The picture of my soul

      Кисть плавно двигается, размазывая краски по холсту. Прикусив язык, он сосредоточен на своей работе. Руки, штаны, футболка и даже концы волос измазаны в масляных красках. В данный момент ничего не волнует. Как бы долго после этого он не отмывал свои руки, как бы мама не ругала его за испорченные вещи, он будет рисовать. Будет писать картины, сотворяя искусство, потому что это его . Последний мазок. Он немного отодвигается от мольберта, чтобы посмотреть на своё творение. Каждая картина наполнена его эмоциями, каждый мазок — отдельное чувство, пережитое им. Работа еще не закончена, но на сегодня хватит. Он уже четыре часа сидит неотрывно от своей работы и рисует. Телефонный звонок пугает парня, который тянется за мастихином, чтобы убрать остатки красок в банки. — Алло, сынок. Ты обещал забрать Чон Гю, не забыл? — Нет, мама. Как я мог забыть о своей сестре? Я уже собираю вещи и выхожу. А ведь он совсем забыл, уйдя в работу с головой. На часах уже семь тридцать вечера, а значит он должен забрать свою сестру с занятий по музыке. Впопыхах надевая куртку, парень выбегает из здания с тяжёлым рюкзаком красок, кисточек, карандашей и всего прочего, без чего ни одному художнику не обойтись. В левой руке под подмышкой находятся холсты, обернутые пакетом. Он бежит на остановку, ведь сейчас главное успеть на автобус. Парень буквально влетает в общественный транспорт прямо перед захлопывающимися дверьми. Оплатив проезд, он садится на последние сидения, доставая наушники из кармана. Через 10 минут парниша выходит из автобуса и направляется в сторону музыкальной школы, около ворот которой ждет его любимая младшая сестрёнка. Завидев брата, девочка тут же начинает улыбаться и махать своей ручкой. — Тэхён, ты опоздал на 7 минут! — Прости, принцесса, но у меня есть для тебя подарок, — доставая из кармана своей куртки Чупа-Чупс, парень протягивает его своей сестре. — Так уж и быть, ты прощён. Пойдём домой? — Пошли. Надевая рюкзак уже на две лямки, Тэхен забирает маленькую скрипку у своей сестры. Надев ремень от чехла музыкального инструмента на правое плечо, он берет Чон Гю за руку и направляется на остановку.

