотрела на Эгила. — Сможешь высчитать, насколько опасно нам входить в коридор сейчас? — Попробую. Но удержать формулы для анализа будет сложно. — Я помогу, — сказала Аин. Капитан кивнула и без лишних слов направилась к выходу. — Тебе лучше быть наверху, — Дей всё ещё смотрел на Фрею с нескрываемым беспокойством. Фрея нахмурилась. В конце концов она не фарфоровая. — Мне лучше быть там, где ты. Дей вздохнул, принимая поражение. Фрея выскользнула из его объятий. Голова ещё болела, но хотя бы перестала кружиться, так что Фрея могла уверенно стоять на ногах. В трюме остались только они четверо — она, Дей, Сивиз и Нарро. И на самом деле это не делало их слабее. Чем меньше вокруг чужих аур, тем проще Фрее было снова прислушаться к кораблю. Чтобы в повисшем безмолвии почувствовать чужие шаги.

***

Если быть совсем честным с собой, то после Рейнгарда Анс так до конца и не восстановился, а эта поездка на корабле вымотала его ещё больше. И то, что удалось ненадолго наладить магический фон, немногое меняло. С другой стороны, момент, когда ты собственной магией поднимаешь огромную мачту, не самый лучший для честности. Анс не из тех, кто врёт себе — самообман лишь вытягивает силы. Обычно Анс просто делает вид, что никакого внутреннего предела у него не существует. А если и существует, то достигнет он его очень и очень нескоро. Когда руку свело судорогой, он просто сжал пальцы сильнее и потянул нити на себя, заставляя мачту ползти вверх. Корабль был опутан словно паутиной. Анс закрепил нити там, где смог. Они обвивали фальшборты на центральной палубе, тянулись к носу корабля. На одно только поддержание такого количества нитей уходило немало сил, а если учесть их длину… Лучше просто не думать об этом и делать свою работу. — Сколько у нас осталось до того, как энергия снова начнёт скакать? — прокричала Сейлан, заглушая воющий ветер. Она надувала паруса мачты, толкая её в нужном направлении, и на самом деле неплохо этим помогала. — Минут семь, может, меньше, — ответил Анс, надеясь, что Сейлан его услышит. Даже говорить было тяжело, не то что кричать. — До входа в коридор пятнадцать минут, — крикнула Аин, быстро спускаясь по лестнице с верхней палубы. — Мы точно его не обогнём. — Что если ту пентаграмму так и не получится уничтожить и разломы снова откроются? — Сейлан даже не пыталась скрывать тревогу. Тогда они окажутся в огромном разломе, и одни боги знают, что с ними там случится. — Ничего не случится, — Аин мощным магическим импульсом толкнула мачту вверх, — мы выиграем столько времени, сколько понадобиться на уничтожение. Если ещё раз быть честным, то сестра не была такой уж невероятной оптимисткой. Она всегда учитывала худшие варианты. Но сейчас, когда у них оставалось минут пять, чтобы поставить и закрепить мачту в шторм, — всё ещё не лучший момент для честности. Ещё один мощный толчок магией Аин. Анс натянул нити так сильно, что они едва слышно загудели на ветру. Или это гудело у него в голове. Корабль качало. Начавшийся дождь заливал глаза. Ветер разве что не сшибал с ног и тянул мачту вниз. Кровь, текущая по рукам, смешивалась с водой. Раны щипало от соли. Анс в последний раз дёрнул мачту вперёд, заставив её встать ровно. — Сейлан, поддерживай ветер, чтобы её не снесло, — быстро сказала Аин, — Лейси, помоги мне её закрепить. Анс заставил нити обвить всю мачту до места слома. Управлять нитями становилось всё тяжелее, это мешало стянуть их как следует, закрепив мачту. — Мы справимся сами, ты и так уже скоро свалишься! Анс не сразу понял, что это крикнула Аин, и что адресованы слова были ему. Потому что он не собирался падать. Как минимум потому, что буквально пришил ноги к палубе, иначе его бы снесло качкой. Энергия Аин цвета тёмного гречишного мёда затекла в место слома, сращивая древесину. Магия Лейси фиксировала части мачты, не давая им разойтись. Но вдруг корабль резко бросило в сторону. Аин не удержалась, и её потащило назад. К низкой перегородке фальшборта и открытому бушующему морю. Анс хотел протянуть Аин руку, схватить. Но она лишь безвольно повисла вдоль тела. Нити начали со звоном лопаться. Одна за другой. Мачту снова повело в сторону. — Осторожно! Сейлан в последний момент вцепилась Аин в предплечье и с явным трудом толкнула её обратно к мачте. Лицо у Сейлан было белое как полотно. Её тоже держала только магия. Ну и, пожалуй, упрямство. — Лейси, зафиксируй ей ноги! Лейси судорожно кивнула, повинуясь приказу госпожи. Аин схватилась руками за мачту и одним сильным магическим импульсом вставила её на место, как вправляют выскочившую из сустава кость. — Она выдержит? — спросила Сейлан, ни к кому конкретно не обращаясь. — Да, — ответили Аин и Лейси. — Хорошо. Глаза Сейлан горели пугающим бледным огнём, посиневшие губы были искусаны, а мокрые волосы облепляли лицо. Она была похожа на призрака утопленницы. Но что-то в ней сказало Ансу, что Сейлан Стормланн скорее умрёт, чем сдастся. — Держитесь крепче. Сейлан улыбнулась. А в следующую минуту обрушила на корабль ветер такой силы, что его начало оттаскивать назад от коридора, вопреки бьющимся о корпус волнам.

