Перевоспитание

7:00. Пятница. С пинка распахнув дверь, в комнату Десятого влетел злющий репетитор. - Савада! Вставай, никчемный... - скинув одеяло, Реборн опешил, не обнаружив никого на кровати, где по его меркам должен был дрыхнуть ученик. - И где он только шляется?! Мысленно обматерив Цуну, Реборн вытащил сотовый телефон, набрав нужный номер, он стал ждать, когда на том конце провода поднимут трубку. - Слушаю, Реборн. - Здравствуйте, Девятый. Я по делу. - Что, снова? - Ага, уже в который раз. - А мне-то, зачем звонишь? Ищи его. - Реборн скрипнул зубами. - Я репетитор, а не нянька ему! И он уже не маленький, чтобы я вытаскивал его из какой-нибудь подворотни. - Реборн, зачем тогда по "такой" причине звонить мне? У него переходный возраст, оставь его в покое. У него это скоро пройдёт, дай ему нагуляться вволю. - Ха, а не вы ли, Девятый, говорили не отпускать его от себя не больше, чем на сто метров? Не вы ли говорили следить за ним, вдруг его кокнут за углом? А? - Я-я, разберись с эти сам, - устало отрезал Тимотео. - Ну-ну, - сбросив звонок, Реборн до трещин на корпусе сжал телефон. Киллер был в бешенстве. Во-первых, он не знает где искать Саваду. Во-вторых, как вдолбить мелкому ублюдку, что нельзя вести «такой» образ жизни. От души пнув стул, который, жалобно скрипнув, упал на пол, Реборн вышел из комнаты. *** - Ара-ара, Реборн-кун, а где Цуна? - ставя тарелку перед взрослым аркобалено, поинтересовалась Нана. - Уже в школе, маман, - процедил репетитор, поправив шляпу, чтобы скрыть злобный взгляд. - Что-то рано он ушел. Даже не позавтракал... - задумчиво протянула женщина. Киллер хмыкнул. После некоторых дел нужно было срочно искать Саваду. Это уже ни в какие рамки не лезло. Несносный мальчишка перестал ходить в школу, больше не слушался, даже на тренировки не приходил. Связался с компанией бунтарей и полудурков - так считал Реборн. Больше всего бесило то, что уже месяц взрослый аркобалено не мог поймать Цуну. Хотелось отпиздить своего ученика, чтобы примерно тот же месяц, который Реборн потратил впустую, он отлеживался с многочисленными переломами в больнице, желательно, конечно, сразу отправить в кому. Следовало скорее покончить с делами и отправится на поиски. *** 4:00. Ещё четверг. Потертые светло-голубые джинсы с дырками на коленях, обтягивающие худые ноги Савады, кеды ядовито-зеленого цвета, зашнурованные красными шнурками, черная футболка с жирной надписью: «Жизнь хуйня! Но мне-то похуй!», поверх рубашка нараспашку в черно-красную клетку, куча фенечек на правой руке, а на левой - напульсники. Шею, словно змеи, обвивают наушники и пара серебряных цепочек. Если бы кто-нибудь сейчас увидел Цуну, то точно бы перекрестился и сплюнул через левое плечо, но это ведь все тот же Савада. Немного... Ладно, сильно изменился, как характером, так и внешностью. Изменился. Просто не в то время, не в том месте оказался и подружился не стой компанией и понесло-о-ось... Клубы. Вечеринки. Сборы у кого-нибудь на хате. И снова всё по новой. Цуне казалось все это правильным, то, что сейчас будущий босс семьи Вонгола, стоя у входа в клуб, выкуривает не первую сигарету, раздумывая над тем, как закинуться сегодня дозой каких-нибудь колес для полного кайфа и умиротворения. Плыть по течению. Забыть ненадолго про Реборна, школу, Вонголу и.. Варию? «В рот бы всех переебал... Если бы мог.» - думал уже подвыпивший подросток, вновь затягиваясь и стряхивая пепел, смотря куда-то вдаль. Скорее всего, сейчас его снова ищет Реборн. Хотя, нет, посмотрев на время, Цуна успокоился. Еще не ищет, но через пару часов начнет, наверное. Поднимет на уши всех хранителей в первую очередь. Гокудера с истошными криками будет препираться с Реборном на словах, в попытке защитить интересы своего Джудайме, но так ничего и не сможет добиться от хладнокровного киллера. Цуна стал более раздражительным, сейчас он предпочитал избегать репетитора, конечно же, со временем, его все равно выловят, плюс ко всему прочему