***

      Ветер, бьющий прямо в лицо, если бы не шлем, то его глаза точно бы закрылись от сильного потока. Скорость, которая повышается, добавляет адреналина в кровь. Зелёный свет светофора начинает мигать. Остается двадцать пять метров до него. Главное успеть, и он это сможет. Вот появляется жёлтый. Он успеет, точно успеет. Красный. Он выкручивает тормоз. Не успел. А ведь если бы не та старушка на своей старенькой Хёндай Солярис 2003 года, то он бы точно успел. Проклиная ту старушку матом, парень краем глаза видит человека, который переходит пешеходный переход. В ту же секунду он выворачивает руль влево. Мотоцикл заносит, но столкновения не происходит. И как вообще на этой малолюдной улице кто-то есть? Здесь даже машины редко ездят. — Ты что творишь? Совсем слепой, что красного света не видишь? — орет на него молодой парень лет семнадцати. Маленькая девочка прячется за спину своего, по-видимому, старшего брата. — Глаза разуй! Не видишь, что едут? — Ты только что чуть не сбил меня и мою сестру! Не умеешь водить, не садись за руль! — парень начинает собирать листы, которые вывалились из пакета. — Слышь, мелочь, за базаром следи! — повышая тон и снимая свой чёрный шлем, парень слезает со своего мотоцикла и подходит к незнакомцу. — А то что? Давай полицию вызовем, посмотрим, кто из нас прав, а кто нет. И тогда, так уж и быть, я извинюсь за свои слова. Можно понять и невооружённым глазом, что незнакомец боится. Парень такой хрупкий. Ручки и ножки тоненькие, сам он худенький, среднего роста, кисти рук, штаны и концы волос в какой-то разноцветной херне, но с ним парень не сравниться, потому что он высокий, мускулистый и накаченный мужчина, разъезжающий в чёрной кожаке на своём байке. Он превосходит маленького мальчишку во много много раз. Сразу можно понять кто кого боится, кто кому втащит. — Ладно, малой, не кипятись. Никакой полиции здесь не надо. Давай я помогу собрать эту туалетную бумагу, и мы разойдемся по-тихому? — Не трогай мои холсты, баран, а лучше надевай свой шлем и уезжай на своей железяке куда подальше! — паренёк не на шутку зол. Бóльшая часть его листов помятая и мокрая из-за слякоти, которая свойственна ранней весной. — Слыш, пиздюк, ты кого бараном назвал? — он тоже не выдерживает, подходя вплотную. — Хватит, пожалуйста. Тэхён, пойдем домой.— девочка, которая стояла сзади, начинает практически шёпотом говорить и дёргать брата за рукав. — Успокойся, Чон Гю, сейчас я соберу холсты и мы пойдем домой, хорошо? — говорит парень, с отвращением смотря на него. — я тебе помогу, — говорит девочка, наклоняясь за листом бумаги, — моя Филисия жива? — Да, конечно, солнышко, она не пострадала. — парень садиться на корточки, помогая своей сестре собирать листы бумаги. — Ты так и не ответил мне. Кого ты бараном назвал? — с угрозой в голосе произносит он. — Так ты хочешь, чтобы я полицию вызвал? Если нет, то укатывай отсюда. И он слушается этого парня. Поворачивается, подходя к своему мотоциклу, надевает шлем и уезжает, оставляя за собой только рёв двигателя. Ему не нужны проблемы с полицией. Опять. Тэхён поднимается на ноги беря за руку свою сестру, а в другой держит грязные холсты. Он очень расстроен, что некоторые его работы пострадали и теперь их надо долго сушить и исправлять. Честно говоря, когда этот безграмотный назвал холсты Тэхёна туалетной бумагой, Киму захотелось дать ему в нос, но он не менее сильно напуган. Только что его чуть не сбил какой-то отбитый мотоциклист с телосложением, как у боксёра. Садясь в автобус, он долго думает над этим инцидентом и считает чудом, что этот мутант боится полиции. Ведь если бы ему было всё равно, то Тэхён бы валялся на том асфальте в луже собственной крови.

***

      Лунный свет просачивается в комнату через тюлевые занавески, мягко освечивая комнату холодным светом. Единственное освещение — это тусклый свет настольной лампы. На подоконнике, мольбертах, стенах висят и лежат картины. Тэхён сидит за столом, пытаясь учить квантовую физику. Последний класс старшей школы, конец учебного года. На носу выпускные экзамены и поступление в университет своей мечты. Вот уже третий час ночи, а эта дурацкая физика не хочет залезать в голову и сортироваться по полочкам. Нет, Тэхён не двоечник, как раз наоборот. Ким Тэхен — отличник, и это звание он гордо носит еще с 1 класса начальной школы. Пусть его никто не замечает, и он тихой мышкой сиди в классе и учит все свои уроки. Ему внимание и не нужно. У Тэхена есть друг, лучший друг с самого детства. Как-то раз они даже проверяли, не соулмейты ли они случаем. Но ни один, ни второй так и не увидели заветные татуировки. Тэхён был расстроен, потому что он скорее всего никогда так ни с кем не сдружится, как с ним. Они понимают друг друга с полуслова, у них есть свои фишки, фразы, шутки, даже браслеты, в виде двух чёрных верёвочек, у каждого из них на запястье. Они через многое прошли и пройдут вместе. С ним можно и посмеяться, и поплакать. Тэхён доделывает последнюю задачу по физике. Без двадцати четыре, отлично. Осталось поспать три с лишним часа до подъёма, но ему не привыкать, это не впервые. Парень ложиться на кровать и накрывается одеялом. Если часом ранее ему не давала уснуть физика, то сейчас не дают уснуть воспоминания сегодняшнего дня. Этот высокий молодой человек лет двадцати, двадцати пяти с телосложением, как у Брэда Пита, а то и лучше. Его каштановые волосы и взгляд. Ох уж этот взгляд. Эти глаза, наполненные опасностью, адреналином и раздражением. И, о Боже, Тэхён назвал его бараном. Он вообще не ругается. Прям совсем. Ни мат, ни другие «плохие» слова он не произносит. Эти слова для него слишком резкие, вульгарные и неприличные. Да и как вообще он мог назвать кого-то бараном при своей собственной сестре? Какой стыд. Теперь маленькая Чон Гю явно поражена и опечалена своим старшим братом. Хотя это совсем не так. Еще в автобусе она сказала то, какой Тэхён храбрый и мужественный, раз смог дать отпор такому крутому и опасному парню. Весь оставшийся вечер малышка восхищалась им, сотый раз рассказывая маме поступок своего брата. И Тэхёну это льстит, но больше он не повторит свою оплошность, никого не назовёт бараном или козлом. В очередной раз переворачиваясь с боку на бок, он понимает, что в такой обстановке он точно не заснёт. «Думать перед сном вредно» говорит сам себе Тэхён, засовывая в уши наушники и ставя какую-то медленную и спокойную мелодию. Не забывает поставить будильник и ложиться на бок, укрывая себя полностью в одеяло. Через какое-то время он проваливается в царство Морфея, слушая чистую тишину, перебиваемую лаем соседской собаки за окном.

