Time of your life

Сан уже не мог дождаться окончания смены, чтобы поскорей забрать милашку с аппетитной задницей домой. Было около трёх часов дня, и бар был полностью переполнен. Несмотря на громкие крики покупателей через барную стойку, требующих его внимания, Сан периодически проверял мальчишник. У них был свой отдельный столик рядом с танцполом. Бутылка шампанского была перевернута в ведерке со льдом на их столе, показывая, что она была пуста, и, если бы Сан был хоть на секундочку свободен, он бы использовал ее в качестве предлога, чтобы навестить их. Как ни странно, но он не мог сказать точно, кто был женихом или невестой. Все они были одеты по-праздничному: обтягивающие платья и ослепительные пиджаки, но он не смог разглядеть ни пояса, ни диадемы, ни чего-либо еще, что могло бы кого-то выдавать. Но после того, как коротышка с висячими серьгами попался ему на глаза, ему было уже все равно. Когда он пришел за заказом, состоящим из подноса с шотами для вечеринки, час назад или около того, милашка оставался со своими друзьями. Сан иногда замечал его на танцполе, и однажды их глаза встретились. Сан не стеснялся показывать свой интерес, зная, что он хорошо выглядел в темноте клуба со своими утонченными глазами и острой линией челюсти, и милашка улыбнулся, когда Сан подмигнул ему. Сан протянул два Лонг-Айленда через барную стойку и взял счет с покупателя. Он с улыбкой бросил сдачу в их банку для чаевых и посмотрел в зал, прежде чем кто-либо еще потребует его внимания. Милашка был на танцполе и вертелся с каким-то высоким парнем с зубастой улыбкой. Сану показалось, что он слышит смех, который красовался на этой милой мордашке. У него всё ещё оставалось десять минут до конца смены, и Юнхо, скорее всего, как обычно опаздывал, а у Сана уже чесались руки подержать что-нибудь еще, кроме коктейльных стаканов. Спустя бесчисленное множество напитков, Юнхо, наконец, появился. Он быстро извинился, перед тем, как приступить к работе, и Сан проскользнул в подсобку. Он переоделся, немного сожалея о том, что всё, что ему пришлось надеть — это простая черная футболка, и вошел в клуб, рассматривая танцпол, пока не нашел его. Сан уворачивался от локтей и танцующих тел, проталкиваясь к милашке. Он положил руки на его талию, и милашка прислонился спиной к сановой груди, покачивая своей задницей у его паха. — Не против, если я присоединюсь? — даже не понизив голос, Сан должен был говорить прямо напротив уха милашки, чтобы быть услышанным. Его губы коснулись раковины его уха, и, милашка, отодвинувшись, обернулся. Блеск вокруг его глаз стекал по скулам, а волосы прилипли ко лбу. Его шея блестела от пота и Сан едва не облизнул губы. Он выглядел восхитительно, но, к сожалению, не реагировал на подкаты Сана. — Извини, — сказал милашка и оглянулся на своих друзей. Сан поднял руки и сдался. — Ладно, — произнес он одними губами, зная, что милашка всё равно не услышит его из-за громкой музыки. Сан почувствовал на себе его взгляд, когда направился двери, смирившись с тем, что придется идти домой одному. Он несколько часов с нетерпением ждал того момента, когда разденет милашку и прильнет к нему губами, но Сан всегда мог позаботиться о себе сам. Он едва завернул за угол дома, когда почувствовал, как его схватили за локоть. Оборачиваясь, он уже был готов послать какого-нибудь алкаша, приставшего к нему, но его лицо смягчилось, когда он увидел милашку. — Там… я не мог, когда мои друзья смотрели, — сказал милашка. В его широко раскрытых глазах отражался свет уличных фонарей. Сан улыбнулся, чтобы подбодрить его, и надежда зашевелилась в его