сделают жесткий выговор и попытаются избить. Несмотря на то, что уже пол пятого утра, Цуне совсем не хотелось идти домой, в любом случае никто не ждёт его там, кроме как репетитор, и тот, только по долгу своей нелегкой службы. Стоявшие возле клуба подростки кучковались у дверей рядом с громилами охранниками,чтобы поскорее пройти через фейс-контроль и развлечься в недавно открытом, но уже собравшим своих постоянных посетителей, клубе. Выкинув окурок на дорогу, Цуна решил, что пойдет прогуляться, нужно было о многом подумать, до того, как его найдёт Реборн. Алкоголь уже начал выветриваться из головы. Слегка покачиваясь из стороны в сторону, Десятый пошел в Кокуё, чтобы отоспаться. И плевать на то, что там этот ненормальный Рокудо, зато он один из тех, кто поддержал Цуну в новом увлечении. *** 13:23. Пятница. - ...вырядился, как попугай, хотя нет, ты больше на педика смахиваешь. Нахуя глаза-то накрасил?! И это наследник Вонголы. Мне стыдно за тебя, Савада. Мой никчемный ученик. Пока Реборн читал нотации, мысленно Цуна успел послать раз сто «на хуй» своего репетитора. Цуна стойко молчал, не позволяя дать волю словарному поносу, который так и лился бы из него. «Нельзя» - поставил себе цель Десятый. Слышать унизительные слова в свой адрес жутко не хотелось, но пришлось, а то если бы Савада открыл рот, Реборн возможно весь день бы до него докапывался, чего Цуна не хотел. Окунувшись в свои раздумья,насчет жизни и прочей ереси, он пропустил мимо ушей важную информацию. - А? Реборн, повтори. - В Варию, говорю, отправлю тебя на пару дней. Я уезжаю по срочному заданию, а там за тобой проследят вместо меня. - А почему сразу в Варию? Может я не хочу туда, к этим психам, - упирался Цуна. - Ты от них ну ни капли не отличаешься, - направив дуло пистолета в лоб парню, произнес Реборн. - Тем более Занзас по тебе соскучился, - гадко ухмыльнулся. - Ага, бутылкой виски мне в бошку, Занзас соскучился. Мне-то что? Ты вообще для каких целей меня туда отправить решил? - прищурился. - Неужто... Ты думаешь... - Да-да, идиот, до тебя наконец-то дошло. - Сплавить меня к ним. Я не поеду! - Холодно отчеканил Цуна, развернувшись на пятках, чтобы быстрее закончить разговор собрался выйти из кухни, но не тут-то было. - Никогда не поворачивайся спиной к киллеру. - После этого подросток почувствовал удар в затылок, а дальше лишь звенящая тьма перед глазами и глухой вакуум в голове. *** Очнулся Цуна хрен знает где. Точнее... Какого хрена он в самолете? И похоже, что самолёт летит. «Во пиздец, я попал.» - подумал Савада, рассматривая расфокусированным взглядом светло-бежевый салон самолета. Голова неимоверно раскалывалась, даже во время похмелья не было такого, все-таки репетитор хорошенько его приложил, и похоже, что еще наподдал тумаков, пока Цуна был в отключке. Занзас. Почему-то это имя не вызывало испуганного "Хи-и-и" или что-то вроде того, абсолютно ни-че-го. Было лишь отвращение. Цуна и сам не понимал почему. Просто при виде этой рожи со шрамами, почти красных глаз и всего вместе взятого, он бесился. Ну бесил его босс Варии, а поделать с этим Цуна ничего не мог, пиздюлей-то получать неохота. И тем более Реборн забрал перчатки и пилюли. Осталось лишь полагаться на свои силы и ни на что более. Потерев ушибленную макушку и решив, что со всеми проблемами будет разбираться на месте, Цуна забылся в тревожном сне. Снилась всякая всячина. Вот Занзас лыбится во все тридцать два, вот сам Цуна в свадебном платье... Цуна поморщился во сне и скрутился на сидении. ...