Oblivion

      Люцифер не отрывал глаз от хрупкой женской фигуры, пытавшейся вытянуть увесистый фолиант с самой верхней полки. От усердия Уокер приподнялась на носочки, заставляя до безобразия короткое худи задраться выше, оголяя белоснежные бедра. Прикусив губу, она тянула руку, которая едва цеплялась за корешок нужной книги. Позвать демона на помощь для девушки было бы знаком проявления слабости, а Дино, утомленный столь тяжелым утром, был вынужден подняться обратно в школу из-за очередного задания Фенцио. Вики сама потащилась в адскую библиотеку, все же надеясь найти что-то существенное, и у нее почти получилось, только вот рост подвел. Как и увязавшийся за ней брюнет, от которого пользы было, как от куртки в жаркую погоду.       В конце концов она подпрыгнула, тут же болезненно щурясь от острой боли в коленях. Хриплый стон вырвался из груди, в глазах поплыли очертания книг — наверняка побочные эффекты заживляющего лекарства. Вики уже собиралась сдаться и попросить демона о помощи, как почувствовала тяжелое и горячее дыхание Люцифера на своей шее. Сердце забилось в несколько раз быстрее, в то время, как он слегка наклонился и без труда дотянулся до нужного переплета. Мужчина отстранился, отчего Непризнанная облегченно выдохнула, но ненадолго: Люцифер рывком развернул ее к себе, едко усмехаясь:       — Могла бы так долго не позориться и попросить. Как вариант, могла бы воспользоваться головой. Не для красоты же она Богом дарована.       — В смысле? С каких пор небольшой рост является признаком позора? — девушка скрестила руки на груди, неосознанно отодвигаясь назад.       — Рост здесь не при чем, — ухмылка не сходила с лица демона, книга все еще лежала в его руках. — А вот о том, что за твоей спиной покоятся вполне рабочие крылья, забывать не советую.       Осознав свое идиотское положение, Вики молча уставилась на Люцифера, медленно заливаясь пунцовой краской. Когда ее голова стала походить на огромную свеклу, он не удержался и прыснул со смеху. Блондинка вздрогнула от искреннего доброго смеха, никак не ассоциирующегося с ее представлением о демоне. Кое-как справляясь со смущением, она вырвала увесистый переплет из его рук и поплелась в сторону учебного стола. Приземлившись на неудобную скамью, Вики открыла книгу, внимательно читая заголовок.       — Ну и что ты собираешься найти в энциклопедии небесных чудовищ? — Люцифер последовал ее примеру, садясь рядом и придвигаясь ближе. Девушка всеми силами старалась игнорировать нарастающее раздражение.       — Здесь должна быть хоть какая-то информация о Мальбонте, — занятая нервным перелистыванием страниц, она не удосужилась повернуть голову в сторону собеседника. — Раз уж твой папаша не постарался рассказать о нем достаточно, придется поискать здесь.       — Что для тебя значит «достаточно»?       Он снова начинал выводить ее из себя. Вики раздраженно повернулась к демону, сталкиваясь с изучающим взглядом огненных глаз. Уняв внутреннюю дрожь, она, устало вздохнув, ответила на вопрос:       — Я до сих пор не понимаю, как мы сможем все это провернуть. Понятия не имею, где можно найти остальных хранителей, — Вики сглотнула, прежде чем произнести следующую фразу. — Неизвестно, как твоя смерть поможет сохранению Гармонии…       К ее удивлению, Люцифер не огрызнулся, не начал издеваться и даже не сверкнул глазами, как он делал это обычно — лишь молча пожал плечами, всем своим видом показывая, что ему все равно на скорую кончину.       — Единственные изображенные воины на той иллюстрации — мы с тобой. Полагаю, что остальных можно найти по скрытому потенциалу души, затем развить на тренировках. Лучше думай о более важных вещах.       