Пой мне еще

"Дорогой Сириус! Ты можешь подробнее рассказать мне о наследстве сирен и о том, как оно работает? Мой голос здесь, в Хогвартсе, слышал один человек, и он не проявляет ко мне никакого интереса. И еще: почему мой отец ничего не рассказал мне об этом даре, если тоже им владеет? С того момента, когда ты прислал мне кричалку, у меня появилось очень много вопросов, и, пока ни одного ответа. С уважением, Гарри" Сегодня утром сова дорогого племянничка Сириуса Блэка принесла ему это замечательное посланьице. "Крестник времени не теряет", - хмыкнул Сириус, - "Интересно, этот парень, что ему еще не отдался - настолько хорош?" О, Сириус - как никто другой знал о голосочке Поттеров: однажды, будучи студентом Хогвартса, после концерта, на котором пел Джеймс, еще молодой Блэк почувствовал необъяснимое притяжение к Поттеру. И, к счастью, не он один: его друзья, враги, соседи по комнате и одногруппники - все будто бы помешались на Джеймсе. Сириус был далеко неглупым, поэтому, он сразу же обратился к колдомедикам. Зелье, сваренное в качестве антидота для Амортенции, отрезвило его мозг, поэтому, парень подлил его всем в тыквенный сок за ужином. Поттеру он сказал, что тот поет ужасно, а директор тоже все понял и его голос в этой школе больше никто не слышал, да Джеймс особенно и не желал петь. Лили была единственной, чьи чувства зелье не смогло остудить. "Наверное, она любила Джеймса и до этого", - решил Сириус. Кажется, он узнал все о родословной своего друга, и поклялся сам себе: Джеймс никогда не должен об этом узнать. Зная характер друга, Сириус боялся, что это знание может привести к страшному. *** Гарри, на самом деле, тоже не стоило бы об этом знать: каждую ночь он теперь бегал на Астрономическую Башню с гитарой, встречался там с Томом, а на утро пытался найти хоть что-то, что могло бы подтверждать слова Сириуса, и каждый день сталкивался с разочарованием: Том, казалось, ни разу на него не посмотрел, ни разу не столкнулся "как бы нечаянно" с ним в коридоре и делал вид, что в его вселенной не существует никого по имени Гарри Поттер. Только каждую ночь, в одно и то же время, Том приходил в Башню и дожидался там Поттера, а потом на негнущихся ногах возвращался в свою комнату. Гарри даже засомневался в словах Сириуса и начал петь в своей комнате: Симус с Роном ходили за ним по пятам, пока он не влил им зелье. Почему же это не действовало на Тома? Чем больше Том игнорировал Гарри, тем острее тот ощущал необходимость ловить каждый взгляд Тома в надежде увидеть в них хоть какое-то отражение любви. Но глаза Тома Реддла эмоциональным фоном смахивали на бетонную стену.