Строгий каратель

«Содержимое чужих писем гораздо ценнее содержимого чужих кошельков»

После того случая с Ости прошла неделя. Все эти дни я старалась избегать обоих. Не хотелось лишних разборок и испорченного настроения. Хотя, куда уж хуже? Избегать Люцифера вечность у меня не получилось. Ах, какая оплошность с моей стороны. Он находит меня вечером на балконе. Конечно же, я стою и курю. Демон появляется тихо, отчего я резко вздрагиваю. Его я здесь не ждала и поэтому не особо радуюсь такому появлению. Самолёт взлетал, колёса тёрлись, как говорится… На мой тёмный взгляд он отвечает лишь пренебрежительным фырканьем. Не церемонясь, Люцифер подходит ко мне, больно хватает за локоть, щёлкает пальцами и… пустота. Спустя пару секунд мы оказываемся в помещении, которое освещается лишь большим семисвечником. Серьёзно? Менора? Ладно, упустим эту небольшую еврейскую детальку. Лишь только я попала внутрь, начинает происходить невероятное: приступ острого восхищения, почти что любовь с первого взгляда. Ослепление, полуобморок, помрачение, от которого сжимается сердце. Откуда взялось это чувство, что я попала домой? Это необъяснимое впечатление гармонии? Может, дело в безупречной организации пространства? В охровых отблесках света свечей? Не знаю, но моё сердце делает кульбиты от прекрасного интерьера. Здесь мало мебели, но есть всё необходимое для отдыха и сна. Всё убранство комнаты подобрано в сочетании чёрного и красного цветов. Стены окрашены в первый. В центре комнаты стоит большая кровать, покрытая красным атласным покрывалом с чёрными кисточками. На окне тяжелая чёрная портьера. В одном углу спальни — стол и чёрное кожаное кресло, в дру­гом — большое овальное зеркало. На противоположной сто­роне — деревянный шкаф. В нём аккуратно сложены на полках махровые полотенца, по­стельное бельё, халаты, брюки и множество опять же чёрных рубашек. Возле кровати лежит большой пушистый господиблять тоже чёрный ковер. Хочется снять обувь и пройтись босиком, ощущая этот приятный ворс. Прохожу в центр комнаты, не зная, куда себя деть. Люцифер приглашающим жестом указывает на кровать. Она выглядит слишком идеально, но я сажусь и оскверняю это ровное убранство. Выжидающе смотрю на мужчину. Он, не торопясь, садится в кресло, достаёт два стакана и наливает виски. Поднявшись, даёт один из них мне. Делаю большой глоток, отчего жидкость приятно обжигает горло и расслабляет тело. — Я думаю, нам стоит перейти ближе к делу, — я не выдерживаю тяжелого молчания, несмотря на замечательную атмосферу комнаты, и начинаю говорить первой. Прекрасно же понимаю, о чём пойдёт речь. Не особо хочется, конечно, вариться в этом. Но деваться было некуда. Он рассматривает стакан в руке, что-то обдумывая. Взгляд серьёзный. Люцифер сейчас напряжен не только физически. Между сдвинутыми бровями залегает глубокая морщина, что говорит о его сосредоточенности на определённых вещах, которые ему важны и интересны. Наконец, Люцифер смотрит на меня сверху вниз. Это меня смущает, но благо в комнате было довольно темно и моих красных щёк не было видно. При свете дня я бы слилась с покрывалом. — Ты должна быть моими глазами и ушами в школе. Я должен знать о каждом твоём передвижении, о каждом твоём разговоре с кем-либо, а в особенности с преподавателями или Дино, — имя последнего он буквально выплёвывает. — Если ты соврёшь мне, я узнаю. И ты понесёшь наказание. Поэтому, советую слушаться. Иначе я залезу в твоё сознание и тебе очень не понравится, — он говорит это таким холодным голосом, что мне невольно начинает казаться будто температура в аду падает градусов на десять. Киваю головой, опускаю взгляд на руки, держащие стакан. Поднимаю его к губам, делаю неторопливый глоток. Люцифер как-то устало потирает переносицу и обессиленно падает обратно в кресло. — Ты ведь не скажешь мне, зачем я должна это делать? Он кивает головой. «Да». Так я и думала. — Но почему именно я? Почему ты не попросишь людей, которых знаешь? Тех, кому доверяешь? — Если что-то пойдёт не по плану, тебя не жалко, — говорит это так буднично, обыденно, будто у меня нет чувств и камень вместо сердца. Эти слова вонзаются мне под рёбра. Но нет, я не буду показывать, что меня это задевает. — О, не сомневаюсь. Ости запатентовала себя неудачницей, которую победила Непризнанная. Понимаю твой выбор, — мои глаза метают в нахала молнии. До этого спокойный и отрешенный, он становится раздраженным. — Кажется я тебе уже говорил по этому поводу. Ты глупая, если думаешь, что твои действия всё время будут сходить тебе с рук. Тот случай был последним, уясни уже наконец-то, — Люцифер отставляет стакан в сторону и расстёгивает первые две пуговицы рубашки. Я невольно задерживаю взгляд на его крепкой шее, покрытой татуировками. Не простыми. Они несут в себе целую историю. Спросить, конечно же, не