Вот босс Варии стоит на одном колене и произносит клятву верности в вечной любви, где-то в стороне всхлипнул чувствительный Луссурия. - Блядь! - крикнул Савада, просыпаясь как раз на том самом моменте, когда ему нужно было скрепить узы брака с Занзасом. Стерев пот со лба влажной салфеткой, Цуна задумался. Что делать, когда он встретит босса так ненавистной ему Варии? Ответ нашелся довольно-таки быстро. Он будет игнорить его. Пару дней можно и потерпеть, подумаешь - жить в одном замке, главное не поубивать друг друга. *** Плавная посадка. Цуна уже в Италии. Встретил его Леви-А-Тан. Сделав рожу кирпичом, он лишь кивнул на машину. Ни здрасте, ни до свидания. Засунув руки в карманы узкачей и поправив на себе изрядно помятую темно-коричневую рубашку, Цуна послушно пошел вслед за Леви. Через пару часов они прибыли в замок Варии, окруженный сплошь деревьями и всякой зеленью. Охрана, увидев знакомую машину, сразу же открыла ворота. Громко хлопнув дверью, Цуна вылез из машины, потягиваясь и разминая затекшие конечности. - Идем за мной, - через плечо кинул Леви, направляясь в замок, Десятому ничего не оставалось, кроме как поспешить за подчиненным Занзаса. Цуне показалось странным то, что на территории было подозрительно тихо для Варии и даже, когда они прошли в замок, не было прежнего оживления, как когда-то. - Все вымерли что ли? - невольно вырвалось у Цуны, который вертел головой из стороны в сторону, осматривая замок изнутри. - Нет, на заданиях все, - отозвался А-Тан, ведя парня по коридору в направлении гостевой комнаты. - Вот, временно твоя комната, ванна и санузел там. Через час что б как штык стоял в кабинете Босса. - Понял я, понял, - дергая ручку двери, нервно ответил Цуна. Захлопнув дверь перед носом варийца, он устало вздохнул. Все-таки поездка его утомила. Напрягло общество Леви, еще больше напрягало то, что никого крикливого из варийцев он не встретил, что было удивительно. Через час еще и к Занзасу переться, чего Цуна не пожелал бы никому. Что этому от него надо? В комнате Савада сразу же приземлился в кожаное кресло, сама комната была вполне пригодна для проживания. Двухместная кровать, стол со стулом, шкаф, пара тумбочек у кровати, книжный шкаф, в общем-то всё. Около часа Цуна тыркал телефон, скачивая из интернета музыку и играя в логическую игрушку. В комнату без стука заглянул Леви. - Идём, - посмотрев на Десятого, мужчина хмыкнул. Расслабленный парень, сидящий в кресле и слушавший музыку сначала не заметил вторжения, но, увидев усатого, встал и пошел за ним. Цуна был готов дать отпор, как физически, так и морально. А значит и проблем не должно было возникнуть. Дошли до двойной двери, за которой располагался кабинет Занзаса. Затолкнув Цуну в кабинет, Леви благополучно смылся на задание. *** В кабинете было темно, это в принципе и не удивительно ведь уже 11 ночи, но даже света луны или хоть какого-то светильника не наблюдалось. Чудесным образом не споткнувшись ни обо что, Цуна шел на ощупь вперед, где, если вспомнить, должен был стоять стол и два небольших кресла. - Занзас, ты вообще тут? - недовольно пробурчал Десятый, прищуривая карие глаза и пытаясь разглядеть варийца. Нифига не видно. - Уебаться вусмерть, чем искать тебя, - фыркает Цуна, садясь прямо на пол. - Вонгольский мусор, - послышалось из темноты, - совсем охуевшим стал, видно давно по заднице не получал. Услышав ненавистный голос, Цуна захотел уебурить оттуда как можно скорее. - Да, я смотрю ты совсем обнаглел, раз так разговариваешь со мной, - набравшись смелости выпалил Цуна, что-то его мужественность медленно, но верно улетучивалась... - Нихуя себе, ты дал, Савада, - тихо рассмеялся босс Варии. - Вот и не правда, никому я не давал. Давай разойдемся по хорошему, а то я спать хочу, - зевает, - и завтра я тоже спать захочу, лишь бы от тебя подальше. Со стороны Занзаса послышался злобный рык и скрип кресла, медленные шаги по направлению к Саваде. «Надо валить» - спохватился было Цуна, но не тут то было. Занзас быстро преодолел расстояние между ними, схватил Вонголу за отросшие волосы, потянул на себя, заставляя подняться с пола и упереться руками в живот варийца. - Ты. Никуда. Не пойдешь. - отчеканил босс Варии, цепляясь за волосы Цуны сильнее, и притягивая к себе, лицом к лицу. Савада видел, как опасно поблескивают красно-коричневые омуты глаз, чувствовал чужое дыхание у своих обветренных губ. - Или тебя к батарее наручниками прицепить? Цуна