Строгий каратель

"Меня всегда интересовали люди со странностями, которых терзают душевные муки. Я справляюсь со своими персональными томлениями, выкуривая громадное количество сигарет и слушая очень громкую музыку" Джонни Депп

Вчера, когда Люцифер задержал меня в кабинете и сказал, что Аменадиил, тот, что ангел, на минуточку, это его брат, я охренела и не смогла выхренеть. В моей голове это не укладывалось. Как так, что у сына самого Сатаны есть брат, так ещё и ангел, который о подарочке, в виде семейки из ада, и не подозревает. Люцифер ничего мне не объяснял. Сказал лишь втереться тому в доверие всеми "доступными твоему убогому мозгу способами" — цитирую придурка. Что происходит? Люцихрен не сказал. Мне надо было слепо помогать ему. Странная миссия, не находите? Тем не менее, я согласилась. Что-то внутри подсказывало мне, что я должна помочь этому кретину. Да и мне было интересно узнать, что происходит, в конце концов. Я планировала пойти в библиотеку, в надежде найти книги, которые бы помогли мне найти ответы на волнующие вопросы. Но что искать? Какую книгу? Где бы я могла прочесть о том, что у Сатаны помимо Люцифера есть ещё один сын, да ещё и ангел? Интересно, а сам Сатана в курсе своего "бастарда"? Не знаю, как ещё это назвать. Почему-то мне кажется, что владыка Ада не знает, что ангел сейчас здесь. Если он вообще здесь. Но вообще не факт, что Аменадиил является сыном Сатаны. Это всё как-то слишком абсурдно. Хм. В этой истории есть что-то странное с флёром загадки. Приказ Люцифера быть его пешкой и прослушкой, а потом резкое появление его новоиспечённого брата. Что-то мне подсказывает, что это всё не просто так. Или я слишком глубоко копаю? Я медленно слоняюсь мимо стеллажей с необъятным количеством книг. Не знаю, что ищу. Не знаю, где искать, поэтому пытаюсь зацепиться взглядом за каждую книгу, вдруг что-то привлечёт моё внимание. Большинство названий на латыни и иврите. Отчаяние найти что-либо захлёстывает с головой. Тут нужно идти с аудиенцией к Сатане, дабы узнать, что случилось на самом деле. Но, конечно же, он бы не сказал, и вряд ли бы отпустил живой. Я отпускаю эти абсурдные и смешные мысли и громко выдыхаю. Надо закругляться, я устала и жутко хочу спать. Но, видимо, Господь и Аменадиил, который тихо подкрадывается ко мне, имеют другие планы по поводу моего времяпровождения. — Ох, прости, — ангел виновато смотрит на меня, чуть ли не умершую во второй раз от испуга. То, что он подкрался ко мне незамеченным, настораживает. Вдруг он следил за мной? Наверное, я сильно испугалась, раз уж в моей голове появляются такие дурацкие мысли. — Ну, мы сравнялись. Тогда зацепила тебя я, в этот раз ты напугал меня до полусмерти. Но так уж и быть, я прощу тебя, — говорю это очень театрально, небрежно махая рукой в его сторону. — Почту это за честь, — так же драматично отвечает он. — Я бы хотел, чтобы такая прекрасная дама составила мне компанию, и мы бы прогулялись. Делаю вид, что напряженно думаю. — Дама составит компанию неосторожному ангелу. Свободный час в её плотном графике найдется. Аменадиил серьёзно кивает и подаёт мне свою согнутую в локте руку. Этот жест был мне уже знаком. Взяв его за руку, мы выходим из помещения библиотеки. Проходя по школе, ловлю на нас странные взгляды. Ну конечно, Непризнанная и ангел. Я аккуратно высвобождаю свою руку и шепчу ему на ухо: — Кажется, мы забылись. Он кивает, и дальше мы просто идём рядом без каких-либо прикосновений. Идём молча, изредка глядя друг другу в глаза. Но это молчание не тяжелое и не напрягает. Сейчас достаточно уютно и спокойно. Вскоре мы оказываемся на моём излюбленном место у воды. Я аккуратно сажусь, устремляя свой взор вдаль. — Здесь очень красиво. Я поворачиваю голову на Аменадиила, не переставая удивляться его красоте. Видимо я рассматривала его слишком долго, потому что он начинает смущаться. Я ободряюще улыбаюсь ему и киваю головой. — Это моё любимое место в этом мире. Люблю бывать здесь с друзьями днём и в одиночестве вечером. Ну, знаешь, каждый уважающий себя человек, — смеюсь этому слову, — в нашем случае существо, должно впадать вечером в меланхолию. Можно всё обдумать, проанализировать, пропустить сквозь себя, погрустить. Понимаешь? — он кивает. Я откидываю голову назад и смотрю на небо. Дело близится к закату, а небосвод сегодня особенно прекрасен. Каких только цветов нет: розовый, фиолетовый, красный, желтый и даже голубой. Восторг, граничащий с безумием. Сердце начинает биться ещё быстрее от этого зрелища. — Вики, — ангел говорит это очень тихо. Я смотрю ему в глаза, ожидая, что же он скажет. - Я чувствую, что знаю тебя вечность. Не знаю, как это описать, ведь мы знакомы совсем недолго, не знаем ничего друг о друге, но тем не менее. Когда я возле тебя или думаю о тебе, в моей груди разрастается огромный пучок тепла, — Аменадиил смотрит на меня своими болезненно красивыми глазами, в которых я готова утонуть. Мне кажется, что я чувствую то же самое. — В тот момент, когда я зацепила тебя по своей неосторожности, я поняла, что ты совершенно особенный. Может, моя неосторожность была неслучайностью, как думаешь? — я задумчиво