***

— Так ты его видишь, или нет? — спросил Нарро так тихо, чтобы его услышал только шедший рядом Сивиз. — Смутно, как размытое почти прозрачное пятно. — Хоть что-то. Благодаря тому, что из-за силы меча Фрея могла примерно понять расположение наёмника, они смогли составить ещё один проклятый план. Простенький. Даже примитивный. Загнать наёмника, как крысу, в нужный им угол и наконец избавиться от него. И пока Дей и Фрея загоняют Агаси, как две гончие, Сивиз и Нарро просто подождут в выбранном месте. Нарро пригнулся, прячась за одним из ящиков. Он упёрся ногами в пол так, чтобы в любой момент можно было быстро вскочить и ринуться в бой. Сивиз опустился рядом с ним. — А ты можешь его слышать? — Шаги, если нет другого шума. Дыхание и сердцебиение с пары метров, если прислушаюсь. Сейчас Нарро тоже прислушивался, но слышал только сердцебиение Сивиза. То учащённое, то вдруг срывающееся на болезненно-долгую тишину. В энергетическом фоне уже начались перепады, пока не настолько сильные, чтобы открыть разлом, но Сивизу и такого было достаточно. — Ты ведь… не свалишься прямо здесь? — спросил Нарро. — Ты что, пытаешься быть заботливым? — Нарро не нужно было оборачиваться, чтобы знать, как именно Сивиз сейчас улыбается. — Да, я забочусь о своей зарплате за те проклятые полгода, что тебя не было. И о двух премиях. — Целых двух? — Теперь трёх. Сивиз усмехнулся. — Не переживай, я не собираюсь терять сознание. Ты ведь меня здесь бросишь. — Конечно. На самом деле Нарро вытащит его и с порога смерти, пусть даже сама Мора станет перегораживать ему путь. И Сивиз прекрасно об этом знает. Нарро услышал шаги, много шагов. Фрея и Дей с разных сторон чуть позади, и лёгкие едва различимые шаги наёмника ближе. И ближе. И ближе. Заведя руку назад, Нарро коснулся пальцев Сивиза. Он мог передавать своё особое видение другим, но для этого был необходим физический контакт. Кожа Сивиза была холодной, будто его только что достали из моря. Нарро заставил себя не отвлекаться на это. Другая рука сжимала рукоять обоюдоострого ножа, того самого, девятого, который наёмник посмел украсть. Которым посмел воспользоваться. Пальцы сильнее сжали рукоять. Руки Нарро помнили каждый изгиб шипастой ветви на её узоре, каждый листок, каждый раскрытый бутон цветка. Сейчас знакомые ощущения успокаивали, заставляя гнев утихнуть. Но не замолчать совсем. Несколько быстрых шагов. Остановка. Наёмник не хотел сворачивать сюда, но всё же свернул. Выбора не было. Здесь, между двумя рядами наваленных друг на друга ящиков, был совсем узкий проход. Зато за ним небольшое открытое пространство и там уже множество развилок. Выглянув из-за ящика, Нарро смог увидеть его. Едва различимое смутное пятно, будто чья-то выбеленная бледным светом тень. Наёмник понимал, что где-то его ждёт засада. Он уже чувствовал себя зажатым в угол. И решил, что лучше напасть на одного из преследователей, чем попасть в ловушку. Но до того, как он успел свернуть в проход, откуда слышались шаги Дея, Нарро рванулся вперёд. Отпустив пальцы Сивиза, он перестал видеть. Но это было не нужно. Клинок Нарро знал, где его цель. Не осталось ни единого звука, только стук чужого сердца. Слишком медленный для того, кто чувствует себя загнанным. Нарро должен был оборвать этот стук совсем. Он ненавидел убивать, но Агаси слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. Этот наёмник безумно тревожил Нарро. Даже в его имени было нечто такое, что заставляло всё внутри Нарро метаться от странных чувств. Нарро прекрасно запомнил его телосложение и рост, поэтому найти его шею оказалось несложно. В том, чтобы схватить его именно так, передавливая горло, впиваясь в кожу ногтями было нечто приятно-мстительное. Наёмник собирался что-то сказать, это было понятно по тому, как напряглась шея, но не успел. Тонкий клинок вошёл ему точно между рёбер. Морок спал, и теперь Нарро видел, как сероватая ткань чужой одежды быстро пропитается кровью. Наёмник завёл руку за спину, до боли сжав волосы на затылке Нарро. Что это было? Попытка защититься? Просто странный рефлекс? — Всегда знал, что нужно было забрать у тебя ножи. — Голос спокойный, почти