***

      Будильник ужасно режет уши, а эта музыка, кажется, будет сопровождать его в аду. Телефон хочется выкинуть в окно, а самому зарыться поглубже в одеяло и забить на всё. Прямо сейчас парень нуждается во сне неимоверно, потому что Тэхён уснул всего три часа назад. Но он героически встаёт и выключает будильник. Знаете то чувство, когда просто стоишь и втупляешь в одну точку? Вот и Тэхён сейчас стоит и ничего не понимает. После нажатия на кнопки включения телефона, дисплей загорается, и на нем высвечиваются цифры. Ровно семь утра. Постояв так ещё минуту, парень выходит из комнаты и направляется в ванную. Взглянув в зеркало, он чуть не ахнул. Черные, как смоль, волосы, концы которых испачканы в краске, разлетелись в разные стороны, под глазами красуются огромные мешки, кажется, что туда можно сложить все его «орудия» для творения, нося их там, вместо рюкзака. Кисти и пальцы рук тоже все в масляных красках. Лицо заспанное и бледное. Он как будто зомби. Кажется, тыкнешь пальцем, и Тэхён упадёт. Он невольно вспоминает своего лучшего друга, который точно бы посмеялся над ним в такой момент. Собрав всю свою волю в хилый кулак, смольноволосый принимает освежающий душ, чистит зубы и умывает лицо. «Ну вот, уже не так страшно», думает Ким, выходя из ванной. Переодевшись в белую футболку, испачканную в краске, голубую рубашку поверх нее и чёрные джинсы, Тэхён идёт на кухню. Живот скручивает от того, насколько же он хочет есть. Входя на кухню парень застаёт маму, младших брата и сестру за столом, которые мирно завтракают. Завидев сына, женщина встала и пошла накладывать четвёртый завтрак в тарелку. Парень благодарит ее и садится за стол. — Ын Джин, ты же все уроки сделал? — Хён, ну не начинай! — Образование в современном мире одна из самых необходимых вещей, которую тебе дают возможность приобрести. — Мам, скажи ему, чтобы прекратил, а то мои уши отсохнут! Я это каждый день слышу. — начинает возражать младший брат. — Ын Джин, он всё верно говорит. А теперь давайте есть. — мама мягко улыбается, смотря на своих детей. — Тэхён, сынок, отведешь их в школу? У меня сегодня совещание, надо быть немного раньше на работе. — Конечно, мам, без проблем. — улыбается парень в ответ, кладя в рот кусочек помидора. — И ещё. Хватит портить свои вещи краской. Ты не можешь быть поаккуратнее? — с поддельной строгостью спрашивает мама и улыбается, показывая на футболку. — Прости, мам, но ты бы просто могла сказать, что я хорошо рисую. — с такой же поддельной обидой в голосе говорит Тэхен и тихо посмеивается в свою ладонь. После завтрака парень проводил маму и пошёл собираться. Портфель трещит от кучи учебников и тетрадок, но Тэхён будет не Тэхён, если не впихнёт туда блокнот и еще один пенал с карандашами, похожими больше на ведьмины пальцы, канцелярским ножом, парой ластиков и ластиком-клячкой, который является любимой игрушкой его лучшего друга. — Вы готовы?! — на весь дом орёт Тэхён. — Да! — Да, но, Тэхён-оппа¹, ты не видел мистера Ушастика? — Видел, принцесса, но он остаётся дома. Он уже слишком взрослый, чтобы ходить с тобой в школу. — Хорошо, тогда я готова. Отведя ЫнДжина и ЧонГю в школу, Тэхён надевает наушники и направляется в сторону своего учебного заведения. Он любит гулять и смотреть на всё вокруг, запоминая, какими красками рисует природа. Вот он уже подходит к своей школе, как кто-то начинает на нем виснуть и обнимать. Тэхён поворачивает голову и видит своего друга. — Чимин! Зачем так делать? Ты не пушинка. — Эй, Тэхён-и, ты кого это толстым назвал? — Тебя. — Ну всё, ты нарвался. Готовь свой зад. — Ладно, всё, проехали. Ты опять волосы покрасил? — скорее утверждение, чем вопрос. Перед ним стоит парень с