наклоняю голову. — Одному Господу известно. — Надо будет наведаться к нему в гости. Аменадиил начинает звонко смеяться, и я подхватываю его. Мы долго сидели, разговаривая обо всём и ни о чём сразу. Я рассказала ему о самоубийстве, на что он отреагировал спокойно, и ободряюще обнял меня. Когда стало совсем темно, мы отправились в школу. Он ушел в левое крыло, я - в правое. Собираясь войти в комнату, чтобы наконец-то лечь спать, я мысленно хлопаю себя по лбу. Люцифер. Я совсем забыла, что должна быть у него с гребанным отчетом. Меня расстраивает тот факт, что я не могу телепортироваться по щелчку пальцев, как это делают ангелы и демоны. Поэтому приходиться вновь незаметно покидать школу и идти к расщелине. Спустя минут десять я оказываюсь у пункта назначения. Заношу руку, чтобы постучать в дверь, но не успеваю. Она резко распахивается прямо перед моим носом, заставляя подпрыгнуть от неожиданности. — Уокер. Ничего не отвечаю. Бесцеремонно вхожу в комнату и села в его кожаное кресло. — Ждёшь сводку новостей? — вопросительно приподнимаю бровь. В комнате присутствует искусственное освещение благодаря меноре. Причудливые тени скакают по стенам. В такой атмосфере Люцифер просто безупречен. Разве только в такой? — Ближе к делу, мы тут собрались не ради трёпки языками, — он подходит к столу, возле которого я сижу. Достаёт бутылку виску и отпивает прямо с горла. От его близкого присутствия я почувствую жар по всему телу. — Ну, я встала около девяти утра, сделала зарядку, приняла контрастный душ, — я говорю это специально, чтобы выбесить его. Попутно наматываю прядь волос на палец с максимально глупым видом. Люцифер же кое-как сдерживается, молчит и ждёт. — Потом я лежала полдня и читала Ветхий Завет. Со временем надоело. Пошла в библиотеку найти что-то поинтереснее, — выделяю интонацией последнее слова. Об истинных намерениях он, конечно же не узнает. Пока что. — Из поинтереснее я нашла только Аменадиила. Слежу за его реакцией, но её не последовало. Ни один мускул и морщина на лице не дрогнули. Всё, что делает Люцихрен - пьёт виски и выжидающе смотрит на меня. — Потом мы ушли в сад, сидели там до того момента, как я заявилась в твои покои. Всё. Ничего особенного. — Развлеклись в романтической обстановке вечера? — наконец-то хоть какая-то реакция. Он усмехается и подходит ко мне. Берёт за руку и ставит на ноги, сев туда, где только что была я. А после этого усаживает к себе на колени. Такой расклад меня не устраивает, и я, конечно же, пытаюсь встать. Но демон лишь крепче прижимает меня к себе. От его касаний по телу проносятся предательские мурашки, вызывая дрожь. Стоит ли мне говорить, что он безумно красив, и моё тело реагирует соответственно? Вряд ли. Вот только мне не хочется быть очередной падкой на его внешность дурочкой. Люцифер точно не тот, кто мне нужен. Мне всё-таки удаётся вырваться из его крепких и тёплых объятий. — Если бы это был он, ты бы так не брыкалась, да? — Это не твоё дело. Ты не посвящаешь меня в подробности, вот и я не буду. Он резко встаёт и захватывает мою шею в цепкое кольцо своей руки, слегка нажимая. Ощущения не из приятных, но дышать можно. Просто идиот какой-то, видимо, насмотревшийся человеческих фильмов о лавхейте. Смех, да и всё. — Я сам решу, что моё, а что - нет. — И это всё, на что ты способен? — стараюсь держать лицо и демонстративно ворочаю шеей, мол, слабак, давай сильнее. Именно так Люцифер и делает. Вжимает меня всей своей силой в стену, перекрывая кислород. — Ты очень привлекательна и глупа, Уокер, — он шепчет это мне прямо в ухо, отчего по телу пробегает табун мурашек. Мой организм реагирует на его голос однозначно. Демон касается губами мочки, и это сносит мне крышу. Я зарываюсь своими руками в его густые чёрные волосы, притягивая ближе. Моя тяжело вздымающаяся грудь соприкасается с его. Пахом Люцифер упирается мне прямо в живот. Что же я творю? Он хватает меня за бёдра, заставляя обхватить его торс ногами, и кладёт на кровать. Прокладывает дорожку поцелуев, начиная от левой ключицы, а затем к правой. А после этого целует. Жарко, мокро, очень пошло и нетерпеливо. Так обычно целуют девушек на одну ночь. Его рука скользит по внутренней части моего бедра, поднимаясь выше. Я откровенно стону уже прямо ему в рот, не сдерживаясь. Люцифер отодвигает ткань моих трусиков и входит в меня сразу двумя пальцами, отчего я выгибаюсь, словно кошка, подаваясь к нему всем телом. Люцифер двигается во мне быстро и ритмично, но я же хочу почувствовать его полностью. В себе. Мне было мало пальцев. Извиваюсь точно змея. Когда я подаюсь вперёд, чтобы расстегнуть ему рубашку, он вдруг останавливается и резко отходит от меня. — Я способен на это, — дьявольский оскал играет на его лице. Ублюдок. Да и я не лучше. Глупая. — Я больше не буду тебе помогать. Можешь рассказать всем преподавателям, да хоть самому Господу, что я врезала гребанной Ости. Мне плевать. Могут наказать меня, выгнать, отправить в Небытие. Всяко лучше, чем дышать одним воздухом с тобой, — я поднимаюсь, тяжело дыша, и поправляю задравшуюся юбку. — Разбирайся сам, — не дожидаясь ответа, я спешу поскорее убраться отсюда.