Да какого ... Биджу здесь творится?!

— Истинный хранитель Солнца… — потрясённая Нана опёрлась о стену, чтобы не упасть.       Мадаре никогда ещё не было так хорошо, как после установления связи. Ощущения такие, как будто вернулся в родное место после долгого отсутствия. Тепло и приятно.  — «Неожиданно… но приятно, жду остальных хранителей. Уж не пропусти их.» — фраза Мина подействовала отрезвляюще.  — Небо? Моё… Небо? — Реборн повторил это еще два раза и поднял свой затуманенный взор на Саваду. Глаза его начали проясняться, кажется, до него дошла вся соль ситуации. А ситуацию иначе, как пиздецом, — не назвать. — Нужно поговорить. — глаза младенца загорелись. — И с вами, гражданочка, тоже.       Нана отмерла и упёрла свой взгляд в киллера. Да, ей было страшно. Да, ей не тягаться с Аркобалено. Но ради Тсу-куна она была готова на всё.

***

 — То есть ты не хотел привязывать меня к себе посредством связи? — его взгляд прожигал в Саваде дыру.  — Нет. Я даже не подозревал, что так можно. — парень покачал головой. Это было правдой, он всё ещё плавал даже в понятиях и титулах.  — Вот как. — Аркобалено внимательно следил за языком тела подростка. Зачастую оно может сказать куда больше. Не найдя искомого, он немного успокоил свою паранойю. — Я пришёл к вам с целью сделать из тебя… Наследника.       Савада заминку заметил и придал ей внимание.  — Кем именно Тимотео хочет меня видеть? — при виде того, как у Реборна дёрнулся уголок губ и тот поспешил скрыть взгляд за шляпой, Тсуна пришел к мысли, что его предположения верны. — Чтож, ожидаемо.       Чёрт. Его так «любит» жизнь. Нет, чтобы быть гражданским. Н-е-е-т, жизнь наследника мафиозной семьи Учихе обеспечена. Ладно, скулёж ему не идёт. Надо придумать, как выбираться из этого дерьма.  — Что, говоришь, мне там приготовил мерзкий старикан?  — …

***

      Реборн информацию предоставил, причём максимально честно, интуиция не дремлет. Однако, напоследок сказал «Не думай, что из-за образовавшейся связи я буду тебе ботинки вылизывать». На что Тсуна пофигистично ответил «А мне и не нужно».       Ками-сама, как будто не Солнце, а Облако!       Когда Реборн обнаружил, что Савада может самостоятельно призывать пламя, то был приятно удивлён сим фактом, это также значило, что ему нет нужды пичкать Тсунаеши пулями посмертной воли. Тренеровки начались, но не те, что предлагал Ноно, а настоящие. Реборн подростка не щадил, хотя, этому-то как раз таки были рады.

***

«Новичок из Италии» должен прибыть сегодня, ага. Сарказм — неотъемлемая часть каждого Учихи.       Такие вот мысли бродили в голове у наследника. Тело после тренировки приятно ныло, кроме правой руки — растяжение. Реборн Тсуну не лечил, хотя был Солнцем.       Либо это от его ершистости, либо он кроме как в бою своё пламя использовать не может.       Мадара склонялся к первому варианту. Так же Саваде объяснили, кто такие истинные хранители и с чем их едят. Если все его хранители будут такими же как Реборн, Мадара сойдёт с ума. От восторга, конечно же.

***

В школе.

 — … Гокудера Хаято.       Блондин с зелёными глазами, достаточно высокий для своего возраста, в одежде, полностью нарушающей дресс-код, с кучей феничек и цепей. Черты лица его были тонкими и почти аристократичными, но всё портили сведённые вместе брови.       Платиновый блондин высокомерно посмотрел в упор на Тсунаёши. Хотя, высокомерие было напускным, Тсуна был почти на сто процентов уверен в том, что мальчишка не уверен в себе и нервозность прячет за напускным недовольством.       Когда новоявленный одноклассник направился к его парте, Мадара сразу понял, что тот что-то задумал. Гокудера пнул парту Тсуны, но та, вопреки его задумке, не сдвинулась с места.       Учиха посмотрел ему прямо в глаза и холодно усмехнулся. На секунду в его глазах мелькнули всполохи пламени Облака, однако быстро затерялись в шоколадной гамме.  — Гокудера Хаято, немедленно сядьте на своё место! — учитель, да и весь класс задержали дыхание. Они были уверены, что Гроза Всея Намимори Номер Два вспылит и тогда им всем крышка. Однако, гнева не последовало и все вздохнули с облегчением.       Да и честно говоря, Вторым он являлся только в силу своей пофигистичности к хулиганам. ГДК боялись за то, что тот мог ни с того ни с сего напасть, а Тсунаёши за то, что тот мог остановить Хибари и даже победить.       Гокудера насторожился. Это не было похоже на поведение Неба. Скорее Туман или Облако, да даже Ураган! Но задание есть задание. И его нужно выполнить, особенно, если его выдал сам Дон Тимотео. Потому Хаято деланно безразлично сказал.  — Сегодня. После уроков, в задней части школьного двора.  — Хн.

