Ты готов быть рядом?

Я медленно опустил стакан на стойку и так же медленно повернул голову на довольного Луку. — Ты по ебалу захотел получить? — Так я ж не с целью обидеть, я тебе реальный факт рассказываю. Мой батя рассказывал по пьяни, что имел дело с твоей Камиллочкой, она сопровождала его куда-то. Но надо признать, что шлюха она элитная, берет дорого и не от кого попало... Я крутанулся на стуле к Луке и резко схватил его за рубашку: — Лука, мы оба знаем, что пиздабол ты еще тот. Лучше скажи, что просто пизданул, что в голову пришло и я тебя, так уж и быть, бить не буду. — Спроси у своей Камиллы. Хотя она вряд ли признается, что эскортница, раз столько времени водила тебя за нос. Но мне безосновательно пиздеть вообще нет смысла. Я отпустил рубашку Луки, на секунду отвернулся от него и через мгновение ударил ему кулаком в нос. Тот от неожиданности оступился и повалился спиной назад, я сел сверху на него и стал бить его по лицу. Вокруг нас поднялась паника, все вокруг стали верещать. Когда у Луки потекла кровь из носа, чьи-то сильные руки попытались снять меня с него и оттащить в сторону. Я разбил кулак о лицо Луки знатно. В толпе я увидел, как к нам приближается обеспокоенная Камилла. Я вырвался из цепких рук парня, который меня удерживал, и устремился к Камилле. Я резко схватил ее за руку и потащил ко входу, она еле успевала за мной. Мы вылетели из здания, не успев забрать пальто. Я ринулся к своей припаркованной машине, не отпуская руки Камиллы. Я не слышал, как она кричала и просила остановиться, она пыталась вырваться, но я крепко держал ее за запястье. Подлетев к машине, я толкнул ее спиной к дверце и взял за горло. Она смотрела на меня испуганно, по щекам ее текли слезы, Камилла начала дрожать то ли от холода, то ли от страха. Я было открыл рот, чтобы задать свой вопрос, но перед глазами стали пробегать флешбеки, благодаря которым я понял, что правда всегда была перед моим носом, но я ее не замечал.

“Что эта девушка делает с “мужчинами”?” Поездка на Бали... Поездка в Венецию... Тренировочный зал с тренером на зарплату преподавателя, шмотки, салоны, тачка, мотоцикл... 50 штук на мои клипы…

— Ты проститутка? — спросил я срывающимся голосом, не отпуская горло Камиллы. — Отпусти меня! — Отвечай! — крикнул я с яростью прямо ей в лицо. Камилла молчала, закрыв глаза, по ее щекам уже градом текли слезы. Я ослабил хватку, потом опустил руку, сжав кулак. Мне так хотелось дать ей пощечину, но я не стал опускаться до этого уровня. Я с безразличным лицом сделал шаг назад, тяжело дыша. Мне показалось, что я потерял нюх — Камилла больше не пахла так приятно. Мне показалось, что я потерял остроту зрения — она уже не была так красива. Все ее черты лица и изгибы тела стали чужими. — Села в машину! — сказал я металлическим голосом. — Мэл.. — Села в машину, я сказал!!! — я даже и не думал, что могу так кричать. Я еще никогда не был так зол. Это был злобный рык самого кровожадного зверя. Камилла настолько испугалась, что дрожащими руками потянулась к дверце машины. Я сел на землю, скрестив ноги и держась за голову, попытался взять свое дыхание под контроль. Чуть успокоившись, я встал и сел за руль. Завел двигатель. Камилла все еще дрожала. — Мэл, выслушай меня... — Заткнись! Закрой свой рот! — Мэл, я ни с кем не спала, клянусь тебе. Поверь мне, Мэл…, — рыдала Камилла. — Закрой блять свой рот! Откроешь его только тогда, когда я скажу! — со всей дури стукнул я по рулю. Камилла руками закрыла себе рот, чтобы приглушить свои рыдания. Она выла всю дорогу, ее плач перешел в истерику. Я же пытался держать свою злость под контролем, излишние эмоции за рулем были ни к чему. У меня не было сил посмотреть на нее, так как я понимал, что сам могу разреветься белугой, настолько огромная дыра была на душе. Припарковавшись около дома и заглушив мотор, я сделал глубокий вдох. — Мэл, выслушай меня, — попробовала она дотронуться до моей руки, как только я почувствовал ее теплое прикосновение, я отдернул руку. — Пошли наверх. Камилла стала мотать головой. — Нет, не пойду, я боюсь. Давай решим все здесь. Я вылез из машины и пошел к ее двери. Открыв дверцу, я стал вытаскивать ее из машины. — Я тебя не буду трогать. Здесь орать на тебя я тоже не стану, все будет слышно соседям. — В квартире тоже будет все слышно. Мэл, ну прошу, ну выслушай меня, — нехотя она вылезла из машины. — Я вообще не буду на тебя орать. Я просто соберу твои вещи и выброшу тебя из своей жизни, — я