тёмно-русыми волосами, когда ещё вчера они были рыжие. — Тебя же наругают. Видимо, тебя это никогда не останавливает. — В точку. Я звал тебя вчера, чтобы ты помог мне, но ты отказался. Опять твои рисунки превыше меня. — с фальшивой обидой говорит Чимин. — Ой, Боже, ты только посмотри на него. Не обижайся, булочка. — Тэхён берёт друга за щеку и оттягивает ее. — Прекрати, — Чимин убирает его руки, — пошли лучше. Скоро звонок. Кстати, ты же сделал физику? Хотя кого я спрашиваю. Ты же Ким Тэхён, конечно ты сделал ее. Ты должен дать мне тетрадь, а то я нихера не понял. — Ладно, так уж и быть, но это был последний раз. — Ты всегда так говоришь. — оба парня смеются, открывая дверь, чтобы зайти в школу. Стоит сказать, что Чимин и Тэхён очень разные личности. Ким — тихий, скромный парень, который не ругается «плохими» словами и предпочитает рисовать, а не ходить по вечеринкам. Пак же является очень яркой личностью. Красит волосы, ругается матом, покуривает и любит ходить по тусовкам, куда всегда зовёт и своего друга, на что тот вежливо отказывается. Чимин и не обижается, потому что знает, что Тэхён предпочитает сидеть наедине с собой, слушать музыку и рисовать. Но это не мешает им быть лучшими друзьями, ведь, как говорят, инь и янь дополняют друг друга.       Школьный день подходит к концу, как и рабочая неделя, а значит впереди выходные. Надевая на плечи рюкзаки, друзья выходят из школы, весело посмеиваясь над очередной шуткой. Около ворот к ним подходит какая-то девушка из их школы. — Чимин-щи, привет! У меня родители уезжают на все выходные, поэтому я решила закатить вечеринку. Приглашаю тебя и, — девушка осматривает Тэхёна с ног до головы, странно улыбаясь, — твоего друга тоже. Чем больше людей, тем веселей. Ну так что, тебя ждать? — девушка берётся обеими руками за лямку рюкзака на плече. — Мина, конечно я буду, ты же меня знаешь, я ни одной тусы не пропускаю, — они заходят за угл школы, и Чимин достаёт сигарету с зажигалкой, закуривая, — а вот насчёт моего друга не знаю. Тэхен, пойдешь со мной? — Я подумаю над этим. — тактично увернулся от ответа Ким, за что сам себя мысленно похвалил. Не любит он это всё. — В любом случае, буду рада вас видеть, ребята. Ладно, мне надо идти, увидимся. — девушка машет рукой и уходит куда-то в неизвестном направлении. — Чимин, ну ты же знаешь, как я не люблю эти твои вечеринки и прочее, — начинает возмущаться Тэхён, — и не кури рядом со мной, а то от меня будет пахнуть. — Боже, Тэхён-а, ну пойдем. Один разочек сходим и все, я от тебя отстану, — Пак начинает возмущаться, активно жестиквлируя руками, — Уже конец марта последнего учебного года старшей школы. Ты за всю свою школьную жизнь ни разу не был на тусовках. Тебе серьезно не хочется узнать каково это? — Что тут узнавать? Сборище пьяных и потных людей, танцующих под дурацкую музыку. Что в этом такого? Да и тем более, мне и так нормально. Я лучше пойду порисую. — Тэхён, ты всегда рисуешь, даже на физике, и всё знаешь на отлично, засранец. Тебе никогда не хотелось отвлечься от карандашей и красок и повеселиться хорошенько? — Нет, мне нравится так, как я живу. — Ладно, как знаешь, но если я позвоню тебе пьяный в говно и попрошу забрать, я очень сильно обижусь, если ты этого не сделаешь. — Хорошо, звони. Я тебя заберу. — Вот и договорились, — Чимин докуривает сигарету и щелчком бросает ее куда-то далеко, — мне пора, я тебе напишу. ЧонГю привет передавай. Удачи порисовать. — ЧимЧим, спасибо за понимание, — Тэхён обнимает своего лучшего друга, — позвони, если захочешь, чтобы тебя забрали, но я не уверен, что смогу дотащить такую тушку. — смеётся. — Засранец, — подхватывая смех друга, парень улыбается, — до встречи! — Пока!