Она презрительно фыркнула, узнавая привычного ей демона. Вновь вернувшись к рассмотрению энциклопедии, Вики собиралась двинуться дальше со скучающим видом, как вдруг Люцифер резко остановил девушку, положив свою ладонь на ее. Она хотела возмутиться в лицо наглецу, но увидела, что его сосредоточенный взгляд прикован к изображению в книге: статный высокопоставленный демон, облаченный в сверкающие доспехи, гордо стоял на пьедестале, сжимая в руке массивный меч с искусной гравировкой. Изображение было слишком четким, казалось, что мастер работал над ним очень долго, пытаясь придать работе зрелищности, уделяя внимание каждой детали. Они долго не могли оторвать глаз от иллюстрации, после чего блондинка все же взглянула на подпись ниже.       — «Демон Мамон»? — Вики перевела недоуменный взгляд на описание мужчины. — Но Мими говорила…       Не дожидаясь ее ответа, Люцифер, резко поднявшись со своего места, немедленно захлопнул книгу, забирая ее с собой. Направляясь к выходу быстрыми ритмичными шагами, он не обращал внимания на Уокер, едко ругающуюся и бегущую за ним следом. Узкие проходы между стеллажами не позволяли ей раскрыть крылья и взмыть в воздух, поэтому Вики уже почти проклинала демона заодно с тем, кто придумал разогревающую мазь для облегчения регенерации, когда догнала его, яростно бросая:       — Мы работаем сообща!       Он остановился, оборачиваясь на разъяренную Непризнанную. Она тяжело дышала, немного согнувшись от боли. Коленки дрожали, а сквозь бинты начала просачиваться алая кровь. Серые глаза метали искры в сторону демона, не скрывая бешеной неприязни. Он несколько секунд изучал ее нелепый внешний вид, а затем грубо взял за локоть и потащил в сторону выхода. Уокер вырывалась, чуть ли не шипела, иногда скуля от боли. Брюнет не обращал на это никакого внимания до тех пор, пока они не вышли из библиотеки. Спина Вики встретилась со знакомой холодной стеной, напоминая о прошлом визите в Ад. Приготовившись к новой порции желчи в свой адрес, она онемела от удивления, когда демон присел перед ней на корточки, задумчиво разглядывая ее травмы.       — Подержи, — он сунул в ее руки книгу, сосредоточившись на ранах.       Люцифер очень надеялся, что никто из знакомых ему демонов не решит в такой час зайти в читальный зал, и начал медленно развязывать пропитавшиеся кровью бинты. Странная мазь не помогла ссадинам заживать из-за активной беготни Непризнанной, видимо, напрочь забывшей о кровоточащих ногах. Царапины были не очень глубокими, но было понятно, что бегать с ними — все равно, что ступать по остроконечным ножам.       — Ты в русалочки решила заделаться что ли? — она вздрогнула от его тихого ворчания, но когда брюнет щелкнул пальцами, вызывая синее пламя, удивление пересилило страх.       — Смотрел «Дисней»?       — Читал Андерсона.       Демон осторожно провел горящей рукой по одной из коленок, и Вики тут же ощутила, как тепло растеклось по всему телу, заставляя расслабиться. Огонь неестественно-морского цвета не обжигал — лишь приятно щекотал кожу, заживляя небольшие раны. Она прикрыла глаза, наслаждаясь странным спокойствием, и не заметила, как Люцифер поднялся, закончив со своей работой. Он выжидающе посмотрел на девушку, пока та очнулась и встретилась с ним взглядом.       — С каких пор ты целитель? — вопрос без тени страха сам сорвался с губ.       — Огонь и не такое может, напарница.       От неожиданного обращения Вики улыбнулась, не прекращая смотреть в алые глаза. Демону надоела эта затянувшаяся игра, поэтому он нетерпеливо процедил:       — Надеюсь, теперь ты теперь перестанешь ныть, мешаясь под ногами.       Улыбка сползла с лица, оставляя место раздражению. Ну конечно, он сделал это только потому, что она его достала.