сильно схватил ее за локоть и потащил к подъезду. Уже в лифте Камилла постаралась приблизиться ко мне. Я постарался максимально аккуратно оттолкнуть ее от себя. — Не подходи ко мне. Не заставляй поднимать на тебя руку. Ты мне противна! — Я не спала ни с кем, Мэл! — Но ты проводила время в компании с богатыми мужчинами, чтобы заработать себе на одежду? — Нет, конечно, на одежду нет. — А на что? — спросил я в шоке, как будто даже то, что она зарабатывала так хоть на что-то, было в порядке вещей. Дверь лифта открылась на нужном этаже. Мы залетели в квартиру, Камилла, рыдая, пыталась до меня дотронуться, но я из раза в раз пытался не позволить ей этого сделать. Мой разум застилала пелена ярости. — Ты все это время врала о себе! Где находишься и с кем! Как зарабатываешь деньги! Как мне противно сейчас стоять рядом с тобой! Как ты могла так предать меня, ложиться в постель к богатым папикам…, — орал я. — Я ни с кем не спала, боже, Мэл, дай мне объяснить. Все совсем не так, — цеплялась она за мой локоть. — Я не хочу тебя слушать. Проваливай из моей жизни! — я снова отнял от нее свой локоть и подошел к шкафу. Без разбору, где чьи вещи, я сгреб вещи с рандомной полки, открыл входную дверь и вышвырнул их на лестничную клетку. Камилла стояла посреди комнаты, держась за голову и рыдая. Я подошел к ней и толкнул ее в спину, чтобы она покинула комнату. Я не пытался сделать ей больно, я просто хотел поскорее вышвырнуть ее из квартиры. Она сделала шаг в сторону двери, споткнувшись, после моего очередного толчка она упала на колени. — Мэл, прошу, выслушай меня! Я делала это ради тебя, ради… — Почему ты меня не спросила, нужно ли мне это? Мне не нужны были такие деньги. Я не хочу тебя видеть больше, — я взял ее за локоть и попытался поднять, она безвольно повиновалась. — Для меня ты теперь не больше, чем шлюха, погнавшаяся за деньгами. Она встала на ноги, ее всхлипывания прекратились, я не успел снова толкнуть ее в спину, она убрала волосы с лица, поправила бретельку своего платья и повернулась ко мне с безразличным лицом. Ее эмоции выдавали только слезы, катившиеся по щекам. Она со всей силой толкнула меня в грудь, а потом влепила пощечину. Только в этот момент, я вспомнил, что она ни разу не слабее меня, но тем не менее, проглатывая унижение, я всеми силами старался не поднять на нее руку в ответ. Я держался за щеку, которая нестерпимо горела, и наблюдал за тем, как она пошла в ванную, прошлась быстро по комнате, собирая нужные вещи, а затем перешагнула порог квартиры, предварительно взяв с собой ключи от квартиры, и с невероятной силой захлопнула за собой дверь. Я заорал так громко, что мне показалось, что вот-вот разобьются стекла. Я сполз вниз по стенке и стал долбить кулаком в пол, чтобы хоть как-то выместить свою злость, которая пожирала меня изнутри. Два дня прошли, как в тумане, наверное, я много пил, поэтому абсолютно не помню, как на утро возле меня оказалась незнакомая мне девушка. Я секс-то тот даже не помню вообще, не то что, как зовут партнершу. Окончательно очухавшись, я постарался вежливо выпроводить незнакомку из своей квартиры. Чуть придя в себя, я собрался и поехал в офис впервые за три дня, мне нужно было уже хоть как-то отвлечься от ярости в груди и перенаправить энергию в мирное русло. Мне нестерпимо хотелось все крошить вокруг, меня злило абсолютно всё и все. Такого дикого морального дискомфорта я ни разу не испытывал. Уже к середине дня я понял, что не могу находиться в компании людей, я был слишком токсичен, поэтому пришлось поехать домой и постараться справиться со своими приливами агрессии в одиночку. Зайдя в квартиру, я почувствовал знакомый запах. В коридоре стоял собранный большой чемодан Камиллы, с которым она переехала в мою квартиру. Я прошел в спальню. Она стояла спиной ко мне у окна, одетая в облегающий комбинезон, открывающий спину. После взгляда на Камиллу, мой глаз скользнул по не застеленной с утра кровати. — За два дня ты успел привести в мою постель другую? — она постаралась сказать это спокойно, но дрожь в голосе была слышна отчетливо. Я сглотнул. — Откуда ты знаешь? — Чувствую, — обернулась она на меня. Ее глаза пробежались по простыне. — Хотя не надо иметь шестое чувство, чтобы это понять, — она нагнулась и достала из-под кровати использованный презерватив, в котором все еще была сперма. “Блять, вот идиот!” — Надеюсь, Мэл, это стоило того, — с безразличием в голосе она отшвырнула презерватив на простынь. — Тебе