расслабленный. — Как давно ты знаешь меня? Откуда? — Вопросы прозвучали как угроза. — Думаешь, сейчас правда самое время поговорить. — Да, потому что иначе я вытащу нож, и ты довольно быстро истечёшь кровью. — Давай проверим насколько быстро. Руку вдруг будто обдало сковывающим холодом, пальцы мгновенно занемели, хотя Нарро всё ещё их чувствовал. Чувствовал, как они против воли сжали рукоять провернули нож в ране. Одним коротким резким движением вытащили его, отбросив в сторону. Нож глухо ударился об пол, и сердце Нарро пропустило удар. Другая рука отпустила горло наёмника и безвольно опустилась. — Вот так. — Наёмник притянул его за волосы и заговорил в самое ухо: — Побудь послушной игрушкой. Когда Нарро попробовал сопротивляться оцепенению и чужой воле, кожу будто пронзило сотней иголок. Но злость затмила даже боль. Нарро не позволит кому-то распоряжаться собой. Только не снова. Он вцепился в чужое запястье, заставляя наёмника разжать пальцы. — Никогда не слушаешься. Я и за это тоже тебя ненавижу. Он отбросил Нарро так легко, будто он был тряпичной куклой. Ноги сами понесли Нарро назад, заставив больно врезаться в ящик, а потом вжаться в него всем телом. — Дей! — откуда-то спереди раздался испуганный голос Фреи. — Дей, что с тобой?! Дей! Нарро чувствовал себя марионеткой. Противно безвольной. Только и ждущей, когда кукловод натянет нити. Он с трудом заставил себя повернуть голову. Его отбросило как раз за тот ящик, за которым должен был остаться Сивиз. Нарро нужно было увидеть его. Он перехватил взгляд Сивиза. Нечёткий, помутневший от боли. Переведя глаза ниже, Нарро увидел алое пятно, растекающееся по белой рубашке. Точно в том месте, куда он только что ударил наёмника. У Нарро потемнело в глазах. Он понял, что только что натворил.

***

Загнать Агаси в угол оказалось подозрительно легко. Он медленно перемещался по трюму, стараясь держаться подальше от нас, но Фрея знала, где он. Говорила, что «чувствует его шаги». Я не понимал, как это, но ей виднее. Благодаря тому, что за последние дни мы изучили план трюма вдоль и поперёк, место для засады выбрать было несложно. Отсекать лишние пути, подталкивая Агаси к нужной точке — тоже. Но что-то было не то. В том, как он шёл туда, куда нам нужно, будто ничего не подозревая. В том, что не пытался напасть. Это «что-то не то» настигло меня внезапно, буквально за пару шагов до назначенного места. Оно вонзилось между рёбер оглушающей болью. Я сбился с шага. Упал бы, если бы не схватился за ящик. Кое-как удалось осесть на одно колено, привалившись всё к тому же ящику. Боль расходилась по телу волнами. Я не знал, куда от неё деться. Хотелось бежать, но она пригвоздила меня к месту, словно бабочку, насаженную на иглу. Я прижал руку к рёбрам сбоку. Место чуть выше шрама от укуса моркетской твари. Ткань рубашки была тёплой и влажной. Ладонь оказалась в крови. Откуда был удар? Я не видел заклинания. Не слышал выстрела. Меня словно пронзили невидимым клинком. А потом его будто провернули в ране. Я чувствовал, как поворачивается лезвие. Медленно разрезая плоть, делая рану больше и глубже, как оно скребёт кости. Я задыхался от боли. Из горла рвался крик, но вышел лишь болезненный полузадушенный стон. Перед глазами темнело. Пятно крови под пальцами всё росло. Нет. Нет, нет, нет. Я не должен здесь умирать. Только не здесь. Не сейчас. Я судорожно влил в рану магию. Столько, сколько смог. Золотистая энергия немного заглушила боль, втекая внутрь раны и смешиваясь с кровью. Но легче почти не стало. Энергия будто просто утекла куда-то. Через меня к кому-то другому. Я заставил себя встать и, пошатываясь, сделал пару шагов вперёд. Тогда я смог увидеть его. Агаси отбросил от себя Нарро так легко, будто он ничего не весил. Недалеко от его ног валялся окровавленный нож. На одежде Агаси в том же месте, что и на моей растекалось кровавое пятно. Но его, это судя по расслабленной улыбке, вообще не заботило. Дышать становилось всё труднее. При каждом вдохе что-то противно хлюпало. От боли хотелось выть, но воздуха не хватало. — Дей! — голос Фреи немного привёл меня в чувство. — Дей, что с тобой? Дей! — Он умирает, — бросил