вдруг схватился за руку, которая держала его за волосы, не давая отстраниться. Его лицо было слишком близком, на слишком опасном близком расстоянии. Никуда не годится. - Уйду, - капризно протянул, кулаками упираясь в грудь Занзаса. - Отпусти меня, извращенец! Вариец пропустил его слова мимо ушей. - А теперь поговорим о твоем плохом поведении. Свободная рука Занзаса опустилась на талию Цуны, сам же парень прошипел пытаясь отодрать от себя уже вторую руку. - Давай мирно разойдемся, а? Занзас оскалился. - Еще чего. Мне звонил Девятый, звонил Реборн, я уж думал еще и твой папаша позвонит, - Цуна скривился при словах об отце. - Что с тобой? В какую хуйню ты превратился? Почему не слушаешься? Ебаный, в конце-то концов, ты себя в зеркало видел, а, мусор? - Видел, что не так? - Я тебе покажу... - схватив за каштановую шевелюру покрепче, Занзас протащил Саваду до большого зеркала во весь рост, по пути включив свет в комнате. На долю секунд Цуну ослепила лампа, заставив зажмурится и моргать глазами, постепенно привыкая к свету. - Смотри. Ничего особенного в зеркале Цуна не увидел, кроме как себя и позади прижимающегося к его спине варийца. - И что? – решил-таки вывести его из себя, спросил Цуна, пристально глядя через зеркало в глаза Занзаса. - Посмотри, как ты одет, что за бабские штаны? - Занзас отпустил волосы Вонголы и, легко пробежавшись пальцами по чувствительной шее, положил руки на плечи мальчишки. Наклонившись к Цуне, босс прошептал: - Я многое слышал про тебя, мусор. Но, чтобы поверить в правдивость слухов, нужно самому увидеть. По телу прошлась нервная дрожь, а ноги предательски подкосились, из-за чего Савада плотнее прижался к боссу Варии. Внутри что-то дрогнуло, Цуна испуганно расширил глаза, по-прежнему глядя на отражение Занзаса. Всё же побыть храбрым похуистом довелось не долго. - Ч-чего ув-видеть? - чуть ли не заикаясь, пропищал Цуна. - Тебя, вонгольский мусор. Тебя. - Ты и так меня уже увидел! Пусти, Занзас!!! - взмолился шатен, начав отчаянно брыкаться, стараясь вырваться из стальных оков. Десятый испуганно ойкнул, когда босс Варии, грубо схватив за талию, повернул его к себе лицом и впечатал спиной в зеркало. - Ничему тебя Реборн не учит, - ухмыльнулся Занзас, - ладно, если не учит он, то научу я. Несколько секунд зрительного контакта с боссом Варии вылились в настоящее испытание нервов на прочность. Цуна чувствовал, как краска заливает лицо, а колени предательски дрожат, но, несмотря на это, он не желал сдаваться. - Что это? - гневно поинтересовался Занзас, неожиданно сжав пальцами подбородок притихшего парня. Повернув голову Десятого и посмотрев с левой и правой сторон, брюнет неутешительно оскалился. В кроваво-красных бесовских глазах загорелся дикий огонь предвкушения. - Какая приятная неожиданность... - прошипел Занзас, щекой прижавшись к скуле Цуны и опалив горячим дыханьем ухо парня. Шатен вздрогнул от подобного выпада, вжавшись в бездушную поверхность зеркала, чем ещё сильнее распалил босса. Утробно зарычав, мужчина впился в губы Десятого, безжалостно сминая и прикусывая колечко пирсинга в нижней губе слева. Цуна инстинктивно сжался от волн первобытной страсти, исходящих от Занзаса. Широкие ладони босса уверенно скользнули под рубашку парня, обжигая жаром своих прикосновений. Цуна выгнулся, застонав то ли от боли, то ли от ранее не виданных ощущений, когда Занзас сдавил бока парня, одновременно прокусывая слегка припухшую губу. Брюнет неистово напирал на молодого вонголу, вжимая того в многострадальное зеркало, успевшее многое повидать за эти несколько минут. Скользнув языком по кровоточащей ранке на губе Цуны, Занзас углубил поцелуй, поймав пошлый стон. Десятый был просто в неописуемом "восторге" от того, что творилось с его телом, от прикосновений ненавистного босса Варии. Что творит с ним этот красноглазый демон?! Почему Цуна так возбудился лишь от одного взгляда этого извращенца?! - Мусор, да ты полон сюрпризов, как я погляжу... - оторвавшись