***

      Неприятный звук полицейского свистка разносится по всей улице. Три парня бегут по большой пятиэтажной парковке, периодически оборачиваются назад, ловя взглядом двух полицейских. Парни подбегают к лестнице. Перепрыгивая через три ступеньки, они замедляют свой бег. — Блять! На встречу им по лестнице бежит ещё один коп. Не растерявшись, каждый из парней встаёт на перила. Метра три до небольшого двухэтажного здания рядом. Вниз семь. — Эй, вы, стоять! Три последовательных прыжка и каждый из них уже бежит на крыше здания. — Парни, надо как-то скрыться от этих блядских копов! Пожарная лестница! Как кстати. Не снижая скорости, спрыгивают с крыши прямо на лестницу. Бегут вниз, перепрыгивая чуть ли не весь пролёт. Вот они уже спустились и смотрят по сторонам. — Эй! Вот они! — слышится откуда-то слева. Блядские полицейские. Только и портят жизнь. Каждый из этой тройки их ненавидит. Парни бегут вправо. Облокачиваясь ладонями, они перепрыгивают через какую-то ограду, делая дистанцию больше. Железный, сетчятый забор. Отлично. Прекрасно. Их спасение. Забираются по забору, спрыгивая с обратной стороны. Оторвались. Убежали. Забравшись на какую-то крышу, парни сидят и любуются видом. Вечер, малиновый закат, сигареты, с большим количеством никотина, в зубах. — Блять, парни, бегать от копов так весело. — Тут и не поспоришь. Чонгук, нам надо заглянуть на одну тусу. Это ненадолго. — Это та, где много малолеток и дерьмового пива? — Да. — Джин, зачем нам туда? Опять из-за твоего, как его там, Намджуна? — Юнги, не начинай. Его сестра закатывает тусу, а мне надо срочно с ним увидеться. Ничего страшного, посидите, попьёте пива. — А косяк можно там курить? — Чонгук, нет! Там же школьники, а ты тут со своими наркотиками! Никаких косяков, понял? — Да, хорошо, мамуль. — Пошли уже, долбоёб.

