Строгий каратель

«Если человек не умеет управлять собой, им начинают управлять другие»

Гребанный Люцифер. Разжег во мне толику надежды на то, что я ему нужна не только в качестве мнимой помощи. Глупо было надеяться на то, что этому дьяволу нужен кто-то и что-то, не представляющее личной выгоды. Кажется, он больше не способен на чувства отличные от злости и ненависти. Возможно, это всё из-за Клэр. Возможно, он любил ее. Вот только это не отменяет тот факт, что он говнюк. До сих пор не могу понять, как я могла повестись на это его соблазнение. Противостоять Люциферу было сложно и почти нереально, но я должна была. Должна. Нельзя быть тряпкой. Я ведь дала себе обещание, что меня больше никто не обидит. Угрозы Люцифера о том, что он расскажет о стычке с Ости меня не пугали. Сегодняшний его поступок подтолкнул меня к действиям. Я просто пойду и сама расскажу об этом. Плевать. Спасибо, Люцифер. Я шла с невероятной скоростью к кабинету Фенцио. Со стороны выглядела, как человек, идущий казнить ненавистного врага. В моих глазах бушевал огонь, а на лице сияла дьявольская ухмылка. Интересно, с чего бы это? Сейчас ночь, но я без каких либо церемоний и прелюдий, типо постучаться в дверь, вхожу в кабинет ангела. Нет. Я врываюсь. Дверь с грохотом открывается, ударившись о стену. Фенцио не спит. Сидит на стуле за столом, помимо которого в комнате есть только шкаф, набитый книгами. Мда, не густо. От моего вторжения он немного вздрагивает, но старается не показывать этого. Ну а как же. Мнимое величие, бесстрашие. Он даже не поворачивается ко мне лицом. Так и чахнет над своими рукописями. Меня это злит, конечно же. — Уокер. Чем могу быть полезен? — яд так и сочился из его рта, я готова была захлебнуться им. И это ангел. Да тебе же место в аду. Фенцио всегда относился ко мне как к ничтожеству. Может брат Люцифера это Фенцио, а не Аменадиил? Ну а что? По-моему, это выглядит и звучит более правдоподобно. — На этой неделе я избила Ости. Она была вся в крови. Я готова была ее убить и убила бы. Но меня остановили, к сожалению, — он повернулся ко мне. Невероятно, спасибо. Он с грохотом встал со стула и подошел ко мне. В глазах была ярость и гнев. Ангелочек наш. Он тяжело дышал. Мне казалось, что он пытается овладеть собой, лишь бы не впечатать меня в стену да поглубже. — Вы хоть понимаете, что вы сделали, Уокер?! — шипел словно змея, я попятилась назад, он же повторял и шел на меня. — Драки запрещены! Так еще и Непризнанная избила дочь высшего демона! Как такое вообще может быть! — он истерически размахивал руками у меня перед лицом. — Вы будете наказаны, Уокер! И все, кто покрывал это. О нет, старик. Так не пойдет. — Не смейте! Виновата только я, — я выпрямила спину и встала, смотря прямо в глаза этому ангелу. — Если и наказывать, то только меня. Не трогайте никого. Я понесу наказание. — Как благородно, Вики. Мама и папа бы вами гордились, — сказал он нарочито сладким голосом. А у меня совсем сорвало крышу от его слов. Да как он смеет говорить о них, еще и в таком тоне. Гнусный ублюдок. Я сжала руки в кулаки так сильно, что ногти впились в кожу из которой начала сочиться струйка крови. Я не ощущала боли. — Вы будете отправлены на седьмой круг. Что? Я нервно сглотнула. Не может быть! Седьмой круг охраняет Минотавр. Это круг для тех, кто совершал насилие. Круг разделен на три пояса. Первый пояс носит название Флагетон. В него попадают совершившие насилие над своим ближним, над его материальными ценностями и достоянием. Это тираны, разбойники и грабители. Все они кипят во рву из раскалённой крови, а в тех, кто выныривает, стреляют кентавры. Второй пояс — Лес самоубийц. В нём находятся самоубийцы, а также те, кто бессмысленно растрачивал своё состояние, — азартные игроки и моты. Транжир истязают гончие псы, а несчастных самоубийц рвут на клочки Гарпии. Третий пояс — Горючие пески. Здесь пребывают богохульники, совершившие насилие над божествами, и содомиты. Наказанием служит пребывание в абсолютно бесплодной пустыне, небо которой капает на головы несчастных огненным дождём. Я считала этот круг самым жестоким, ну и девятый конечно. По телу пошла дрожь. Начало тошнить. — Что, дорогая, уже готовы назвать имена тех, кто скрывал ваш поступок? — Не дождетесь, — я гордо вскинула голову. — Тогда хорошего вам путешествия, — он оскалился, щелкнул пальцами и я провалилась во тьму.