от истерзанных губ, Занзас расплылся в поистине зверской улыбке. - Губы, язык... Интересно, где ещё ты скрываешь железо? - усмехнулся брюнет, снова целуя Десятого, который вяло отвечал на ласки и то в тех случаях, когда босс начинал поигрывать со штангой в языке парня. Не желая терять времени зря, босс Варии стянул с разморённого вонголы рубашку и принялся было за брюки, но парень недовольно пискнул и толкнул мужчину в грудь. Такой расклад Занзаса явно не устроил. Всё же, если он хочет перевоспитать мальчишку и направить, так сказать, на "путь истинный" то ему нужно срочно что-нибудь предпринять. Не выпуская парня из стального захвата, мужчина вальсирующим движением довёл Цуну до стола и, открыв верхний ящик стола, достал оттуда несколько подозрительных предметов, что ещё с незапамятных времён хранил для особых случаев вроде этого. Цуна не успел издать и звука, как его рот оказался заткнут кляпом. Довольный результатом Занзас, повернул парня лицом к зеркалу и больно поцеловал в голое плечо, глядя исподлобья в глаза отражению парня. - Ну как тебе, мусор, нравится? Услышав невнятное мычание протеста в ответ, босс осклабился и силовым приёмом заставил непокорного, возбуждённого, парня встать в колено-локтевую позу. - Смотри! Я хочу, чтобы ты видел, как меняется блядское выражение твоего лица! - зарычал Занзас, шлёпнув Цуну по оттопыренной заднице. Десятый промычал что-то явно ругательное и попытался пнуть босса в живот, но... Как оказалось зря Цуна вообще предпринимал попытки сопротивления. Возбуждённый и злой Занзас навалился на десятого, пятная спину непокорного засосами-укусами и попутно стягивая с парня остатки одежды. Голый, красный как помидор парень, отражённый в зеркале, выглядел до ужаса развратно, особенно когда за его спиной встал загорелый полностью обнажённый мужчина. Испуг и обречённость, промелькнувшие в карамельного цвета глазах, остались незамеченными. Наверное, в тот момент, когда ануса Цуны коснулись чужие пальцы, смазанные чем-то холодным и скользким, парень решил встать на путь исправления, ибо ещё одной такой встречи попросту не переживёт. "А ведь будет ещё и завтра" - с ужасом подумал парень, вздрагивая от неожиданного проникновения. Несмотря на пожар во всём теле и неизвестно откуда взявшуюся злость и азарт, Занзас предпочёл как следует подготовить парня, чтобы тот выдержал предстоящую скачку и попросту не подох от потери крови, если вдруг мужчина в порыве страсти порвёт его. Когда с растяжкой было покончено. Занзас, наконец, дал свободу своему зверю, который просто рвал и метал от желания подчинить это безвольное похотливое тело молодого вонголы. - Советую постараться, маленький сучонок! - рыкнул брюнет, схватив Цуну за волосы и грубо приложив того лбом об пол. Вонгола заскулил, словно укушенная собака и попытался выползти из-под мужчины, но тот, резко рванув юношу на себя, вошёл в него по самые яйца и, не дав привыкнуть, начал размашисто трахать, рыча и матерясь от удовольствия, накрывшего с головой. Первые несколько толчков Цуна скулил, царапал пол, пытаясь унять слёзы, подступающие к глазам. Босс Варии, до синяков сжав ягодицы парня, подтянул того к себе, меняя угол проникновения и откидывая голову назад от удовольствия, которое волнами электрических разрядов проходило по позвоночнику от самого затылка и до кончиков пальцев на ногах. Цуна взвыл нечеловеческим голосом, не мешал даже кляп, стиснутый между зубов. Шатен медленно охуевал, от того, с какой скоростью блядская натура овладевает разумом, выживая из него мало-мальски здравые мысли. Занзас словно обезумевший вколачивался в податливое тело Десятого, постепенно переходя на медленные ритмичные движения. Босс словно передавал своё животное безумие, одержимость таким откровенным способом. Каждое движение брюнета отдавалось где-то в висках у юного вонголы. Савада скулил, пошло стонал, временами срываясь на крик. Десятый метался в стальных руках своего мучителя, позабыв обо всём. Было