Агаси как бы между прочим, — от потери крови. Лёгкое довольно сильно задето, но какое-то время я не дам ему умереть. Если ты будешь хорошей девочкой, конечно. Фрея вышла вперёд, закрыв меня собой. — Что мешает мне убить тебя прямо сейчас? — Она отвела руку с мечом назад, готовясь к выпаду. — Ничего. — Агаси развёл руки, будто приглашая её ударить прямиком в сердце. — Только вот на нём и ещё на проклятом Стормланне зеркальные чары. Каждая моя рана отражается и на них. Так что у тебя есть уникальная возможность убить троих одним ударом! Зеркальные чары. Ещё один запрещённый вид магии. Он делал из заклинателя буквально куклу вуду, отражая все раны, которые он получал, на жертве. Только вот чтобы передать его жертве, нужно было как минимум её коснуться. Я вспомнил, как сам взял «Лалит» за руку и как странно занемела кисть. Опустив взгляд на ладонь, я увидел метку. Чёрный будто выжженный круг, похожий на мишень. И ведь Агаси не активировал заклинание после того, как получил выстрел в ногу, будто знал, что будет момент поудачнее. Где-то на его теле тоже должна быть такая метка, если уничтожить её, заклинание спадёт. Но звучало это проще, чем было на самом деле. И ладно я, неосторожный идиот, но как Сивиз мог попасться? Неужели тогда во время лечения Нарро? — Ой, что-то наш Избранный совсем побледнел. Честно говоря, думал, что Избранник Эрны окажется покрепче. Скажи честно, богиня тоже купилась на твою эту наглую улыбочку? Агаси было весело. Очень весело. Видимо, вся энергия, которую я потратил в попытке вылечить рану, ушла к нему. Так что он чувствовал себя чудесно. А вот я стоял на ногах только благодаря силе упрямства. Потому что эта тварь не будет смотреть на меня сверху вниз. Фрея напряжённо застыла на одно бесконечно долгое мгновение. А потом опустила меч. — Что тебе нужно? — спросила она, и если бы голосом можно было убивать, то мы трое умерли бы на месте. — Да, в общем-то, ничего, просто постой смирненько пока я снова не открою разломы. Можешь пока, ну не знаю, трагично поплакать над своим умирающим возлюбленным? Будете красиво смотреться. — Моя смерть доставит Фрее слишком много проблем, — с трудом проговорил я, — поэтому я не умру. — Оптимизм граничащий с идиотизмом и… — Агаси прервался и едва заметно шевельнул рукой. Глухой стук заставил меня посмотреть вниз. Нарро, видимо, попытавшийся встать, снова всем телом влетел в ящик. Только чудом ему удалось избежать сильного удара затылком об угол. — Да пойми уже, что это бесполезно, — сказал он, глядя на Нарро, как на жука, пытавшегося сдвинуть со своего пути булыжник, — ты хоть и недоделанная, но всё-таки тень. Будешь брыкаться, сломаю тебе позвоночник. — Сакт нахг, — бросил в ответ Нарро. Судя по интонации, послал и весьма далеко. Каким-то образом ему удавалось смотреть на Агаси так, будто Нарро не валялся у его ног, а восседал на троне, тогда как Агаси был недостоин даже ботинки его целовать. — Две метки, — продолжил Нарро раньше, чем Агаси успел что-то ответить. — Обе на сердце, одна спереди, другая сзади. — В смысле прямо внутри тела? — удивилась Фрея. — Ага. Хитро. Две метки — одна для меня, другая для Сивиза. Если уничтожить только одну, вторая тут же передаст кому-то из нас смертельную рану. — Стормланн подсказал? Я-то думал он там уже, ну знаешь, на полпути к Море. — Ты с ней встретишься раньше, чем я. Сивиз вышел в проход между рядами ящиков. И выглядел он так же паршиво, как я себя чувствовал. Мертвенную бледность кожи не скрывал даже загар, губы посинели, а под глазами залегли глубокие тени. Если бы он не стоял и не говорил, я решил бы, что Сивиз уже мёртв. — Пустые угрозы, Стормланн, в этом весь ты. Тут Агаси крупно ошибался. Я знал Сивиза недолго, но уже понял — он никогда никому не угрожал. Только констатировал факты. Нож, валявшийся недалеко от Агаси, исчез. Нарро не просто так сказал мне про расположение меток. Мы стремительно переходили к универсальному резервному плану. И собирались сделать нечто безумное. Перепады энергии снова усилились. Агаси не шевельнул и пальцем, но я почувствовал, как по кораблю начали расползаться открытые раны разломов. Моя