Тихое семейное счастье

— Папа-папа! — А-Юань положил свои крошечные ладошки на округлый живот Вэй Ина. — Когда? Когда? — он подпрыгивал на месте от возбуждения. Ему очень нравилось обсуждать будущего брата или сестричку. — Аккуратнее, — мягко, но с ноткой строгости сказал Лань Чжань, посмотрев в сторону мужа и сына: Вэй Ин лежал на кровати, пока возле него скакал А-Юань. — Все в порядке, Лань Чжань, — Усянь бодро улыбался. Одной рукой он на всякий случай прикрывал живот, а второй щекотал А-Юаня. Малыш громко смеялся и периодически заваливался на кровать. — Уверен? — во взгляде Ванцзи все еще сквозило беспокойство. Он как раз закончил готовить завтрак и подошел к постели. — Помочь? — он не удержался от искушения и провел пальцами по распущенным прядям супруга — те спутались после сна и требовали ухода. — Разве я могу отказать? — Вэй Ин поднял взгляд на Лань Чжаня и мило ему улыбнулся. Для него не было большего счастья, чем проводить уютные семейные завтраки вместе с любимыми. — А-Юань, садись пока за стол и начинай кушать, хорошо? Мы скоро присоединимся, — он подмигнул сыну и взлохматил рукой хвостик на его голове. — А как же малыш? — А-Юань застыл и посмотрел на живот Вэй Ина. — Когда? Хочу, чтобы он завтракал с нами! Усянь и Ванцзи переглянулись. Их сын такой смешной! — Придется подождать, — сказал Лань Чжань, взяв в руки расческу со щетиной. Вэй Ин сел к мужу спиной, позволяя ему заняться расчесыванием его непослушных темно-каштановых прядей. Иногда ему казалось, что у Лань Чжаня волшебные руки — после его прикосновений волосы становились шелковистыми и блестящими. Настолько ухоженными и опрятными они выглядели только после расчесываний Ванцзи. — Сколько? Сколько? — А-Юань подпрыгивал на месте от нетерпения. Он снова подскочил к Усяню и протянул ему обе свои ладошки. — Еще месяца три, — ответил Вэй Ин, усаживая сына на колени. Он знал, что тот не отстанет и не пойдет есть один — А-Юань больше всего любил находиться рядом с ними. Иногда Усяню и вовсе казалось, что он его хвостик. — Три? — А-Юань показал Вэй Ину ладошку и согнул один палец. — Это четыре, — Усянь обхватил крошечную ладошку сына своей рукой и аккуратно загнул ему еще один пальчик, — а вот так — три. — Хе, три-и, — он гордо поднял руку повыше, чтобы показать папе Чжаню, что у него получилось на пальцах посчитать до трех. — Мгм, — кивнул Ванцзи. Он как раз закончил расчесывать волосы Вэй Ина и теперь перевязывал их красной лентой. Вэй Ин же в это время с удовольствием тискал ребенка — он положил ладони ему на бока и легонько покручивал сына из стороны в сторону. — А сколько тебе сейчас лет? — Три-и-и! — он помахал рукой. — Ровно три? — игриво спросил Вэй Ин, склонив голову вбок. — О! — А-Юань посмотрел на свои ручки и задумался. — Три и… пять? — он показал еще и вторую ладошку. — Правильно, — улыбался Усянь. Он дернулся вперед и неожиданно поцеловал ребенка в раскрытую ладошку. — Вэй Ин, — сказал Ванцзи с легким недовольством. Из-за того, что Вэй Ин двигался, ему было сложно ровно завязать ленту. — Прости, — Усянь обернулся и посмотрел наверх — в золотисто-карие глаза любимого. — Но я могу и тебя поцеловать, хочешь? Не успел Лань Чжань ответить или толком покраснеть, как на Вэй Ина напрыгнул А-Юань с криками: «хочу, хочу, хочу!». — Хе-хе, — Усянь рассмеялся, но слегка отстранил ребенка, чтобы тот не давил на живот. — Чего ты хочешь? Чтобы я поцеловал папу? Или чтобы я поцеловал тебя? — Меня! Меня-я! Поцелуйку! Поцелуйку! — просил А-Юань. «Поцелуйками» он называл поцелуи, а учитывая, что он частенько так говорил, то это слово успело прижиться у них дома. — Что думаешь, Лань Чжань? — Вэй Ин снова посмотрел на мужа, наслаждаясь его расслабленным выражением лица. — Заслужил А-Юань поцелуйку? — Мгм. — Слышал? — спросил Усянь сына. — Да-а! — А-Юань приобнял Вэй Ина сбоку, и тот с готовностью поцеловал его в макушку. — Теперь ты пойдешь кушать? — спросил Усянь. — Мне надо переодеться. — Хорошо, — А-Юань успел выплеснуть часть энергии и теперь был согласен проявить немного