Ты готов быть рядом?

Камилла была сверху, быстро двигаясь бедрами на мне, и пронзительно на меня смотрела. Я взял ее два пальца и положил их себе в рот, начиная посасывать, от чего она явно еще больше завелась. Второй рукой я хотел обхватить ее талию, но почему-то не дотягивался. Она постоянно от меня ускользала. Я чувствовал кайф только головой, внизу же я ощущал лишь напряжение. — Дааа, Мэл, не останавливайся, — томно произнесла она, наклонившись ко мне. Я проснулся от судороги в ноге, вскочив в постели и схватившись за ногу. Боль была нестерпимой. Вдобавок к этому отвратительному ощущению, у меня был жесткий стояк, я весь вспотел, как после долгой пробежки. Лера возмущенно перевернулась ко мне, я попытался скрыть утреннее возбуждение, прикрывшись одеялом. Судорога потихоньку стала проходить, оставляя неприятный тремор в ноге. — Тебе кошмар приснился? Ты чего весь мокрый? — Да, типа того. Засыпай, еще рано. Я попытался перенести ноги на пол, сев в постели. Кое-как я доковылял до ванны. Я зашел в душевую кабинку и включил теплую воду. Внутреннее возбуждение, впрочем, как и внешнее, не проходило. Сон был настолько реалистичный, что, казалось, я все еще держу Камиллу за талию в своей руке. Я решил обмануть свои руки и взять кое-что другое в свою ладонь. Вместо того, чтобы представить голую девушку, которая лежит в соседней комнате, я стал представлять свою преподавательницу по психологии, которая старше меня лет так на 8 точно. Я дрочил, рисуя у себя в воображении идеальное тело Камиллы. После того, как я кончил, напряжение спало, но картинки в голове никуда не исчезли, их, наоборот, стало только больше, они стали пошлее и развязнее. На подкорке сознания все еще оставались приятные воспоминания ото сна. Я тихо собрался и уехал в универ к первой паре. Я проверил расписание всех потоков нашего курса, и узнал, что Камилла ведет психологию еще и на потоке Международных Отношений и Востоковедения (где учится Лера, блять). Сегодня первой парой у МО была психология, и я решил посидеть и на их лекции. У нас первой парой была какая-то шляпа, на которую я идти не собирался. Я купил кофе, сел на крайнее место в последнем ряду и надел капюшон толстовки, чтобы привлечь внимание Камиллы. Я помню, что она не любит наглость, хотелось ее раззадорить. На своих лекциях я не буду позволять себе такую дерзость, а вот на чужих — почему бы и нет. Ровно в 8.10 в аудиторию вошла Камилла и прошла к своему столу. Она окинула взглядом весь поток, заметив меня на последней парте. Пару секунд удерживая свой взгляд на мне, она отвела глаза и больше за всю пару ни разу их не возвращала. На этой паре мне не нужно было слушать ее, я внаглую просто пялился на девушку, рассматривая каждый миллиметр ее тела. В этот раз, на ней были туфли и обтягивающие джинсы, которые делали ее ноги, и без того, бесконечными, и свободного кроя свитер, рукава которого были закатаны. Волосы были собраны в небрежный пучок, который выглядел как сделанный за одну минуту. Но по стенаниям Леры, я знаю, что это как раз и самое сложное. Бля, нахера я это все знаю, как эти знания помогут мне в жизни? Каждый раз от взгляда на нее, у меня перехватывало дыхание, я готов был рассматривать каждую малейшую деталь на ней. В этот раз я заметил симпатичный кулончик у нее на шее в виде буквы “К”. То, что на ней нет обручального кольца, я, конечно, заметил в первую встречу. Пара закончилась, и все стали уходить из аудитории, я же медлил, сидя на своем месте до последнего и не отводя взгляда от нее. Она тоже почему-то не торопилась. Собрав свою сумку, она, вместо того, чтобы выйти из кабинета внизу аудитории, стала подниматься ко мне наверх. Я сглотнул, уже начиная нервничать. — Здравствуйте, эмм, — зачем она делает вид, что не помнит моего имени? Кандидат психологических наук и не может запомнить простое имя? Врядли. — Костя или можно просто Мэл, — поднялся я со стула. — Константин, мне кажется, или вы ошиблись расписанием? Вы, если мне не изменяет память, учитесь на международном праве? — направилась она к двери, снова ожидая, что я последую за ней. Я обогнал ее и открыл перед ней дверь. Она вежливо улыбнулась. — Я пропустил на нашей лекции пару моментов и решил восполнить посещением пары с другой группой. Это ведь не запрещено? — Нет, это похвально, конечно, но уделяя такое большое внимание психологии, вы рискуете упустить другие предметы, — мы направились в сторону лифтов. — Это не страшно. Я же сам выбираю свои приоритеты. Мы оба хотели нажать на кнопку вызова лифтов, соприкоснувшись на миг кончиками пальцев. Мы оба резко отдернули руки, так и не вызвав лифт. Я несмело снова направил свою руку в сторону кнопки, наконец, нажав на нее. Мы находились на самом высоком этаже, кажется, лифт нам придется ждать долго. Повисло неловкое молчание. — Мне кажется, или Вы не очень рады общению со студентами? Она прищурившись, посмотрела на меня. — Я практикующий психолог. Преподавание не мой конек, если быть откровенной. Только никому не говорите, — снисходительно улыбнулась она мне. — Со мной можно на “ты”. И Вы ошибаетесь, у Вас очень хорошо получается, — вполне искренне сказал я. Мы наконец вошли в лифт. — Вам какой? — спросила она меня. Кажется, еще долго мне придется переходить через этот