самой не смешно, обвинять меня в измене, когда.. — Я ни с кем не спала. Ни с кем! — сказала она это максимально медленно. — Это был лишь эскорт. Из точки А в точку Б. Я жалею лишь о том, что не сказала тебе об этом. Но последнее время ты не так уж сильно возражал, беря у меня деньги на клипы, аранжировку, костюмы. — Это я виноват, что ты подалась в эскортницы? — засунул я руки в карманы и вызывающе глянул на нее. — Ты в свое время, когда нужны были деньги мне, делал примерно то же самое — продавал себя. Разве нет? — ее лицо сохраняло безразличное спокойствие. На удивление себя самого, мне на это нечего было ответить. Она отошла от окна и продефилировала на каблуках к двери, проходя мимо меня. Я схватил ее за руку. — Кам... — На этом все, Мэл! — забрала она свою руку. — Кстати, спроси всё же у своего отца, откуда он меня знает. — Что? — я не мог поверить своим ушам. — Я с ним лично не имела контакта, лишь с его бизнес-партнером. А вот девчонки, которые менее принципиальные, могли бы многое о нем рассказать. Но это ваши дела, не мои, — последовала она в коридор. Камилла открыла дверь, взялась за ручку чемодана и подняла свои глаза на меня. — Прощай, Мэл! Не загуби свой талант, позволяя неправильным людям находиться рядом с тобой. Камилла вышла из квартиры и закрыла за собой дверь. Я не мог понять, чего мне больше хотелось: бежать за ней или остаться стоять на месте, позволяя ей уйти. Мои чувства разделились 50 на 50, я был в замешательстве. Я повернулся в сторону окна, мимоходом глянув на постель. Резким движением я сорвал простынь, пододеяльник, наволочки, и вместо того, чтобы кинуть все это в бак с грязным бельем, я бросил белье в мусорный ящик. Я сел на пол кухни и обхватил себя за колени. Я не мог понять, что я чувствовал, слезы молча катились по щекам, но от чего именно, я не понимал. Осознание стало приходить через день, когда начал осознавать, что хочу вернуть Камиллу или хотя бы поговорить с ней и обсудить, можно ли все вернуть. Я понимал, что моя жизнь уже не будет полноценной без нее. Я ощущал, что как будто из жизни исчез большой кусок пазла, который скреплял все остальные аспекты моей жизни. Теперь все разваливается, на душе нет покоя. Хотя злость на Камиллу и ее вранье, если быть честным не прошла, я не знал, смог бы действительно до конца ее простить. И смогла бы она простить меня. Но я хотел хотя бы попытаться, может путем разговоров мы бы смогли к чему-то прийти. Да, путь будет не легким, но Камилла стоит того, чтобы пойти против своей гордости и сделать шаг навстречу. Естественно, я звонил ей. Не дозвонившись, я стал набирать Яну, та холодно отвечала, что не знает, где Камилла. Конечно, я ей не верил, Яна была единственная, у кого Камилла могла быть в Киеве. Потом мне пришла мысль, что возможно, Камилла уехала в Витебск. Звонить ее родителям не хотелось, поэтому я набрал Вадима, понимая, что разговор с ним вряд ли выйдет толковый. Вадим так трубку и не поднял, но в один вечер он позвонил мне сам. — Привет, Мэл. Я быстро. Я хочу тебя попросить больше не звонить ни мне, ни Яне. Камилла уехала из Киева. Она не в Витебске, здесь искать ее тоже бесполезно. Камилла тебя больше не потревожит, даю слово, я об этом позаботился! Живи своей жизнью. Она попросила, — на этих словах Вадим запнулся, ему было сложно это говорить, — сказать, что она сожалеет, что так вышло, и просит прощения. Я молчал, прикрыв глаза рукой. Я понимал, что нет смысла всю эту ситуацию обсуждать с Вадимом. Чтобы Камилла ни сделала, как бы она была не права, он всегда будет на ее стороне, как и должен себя вести друг. Только потом я понял, что Вадим все знал о Камилле, это объясняло тот укоризненный взгляд парня на нее, когда мы обсуждали долг моему отцу. Только почему он позволял ей этим заниматься, я понять не мог. Не думаю, что Вадим смотрел бы на это так спокойно, если бы точно знал, что Кам спит с этими мужчинами. Или она обманывала и его, или она действительно это не делала. — Вадим, мы можем встретиться, я бы хотел вернуть деньги, которые Кам..? — от произнесения ее имени перехватило дыхание. — Оставь их себе. Всего хорошего, Мэл, — сбросил вызов Вадим. Слезы текли по щекам, горло затянуло тугой удавкой, а грудную клетку сжало от невыносимой боли. Кажется, это действительно конец. Доверие подорвано с обеих сторон, отношения больше не склеить. Теперь остается только одно, как однажды сказал мой отец, — выжить, после того, как она разбила мне сердце!