груди. — Они будут осуждать. — Я не буду. Милашка закусил губу. — Тогда отвези меня домой. — Что ты сказал своим друзьям? — Что я собирался домой. — Тогда, технически, это не ложь. Сан улыбнулся, когда милашка подошел ближе и нерешительно сунул свою руку под его куртку, положив ее на бедро. Блеск вокруг его глаз и скул сверкал под уличным светом. Он облизнул губы и прижался ими к сановым губам. Сан обвил рукой шею милашки и целовал его все глубже, пока тот не расслабился. Сан почувствовал хватку на своей талии и отстранился. — Как тебя зовут? — Уен. — Поехали ко мне, Уен-а. Они едва добрались до такси, не желая отпускать друг друга. Уен отпустил свою нерешительность, как только он согласился пойти с Саном. Его поцелуи были голодными, его прикосновения граничили с непристойным поведением. Когда Сан сказал адрес водителю, уеновы губы уже оставляли влажные следы на его шее. Сан откинул голову назад и, нащупав задницу Уена, обрадовался, что наконец-то смог взять в руки то, что хотел. Он почувствовал, как Уен покусывает его кожу, укусил его губы, чтобы тот не был грубым, и попросил водителя поторопиться. — Нетерпеливый, да? — прошептал он вместо этого. Он почувствовал, как губы Уена расплылись в улыбке, прежде чем впиться в его шею и оставить там след. Сан заплатил водителю и потянул Уена за талию в свою сторону. У двери многоэтажного здания был кодовый замок, но, когда Уен не давал Сану вводить код, Сан толкнул его к стеклянной двери, положив руки ему на грудь. — Если ты не хочешь, чтобы я отвел тебя туда, где нас кто-нибудь может увидеть, тебе нужно перестать отвлекать меня хотя бы на секунду. Уен улыбнулся своими раскрасневшимися и блестящими губами. — Никакого веселья. Сан сдержанно рыкнул. Его правая рука приблизилась к уеновой шее, и дыхание Уена участилось. — Я покажу тебе веселье. Как только мы окажемся внутри. Сан ввел код правильно только со второй попытки. Он поторопил Уена к вестибюлю, а затем в лифт, целуя его до недостатка воздуха в легких весь путь до нужного этажа. Они вышли из лифта и сумели добраться до двери Сана, не споткнувшись друг о друга. Сан закрыл за собой дверь, а когда обернулся, Уен уже стянул с себя куртку, бросив ее на пол. — Теперь мы можем повеселиться? — спросил Уен и Сан толкнул его к стене. Стон сорвался с уеновых губ, когда Сан сунул свои руки в узкие джинсы Уена, схватив его за задницу и прижав ближе, чтобы создать трение между ними. Их губы разлучились, когда Уен снял свою рубашку, и Сан задержался на секунду, чтобы полюбоваться его загорелой кожей, его чистой грудью, что поднималась с тяжелыми вздохами, и чокером с драгоценными камнями, обвивающим его шею. Сан нетерпеливо опустил уеновы джинсы. Уен чуть не споткнулся, снимая свои ботинки, но Сан держал его за талию до синяков крепко. Уен был твердым и мокрым, и Сан усмехнулся ему, прежде чем опуститься на колени. Он облизнул во всю длину уенов член и прижал ладонь к своему паху. Его джинсы были слишком тесными, но Сан пока это игнорировал. Он еще даже не снял свою куртку. — Я не думаю, что смогу продержаться долго, — сказал хриплым голосом Уен. Сан лизнул его снова. — Все в порядке, милашка. У нас еще вся ночь впереди. Сан заглотнул его и не отстраняясь, наслаждался солоноватым привкусом на языке и стонами в ушах. Он по-прежнему держал Уена за бедра, в голове помутнело от того, как он был возбужден. Такой возбужденный, распускающий руки, нетерпеливый Уен стал полностью послушным в его руках. Уену потребовалось всего несколько минут, чтобы кончить. Проглотив, Сан поднялся на ноги, чтобы сорвать в поцелуе последние стоны с уеновых