Sweet&bitter

Мин Юнги — обычный омега, но, признаться, довольно привлекательный. Невысокий рост, одевается со вкусом, наносит лёгкий макияж. Работу тоже имеет весьма приличную, правда полученную по блату, но надо же как-то выживать. Отучившись на дизайнера, он смог попасть в компанию программирования благодаря Тэхёну, его другу, муж которого является директором. Чонгук ни за что не взялся бы за это дело — руководство компанией — если бы не отец, имевший в наследниках только этого омегу. Вот только по карьерной лестнице Юнги смог вскарабкаться сам, ломая ноги и разрывая колени. Его дизайн всегда на высоте, и откуда такая фантазия, спрашивается? Нельзя сказать, посмотрев на Юнги, что тот несчастлив. Можно лишь подумать, якобы отбоя от надоедливых альф нет. Так и есть. Но не нужны они Мину, ему вообще, по сути, никто не нужен. Хотя нет, есть кое-кто, за кого Юнги и умереть может. Минхо — малыш Юнги, которому пять лет, он всегда украшает будни своего папы. Только ради сына Мин подрывается с рабочего кресла ровно в 17:00 и бежит в детский сад, чтобы поскорее увидеть своё солнышко. — Папа пришёл! — мальчик отрывает свои маленькие ручки от песочного замка и несётся на встречу родителя, который уже приготовился обнять ребёнка. — Я скучал… Наконец-то Минхо падает в объятия Юнги и жмется так, будто папа куда-то уйдёт. Мин поглаживает сына по волосам, целует в макушку и поднимает голову на сурового воспитателя. Понятно, сейчас начнется… — Здравствуйте, Мин Юнги, я вроде предупреждала, что вам стоит больше уделять времени на воспитания Минхо. Сколько можно лезть в глупые ссоры с другими ребятами, а потом и кулаками махать?! — воспитательница чуть ли не дымилась от злости, оно и понятно. Минхо не из тех, кто станет соглашаться со всем и вся, наоборот, будет идти на пролом, только бы доказать свою правоту. А Юнги ничего с этим сделать не может, ведь как он запретит своему ребёнку выражать собственное мнение? Никак. — Либо ваш сын исправляется, либо вам придётся найти другой садик. — Я вас понял, извините, — Юнги слегка наклонился, а потом, взяв Минхо за руку, просто ушёл. Потому что Юнги похуй. Ему похуй на эту воспиталку, которая сразу невзлюбила Минхо по непонятным причинам; похуй на детей, что получили кулаком по лицу; да даже на смену садика похуй. Ну а че? Не ущемлять же права сына, который лишь независим от чужого негодования. — Прости, па, я не буду больше… — мальчик виновато опустил голову, смотря под ноги. — Нет, будешь, и только попробуй себя в обиду дать, ты понял? — Юнги крепче сжал маленькую ладошку в своей, ожидая увидеть глаза сына. И у него получилось, Минхо сначала с непонимание взглянул на омегу, а потом его карие бусинки засветились, а губы расплылись в улыбке. — Да, я понял! — как оживился то.