собственная рана вспыхнула новой волной боли, такой яростной, что я едва удержал себя в сознании. «Ещё немного и станет легче», — пообещал я себе. Мысленно я начал считать. Три. Два. Один. Я почти почувствовал тот импульс магии Анса, который заставил накопители снова переключиться в режим сбора, затягивая в себя тёмную энергию. Третий этап нашего плана начал работать. Анс сказал, что накопители не смогут долго втягивать энергию так быстро и скоро просто откажут. Но я пообещал, что мне хватит времени. Сейчас я чувствовал её. Светлую энергию, будто вырвавшуюся из-под покрова серости. Она потекла по венам, унимая боль, наполняя лёгкие вместо воздуха. Я знал, что Нарро собирается сделать. Знал, что должен сделать сам. Знал, что Фрея тоже всё поняла и поможет. Это было нечто на грани игры в русскую рулетку. Всего одна попытка. Шанс выжить один к шести. Я слышал тот щелчок, с которым повернулся барабан невидимого револьвера, приставленного к виску. Этот щелчок послужил мне отмашкой. Гибкие лозы магии Фреи сковали Агаси по рукам и ногам, не оставив и возможности пошевелиться. Я ринулся вперёд, и золотое лезвие скользнуло вдоль пальцев, став продолжением руки. С обострённым восприятием я не столько видел, сколько чувствовал, чуял цель. Четыре быстрых шага вперёд. Один короткий выпад. Лезвие пронзило грудь Агаси, второе вошло со спины. Зеркальные раны прогрызали меня насквозь. Но я не остановился. Не остановился пока не сломал метку. Пока не пронзил чужое бьющееся сердце. Пока золотое лезвие, созданное из чистого света, не коснулось кончика девятого ножа Нарро. После всё замерло. Не было больше трюма, разломов, шторма. Было только биение сердца, затухающего под моими пальцами. Зачем-то я заставил себя поднять взгляд. Разные глаза Агаси смотрели на меня. Свечение моих собственных глаз отражалось в них золотыми бликами. — Стоило закопать в Пустых землях, — выдохнул он, глядя не на меня, а куда-то сквозь. Рука Агаси легла мне на лицо, проскребла ногтями кожу от виска до щеки, задев уголок глаза. В точности повторив его собственный шрам. Я отшатнулся, позволив Агаси упасть. Тело глухо ударилось об пол. Я сделал ещё шаг назад. Шторм, корабль, трюм — всё постепенно начинало возвращаться на свои места. Но на пальцах я всё ещё чувствовал затухающий стук чужого сердца. И я не знал, что с этим делать. Я ожидал увидеть Нарро, но не увидел. Поискав его глазами, я понял, что за какие-то считаные секунды он успел переместиться к Сивизу и теперь отчаянно звал его. Сивиз почему-то не отвечал. — Дей! Фрея схватила меня за руку, сжала крепко почти до боли. А вот раны уже не болели. Наверно, я их залечил. Может быть. Не уверен. — Не пропадай, — попросила она. Я кивнул, говоря, что не буду. — Нужно уничтожить печати. Всё. Сейчас. Помнишь? Да. Точно. Такой же был план. Разломы Фрея успела закрыть сама. Мне осталось лишь сделать то, что я умею лучше всего. Я нашёл внутри себя ту силу, которая всегда была слишком большой для меня одного, которая никогда не подчинялась мне до конца. Нашёл и выпустил на волю, позволив уничтожить всё на своём пути.

***

У Сейлан Стормланн всё было под контролем. Кроме собственных ног, которые вот-вот должны были подкоситься. Кроме собственного дыхания, которое сбивалось из-за попадавшей в рот и нос воды. Кроме собственных рук, которые дрожали и едва удерживали заклинание. Зато само заклинание ещё держалось. Ветер, подвластный Сейлан, врезался в паруса с такой яростью, что даже целые мачты начинали скрипеть. Корабль качало из стороны в сторону, бросало то вверх, то вниз, но он почти замер на месте. Или Сейлан только казалось, что коридор не приближался? Сначала Сейлан это волновало. А кроме этого, ещё пронизывающий холод, налипшая на тело одежда, боль в руках, головокружение. Много чего ещё. А потом она перестала ощущать вообще что-либо кроме собственного заклинания и перепадов в магическом фоне. Они становились всё ощутимее. Каждая смена доминирующей энергии ударяла по заклинанию, ослабляя его. Но Сейлан упрямо продолжала держать ветер под контролем. — Госпожа, пожалуйста!.. — до неё долетел только обрывок фразы, сказанной