губ. — Как тебе такое веселье? — дразнил Сан, оттягивая его нижнюю губу. Уен хихикнул и посмотрел на Сана сквозь темные ресницы. — Это было в меру увлекательно. — Так «в меру увлекательно», что у тебя колени задрожали? — ответил Сан и поднял его. Уен перекрестил лодыжки за спиной Сана, обвил руками санову шею и куснул его за ухо. — Не могу дождаться, чтобы увидеть, как ты выглядишь, когда проводишь самое лучшее время в своей жизни. — Ты собираешься подарить мне его? Сан не удосужился включить ни одного светильника, когда нес Уена в свою спальню. Через окно светила луна, освещая большую кровать и чистый стол. Сан откинул Уена на одеяла и смотрел, как он перемещался все выше и выше, пока его голова не коснулась подушек. Он перевернулся и, посмотрев на Сана через плечо, покачал своей задницей. — Ну? В прикроватной тумбочке было несколько презервативов и тюбик лубриканта, и Сан бросил их на кровать, прежде чем доползти до Уена. Он слегка шлепнул его по ягодице, массируя ее, а затем прижал большой палец к проходу, пока не входя в него. Уен, распахнув рот, часто заморгал и зажмурил глаза. — Я оттрахаю тебя так хорошо, что ты никогда этого не забудешь. — Тогда приступай к делу. Сан хмыкнул и открыл тюбик смазки. Он должен был догадаться, каким засранцем окажется Уен, судя по тому поддразниванию в клубе, перед тем как Уен улизнул к своим друзьям. В любом случае, Сану нравилась их своевольность. Он без дальнейших предисловий протолкнул первый палец и удовлетворенно замурлыкал, когда голова Уена опустилась. Его колени раздвинулись шире для лучшего проникновения, и Сан протолкнул палец дальше. — Больше никаких шуточек? — Сан оставлял следы поцелуев вдоль уеновой спины, пока не добрался до шеи. Застежка чокера была холодной на его губах, и он вцепился над ней своими зубами в уенову шею. Уен резко отпрянул. — Никаких следов. — Хорошо. — Сан поцеловал то место, которое он дразнил. Краснота исчезнет к тому времени, когда они закончат. «Жаль», — подумал Сан. Засосы выглядели бы великолепно на Уене. Уен толкнулся своей задницей выше, сжимая внутри санов палец. — Но ещё. Пожалуйста, хён. Сан приподнял брови в удивлении, но быстро взяв себя в руки, поддразнивающе замурлыкал. Он добавил еще один палец. — Со следами или без, но все узнают, как хорошо я уделил тебе время сегодня ночью. Уен простонал. — Это почему? — Потому что всю следующую неделю ты будешь хромать, — прошептал Сан, растягивая его пальцами на манер ножниц до тех пор, пока Уен снова не стал твердым. После трех пальцев, уенов остроумный рот был способен издавать только стоны и всхлипы. Сан мог трахать его пальцами вечно, и когда уеновы бедра начали подрагивать, он решил не останавливаться. Ему удалось поместить четвертый палец. — Ты собираешься кончить снова? — издевался он. — Когда я даже еще не успел раздеться? Как грубо. Он согнул пальцы и уеновы возражения были прерваны стоном. Сан надавил сильнее. Уен повернул свою шею, и Сан наклонился, чтобы поцеловать ее, когда Уен кончил. Сан не останавливался, пока Уен не перевернулся и не вынул его пальцы. Он тяжело дышал. Сан погладил своими смазанными пальцами уенов живот и увидел, как он дрожит. Его собственный член пульсировал на молнии джинсов, и Сан был уверен, что если он не доберется до него в ближайшее время, то кончит в свои боксеры. — Можно я трахну тебя? Сан правда надеялся, что не оттолкнул Уена слишком далеко. Что Уен не чувствовал себя слишком чувствительным или что он был достаточно удовлетворен, чтобы уйти и заставить Сана позаботиться о себе самому. Но Уен лишь улыбнулся и раздвинул ноги. — Думал, ты никогда