***

Вокруг был запах гари и смерти. Я находилась в темной пещере, посреди которой была красная жидкость. Очень много красной жидкости. Я не могла поверить, что все по-настоящему. Перед моим взором, будто из ниоткуда, появился старый мужчина в лодке. Это был мрачный старик в грязных лохмотьях. Все его лицо обросло клочковатой седой бородой. Его плащ был завязан узлом на плечах и безобразно свисал. Да это же Харон. Перевозчик душ через реку Стикс, которая, судя по всему, была передо мной. Я стояла неподвижно. Старик заговорил хриплым могильным голосом: — В лодку. Я забралась в лодку, осторожно сев и уцепившись в нее ногтями. Больно. Страшно. Я понимала, что это не шутка. Я в аду! Меня везет Харон через реку Стикс к седьмому кругу ада, который я обязана пройти. Пиздец, не иначе. Я оглядывалась по сторонам, кромешная тьма. Ничего кроме густой тьмы. Мы плыли довольно быстро, но время будто остановилось. Я его не ощущала. Но вот я увидела что-то впереди. Увиденное ввергло меня в шок. Я еле сдержалась, чтобы не закричать от ужаса. Слева от реки, на камнях лежали младенцы с перевернутыми крестами на лбах. Это было похоже на ожог. Они беззвучно плакали и кричали. Их маленькие лица исказились в боли и отчаянии. Я поняла, что это первый круг. Круг для младенцев, которых не крестили. Они обречены на вечное страдание безмолвной скорбью. Из глаз начали течь слезы, я нервно смахнула их. Мы двигались дальше. На обеих берегах реки находилось множество голых женщин и мужчин. Было очень ветрено, я думала, что нас снесет вместе с этой лодкой. Но мы держались на удивление стойко. Мужчины и женщины пытались справиться с потоками ветра, но каждый раз падали, сдирая с себя кожу, корчась от боли. Я не смогла смотреть и закрыла глаза. Становилось все жарче и жарче. Я думала, что сгорю и задохнусь. Моему взору предстали люди, лежавшие на раскаленном песке под палящим солнцем. Возле каждого была вода и еда, но никто не мог коснуться к ним. Они лежали и изнывали от мук. Круг чревоугодников. Наконец-то жара спадала, я смогла нормально дышать. И вдруг услышала гул голосов. Повсюду ссорились люди. Дело даже доходило до драки. Все они плевались, что-то друг другу доказывая. Четвертый круг. Круг скупцов, расточителей и жадин. Пятый и шестой круг я проехала с закрытыми глазами. Я больше не могла смотреть на этот кошмар. Чем ближе мы были к седьмому кругу, тем мне становилось все хуже. Мы остановились. Я сошла на берег, который сразу же превратился в кровь. Я погрязла в ней по колено. Я шла вперед, не обращая внимания на выстрелы кентавров в тех, кто выныривал из этой раскаленной крови. Меня будто и не замечал никто. Видимо я предназначена не для первого пояса. Я шла вперед. Лес все приближался и приближался. Наконец-то я ступила на землю и осмотрелась. Гончие псы терзали несчастных. Я заметила как сбоку ко мне неслась Гарпия. Ну конечно, лес самоубийц. Гарпии должны разрывать на куски самоубийц. Вот только я не дам сделать это с собой. Я раскрыла крылья и взмыла вверх. За мной неслась недоженщина-недоптица. Голова была человеческая, женская. Лицо искажено гневом. Все остальное было от птицы. Я пыталась ускориться, но летала я довольно плохо. Гарпия была все ближе. Я почувствовала жгучую боль в правом крыле. Она зацепила меня. Я отчаянно думала, что же сделать. Я начала лететь вниз, ближе к лесу. Не останавливаясь, я сорвала огромный сук, удивившись откуда во мне столько силы. Бешеная птица неслась ко мне. Но уж извини, дорогая, сегодня ты в проигрыше. Я воткнула сук ей прямо в грудь. Вряд ли я ее убила, но потрепала знатно. Она упала вниз, а я поспешила дальше. Мои ноги погрязли в горячем песке. Я закричала во всю глотку. На меня капала горячая жидкость. Я подняла голову. Блять, да это же кровь. Дождь из крови. Надеюсь не менструальной. Мои ноги были в ожогах. Капли крови оставляли следы по всему телу. Я пыталась идти вперед. Но силы покидали меня. Я тонула в песке и этой крови. Я падала и представляла как мое тело упадет на раскаленный песок и я сгорю заживо. Но этого не произошло. Чьи-то сильные руки схватили меня и мы взмыли вверх. Я была не в состоянии открыть глаза. Была лишь тьма. И сильные руки, которые крепко держали меня.