***

Переодевшись, Тэхён выходит на улицу. Довольно прохладно, поэтому на нем бежевая толстовка, чёрные зауженные джинсы с высокой посадкой, такого же цвета ветровка и кроссовки Fila. На спине рюкзак с пеналом, большим блокнотом, водой и шоколадкой. Парень выходит из дома и идёт в парк. Он любит вечерами сидеть на лавочке под фонарём и рисовать. Сегодня нужно поторопиться из-за ограниченного времени, потому что, зная Чимина, он с вероятностью в сто процентов напьётся в дрова и позвонит Тэхёну, чтобы тот пьяницу забрал.

conan gray — generation why

Музыка приятно играет в наушниках. Тэхён внимательно осматривает своих моделей ещё раз. Бабушка, играющая со своим внуком. Столько тепла в этой картине, что карандаш сам непроизвольно двигается. Тэхён улыбается, вспоминая, как его бабушка играла вместе с ним на детской площадке. Закончив последние штрихи, он отрывает этот рисунок и встаёт со скамейки. Обычно, Тэхён не делится своими работами ни с кем, кроме семьи и Чимина, но сейчас ему, почему-то, так захотелось. — Это вам, бабуля. Я нарисовал вас вместе с вашим внуком. — Тэхён протягивает аккуратно вырванный листок пожилой даме, которая сидит на скамейке. — Боже, внучек, как красиво. Спасибо тебе. — говорит она немного дрожащим от старости и усталости голосом. — Никогда не видела такого умения рисовать. Ты очень талантлив, это твой дар свыше. Береги его! — Конечно, я стараюсь улучшать свои навыки, спасибо вам, что стали моделями для меня. — Бабуля, что это? Как красиво. Это я, бабуля! Ой, а это ты! — подошедший маленький мальчик начал хлопать в ладоши и визжать от радости. — Внучок, этот молодой человек нарисовал нас, ты должен поблагодарить его. — Да что вы, не стоит. — Хён, спасибо большое! — маленький мальчик подошёл к Тэхёну и обнял его за ноги, потому что выше он не дотягивался. — Это все благодаря тебе и твоей бабуле. Вы такие красивые, что я, как художник, просто обязан был нарисовать вас. — Тэхён присаживается на корточки и обнимает мальчишку в ответ. Поболтав еще какое-то время, Тэхён прощается с милой бабушкой и очаровательным мальчиком и идёт дальше. Спустя долгое время вновь присаживается на лавку, доставая шоколадку из портфеля. Уже давно стемнело, а парень всё гуляет, потому что сказал матери, что сегодня он ночует у Чимина, а это значит, что без этого тусовщика он никуда не может пойти. На часах уже пол одиннадцатого. Телефон вибрирует, оповещая о входящем звонке. Это Чимин. — Тэхён-и, я обещал позвонить, когда буду в дрова. Забирай. — пьяный бубнёш по ту сторону трубки. Он еще что-то говорит, но его язык настолько сильно заплетается, что ни слова не разобрать. — Хорошо, скоро буду, жди. — Ким сбрасывает вызов и направляется в сторону остановки.