не спросишь. Сан потянулся за презервативом, пока Уен стягивал с его плеч куртку. Они смеялись, пока боролись с ремнем, но в конце концов, Сан был обнажен и Уен был готов, раздвинув ноги и скользя восторженным взглядом по телу Сана. — Ты такой чертовски сексуальный, хён. Сан удовлетворенно фыркнул и выровнял свой член на уровне уенового прохода. Он медленно вошел внутрь, не сводя глаз с уенового лица. Сан и не заметил, что они оба затаили дыхание, пока не вошел до конца, и они выдохнули. Уен притянул его к себе и жадно поцеловал. — Так хорошо. — прошептал он в сановы губы. Сан слишком долго ждал, чтобы сдерживаться. Уен был тесным и горячим внутри и его стоны были такими сладкими. Чтобы не поддаться искушению и покрыть шею Уена засосами, Сан прижался лбом к подушке под головой Уена и начал двигать бедрами. Он трахал Уена глубоко и жестко, увеличивая скорость, когда почувствовал, что его живот сжался. Он не хотел кончать так быстро, но это невозможно было остановить. Он приподнял одну из ног Уена, положив руку ему под колено, и застонал, когда не почувствовал никакого сопротивления внутри. Конечно же Уен не мог быть не гибким. — Ты чертовски прекрасен, — Сан застонал и увеличил скорость своих толчков. Уен застонал в ответ, на этот раз лишившись дара речи, только приближая Сана к концу. Сан поцеловал его, прикусывая за нижнюю губу, чтобы не сорваться и укусить за шею. Когда он кончил, его ноги дрожали, и Сан оставался внутри, пока последняя капля не оказалась в презервативе. Его губы все еще касались уеновых, и они дышали одним и тем же воздухом. Сан со стоном лег рядом с ним. Он притянул Уена к себе за бедра, чтобы они могли продолжать целоваться, пока не успокоятся. На удивление, Уен заговорил первым. — Это было очень весело. Сан усмехнулся и поцеловал его снова. Уен был податливым, красивым и вспотевшим, на нем не было ничего, кроме бриллиантового чокера и остатков его собственного семени на животе. — Да, было. — А ты знаешь, что еще было бы весело? — В голосе Уена снова зазвучали дразнящие нотки, и Сан приподнял бровь, выжидая. Уен в последний раз лизнул его губы, прежде чем опрокинуть Сана на спину и сползти вниз по кровати. Сан не возражал, когда Уен небрежно стянул презерватив, испачкав все между его ног. Уен швырнул презерватив на пол и провел носом по бедру Сана, глядя на него с ухмылкой. — Продолжай, — сказал Сан, не отрывая взгляда от Уена, который слизал его сперму, прежде чем взять в рот быстротвердеющий санов член. Застонав, Сан наклонился и запустил пальцы в уеновы волосы. В какой-то момент ночью Сан почувствовал усталость, но сейчас, когда Уен насаживается ртом на его член, сон был самым далеким из списка вещей, которые он хотел сделать. Он сомневался, что им удастся хоть немного поспать. Уен не позволил Сану кончить, вместо этого оседлав его, пока бедра Сана не задрожали, и он не достиг своего третьего оргазма. А после Сан трахнул его так сильно, что его стоны были достаточно громкими, чтобы разбудить соседей, и прежде чем заснуть, они сделали еще один круг, на этот раз медленно, уделяя время прикосновениям, пробуя друг друга на вкус до тех пор, пока чужое тело не покажется знакомым, как у давнего любовника. В конце концов, они все-таки уснули, обессиленные и обнимающие друг друга. Когда Сан проснулся на следующее утро, солнце стояло уже высоко в небе, а его кровать была пуста. Он встал, чтобы сходить в ванную. Уеновы ботинки исчезли, а на кухонном столе не было оставлено никакой записки. Сан вернулся в постель, игнорируя разочарование в груди, и надеясь, что оно пройдет, когда он снова проснется.