***

      Они долго шли по коридору, прежде чем упереться в массивную дверь, напоминающую вход в какое-нибудь подземелье. Вики поежилась, представляя узников тюрьмы Сатаны. Люцифер уверенно постучал, мельком глядя на девушку и закатывая глаза: опять струсила. Дверь распахнулась через несколько секунд, являя перед ними голубоглазого демона.       — Отмена занятий — не повод разгуливать вместе по Аду, — Геральд окинул недовольным взглядом непрошенных гостей.       — Брось, мы знаем, что ты в курсе, — Уокер понятия не имела, о чем говорит брюнет, но на всякий случай энергично кивнула. Преподаватель вздохнул, пропуская их вперед.       Хоть Геральд и был демоном, но Вики почему-то никогда не задумывалась о том, что его класс находится на адском факультете. Он был небольшим и напоминал кабинет директора в земной школе: от такого необычного сравнения бурые крылья нервно затрепетали за ее спиной. Демон сел за заваленный бумагами письменный стол, взглядом приглашая их последовать его примеру. Опускаясь на мягкую обивку небольшого кресла, взгляд девушки скользнул по Люциферу: совершенно невозмутимый, он смотрел преподавателю прямо в глаза, молча протягивая ему энциклопедию.       — Страница сто шесть, — холод в его голосе настораживал, из-за чего ей захотелось свернуться калачиком прямо на этом самом кресле.       Мужчина быстро нашел нужную страницу, тут же обращая внимание на портрет Мамона. Брови его в недоумении сдвинулись к переносице. Глядя исподлобья на Люцифера, он медленно и четко произнес:       — Что именно тебя интересует?       — Откуда у демона алчности оказался меч? — глаза Люцифера вспыхнули недобрым огнем.       Геральд вернул свой взгляд к книге и устало потер переносицу. Вики не отрывала от него глаз, следя за каждым движением, в предвкушении полезной информации. Лицо Люцифера оставалось непроницаемым, но нервно постукивающие пальцы по ветхой деревянной мебели выдавали его интерес. Выдержав долгую паузу, преподаватель продолжил:       — Раньше Мамон был уважаемым человеком. Сильный демон, страж Обливиона во втором поколении. Единственный из выживших.       Люцифер вздрогнул. Вики перевела на него изумленный взгляд, но продолжение речи заставило ее вновь сконцентрироваться на рассказе:       — Я полагаю, вы в курсе, что меч утерян? — Геральд воспринял повисшее молчание как подтверждение своим словам. — Мамон — последний воин, который видел его. Долгое время считалось, что он, в силу своей жадности, не удержался и украл столь мощное оружие, из-за чего его посадили в тюрьму Сатаны. Он вышел, но лишился высокого чина, репутации и… семьи.       Вики с недоверием подняла глаза на мужчину. Мими несколько раз говорила, что она виделась со своей семьей, в том числе и с отцом: что-то не сходится.       — В итоге меч украл не он? — пламя в глазах Люцифера разгорелось сильнее, скулы стали выделяться отчетливее.       — Никто не знает, — преподаватель откинулся на спинку стула, пытаясь вспомнить что-то важное. — Но твой отец долго его не выпускал. Он получил помилование спустя несколько веков после смерти Лилит.       Заметив сжавшиеся кулаки брюнета, Вики напряглась. Демон, видимо, из последних сил пытался удержаться и не наброситься на Геральда. Вспомнив его недавнюю выходку с огнем и представив, какое фаер-шоу он может устроить сейчас, она поспешила уточнить:       — То есть официально он не виновен?       Преподаватель посмотрел сначала на нее, а затем бросил задумчивый взгляд на Люцифера, который, казалось, готов взорваться в любую секунду. Блондинке захотелось накрыть его ладонь своей, чтобы забрать часть напряжения себе, но она вовремя одумалась.       — Нет, — Геральд ответил сухо, с укором глядя на демона, — и фактически тоже.       Брюнет вскочил с места, намереваясь наброситься на преподавателя. Недолго думая, Уокер вскочила следом, перегораживая ему путь. Люцифер остановился в нескольких дюймах от нее: глаза горели бешеным пламенем, губы были плотно сжаты, а злой взгляд испепелял Непризнанную. Голос разума истошно приказывал отойти, но она решительно расправила свои крылья, перекрывая обзор обоим. Обычно бурые перья заискрились желтым светом, выдавая ее серьезные намерения. Справившись с диким желанием прикончить ее здесь и сейчас, Люцифер посмотрел на бесстрашную и, наконец, понял, почему она оказалась хранителем.       Выйдя из кабинета, он громко хлопнул дверью, выражая свой гнев. Вики не обратила на это внимания и направилась в сторону водоворота, однако спокойно вернуться наверх так и не удалось: демон схватил ее за запястье, разворачивая к себе. От неожиданности она чуть было не упала на него, но, чудом удержав равновесие, вновь оказалась непозволительно близко.       — Не мешай мне, — злой шепот Люцифера больше не вызывал страха.       — Испепелять преподавателей? — злобно цыкнула блондинка, продвигаясь еще ближе. Ярость затуманила разум, и она вспомнила житейскую мудрость о том, что лучшей защитой является нападение.       Пораженный демон взглянул в ее глаза, выражающие нестерпимый холод и поток слабо контролируемой ненависти. Сердце учащенно забилось, а в самых укромном углу прогнившей души затаилось восхищение. Она смотрела, не отрываясь, пока он забыл, что живым необходимо дышать. Когда завороженный взгляд невольно упал на шею, где все еще красовались следы Дино, его будто бы облили ледяной водой: они стояли слишком близко, посередине коридора школы, рискуя в любой момент быть исключенными.       Вернув напускную неприязнь, он оттолкнул ее, на всякий случай делая шаг назад. Уокер стала рассматривать мраморный пол, пытаясь стереть из памяти последнюю минуту, совершенно непонятную для них обоих. Специально стараясь задеть девушку, Люцифер толкнул ее плечом, направляясь в противоположную сторону от водоворота, безумно желая больше никогда с ней не пересекаться. Но, словно вспомнив что-то важное, остановился и в последний раз обернулся.       — Мамон несет ответственность за смерть моей матери, — каждое слово ранило хуже ножа в спину, — которую он благополучно избежал. Так что не смей покрывать тех, кто с ним заодно.       Он скрылся за поворотом, оставляя растерянную Вики стоять в коридоре. Шокирующая правда больно колола сердце, заставляя блондинку всхлипнуть. Люцифер снова выиграл.