похуй на взаимную, как казалось, нелюбовь друг к другу, на боль, на злость... Осталось лишь удовольствие, выходящее за все рамки разумного, запах секса и этот выжигающий до тла жар сплетённых в диком танце тел. Савада выгнулся, подставляя растраханную дырку, чтобы проникновение было ещё более глубоким, чувственным, жарким. Цуна был оглушен, собственными стонами, криками, биением яиц и свою задницу, чмокающими звуками скользящего члена в себе, не слышно было лишь сердце, которое ухнуло в небытие. Занзас рычал, впиваясь пальцами в худые ягодицы, и трахал развратного мальчишку. Босс потерялся в ощущениях, казалось, что всё его тело превратилось в один оголённый нерв. Совершив ещё пару резких движений, Занзас с утробным стоном кончил в Цуну. Перед глазами Варийца плясали разноцветные искры, а в паху снова поднималась пламенная буря. Занзас презрительно посмотрел на раскрытую дырку Десятого, на его позу... Видимо, сегодня босс одним разом не орграничится, особенно если учесть тот факт, что Цуна так и не кончил. Покинув жаркое тело, вариец дотянулся до стола, на котором лежало несколько предметов, при помощи которых он собирался воспитывать распоясавшегося мальчишку. Цуну мелко потряхивало от удовольствия, член уже ныл, но чтобы кончить, Цуне не хватило ещё пары особо глубоких проникновений или хотя бы дотронуться до болезненного стояка, и похуй что пришлось бы дрочить на глазах у Занзаса. Десятый глубоко и прерывисто дышал, впиваясь пальцами в бездушный деревянный пол, покрытый тёмным лаком. В голове всё заволокло непроглядным туманом желания. Шатен слышал, как зверем зарычал Занзас, почувствовал, как всё внутри обожгло струёй чужой спермы... Это было настоящим безумием, неизлечимой болезнью, что мучила невыносимыми агониями. Хотелось выть, биться о стены, целовать, кусать, обнимать всеми конечностями, насаживаясь на возбуждённый член. Цуне стало плохо от собственных мыслей. Мальчишка бы и дальше продолжил убеждать себя в том, что это всего лишь секс, если бы не лёгкое прикосновение чужих пальцев к плечам. Щёлкнула застёжка на затылке и ненавистный кляп, наконец освободил рот. - Ты просто отличная подстилка... - выдохнул куда-то в затылок Занзас и прикусил за загривок паренька. Испуганное "хи-и-и-и" раздалось почти в полной тишине, и Цуна кончил. - Маленькая, развратная шлюшка... - усмехнулся брюнет, шлёпнув парня по заднице. Через секунду, Десятый ощутил нечто круглое и холодное возле входа. Когда же парень собирался задать интересующий вопрос по поводу странного объекта возле дырки, в него неожиданно, можно даже сказать резко, втолкнули несколько холодных металлический бусин разного диаметра. Цуна взвыл, когда ещё несколько шариков протолкнули внутрь. Посторонние объекты, казалось, разрывают изнутри, а их холод до дрожи в коленях обжигает простату. Шатен постепенно терял связь с реальностью, ощущая лишь то, как внутри елозит уже хуй знает сколько метров чёртовых бус. Шарики постепенно нагрелись и теперь дарили неописуемые ощущения. Цуна кончил ещё два раза просто от ощущения небывалой наполненности. Набравшись смелости, мальчишка решил всё же посмотреть в зеркало... Ужас и похоть - сочетание не сочетаемого. Цуна застыл, разглядывая точеное отражение своего пылкого мучителя. Занзас, вольготно расположившийся позади парня, с блаженным видом вертел в руке небольшую цепочку и дико улыбался. То, что последовало дальше не сразу дошло до уставшего мозга вонголы. Вздрогнув от приятной боли в заднем проходе и лёгкого покалывания во всём теле, Савада протяжно застонал, падая на пол, ибо стоять на коленях больше не было сил. Занзас довольно рыкнул и рывками стал вытягивать бусы, прислушиваясь к пошлым, хриплым стонам измученного подростка. Было в этом что-то садистское, что заводило босса до звона в яйцах. Когда последняя бусина покинула анус, Занзас отшвырнул игрушку в дальний угол и, рывком перевернув парня на спину, вошёл в него. Горячие поцелуи-укусы, резкие толчки, казалось