***

Поворачивается ключ, делая щелчок, и вход в уютную квартирку открыт. Маленький альфа быстро избавляется от кроссовок и скидывает со спины небольшой рюкзачок с машинками. Потом он с такой же скоростью летит в ванную и моет руки, параллельно пытаясь снять футболку. — Папочка! — Юнги уже переоделся и приступил к скорому ужину. Увидев сына, пижамная рубашка которого вывернута в другую сторону, он слегка смеётся и кивает головой, тем самым спрашивая, что тот хочет. — Я за сколько уложился? Юнги переводит взгляд на настенные часы и отвечает: — Сегодня за 5 мин и 45 секунд, дорогой, почти рекорд. А это у них игра такая: сделать все нужные по возвращению домой дела со скоростью света. — Вот только, маленький мой, папочка не так учил тебя пижаму надевать, — Мин подходит к ребёнку и помогает переодеть его "рекорды". — Так то лучше. Юнги довольно улыбается, получая в ответ такую же улыбку, и возвращается к готовке. А где, собственно, отец Минхо? Да хер знает. Вот только это вам не сюжет дешёвой дорамы, где бросают беременного омегу на произвол судьбы. Скорее этот самый омега сам бросился к нему в объятия - к произволу то есть. Как-то странно, да? Ведь все омеги мечтают о создании семьи, есть конечно исключения. Но Юнги к такому исключению не относится. Он сам желает альфу и счастливую жизнь с ним. Тогда почему, вы спросите, он оставил своего и дал дёру по первой же возможности? Испугался, че сказать. Юнги боялся не того, что альфа не захочет ребёнка и бросит его сам, а того, что если бы он Юнги попросил сделать аборт, то тот бы согласился. А убивать своё чадо такое себе предложение, поэтому и съебался от Чимина почти сразу. Чимин и есть тот самый отец, который сейчас живёт где-то и знать не знает о собственном сыне. А теперь, наверное, у вас другой вопрос: почему Чимин не нашёл своего омегу и не вернул, они же вроде как любили друг друга (да, и сильно, даже очень сильно)? Но Пак Чимин только этим и занимался на протяжении двух лет. Вот только все попытки тщетны: Юнги сменил номер телефона и место жительства. Омега проживал у Тэхёна пока был в положении, а когда родился Минхо, то смог переехать и устроиться на работу. За малышом приглядывал Тэхён или Чонгук, зависело от того, кто не работал. В общем, помогали друзья как могли. У Чимина получилось за эти пять лет обосноваться в бизнесе, так скажем, он отвлекался с помощью работы, но о своей любви не забывал, поэтому до сих пор не обзовелся новой омегой, зато вино-водочный получил. Дела пошли особенно в гору с прошлого года, когда один знакомый альфы хорошо пропиарил того. Что Юнги, что Чимин, они оба скучают по теплу друг друга, возможно, если бы Мин был посмелее, то не заставил бы страдать и себя и Пака. Поужинав и искупав себя и Минхо, Юнги наконец может отправиться спать. День выдался не из лёгких. Проект пришлось переделывать четыре раза из-за идиотских ошибок тупых подчинённых, но в итоге получилось всё замечательно. Тэхён позвонил другу и пригласил их с Минхо погулять завтра в парке, так как суббота, и обещается хорошая погода, поэтому малыш провалился в сон довольный. А Юнги долго не мог уснуть, хоть и устал, думая о том, что всё-таки на смену детского сада не так уж и похуй. С этими мыслями он и не заметил, как отрубился.

***

В парке так много людей и, в частности, детей, что приходится держать за руку не только своего пятилетнего сына, но и двадцати четырёх летнего парня, к тому же альфу, чтобы не потеряться друг от друга. Тэхён идёт впереди, ведя эту маленькую семью к небольшой речюшке, что протекает около моста в парке. Погода действительно благоухала, солнце пекло так, что, казалось, ещё немного и люди расплавятся под его лучами. — Па, купи мороженое, — попросил маленький альфочка родителя, смотря щенячьими глазами. — Пожалуйста, жа-арко. — Хорошо, дорогой, но давай сначала до реки доберёмся, там рядом магазин есть, — повернул голову Юнги на ребёнка, идущего позади и крепко держащего его руку. — Тэ, посмотри за ним, я в магаз сбегаю. Купить чего-нибудь ещё? — Мин передал руку сына Тэхёну. Они уже стояли на берегу, недалеко от дороги, через которую и находится минимаркет. — Минералку прихвати, — и тут Тэхёна тянут за рукав, где-то снизу, и шепчат: "колу, Тэ-Тэ, колу". Старший альфа улыбнулся и добавил: — Колу не забудь. Пока Юнги ходил за продуктами, Тэхён успел покатать Минхо на спине и сыграть с ним в догонялки. Потом, наконец-то, появилась пепельная макушка по ту сторону дороги. Мальчик сорвался и побежал к папе, но именно в этот момент по дороге летела чёрная машина, не думая притормаживать. У Юнги сердце в пятки ушло, а на крики Тэхёна и просьбу остановиться, малыш не реагировал, продолжая свой путь. И знаете, что сделал Юнги? Кинул в летящую тачку ту колу, что так обожает его сын. И, о чудо! Этот водила остановился, не доезжая до пешеходного перехода, по которому бежал ребёнок. У Юнги руки трясутся, а ноги не держат. Он подлетает к Минхо и крепко вцепляется в него, беря на руки. Слёзы сами собой катятся из глаз. — Никогда так не делай больше! Слышишь, никогда! — чуть ли не кричит Мин, а альфочка смотрит совсем растерянно. Но папу обнимает крепко-крепко, только бы не задушил. Из машины выходит какой-то парень, явно чувствующий вину. Его взгляд направлен в пол, а руки стали переминать края футболки, такой же чёрной, как тачка. Каким-то знакомым он выглядит, думает Юнги. И тут взгляд поднимается. Шок и только…