барьер. — Первый. Сама она нажала на четвертый, возвращаясь на кафедру. — Мне очень нравится психология в Вашем исполнении, заинтересовывает, заставляет более углубленно изучить предмет, — после недолгого молчания продолжил я. Я стоял у нее за спиной и еле сдерживал себя, чтобы не опустить взгляд на ее зад. Она молчала. — Нравится, говорите, — наконец, сказала Камилла. Четвертый этаж. Она вышла, потом резко обернулась и добавила: — А психология-ли? Дверь закрылась. Блять, она меня раскусила. На следующей лекции нас ждала та самая проверочная работа на 10 минут. И она состояла из вопросов, на которые влегкую можно было ответить, если действительно слушать преподавателя. Варианты вопросов всем раздавались в разнобой, поэтому списать у кого-то не представлялось возможным. Да и мне это было не нужно, я справился с вопросами за три минуты, практически первым сдав свой листок. Камилла Эдуардовна очень внимательно следила за аудиторией, прохаживаясь мимо рядов. Она подошла к одному на вид неприметному парню и постучала пальчиком ему по плечу. — Молодой человек, встаньте, пожалуйста. Как только Олег встал, по аудитории прокатился звук падающей тетрадки. — Можно Вашу фамилию? — Тимофеев, — она отметила в своем блокноте что-то. — Олег Вячеславович, Вы можете быть свободны. Увидимся на следующей лекции. Следующей жертвой оказалась Соня, которая гуглила вопрос. — Софья Игоревна, Вы тоже можете быть свободны, — спокойным голосом, произнесла она. Как только все сдали листки, Камилла Эдуардовна проговорила: — Прекрасно, что обошлись сегодня малыми жертвами. Надеюсь, в следующий раз мне не придется никого выгонять. И помните, что выгон из аудитории равен пропуску. Вероятность одна из четырех может стать фатальной для Вас. Спасибо за продуктивную работу. Увидимся на следующей лекции. В этот раз Камилла покинула аудиторию слишком быстро, я даже не успел опомниться, как ее уже и след простыл. Даже и не знаю, как теперь вести себя: продолжать давить на свою симпатию или же все отрицать. Психология была у нас второй парой, предстояло еще отсидеть, как минимум, две. После универа я собирался поехать к Артему и обсудить с ним один намечающийся концерт. Концерт был благотворительный, следовательно, за него никто не заплатит, но это будет хорошая возможность засветиться в тусовке шоу-бизнеса. Между третьей и четвертой парой ко мне подошла Лера. Я обедал в столовой с Лукой, и смеялся над его фейлом, который он допустил на проверочной по психологии. Как только я увидел недовольную рожу Леры, мое настроение упало на ноль, сейчас будет ссора. Она плюхнулась на стул рядом со мной. — Ты мне ничего сказать не хочешь? Я поднял бровь от недоумения. — Нет! — Какого хрена ты уезжаешь уже который день в универ без меня? Странно, я думал, что она начнет предъявлять претензии, что я поздно вчера вернулся домой. — Я тебе что в водители нанимался? — раздраженно проговорил я, — Ты не думала, что у меня могут быть какие-то дела? Мир крутится не только вокруг тебя, детка, — покрутил я пальцем возле ее глаз. Она возмущенно ударила меня по руке. — Ладно, тогда оплачивай такси. — А науй ты не пошла бы! — я чуть не захлебнулся от злости. Как я умудрился посадить ее себе на шею, да еще и помог свесить ножки? — Схожу, не на твой, так на чей-нибудь другой, — со злостью она пнула мой стул. — Арривидерчи, — махнул я ей рукой вслед. — Чет, жестко вы, — сказал Лука, доедая свой бутерброд. — Да? Я уже не замечаю, кажется, мы последнее время только так и разговариваем. — Уважением здесь и не пахнет. Я задумавшись, пронес вилку с салатом мимо рта. — Может, глядишь, тебе придется искать новую спутницу к осеннему балу, — хохотнул Лука. — Да ну, ты пойдешь что ли? — Ну смотря какая компания соберется. Чего бы и не бухнуть лишний раз с одногруппниками?! — Слушай, а почему бы мне не выступить? — и почему мне эта идея раньше в голову не пришла? — Так, все пока, мне нужно забежать на кафедру и узнать, кто занимается организацией этого праздника жизни, — так и не доев салат, я полетел на четвертый этаж, пока не началась новая пара. Влетая на кафедру, я столкнулся с выходящей из помещения Камиллой. У нее от испуга вылетела книга из рук. — Простите, — тут же я нагнулся, чтобы подобрать пособие и протянул его ей. Мое дыхание до сих пор не выравнялось. — Это, кстати, Вам, Константин. Я, наконец, ее нашла, очень советую, — мило улыбнулась она мне. Я, все еще немного задыхаясь, улыбнулся ей в ответ. Она стала выходить в коридор. — Камилла. Она обернулась. — Эдуардовна. Извините, я бежал, и дыхание все еще не выровнялось, — попытался я соврать, — а Вы не знаете, кто у нас на кафедре занимается организацией осеннего бала? — Я, — стала уходить она. Что за привычка, уходить во время разговора? В следующую секунду она сама ответила на мой немой вопрос: — Извините, у меня пара. Я последовал вслед за ней. — Это очень здорово. Камилла Эдуардовна, у меня к вам дело, — вызвал я для нее лифт, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Она с сомнением посмотрела на меня. Приехал лифт и я встал в дверях, не давая ему закрыться. — Давайте мы обсудим это потом? — Можно после этой пары? Это очень важно. — Можно. У меня пара у потока востоковедения в аудитории 1407. Я отпустил двери. Блять!