***

      Сатана сидел в кабинете и будто бы пытался за раз уничтожить свою коллекцию спиртного. Допрос тюремщиков не увенчался успехом, оставляя дьяволу еще больше вопросов и уменьшая количество ответов. На столе осталось единственное личное дело, которое мужчина не решался убрать с глаз долой. Не желая в который раз тревожить душевные раны, он отбросил его в сторону, как и пару дней назад. Необходимо было отвлечься на что-нибудь другое, чтобы справиться с саднящим чувством вины, не покидающим его и по сей день.       Отставив бокал вина, дьявол прикрыл глаза и постарался расслабиться. Выйти на контакт с детьми сейчас казалось лучшей из худших идей, поэтому он медленно погружался в состояние забвения. Через некоторое время открыв глаза, Сатана облегченно выдохнул: все получилось. Он очутился в пустынном, объятым туманом, словно топленым молоком, парке. Единственный источник света — уличный фонарь, который тускло освещал пустую улицу, плавно растворяясь в ночи.       Мужчина нетерпеливо ждал, когда туман начнет рассеиваться и он увидит их. Простояв так около пяти минут, он нахмурился, сверля взглядом неподвижную сероватую дымку. Они не могли не получить сигнал, ведь он учил их состоянию забвения много лет. Единственной причиной игнорирования зова могло стать их присутствие на Земле.       Сатана закатил глаза: его охамевшие дети могли запросто поставить защитный барьер на Обливион, благополучно спустившись на Землю. Опять. Всадники до сих пор не знали о Мальбонте, а в планы дьявола не входило рассказывать о нем до бала единства.       — Ты долго не выходил на связь.       Чарующий голос разрезал тишину, и Сатана довольно улыбнулся. Из тумана выплыл высокий юноша в строгом смокинге. Черные, словно крыло ворона, волосы почти доходили до плеч и обрамляли необыкновенно красивое лицо, на котором дрогнула едва заметная ухмылка. От него веяло знойным морозом и неописуемой силой. Почувствовав это, дьявол нахмурился и укоризненно произнес:       — Ты старший, а выглядишь моложе Люцифера, — он приближался к сыну, пока гнев медленно застилал разум. — Если я узнаю, что ты снова начал высасывать силы из душ бедолаг, принадлежащих царству мертвых, то заставлю пожалеть о твоем бессмертии.       — Он давно завязал с этим, отец.       Раздраженный мужчина не сразу заметил, как из мглы плавной походкой вышла элегантная девушка: темные волосы были собраны в тугой пучок, многочисленные украшения усыпали идеальное тело, облаченное в обтягивающее красное платье. Безупречная до кончиков пальцев, очень похожая на свою мать, она без труда скользила по рыхлой земле на высоких каблуках. Губы, накрашенные нюдовой помадой, при виде отца растянулись в счастливой детской улыбке, отчего Сатана непроизвольно усмехнулся:       — Ты как всегда прекрасна. Без тебя они бы все уже давно сгинули.       — Я бы поспорил.       Пелена расступилась перед парнем, который, судя по внешности, недавно вышел из подросткового возраста. Кудрявые пряди темно-русых волос спадали на мягкие черты лица, из-за чего юноша был вынужден постоянно поправлять прическу. Дорогие солнцезащитные очки, черная водолазка, официальные брюки и ремень от известного бренда — Сатана в удивлении изогнул бровь.       — Только не говори, что ты снова играешь, — услышав усталый вздох из уст отца, юнец рассмеялся.       — Пап, ты сам знаешь, что выиграть в покер у людишек — раз плюнуть, — он приспустил очки и бесстрашно подмигнул, — особенно когда ты умеешь читать мысли.       — Не начинай, — в голосе его старшего брата слышались стальные нотки, из-за чего парень поспешил закрыть тему.       Сатана оглядел своих детей, подмечая, что они сильно изменились с момента их последней встречи. Но все еще не хватало младшей дочери.       — А не хотите узнать, где моя двойняшка? — с азартом в глазах шатен снял солнцезащитные очки и начал крутить их в руках, обращая внимание на пальцы, усеянные золотыми кольцами.       