послушания. — Отлично, тогда беги кушать кашку, мы сейчас придем, — Вэй Ин легонько шлепнул сына по попке перед тем, как тот спрыгнул с кровати и побежал за ширму. — Лань Чжань, — Вэй Ин облокотился на твердый пресс супруга и, устроив голову ему на грудь, соблазнительно улыбнулся, — наклонись, я тебе скажу кое-что. — М? — Ванцзи опустил голову вниз, но стоило ему это сделать, как Вэй Ин украл с его губ поцелуй. — Я знаю, что ты тоже хотел поцелуйку, — Вэй Ин подмигнул Лань Чжаню. Ванцзи легонько качнул головой. Он обожал своих проказников всей душой. — Поднимайся, — он подал Вэй Ину руку и помог ему встать. У него уже было заготовлено чистое ханьфу для мужа. — Ты знаешь, что я все еще в состоянии делать это сам? — говорил Вэй Ин, но тем не менее не предпринимал никаких попыток одеться самостоятельно. Ему жутко нравилось, когда Лань Чжань ухаживал за ним. — Вот разбалуешь меня, а что потом? Ванцзи слой за слоем облачил Усяня в темно-серые одежды и принялся за красный пояс — теперь он специально повязывал его повыше и посвободнее, чтобы тот не давил на живот. Однако даже когда с переодеванием было закончено, Лань Чжань все еще продолжал стоять возле Вэй Ина, не в силах сдвинуться с места. — Я готов баловать вас вечно, — тихо-тихо сказал он и присел перед животом Усяня на колени. — Я очень жду… — он положил свои большие горячие ладони справа и слева от пупка супруга и ласково гладил ими темную ткань. — Лань Чжань… — голос Вэй Ина сломался. Он все еще не мог привыкнуть к своему счастью. Что он такого сделал, чтобы заслужить жизнь с этим замечательным мужчиной? Ванцзи слегка наклонился и, прижавшись губами к серым одеждам, беззвучно поцеловал живот Усяня. Вэй Ин несколько раз быстро моргнул. Эта картина все еще была слишком милой для его расшатанных гормонами нервов. — Иди сюда, — он потянул Лань Чжаня наверх, заставляя подняться, и крепко обнял. — Люблю тебя, — прошептал он прямо на красное ушко супруга. — Мгм. И я тебя, — так же тихо ответил Ванцзи, с чувством прижимая к себе Усяня. — Папы! Па-а-апы! Вы там где-е? — крикнул А-Юань через ширму. — Идем-идем, — ответил Вэй Ин, плавно отстраняясь от Лань Чжаня. Они улыбнулись друг другу и вышли к сыну: А-Юань сидел за столом и кушал кашу. Разумеется, он уже успел немного заляпать свои белые рукава и стол, но радостных отцов это нисколько не огорчало. Действуя сообща, они быстро устранили последствия: Ванцзи вытер личико сыну, а Усянь протер стол. — Ну что, А-Юань, — сказал Вэй Ин, когда они все наконец расселись за столом, — ты кого больше хочешь: сестричку или братика? А-Юань озадачился. Он смотрел то на одного папу, то на другого, но все не решался ответить. — Ты чего? — удивился Вэй Ин. — Не знаешь? С кем бы тебе больше хотелось играть? С братом? Ты тогда будешь, как дядя Хуань для твоего папы, — он кивнул на Лань Чжаня. — Или у тебя будет маленькая сестричка. Ты вообще хочешь быть старшим братом? Лань Чжань посмотрел на растерянное личико сына и тихонько вздохнул. — Ты его путаешь. — Никого я не путаю! — возмутился Вэй Ин. — Правда, А-Юань? Так что? Ты хочешь младшего братика или сестричку? — Я… Я… — А-Юань смотрел своими кристально-чистыми голубыми глазками на пап. — Я хочу и братика, и сестричку… Но не знаю, можно ли так?.. — Хах, так вот в чем дело! — Вэй Ин широко улыбнулся и посмотрел на Лань Чжаня. — Я вот тоже не знаю. Как думаешь, Лань Чжань? Можно так, чтобы у А-Юаня были и братик, и сестричка? Уголки губ Лань Чжаня поползли наверх. Он поставил поближе к Вэй Ину его миску с кашей и сказал: — Ешь. Потом подумаем. — Хе-хе, — Вэй Ин подмигнул А-Юаню, — слышал? Все возможно. А-Юань довольно закивал. Вэй Ин только приступил к своей каше, как вдруг почувствовал ладонь на своем бедре. — М? — он поднял на Лань Чжаня удивленный взгляд. — Что такое? — Спасибо, — одними губами произнес Ванцзи. Усяню не нужно было спрашивать за что — он и так это знал, потому что чувствовал тоже самое: всепоглощающую благодарность всем членам семьи и миру, за то, что тот подарил им их тихое семейное счастье.