Лейси. — Сейлан, хватит, ты не выдерживаешь! — Это, кажется, была Аин. Хотя какое ей дело до Сейлан? Аин должна её ненавидеть. Когда открылись настоящие разломы, Сейлан это почувствовала. Раненую ногу вдруг обожгло холодом. Она с трудом перевела взгляд вниз. Разлом раскрылся в считаных сантиметрах от её сапога. «Какая-то невезучая нога», — безразлично подумала Сейлан и заставила ветер с новой силой врезаться в паруса. — Госпожа! — Лейси собралась пойти к ней. А значит, оборвать заклинание, поддерживающее мачту. — Стой на месте! — крикнула на неё Сейлан. Лейси вздрогнула и отшатнулась. Её магия всё ещё держалась. Мачта тоже. Ногу Сейлан медленно обвивал туман, но это не имело значения. Ей даже не было больно. Но Лейси почему-то смотрела на неё так, будто Сейлан вот-вот умрёт. Ну что за стремление к драматизму? Лейси резко опустила руки, разрывая заклинание на мачте. Сейлан хотела снова закричать на неё, но не успела. Лейси со всей силы врезалась в неё, чуть не сбив с ног. Схватив Сейлан за талию, она потащила её в сторону. Сейлан вытянула руку, в бесполезной попытке удержать заклинание. Она чувствовала, как невидимые поводья, позволявшие ей держать ветер, выскальзывают у неё из рук. И она их уже не удержит. Мама была бы недовольна. Мама бы справилась лучше. Она бы… Они с Лейси смогли сделать от силы пару шагов, а потом качка повалила их на палубу. Но Лейси всё равно упрямо продолжила ползти, оттаскивая Сейлан дальше. Она что-то говорила, но из-за ветра и шума воды слова были едва различимы. — …зачем вы так? …оно же могло вам ногу… Тогда Сейлан снова посмотрела на свой сапог. Его уже почти не было. Туман, обвивавшийся вокруг ноги, прожёг кожу насквозь. Всё голенище просто рассыпалось в пепел. Ткань штанины тоже рассыпалась, под ней на ноге Сейлан виднелись едва заметные серые полосы. «Действительно, невезучая нога». Сейлан всё ещё не было больно. Раздался громкий скрежет и треск, чьи-то крики. Лейси тоже вскрикнула, а потом упала на Сейлан, закрывая её собой. Мачта снова рухнула. Аин и Анс не смогли её удержать или же больше не видели в этом смысла. Она упала, как спиленное дерево, и точно бы раздавила их с Лейси, если бы не зацепилась за другую мачту. Сейлан лежала на палубе и смотрела вверх. Небо разрезали молнии. Дождь заливал ей глаза. Наверно, они все сегодня умрут. Но Лейси прижимает её к себе, и это уже неплохо. — Ты ослушалась моего приказа, — проговорила Сейлан ей в самое ухо, сил перекрикивать ветер просто не было. — И снова ослушаюсь, если это будет ради вашей безопасности. А если бы вас ранило?! Если бы вы лишились ноги?! Я бы просто… я бы… — Лейси всхлипнула. Она склонилась низко-низко, её губы то и дело касались виска Сейлан. — Можете меня за это уволить. Выдать самую ужасную характеристику. Мне плевать! — Так и сделаю, если мы выживем. — Сейлан мягко взяла её лицо в ладони и заставила посмотреть себе в глаза. — Ну и пожалуйста, — всхлипнула Лейси. Всё лицо у Лейси было мокрое, по щекам катились то ли капли морской воды, то ли слёзы. Одна из них упала Сейлан на губы. Солёная. — Спасибо, — невпопад ответила Сейлан. Лейси снова склонилась ниже. Сейлан подумала, что могла бы поцеловать её. Наплевать на шторм и разломы. Если они всё равно умрут, то последние несколько минут они могли бы просто лежать здесь и целоваться под вой ветра и раскаты грома. Но это было бы нечестно. По отношению к Лейси это было бы нечестно. Лейси обессиленно упала рядом, посмотрела вверх и закрыла глаза. На ресницах всё ещё дрожала вода. Даже безнадёжно намокшие волосы всё ещё вились. Лейси являла собой несколько жалостливое зрелище. И в то же время безумно красивое. Сейлан переплела их пальцы. Это тоже было не совсем честно. Зато так ей было не страшно. Волна светлой энергии толкнула её в спину. Не обожгла, только скользнула теплом, как горячий солнечный луч по голой коже. Сейлан не видела, закрылись ли разломы, уничтожены ли все печати балансирующие и дисбалансирующие, разрушена ли пентаграмма в трюме. Но ей вдруг стало легче дышать. Наверное, это значило, что они выиграли. Конечно, как могло быть иначе, ведь у Сейлан Стормланн всё было под контролем.