решаюсь. Пошлёт меня да подальше. — Мы с тобой договорились о том, что я буду шпионить для тебя, что меня не особо радует. Конечно же, мне придётся держать всё это в тайне от друзей, придётся врать. И ты ещё хочешь лишить меня такого удовольствия как ругань с Ости? Пощади, — последнее слово я произношу с нескрываемым сарказмом. — Хочется поругаться? Встань перед зеркалом. Думаю, тебе есть что сказать этой особе. Я демонстративно закатываю глаза и встаю с кровати. — Мне пора. — Мы будем видеться здесь каждый вечер. Будешь докладывать мне обстановку, — Люцифер всё так же сидит в своём кресле, которое больше походит на трон. Демон щёлкает пальцами, и я оказываюсь у себя в комнате. Мими нет. Скорее всего, развлекается с каким-то симпатичным парнем, либо пьёт в клубе. А, может, пьёт в клубе с симпатичным парнем. Ложусь на кровать и сразу же засыпаю, на удивление, спокойным сном. Просыпаюсь я от того, что мне в лицо прилетает какой-то свёрток. Я гневно откидываю вещь от себя, открываю глаза и зло спрашиваю: — Какого хера, Мими? — Пора вставать! И это наше расписание. На этой неделе у нас все занятия в аду, — она не могла скрыть своей радости. А вот мне это не очень понравилось. Я и так буду проводить там каждый свой вечер. Не хотелось бы сильно часто появляться там. Я обречённо мычу в подушку и еле-еле поднимаю свою тушу с кровати. Надо собираться. Сегодня нас ждёт целых четыре часа демонологии. Прек-рас-но. То, что надо. Спасибо. Не успеваю я проснуться, как меня всё начинает раздражать. Начиная Мими и заканчивая волосами, которые никак не хотят укладываться хотя бы в подобие нормальной приемлемой причёски. Махнув рукой, я делаю высокий хвост и выбегаю из комнаты, не дожидаясь подругу. Решаю всё-таки держаться подальше, чтобы не поссориться с ней, ибо когда я раздражена, могу наговорить лишнего. Иду к расщелине в ад, не замечая никого вокруг, отчего цепляю плечом какого-то ангела. — Ох, прости меня. Я сегодня не замечаю ничего и никого, — начинаю извиняться перед красивым парнем, чьи волосы на удивление были чёрными, в отличие от других ангелов. Он обезоруживающе улыбается мне и, видимо, совсем не обижается. — Ради всего святого, не беспокойся. Ты в порядке? — он аккуратно берёт моё лицо в свои руки, заставляя смотреть на него. Был бы это кто другой, я наверное бы пресекла это действие. Но его красота покорила меня. Белоснежная улыбка, добрые синие глаза, чёрные, как смоль волосы, в точности как у Люцифера. А ещё он такой высокий… Как же устоять перед таким? Смотрю ему в глаза и еле слышно отвечаю, потому что в горле резко пересохло: — Всё хорошо… — облизываю губы. Этот жест же вызывает у него совсем не ангельскую ухмылку. Что-то странное в нём присутствует. Точно. Странная энергетика. Чёрные волосы. И эта ухмылка, которая показалась мне…похотливой? — Извини мои манеры. Меня зовут Аменадиил, — он отпускает моё лицо, чуть отходит и подаёт мне руку. Я пожимаю в ответ. Рукопожатие оказывается приятным, его рука была сухой, тёплой и крепкой. — Я Вики. — Ты направляешься в ад на демонологию? Я киваю. — Пойдём вместе? Мне как раз тоже туда. — Давай, — Аменадиил галантно подаёт мне согнутую в локте руку. Я принимаю такой жест. — Я тебя раньше не видела здесь. — Потому что меня здесь раньше не было, — он загадочно улыбается. — Почему? — Расскажу как-нибудь во время нашей вечерней прогулки. Я удивлённо вскидываю бровь. Даже так? — Ну хорошо, я принимаю твоё предложение, — не дождавшись его ответа, я прыгаю в пропасть. Спустя пару минут я уже стою около врат в ад. Следом за мной спускается Аменадиил, Мими и Дино. Петляя по многочисленным коридорам, мы, наконец-то, находим нужный нам кабинет. Там уже есть преподаватель, пара ангелов, Ости и Люцифер, конечно. Сажусь на противоположный ряд около окна. Возле меня садится Аменадиил. Мими этому особо не удивляется, а наоборот — радуется. Сама же садится вместе с Дино. Я ловлю на себе испепеляющий взгляд Люцифера и решаю никак не реагировать на него. Общаться и обмениваться взглядами исключительно в деловых целях по вечерам у него. Звучит так себе. Стараюсь полностью переключиться на Геральда, который начинает урок. Без шушуканья с новым знаком не удерживаюсь. По окончанию занятия собираюсь уже уходить, как мне преграждает путь Люцифер. — Чего тебе? — Кто он? — шипит демон. — Какая тебе разница? — Мы договаривались, — цедит он сквозь зубы, — отвечай. — Мой новый знакомый ангел, его зовут Аменадиил. После имени парня, лицо Люцифера вытягивается. Я не понимаю, почему у него такая реакция. Желваки на его лице начинают танцевать дикий танец, глаза становятся тёмно-красными с чёрным отливом. Спросить не решаюсь. — Это мой брат. От удивления я подскакиваю и закрываю рот рукой, подавляя удивлённый возглас. Брат? Да ещё и ангел? Люцифер, ты перегрелся в аду?