бы достающие до желудка, стоны, ласки. Всё превратилось в череду безумных действий, которые растянулись на долгие часы. *** - Твою ж ма-а-ать, - хрипло с придыханием выдал Цуна, как только открыл глаза. Тело ломило везде, во всех местах, будто бы его вчера поезд переехал и стадо гопорей отпинало во все возможные щели. Глаза открыть он так и не решился. Он медленно поднялся на колени, рукой держась за голову, вот снова его приложили. Поясницу ломило от боли, глаза слиплись от слез, все тело горело и жгло, внутренне Цуна уже содрал с себя испорченную шкуру и до крови расцарапал лицо. Он помнил всё, что было вчера. Это было отвратительно, его выворачивало только от одной мысли, что Занзас вытворял с его телом вчера. А он - шлюха. Блядь, который дал. Подставил свою жопу варийцу, ну не пиздец ли? Мужику подставить задницу, чтобы оттрахал. Цуна считал это неправильным. Но... Виноват он оказался сам. Реборн предупреждал его и не раз. Теперь точно нужно менять свой образ жизни. По любому. Второй такой скачки Цуна явно не переживет. Не то чтобы физически, а скорее морально. В горле засуха. Хотелось воды, которой не было по близости, так как Савада явно очнулся на полу. Спину ломило, в заднице саднило, засохшая сперма на ляжках, бедрах, на ягодицах и даже внутри. Цуна скривился. С пятиблядской попытки разлепив глаза, Цуна, опираясь о стоящее кресло, кое-как встал. На согнутых в коленях ногах, кряхтя и матерясь, придерживая рукой голову, а то вдруг отвалится от боли, медленно вышел из кабинета. На удивление внутри никого небыло, ни босса Варии, ни... Вообще никого. Без зазрения совести голый Цуна еле-еле дошел до своей комнаты. Споткнувшись чуть ли не упал у входа в гостевую комнату, благополучно дошел-таки до ванной. Благоразумно решив поберечь свою детскую психику, прошел с зажмуренными глазами мимо зеркала. Под теплыми струями воды удалось расслабиться, смывая усталость, чужую сперму, позор.. Цуна, сжав руки в кулаки, треснул ими по настенному кафелю, заскрипев зубами от своей же беспомощности и податливости. Десятый прикусил внутреннюю сторону щеки. «Бесит» - всплыло в каштановой голове. Выйдя из душа и завернувшись в махровый халат, Цуна насухо вытерся и, матерясь, упал на кровать. Распластавшись звездой и сгробастав подушку в охапку, Савада уснул. *** На следующее утро за ним приехал довольный Реборн, как выяснилось задание у него было в Италии, и он сам решил забрать своего никчемного мученика-ученика. Цуна как никогда в жизни был рад увидеть своего сурового репетитора. Оказалось, что весь второй день пребывания в Варии он проспал, странным было то, что его никто не разбудил и не потревожил. Чёртов Занзас. По старой привычке Цуна копался в штанах в поисках пачки сигарет - их как на зло не оказалось, хлопнув себя по лбу, Цуна вспомнил, что вещи которые на нем, не его, а вроде как Франа. Увидев Саваду, Реборн ухмыльнулся. - Похоже, что ты усвоил урок. Десятый Вонгола понуро опустил голову. Ни за какие коврижки больше он не будет убегать из дома и шататься по ночным улицам Намимори, что угодно лишь бы больше никогда не видеть шрамированного лица с алыми глазами. Это, увы, было невозможно. Занзас скрестив руки и облокотившись на железные ворота, хмурым взглядом пытался прожечь дырку в спине Дечимо, который садился в машину. Реборн кивнул варийцу в знак благодарности, на что тот лишь хмыкнул. *** Спустя неделю запал жить правильно улетучился, казалось бы Цуна забыл о происшествии недельной давности. Но... - Я отправлю тебя в Варию... - Отвали, Реборн, - промычал в подушку Савада, отмахиваясь от ударов киллера, не желая вставать с кровати не смотря на то, что уже 3 часа дня. - Для профилактики, - оскалился Реборн, уже строя план, о том, какие штучки подкинет в кабинет Занзаса, для сладостных утех. - Или же я сам тебя перевоспитаю, - прошипел аркобалено. Цуне было пофиг на ругань репетитора. После ночной вылазки хотелось спать, а к Занзасу он и сам съездить собирался.