***

wizardaa — Plenka Nightmare

Громкую музыку можно услышать даже с улицы, поэтому становится интересно, почему соседи до сих пор терпят. Тэхён проходит во внутренний двор дома, где стоят человек пять и о чем-то спорят. Поднимается по ступенькам, брезгливо обходя пару, которая решила устроить публичные ласки прямо на ступеньках дома. Дверь открывается, и из нее кто-то вываливается. Отойдя в сторону, Тэхён смотрит, как какой-то парень просто упал на пороге и лежит. Ким заходит внутрь. Неприятно пахнет рвотой, алкоголем, потом и табаком. — О, Тэхён, ты всё-таки пришёл. Держи, — девушка дает ему в руки стаканчик с какой-то жидкостью. — Привет, Мина, я за Чимином. Где он? — Ты за этим алкоголиком? Он набухался в хламину и лежит рядом с тазиком на втором этаже в спальне. — Спасибо, я тогда пойду. — Стой, Тэхён. Оставь его, пусть проспиться мальчик. Потуси тут со мной. — девушка делает акцент на последнем слове. — Прости, но мне нужно забрать его и отвезти домой. — парня напрягает эта ситуация. — Да ладно тебе, ещё успеешь. — девушка отпивает из своего стакана и подходит ближе к Тэхёну. — Нарисуешь меня? — Что? — Я хочу, чтобы ты нарисовал меня, как Джек нарисовал Розу в фильме «Титаник». — Прости, но я не рисую такие картины. — Тэхёну неприятно, очень. Он убирает руки девушки, отходит от нее на шаг назад и ставит стакан с сомнительной жидкостью на стол. — Не хочешь сделать одно исключение? — она начинает подходить. — Прости, Мина, но нет. Я не рисую голых девушек. Это аморально. — Тэхён не знает куда ему деться, ведь та прижала его к стене. — Эй, что ты делаешь с моей сестрой? — раздаётся сзади басистый голос какого-то парня. — Я ничего не делал, она сама ко мне полезла. — Тэхен не дурак, понимает, что сейчас ему возможно дадут кулаком по лицу. — Да, конечно, а к стене она тебя прижимает чисто для разговора по душам. — парень подходит. Он выше Тэхёна на пол головы, накаченный и с множеством татуировок на руках. — Да я клянусь, не нравится мне ваша сестра. — у Тэхена паника. — А, то есть теперь она тебе не нравится. — парень аккуратно отодвигается свою сестру и берёт прижавшегося к стене Тэхёна за ворот толстовки. — Отпустите. — ему уже страшно. Он сильнее вжимается в стену, пока сильные татуированные руки сжимают его толстовку. — Ещё чего. — незнакомец размахивается и бьёт прямо в нос. Больно. Тёплая кровь стекает по подбородку. — научись отвечать за свои действия. — парень замахивается второй раз. — Намджун, прекрати, он ничего не сделал, я сама виновата. Я к нему полезла, а он отнекивался постоянно. Я ему правда не нравлюсь! — девушка опомнилась и взялась за кулак старшего брата. — Джун, ты чё, мать его, творишь? — послышался голос сзади. — Джин? Что ты тут делаешь? — боец за честь своей отнюдь не непорочной сестры оборачивается и с удивлением смотрит на своего знакомого и рядом стоящих двух парней. — Стоило мне не видеться с тобой неделю, как ты уже малолеткам морды крошишь? — говорит весь татуированый парень с проколотой нижней губой, ушами и носом. — Он лез к моей сестре! — парень начинает возмущаться, поэтому ослабляет хватку на толстовке с тёмными пятнами крови. Тэхён выпутывается из хватки и хочет уже уйти к Чимину, но его хватают за капюшон и тянут назад. — Куда это собрался, пиздюк? — сзади слышится агрессивный и знакомый голос. Тэхён стоит как вкопанный. Ноги его совсем не слушаются, потому что страх завладел им. Его разворачивают. — О! Какая встреча! Что ты тут делаешь, засранец? Захотел и от меня в морду получить за свои слова? — Чонгук, угомонись. — подаёт голос третий парень с белыми волосами. — Он назвал меня бараном, какое спокойствие? — теперь уже этот боксёр хватает Тэхёна за воротник и тянет на себя. — Тэхён, блять, почему не сказал, что ты уже пришёл? — из-за угла выходит Чимин. Боже, как Тэхен рад его видеть. Просто благодарит всех богов. Пусть