Всё тот же холод за окном, А ты, укутанный в объятьях. Но взгляд печалью наделён, Не это ли моё проклятье?

О том, как Чонгук со своей тёщей уживался.

Чимин и подумать не мог, что в один день, вернувшись в свою комнату общаги, наткнётся на своего хёна в таком виде...

— Папа называет меня Юнги, мама Юни, а папочка может просто детка, — и эта ухмылка, сводящая с ума на раз два. — Вот как, — Тэхён зачесывает волосы назад, с которых всё ещё стекает красная жидкость, и смотрит в глаза этой детки, что сам попросил так к нему обращаться, но… — Мне больше нравится кыса...

Такое продолжается уже в течение пяти месяцев. Кто-то пишет гадости (как он думает, гадости) на шкафчике, иногда подкидывает туда странные вещи, например, блокнот с дизайном «FUCK YOU». И, вероятно, этот кто-то надеется вывести Юнги из себя, посмотреть на его слёзы или истерику. Уже пять месяцев, как Чимин пытается привлечь внимание. Пять месяцев он вытворяет всякие неприятные вещи, лишь бы его заметили. Но Юнги будто всё равно. Он всегда спокойный и равнодушный. Сколько бы Чимин ни старался.