***

Нарро думал, всё будет иначе. Последние несколько дней он продумывал этот момент. Только тревога из-за того, что тот, кто едва не убил его, может попытаться убить Сивиза, заставляла болящее при каждом движении тело двигаться. Но сейчас он не чувствовал удовлетворения или успокоения. Только злость, ещё более ядовитую, чем раньше, и оглушающую тревогу. Ведь Нарро знал — протыкая спину наёмника, он ранит ещё двоих. А в этой жизни не было того, что бы Нарро ненавидел сильнее, чем причинять боль тем, кто этого не заслуживал. Внутри всё скручивалось от злости и отвращения. Но рука не дрогнула. Он ввёл нож между рёбер наёмника прямо в сердце с такой точностью, с какой не каждый лекарь вводит в вену иглу. Нарро думал, что перед смертью заставит наёмника рассказать всё, что тот знает о нём. Сейчас же, возможно, единственный ключ к его прошлому уходил у Нарро из рук. Но ему было наплевать. Потому что за спиной умирало его настоящее. — Сивиз! Нож выпал из рук. Нарро схватил Сивиза за плечи, заглядывая ему в глаза, но они были закрыты. Казалось, что он не дышит. Или не казалось. Нарро не был уверен, его начинала охватывать паника. Судорожно он скользнул пальцами к кровавому пятну на рубашке. Прямо над сердцем. Но раны не было. Уже не было. Сивиз успел залечить её. Но тогда почему? Прижав ладонь к груди, Нарро попытался понять, бьётся ли сердце Сивиза, но не смог. У него ужасно тряслись руки. Он сам едва дышал. Фрея что-то крикнула ему. Кажется о том, что они с Деем приведут помощь. Или что-то вроде того. Нарро едва мог различать слова. Корабль бросило в сторону, Сивиз безвольно навалился на Нарро всем весом, Нарро опустился вместе с ним на колени, бессмысленно прижимая его к себе. Несколько минут назад Нарро сказал, что бросил бы его здесь. Конечно, это была ложь. Нарро бы вытащил его из этого проклятого трюма и донёс до лекаря, несмотря на шторм, разломы, да хоть всех морских чудовищ разом. Если бы знал, что это хоть как-то поможет. Но нет. По какой-то неведомой никому причине на Сивиза Стормланна почти не действовали исцеляющие заклинания, нанесённые кем-то, кроме него самого. Злая ирония заключалась в том, что им с Нарро магией всегда было проще калечиться, чем исцеляться. В этом мире они оба были дефектными. Были. — Не смей, — тихим, но твёрдым тоном проговорил Нарро, — слышишь меня, не смей. Руки перестали трястись. Одну он так и оставил у Сивиза над сердцем, другой приподнял его голову. Кожа была ледяной и бледной. Нарро заставил себя не думать об этом, даже не смотреть. — Ты не имеешь права, Си. Никакого, скит, права. Он прислонился лбом к его лбу, опустил руку ниже, на шею, ища пальцами пульсирующую жилку. Не находил. — Ты мне обещал. Так что выполняй свои проклятые обещания! Голос чуть не сорвался на крик. Пальцы сжались сильнее. Сивиз обещал ему. В тот день, когда Нарро продал ему своё призрачное прошлое, паршивое настоящее и безнадёжное будущее. Он обещал, что пока Нарро работает на него, у него будет всё, в чём он нуждается. Сейчас он просто не имел права отобрать у Нарро самое важное. Нарро злился на него. Злился на себя. Но больше всего — на ту тварь, что посмела повесть на Сивиза это заклинание. Но Нарро не позволит этой магии победить. Собственная сила ощущалась странно. Так ты выходишь из тьмы туннелей на солнце и ненавидишь свет, когда он режет тебе глаза. А потом вдруг видишь мир во всех красках и понимаешь, что в твоей жизни не было ничего прекрасней. — Я приказываю тебе, слышишь. — Голос снова стал ровным и твёрдым. — Я приказываю тебе жить. Нарро вдохнул поглубже и, заставив Сивиза приоткрыть рот, прижался губами к его губам, вдохнув в него свою энергию вместе с воздухом. Почти целуя его второй раз в жизни. Нарро чувствовал, как магия прокатывается у него по горлу. Чувствовал её привкус на языке. Она кружила голову сильнее, чем «Морская погибель». Почти опьяняла. И Нарро отдал ей всё, что у него есть, всё, что у него когда-либо было. Лишь бы хватило сил. Потому что Нарро Сивизу тоже кое-что обещал. Клялся, что не позволит никому навредить ему. — Я приказываю твоему сердцу биться. У Нарро закололо в груди. Мучительная тишина между рёбер чуть не заставила его потерять сознание. А потом он наконец почувствовал биение сердца под пальцами. Слабое, едва ощутимое. — Быстрее. Слышишь меня? Подчиняйся. Сердце Сивиза было подвластно ему. Пальцы сжали его рубашку. Нарро понял, что улыбается. — Я приказываю тебе дышать. У него самого едва хватало воздуха, чтобы говорить. Но он почувствовал дыхание на своей коже. Несколько судорожных вдохов, потом глубокий выдох. — Ровнее. Рука скользнула по шее Сивиза