его друг ниже, но он гораздо мускулистее и может дать кулаком в лицо. — Я… я хотел подняться, как только пришел, но меня остановила Мина. — Тэхён посмотрел на зачинщицу с отвращением. — Это правда, сестрёнка? — все шестеро уставились на Мину. — Да, я же тебе сказала, что я хотела, чтобы он меня нарисовал, а он отказался, вот я и прижала его к стенке. — Да ты хотела, чтобы я тебя голой нарисовал, конечно я откажусь! — От возмущения Тэхён начал махать руками, задевая своего недавнего знакомого, который в свою очередь шикнул. — Что? — ее брат опешил. — Мина ты совсем ахуела? — Нет, это не правда! — Да ты прямым текстом сказала: «Нарисуй меня, как Джек нарисовал Розу из Титаника». Любому дураку понятно, что ты хочешь, чтобы я нарисовал тебя без одежды! — Чего? Почему без одежды? — ее брат непонимающе уставился на Тэхёна с разбитым носом. — Потому что в этом фильме только одна сцена, где Джек ее рисует, в ней Роза раздевается и ложится на диван. Полностью раздевается. Понимаешь? — с некоторой насмешкой говорит последнее слово Тэхён, слишком поздно понимая, что ему опять может прилететь. — Ты усмехаться надо мной вздумал? Чонгук, вмаж ему! — Никто не будет трогать моего друга, иначе я сам вмажу вам, гандоны. — Сзади стоявший Чимин подал голос. Из него выветрился алкоголь после сна и похода в туалет проблеваться. — Посмотрите на него, какой храбрый. — Чонгук начинает замахиваться. Тэхён зажмуривается. Удар. Ему не больно? Он разлепляет глаза и видит, как Чимин стоит перед ним, а парень, что секундой ранее держал его за толстовку, держится за нос. — Я же блять сказал, что никто не тронет моего друга. Намджун, да каждый знает, что твоя сестра та еще потаскуха. Она давала половине этой тусовки. И вот когда эта блядь захотела лечь и под моего друга, тот вежливо отказал ей. А ты ему нос расквасил, обмудок конченый! — Чимин очень зол. Он орёт. — Угомонись, — заебанно вздыхает беловолосый. — А ты у нас тут блять мать Тереза, уёбок? Если хочешь, чтобы все успокоились, то блять делай что-то, а не просто рот свой открывай, потому что ты явно здесь не в приоритете, раз тебя блять даже никто не слушает. — ещё чуть-чуть и Чимин всем тут в эти тупые ёбла даст. — Закрой свой рот, малолетка тупая, хорош на мою сестру гнать. — Намджун пиздецки зол. Ну не может его маленькая сестрёнка ебаться со всеми подряд. — Ты мне рот не затыкай, лучше у сестры своей спроси, а если эта сука нихуя не скажет, то выйди на улицу и с ее знакомыми пообщайся. Твоя сестра очень любит по хуям скакать, если ты не знал, — Чимин переводит взгляд на Чонгука, — а ты, если еще раз к нему приблизишься, я тебе руку сломаю, подонок. — Пиздецки страшно, — саркастично произносит Чонгук и бьёт Чимина по лицу. — Хватит, прекратите, прошу. — Тэхён еле сдерживает свои слёзы. Ему очень страшно, ну прям очень сильно. Он дёргает Чимина за рукав. — О, Мина, позвони мне завтра, покувыркаемся. Я и друга с собой возьму. Помнишь, ты хотела? Как раз удобный случай, пока родителей нет. — какой-то левый парень заходит с улицы в дом. Его пьяную персону явно не особо заботили шесть парней, трое из которых были с разбитыми носами. — Сестра? — Джуни, я всё объясню. — девушка теряется и, кажется, сейчас заплачет. — Да, конечно ты блять объяснишь, и родителям тоже. — Нет, не говори им. — девушка в отчаянии падает на колени и, закрывая ладонями лицо, начинает плакать. — Какая жалость, потаскуха спалилась. Упс. — Чимин усмехается. — Сука, ты мне за нос не ответил! — Чонгук уже вот вот налетит на Пака с кулаками. — Ребят, — дрожащим голосом произносит Тэхён, — нам лучше стоит закончить это дело. — Слышь, мелочь, с чего это вдруг? Я вот не хочу ничего заканчивать, пока не начищу твоему другу ебало. — Чонгука распирает от злости. — Там, — Тэхен запинается как только ловит на себе суровый взгляд Чонгука, — нам стоит побыстрее сматываться отсюда.