***

 — Хей, Тсуна! Ты серьёзно пойдёшь с ним драться? — Ямамото, а это был он, пытался его отговорить. Мадара всё гадал, когда это они успели подружиться? — Ну, просто, он выглядел устрашающе, ха-ха. Ты ведь можешь отказаться?       Ямамото Такеши. Смуглый, высокий брюнет с карими глазами. Школьная звезда бейсбола и мечта девчонок. Хотя… Кажется, сегодня у него появился конкурент на девичьи сердца.  — Он не выглядел и на четверть так же устрашающе, как спящий Хибари. — Мадара закатил глаза. — Не волнуйся.  — Если нужна будет помощь… — на секунду глаза одноклассника опасно блеснули. — То я помогу. — и снова улыбка. Как интересно биджу пляшут у костра десятиром…

***

 — Так ты не струсил! Что ж, я отвоюю место Десятого босса Вонголы! Я убью тебя! — блондин достал из ниоткуда динамиты и тут же поджёг их. Псих! Кто ж взрывную печать у себя в руках активирует?!  — Да я только за то, чтобы ты стал Десятым. Боюсь, правда, Вонгола развалится под твоим командованием. Хотя, кого я обманываю, не боюсь ни капли. — Мадара безразлично посмотрел на Гокудеру, который подавился от возмущения. Учиха развернулся и собрался уйти.  — Трус! Боишься, да? — а фитили продолжают гореть…  — Не собираюсь тратить время и силы на слабого соперника. — он с интересом следит за фитилями. — Я бы посоветовал посмотреть на руки.  — Да ты!.. Да я… — вот-вот взорвётся. Наконец смотрит на фитили, зелёные глаза расширяются.       Мадара раздражённо цокает языком и тушит динамит всплеском пламени неба. Мягкий огонь окутывает динамитные шашки. Блондин с изумлением следит за этим, а затем вскидывает голову и смотрит вслед Мадаре.  — Не думай, что я просто так тебя спас. Не хочу потом объясняться с одним «хищником». Он и так меня уже везде разыскивает со своими спаррингами. Не хочу давать повод. — впрочем, его речь не была услышана. Гокудера с восторгом смотрел вслед своему Джудайме.

