Два Солнца моей Вселенной

       Дети следовали за Профессором, проходя мимо огромных массивных дверей, за которым стоял гул — должно быть там собрались все ученики, но дети почему-то проходили дальше к другой двери, расположенной неподалеку. Зайдя в небольшой зал, толпе студентов пришлось потесниться, беспокойно оглядывая помещение.        — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец заговорила женщина строгим голосом, оглядывая толпу детей, — меня зовут Профессор МакГонагалл. Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за стол, вас распределят по факультетам — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Отбор — очень сложная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до последнего ваш факультет станет для вас вторым домом. Ваши успехи будут приносить очки, а нарушения правил отнимать их. В конце года факультет, набравший больше очков, выигрывает в соревновании между факультетами и награждается Кубком школы — это огромная честь. Церемония отбора пройдет перед всей школой через пару минут, а пока у вас есть время, чтобы привести себя в порядок. — женщина суровым взглядом осмотрела будущих студентов и ушла, закрыв за собой дверь. Все дети начали перешептываться.        — А как будет проходить отбор? — спросил Гарри у Рона, на что Адалия, стоявшая рядом, обернулась на них.        — Наверное, нам придется пройти испытание, — пожал плечами мальчик, — Фред говорил, что это очень трудно, но мне хочется верить, что он просто шутил.        Дети услышав это заволновались еще больше и принялись обсуждать, как может выглядеть это испытание. Кто-то предположил, что нужно продемонстрировать самое сильное заклинание, а кто-то подумал, что придется с кем-то драться. Адалия начала нервничать, она ни разу не колдовала кроме того раза, когда никого не было дома — ей удалось заставить книги летать по комнате, но девочка не была уверена, что этого достаточно. Не хотелось возвращаться домой и разочаровывать родителей. От мыслей Аду отвлекло бормотание Грэйнджер, которая всем хвасталась заклинаниями, которые выучила. Троица закатила глаза, отвернувшись от заучки.        Дверь снова отворилась, и Профессор, войдя, велела выстроиться всем в шеренгу по двое. Адалия встала в пару с Роном, за ними встал Гарри с каким-то светловолосым мальчиком. Осмотрев еще раз детей она сухо произнесла: «Все уже ждут вас. Идемте!» Двери распахнулись, и колонна студентов прошла в огромный зал, сразу же осматривая его и охая от удивления. Под потолком, который походил на ночное небо, усыпанное звездами, парили тысяча восковых свечей, под которыми вытянулись четыре длинных стола. За ними сидели ученики, разглядывавшие детей, перед каждым из них стояли золотые блюда и кубки, но они были пусты. В самом конце зала стоял такой же длинный стол, за которым сидели преподаватели, одетые в свои лучшие мантии, с интересом разглядывавшие новых студентов. Толпа встала к ним спиной, а Профессор меж тем поставила перед ними на вид обыкновенный табурет, а на него старую остроконечную шляпу, которая местами была потерта, а где-то даже красовались заплатки. Все с удивлением осматривали её, гадая зачем она тут, как вдруг Шляпа шелохнулась, и на ней образовалась дыра, напоминающая рот, и она запела. Шляпа пела о том, как проходит отбор и пропела про каждый факультет, а после, под громкие аплодисменты, поклонилась всем четырем столам и снова замерла.        — Тот, чьё имя я назову, выйдет сюда, сядет на табурет, и я надену ему на голову Распределяющую Шляпу. — женщина вышла вперед с огромным свитком пергамента в руках, а в другую руку взяла конец шляпы. — Начнем. Аббот, Ханна!        Светловолосая девочка с косичками, смущаясь, вышла вперед и села на табурет, взгромоздив шляпу на голову, но она была ей настолько велика, что закрыла не только лоб, но и глаза. Мгновение спустя Шляпа крикнула: «Пуффендуй!», и третий слева стол разразился бурными аплодисментами, явно намекая девчушке, что ей стоит пойти и занять свое место, что она и сделала. После Сьюзен Боунс тоже распределили на Пуффендуй, а вот Лаванду Браун, девочку с толстой косой и розовым бантом, на Гриффиндор. Мэнди Броклхерст заняла свое место за самым крайним столом по левой стороне, который отводился Когтеврану, а Миллисента Булстроуд, девочка с пухлыми щеками и недовольным лицом, определили на Слизерин. Терри Бут, которого вызвали следом, подмигнул Аде и вышел вперед, а уже спустя мгновение пожимал руку старшекурсникам с Когтеврана.        — Адалия Вайшир! — девочка, услышав свое имя, встрепенулась. Рон и Гарри пожелали ей удачи и подтолкнули вперед. Слегка краснея, Ада вышла вперед и села на табурет, надев шляпу, начав нервно теребить рукава мантии.        — Так, так… Что тут у нас? — в голове девочки раздался тихий скрипучий голос, заставив её слегка повернуть голову. — Вижу неплохой ум, индивидуальную личность, предрасположенность к творчеству. Тебе явно дорога на Когтевран, но что-то заставляет меня сомневаться. Да, это желание быть с друзьями и защищать их, совершать храбрые поступки… Как истинный Гриффиндорец. — Адалия задумалась, ей так хотелось быть с друзьями рядом, но в то же время, она понимала, что ей стоило бы учиться на Когтевране. — Не стоит переживать, дитя, друзья всегда будут с тобой, разные дома тому не преграда. — девочка слабо улыбнулась. — Когтевран!       Сняв шляпу, девочка с улыбкой повернулась к мальчишкам, улыбавшимся ей в ответ, и поспешила занять место за столом своего факультета. Староста протянул ей руку, чтобы пожать, а Бут приветливо постучал ладошкой по лавочке рядом с собой, приглашая девочку сесть. Дети продолжили наблюдать за распределением, Терри изредка что-то нашептывал Адалии, отчего та хихикала, но она хотела увидеть, куда же попадут её друзья. Грегори Гойл, держась за указательный палец, занял место за столом Слизерина, Энтони Голдштейн сел напротив Ады, приветливо улыбаясь. К большому счастью девочки, Заучка — прозвище, которые прицепилось к Гермионе — попала на Гриффиндор, правда сидела на табурете она довольно долго, что немного смутило всех, но после распределение пошло быстрее: Дафна Гринграсс — Слизерин, Меган Джонс — Пуффендуй, Невилл Долгопупс, мальчик, который в поезде потерял жабу, попал на Гриффиндор. Видимо, он так этому обрадовался, что побежал к своему столу, забыв снять шляпу.        — Верни шляпу, дружок, она ведь не принадлежит тебе после этого! — Адалия обернулась на крик, это был один из близнецов. Весь зал захохотал, а мальчик, подмигнув Аде, принялся что-то обсуждать со своим братом.        Трейси Дэвис и Блейз Забини попали на Слизерин, Майкл Корнер на Когтевран, сев рядом с Адалией. Девочке вдруг сделалось неловко, когда она поняла, что сидит в окружении одних мальчиков. Винсент Гребб присоединился к своему другу на Слизерине, Эрни Макмиллан гордо прошел к столу Пуффендуя, а Шляпа, едва коснувшись головы Драко Малфоя, сразу же выкрикнула на весь зал: «Слизерин!», чему мальчик самодовольно улыбнулся. К нему же присоединился Теодор Нотт и Пэнси Паркинсон. Настала очередь близняшек Патил — Адалия думала, что их распределят вместе, как Фреда и Джорджа, но Парвати оказалась на Гриффиндоре, а Падма на Когтевране.        — Поттер, Гарри! — в зале повисла тишина, а многие сокурсники двинулись вперед, чтобы рассмотреть мальчика, который вышел. Все внимательно наблюдали, как Гарри садится на табурет и надевает шляпу. Она долго молчала, а Гарри вцепился руками в стул. Адалия сжала кулачки, волнуясь за друга. Ещё немного подумав, Шляпа крикнула: «Гриффиндор!», и соседний стол разразился криками и овациями. Девочка, хлопая, провожала Гарри взглядом, видя как он счастлив. Со своих мест поднялись дети, пожимая ему руки, а близнецы Уизли кричали: «С нами Гарри Поттер!».       Церемония подходила к концу. Захарию Смита определили на Пуффендуй, Дина Томаса на Гриффиндор, Лайза Турпин присоединилась к Когтевранцам, настала очередь Рона, но и его распределение прошло довольно быстро — он попал на Гриффиндор, к большому облегчению мальчика, но девочка понимала, что друзья оказались на одном факультете с Заучкой и, мысленно пожелав им удачи, хихикнула. Когда Симус Финниган присоединился к Гриффиндорцам, а Джастин Финч-Флетчи и Уэйн Хопкинс к Пуффендую, Профессор МакГонагалл скатала свой свиток и вынесла из зала Шляпу. В животе у девочки заурчало, как вдруг со своего места поднялся мужчина, сидящий по центру. Его седая длинная борода была заправлена за пояс, а глаза сверкали маленькими озорными огоньками через очки-половинки, раскинув руки в сторону, мужчина начал свою речь.        — Добро пожаловать в Хогвартс! Но прежде, чем мы начнем, я бы хотел сказать парочку слов, вот они: олух, пузырь, остаток, уловка! Всем спасибо! — он сел на место, а сидящие в зале люди зааплодировали, смеясь. Первокурсники удивленно переглянулись.       Не успел живот Адалии заурчать снова, как на столе появилось множество всякой еды: ростбиф, жареная курица, свиные и бараньи отбивные, сосиски, жареный бекон и стейки, жареная картошка, вареная картошка, тушеные овощи, морковка, горох, чипсы и множество других гарниров. Ада положила себе в тарелку отварной рис, тушеные овощи, немного горошка и стейк. За ужином все стали беседовать, рассказывая о себе и знакомясь. Когда очередь дошла до Ады, то она просто неловко буркнула своё имя и то, что является полукровкой, а после уткнулась в тарелку, находя её очень интересной. Когда все съели, сколько смогли, их тарелки снова опустели, а после стол наполнился различными десертами. Ада, решив, что не стоит наедаться до отвала, положила в свою тарелку немного шоколадного пудинга, а после ванильного мороженого. Когда все снова наелись, тарелки опустели, а директор снова поднялся со своего места.        — Итак, — начал он, — когда все сыты, я могу сказать еще пару вещей. Во-первых, первокурсники, запомните, ходить в Запретный лес строго запрещено, некоторым старшекурсникам тоже пора бы это усвоить. — Профессор Дамблдор задержал на секунду свой взгляд на двух рыжих макушках. — Во-вторых, мистер Филч, наш школьный смотритель, попросил меня напомнить, что волшебство между занятиями в коридорах замка творить не следует. И в-третьих, насчет тренировок по квиддичу — они начнутся на следующей неделе. Те, кто должен играть за сборную своего факультета, просьба обратиться к мадам Трюк. И, наконец, хочу вам сообщить, что в этом учебном году правая сторона коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть самой страшной смертью. — все озадачено переглянулись, а старосты нахмурились, ведь не знали, что произошло. — А теперь давайте споём гимн нашей школы! — на лицах Профессоров застыли странные улыбки, а директор встряхнул своей палочкой, из конца которой вырвалась золотая лента, взлетая над столами, после осыпаясь вниз золотыми словами. — Каждый поёт на свой мотив и поехали! — весь зал запел.       

Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдется, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести.

      Каждый пел, как хотел. Первокурсники старались больше всех. Все закончили петь в разное время, но самые последние распевали гимн близнецы Уизли, обнявшись за плечи. Дамблдор дирижировал палочкой, а после аплодировал громче всех, смахивая слезу умиления.        — О, музыка! — блаженно протянул директор. — А теперь быстро спать.       Старосты громко попросили первокурсников собраться в одну группу и следовать за ними. Адалия, Гарри и Рон встретились в одной толпе, обмениваясь впечатлениями о первом вечере в замке, пока их пути не разошлись на одной из лестниц. Дети, вслед за старостой, поднялись в одну из самых высоких башен замка по винтовой лестнице, они оказались у двери, которая не имела ни замочной скважины, ни ручки, лишь серебряный молоточек в форме орла, коим парень постучал. Ответив на вопрос, вызвав удивление у детей, они прошли внутрь гостиной. Адалия осмотрелась. Это круглая большая комната с огромными окнами, которые слегка прикрывали голубые гардины, все пространство заставлено мягкими креслами и пуфиками, письменными столами, шкафами, заполненными книгами, напротив входа в спальни стояла статуя основательницы факультета — Кандиды Когтевран в полный рост, а куполообразный потолок был похож на звездное небо. Дети восхищенно оглядывались, пока староста не привлек к себе внимание, слегка кашлянув.        — Поздравляем! Я — староста Роберт Хиллиард, и я рад приветствовать вас на факультете Когтевран, — начал свою приветственную речь парень, — Наш герб — орёл, который парит там, куда другие не могут подняться. Цвета нашего факультета — синий и серебряный. Наша гостиная располагается на вершине башни Когтеврана за дверью с зачарованным молоточком. Из арочных окон нашей гостиной видны озеро, Запретный лес, поле для квиддича и теплицы. — он указал рукой на окна, куда все старались заглянуть, чтобы увидеть своими глазами. — Без всякого хвастовства хочу сказать, что на нашем факультете учатся умные волшебники и волшебницы. В отличие от других факультетов, которые имеют скрытые входы в гостиные, нам они не нужны. Другой интересной особенностью Когтеврана является то, что наши ученики — настоящие индивидуальности. Некоторых из них можно даже назвать чудаками, но зачастую гении не идут в ногу с обычными людьми, и, в отличие от некоторых других факультетов, мы могли бы сказать, что на наш взгляд у вас есть право носить то, что нравится, верить в то, во что хотите и говорить то, что чувствуете. — Роберт приветливо улыбнулся, давая понять детям, что они могут расслабиться и быть собою. — Что касается наших отношений с другими факультетами: вы, наверно, слышали о Слизерине. Не все они плохие, но лучше быть начеку, пока вы не узнаете ученика Слизерина достаточно хорошо. Согласно их давним традициям, они делают всё возможное, чтобы победить. Поэтому будьте внимательны, особенно на матчах по квиддичу и экзаменах. — парень щелкнул пальцами, подняв указательный палец. — Ах, да, привидение нашего факультета — Серая Дама. Остальные ученики считают, что она никогда не разговаривает, но она не прочь поговорить с когтевранцами. Её помощь особенно полезна, когда вы что-то потеряли или потерялись сами. — он снова улыбнулся, а после продолжил, — Уверен, вы будете хорошо спать. Наши спальни находятся в башенках, отходящих от главной башни. В комнатах стоит по четыре кровати, накрытых шелковыми, пуховыми одеялами небесно-голубого цвета, а свист ветра в окнах очень расслабляет. Ваши вещи уже доставлены, можете идти. — кивнув головой, он, наконец, закончил свою речь.        Кучка детей не двигалась с места, все всё ещё были под впечатлением от рассказа и от увиденного. Вдруг в бок кто-то пихнул девочку, заставив посмотреть на себя.        — Адалия, пошли посмотрим на нашу комнату! — радостно проговорила Лайза и к ней присоединились Падма и Мэнди, буквально за руки потащив девочку в спальню, заставив её смутиться. Поднявшись по ступенькам, девочки открыли дверь, над которой была надпись: «Первый курс», и восхищенно выдохнули. Комнатка хоть и была маленькая, но для четверых человек её вполне хватало. По середине комнаты находилась небольшая печка, у больших кроватей с синими балдахинами уже стояли чемоданы, а рядом на стульчике аккуратно была сложена форма, которую завтра им предстояло надеть. Девочки, ориентируясь по вещам, заняли кровати.        — Как мягко. — блаженно произнесла Падма, плюхаясь на подушку. Ада потрогала свою подушку, которая на ощупь была как облако.        — Вы сегодня будете разбирать вещи или завтра? — поинтересовалась она.        — Думаю, нужно успеть сегодня, — произнесла Мэнди, — не хотелось бы опоздать в первый день на занятия.       Разобрав вещи, девочки начали готовиться ко сну, по очереди занимая небольшую ванную, находившуюся в их башенке. Когда наступила очередь Ады, она почистила зубы и заплела две косы на ночь, вернувшись обратно. Девочки долго болтали и, к удивлению Адалии, она тоже была волей-неволей вовлечена в разговор, хоть и жутко стеснялась, но, поняв, что ей жить с ними 7 лет, попыталась расслабиться и открыться новым людям. Слишком много новых знакомств за один день. *Интересно, как там мальчишки устроились? *С мыслью о друзьях, она закрыла глаза, закутавшись плотнее в одеяло, пожелав соседкам доброй ночи. Да, Роберт был прав, свист ветра действительно расслабляет и убаюкивает. Адалия уснула с улыбкой на губах.