вверх, легла ему на щёку. Всё ещё холодную. — Смотри на меня. Нарро чуть отстранился, заглядывая Сивизу в глаза. В этот раз они были открыты. Мятного цвета радужку будто окаймляла тонкая жёлто-зелёная полоса. Раньше Нарро лишь раз видел, чтобы воздействие его магии проявлялось так. О том случае он старался не вспоминать. Этот тоже наверняка будет проследовать его в кошмарах. — Говори со мной. — Можешь уже заканчивать с этим. — Слова дались Сивизу с явным трудом, хотя он и старался говорить ровно. Он имел в виду магию. Но Нарро не хотелось заканчивать. Он пользовался собственной силой так редко, ему всё ещё было так плохо, а ощущение всемогущества отрезало все другие чувства. — Не могу. Нарро казалось, что если он позволит силе уйти, то Сивиз исчезнет вместе с ней. Что его сознание снова угаснет. Нарро боялся этого. — Вряд ли в этом мире существует то, чего ты действительно не можешь. Или не сможешь, если захочешь. Сивиз накрыл своей ту ладонь Нарро, что лежала на его щеке. Прижался губами к его запястью. Нарро прикрыл глаза. — Я не… — Ты заставил моё сердце биться. А до этого он пронзил его ножом. В какому-то плане сделал то, о чём иногда мечтал. Действительно стоит бояться своих желаний. Нарро нервно усмехнулся и заставил свою силу отступить. Она отхлынула послушно, напоследок обдав приятным теплом. А потом Нарро снова вернулся в привычный мир. Всё тело болело. Он чувствовал себя расколотым на части и только чудом не разлетающимся на куски. — Ну вот, единственное доказательство причастности моей матери мертво, — сказал Сивиз, бросив взгляд через плечо Нарро. Он только выбрался из рук Моры и снова об этом? — Я думал, что ему правда удалось убить тебя, а ты волнуешься о проклятом доказательстве? — Нарро раздражённо отстранил Сивиза от себя, вжав его в ящик. — Проклятое доказательство важно, — возразил Сивиз так, будто не умирал минуту назад. — Не важнее тебя! — В одной этой фразе было столько злости, что ей можно было убить снова. — Мне правда нужно было получить несколько смертельных ударов ножом, чтобы ты признал, что я важен для тебя? — спросил Сивиз, и в его голос вернулись те самые хитрые интонации, которые Нарро ненавидел так же сильно, как любил. Нарро сделал вид, что не слышит. — Ты просто обязан это повторить. Нарро высвободил руку, на которой всё ещё лежала ладонь Сивиза. Потом не глядя пошарил по полу за спиной. — Что ты делаешь? — Ищу нож. — Зачем? — Ты же просил повторить. — Да что у вас здесь происходит?! Нарро не слышал, как Аин спустилась в трюм. Так что из-за звука голоса едва не вскочил, чтобы схватить её. Хорошо, что рука так и не дотянулась до ножа. Когда Нарро нервничал, его рефлексы были опасны для окружающих. А сейчас он нервничал. Внутри до сих пор всё скручивалось от беспричинной паники, которая кричала, что опасность для жизни Сивиза может возникнуть откуда угодно. — Нарро хочет меня прирезать, — жизнерадостно сообщил Сивиз, как бы невзначай положив руку Нарро на плечо. — А кроме постоянного? Нарро молча кивнул себе за спину. Аин прошла немного вперёд, чтобы ящики не загораживали ей обзор. Увидела. Поморщилась и немного отстранилась. — Это многое объясняет, — сказала она. — Это уже никому ничего не объяснит, — ответил Нарро. — Что ж, — Аин обвела глазами трюм и медленно выдохнула, будто подводя некий итог всему, что успело произойти на этом проклятом корабле. В итоге её взгляд снова вернулся к телу наёмника. — Тогда давайте выкинем это за борт? — Не смей! — Нарро сам не ожидал от себя такого. Он смотрел на тело наёмника, на тело Агаси и чувствовал… он не знал что. Это сводило с ума. Они точно были как-то связаны. Но как? Он знал Нарро до потери памяти? Было ли это правда важно? — Нам нужно сохранить тело в состоянии стазиса, — проговорил он. — Стазис? Серьёзно? — раздражённо протянула Аин. — На это уйма сил уйдёт. Зачем? Ты собрался некромантией заняться? — Если сохранить тело в этом состоянии, из него можно будет вытянуть остаточные воспоминания, — встал на его сторону Сивиз. Хотя у него явно были свои мотивы. Он всё же не хотел выпускать своё единственное доказательство из рук. Если использовать заклинание стазиса сразу после смерти, пока тело ещё даже остыть не успело, его можно сохранить в состоянии своеобразного живого трупа. Пока мозг не начал разрушаться, из него действительно можно вытянуть какую-то информацию. Жаль, что всю память можно было отсмотреть лишь у живого. — Ладно, как скажете, — вздохнула Аин. — Но только потому, что я хочу, чтобы вы были мне должны. — Запиши на счёт Стормланнов, — хмынул Нарро, всё же подобрав с пола испачканный в крови Агаси девятый нож.