***

      Да что не так с этим Савадой? Мало того, что бросил своего нового хранителя Урагана после боя. Так ещё и его, Реборна, игнорирует! Почему он не уделяет ему внимания? Он его хранитель или что?!       Реборн на протяжении всего пути до дома прожигал взглядом в спине Савады уже которую дыру. Мадара вздохнул. Он уже примерно догадывался, какие мысли одолевают Солнце. Однако, он не собирался стелиться перед киллером ни за какие-то там его заслуги или титул. Да, он испытал трепет во время образования связи, но это ничего не значило. Возможно, это говорит его внутреннее Облако. Пусть так, но Мадара был полностью решителен. Если Реборн сам не решится на контакт, не усмирит свою гордость и не признает его Небом, то о дальнейших партнёрских отношениях не будет идти и речи. Тсуна подсознательно уже признал его Солнцем, но не чувствовал отклика.       Они уже почти дошли до дома, как…  — ЭКСТРИ-И-ИМ!!! Савада! Я видел, как ты экстремально сражался с Хибари вчера вечером! Я хочу, чтобы ты вступил в клуб бокса!!! — Мадара едва не оглох на левое ухо. Кажется, он слышал как отдаёт кровь в ушах. Отступил на шаг, от греха подальше.       Перед ним был высокий (вы все такие?) парень с полностью белым ёжиком коротких волос на голове и серыми, ртутными глазами. Накачанное тело, спортивный костюм и примечательный пластырь на носу.  — Ты кто? — Учиха незаметно вздохнул. Ками, ещё один громкоговоритель по мою Учиховскую душу.  — Я Сасагава Реохей!!! Глава клуба бокса! ЭКСТРЕМАЛЬНО вступай в мой клуб!!! — парень начал боксировать на месте.  — Спасибо, но я, пожалуй, откажусь… — так, отходим от него. Чем-то он похож на того Узумаки. Учиха и так на себя не похож, мягче стал, а тут этот «непризнанный Узумаки» ошивается.       Так, по стеночке, по старинке, как во времена с Хаширамой. Не дай бог ещё чего от энтузиазма красноволосых или Сенджу прихвачу.  — Тогда ЭКСТРЕМАЛЬНО сразись со мной! — и без предупреждения напал с кулаками. Учиха успел уклониться. Удар. Мадара ставит подсечку, Сасагава почти попался. Хн. Он не использует грязных трюков, видимо, в спорте они запрещены. Но он же на улице, не хочет изменять «чистому» боксу? Забавно.       Ну, Учиха грязными трюками не брезговал. В быту шиноби понятия грязных трюков почти и не существовало. Хочешь жить — умей вертеться. Были только два негласных кодекса — представься своему противнику — это дань чести, и никогда не нападай со спины. Правда, не все им следовали. Мадара был в числе тех, для кого дело чести не пустой звук.       Потому он без зазрения совести сделал сальто, подняв столп пыли, который временно лишил Сасагаву зрения. Удар в сонную артерию и уносим пациента в тенёк. Ах дом, милый дом.

***

      Реборн раньше не испытывал такого чувства как ревность. Раньше. Но в этот день он испытал это чувство сполна.       Гокудера не вызывал ничего, кроме глухого раздражения, а вот когда на горизонте появился условно сильный хранитель Солнца, вот тогда Реборн в полной мере ощутил это. Ревность.       А что, если бы они тогда не установили связь? Этот несносный подросток, его Небо, образовал бы связь хранитель-небо с тем беловолосым? Недопустимо.       Если всё пойдёт по плану Тимотео, то хранителем Солнца станет Сасагава. Тут даже без вопросов. Детьми легче манипулировать. Хотя, вряд ли он упустит шанс прибрать Аркобалено в свою загребущие ручонки. Но Тимотео сделает это другим методом.       Хочет ли Реборн, чтобы его Небо использовали? Чтобы Тсуна был марионеткой в руках старикана? Ни за что. Никогда.       Он уже всё для себя решил.

***

— Тсуна, надо поговорить. — сказал хранитель Солнца, как только они поужинали. Савада с пониманием посмотрел на него. Наконец-то до его Солнца дошло. Ста лет не прошло.       Они зашли в комнату Тсуны. На удивление Аркобалено, комната подростка была прибрана, в ней было минимальное количество вещей и предметов. Только самое необходимое. Стол, шкаф с кучей книг, футон. Да, здесь не было современной кровати, был только футон.  — Я признаю тебя своим Небом. Однако не думай, что…  — Хм. Не буду. — Реборн резко посмотрел прямо в глаза подростку и был сражён его уверенностью. — Вопрос не по теме. Я думал, что у тебя уже есть Небо. — Тсуна сел на футон. — Вы же Аркобалено.  — Ты так сказал, как будто это всё объясняет. — хмыкнул Реборн и уселся рядом. — Да, Небо у Аркобалено есть. Однако, не истинное. Так получилось, что Небо Семёрки Сильнейших долго не живёт. Их пламя становится с годами всё больше и, в конце концов, сжигает носителя. Это можно назвать болезнью. Мы бы сошли с ума, если бы наше истинное Небо раз за разом погибало, а мы не могли бы ничего сделать.  — Понятно. Честно говоря, я уже давно принял тебя, как своё Солнце. — Мадара откинулся на футон. Реборн удивлённо на него уставился.  — Вот как. Наверное, я тебя удивлю, но я, кажется, знаю, кто является твоим истинным Облаком. — Реборн ухмыльнулся.