Сразу же после его слов в густом тумане показался силуэт миниатюрной девушки, медленно выходящей на свет. Первым делом обратив внимание на короткую копну светло-розовых волос, дьявол тяжело вздохнул:       — Ты уже не ребенок, чтобы выкидывать такие фокусы.       Ярко-зеленые глаза младшей дочери недобро сверкнули. Она поправила короткую кожаную юбку и воротничок светло-голубой рубашки, открывая вид на множество языческих перстней на ее пальцах. Грубые ботинки нелепо смотрелись с длинными полосатыми гетрами, которые делали девушку похожей на обычного земного подростка. Она встала рядом с сестрой, и Сатана еще раз убедился в том, что его дети чудовищно разные.       — Нет, это все конечно супер-мило, но зачем ты нас позвал, если мы и так встретимся скоро на балу?       Сатана смерил укоризненным взглядом младшего сына, но точного ответа на вопрос дать не мог. Его дети — всадники апокалипсиса, самые могущественные создания в мире. Он всегда чувствовал себя увереннее рядом с ними.       — Голод, ты хоть раз можешь не дерзить? — роковая красотка закатила глаза, опираясь на плечо старшего брата.       — А что сразу я? — недоуменно ответил шатен. — Я же не виноват, что вы со Смертью такие зануды и вечно портите все веселье. Да, Чума?       — Меня в свои интриги не втягивай, — розоволосая делала вид, что с интересом изучает яркий маникюр.       — Война, оставь его, — Сатана подал голос. — Ты же знаешь, что он неисправим.       Смерть внимательно посмотрел на отца, считывая нервозное состояние. Нахмурившись, брюнет хотел взглянуть на его воспоминания, но его остановил твердый голос:       — Залезать в голову к дьяволу плохая идея, — резкая ноющая боль в висках поставила юношу на место. — Помни об этом.       Война нахмурилась, сосредоточившись на правильной ауре разговора. Стараясь дергать за нужные ниточки, она промолвила:       — Тогда, может быть, скажешь прямо, зачем мы все здесь собрались?       Туман сгущался, фонарь начал мигать. Состояние забвения не могло тянутся вечно, поэтому, почувствовав попытку дочери воздействовать на него, дьявол выпалил:       — Не пытайся на меня повлиять, дорогая: твои уловки идеальны для низших, но не для меня, — поправив галстук, Сатана продолжил. — Однако, у меня действительно есть одна просьба. Я хочу, чтобы вы прибыли в Ад раньше даты, на которую назначен бал.       Все четыре отпрыска недоумевающе посмотрели на отца. Смерть, как самый старший, оставался рассудительным и непроницаемым. Решение безотказно повиноваться отцу казалось ему самым подходящим в любой подобной ситуации.       — Мы можем быть на месте к подготовительному вечеру.       — Но какой в этом толк? — сконфуженный Голод отбросил шутки, как и очки, в сторону, искренне не понимая намерений родителя.       — Вы узнаете все дома, — очертания детей начали медленно расплываться перед глазами. — И напоследок: мне не нравятся ваши вылазки на Землю.       — Мы не можем вечно сидеть в Обливионе, расхаживая около Гармонии в доспехах, — Чума фыркнула. — Тем более, у нас есть собственные методы ее защиты.       Голод дернул близняшку за рукав, чтобы та не сказала ничего лишнего, и натянуто улыбнулся, скрываясь вместе с сестрой в тумане. Война бросила печальный взгляд на отца, протягивая ему руку, прекрасно зная, что коснуться ее он не сможет. На лице Сатаны промелькнула тень грустной улыбки, когда старшую дочь поглотила мгла. Смерть все это время изучал взглядом отца и, прежде чем скрыться вслед за сестрой, промолвил:       — Если ты в ком-то сомневаешься — лучше проверь. Сомнения крайне редко оказываются напрасными.       Сатана едва кивнул и закрыл глаза, от чего по телу пробежала мелкая дрожь. Он очнулся уже за столом в своем кабинете, сталкиваясь взглядом с преданным слугой. Геральд выглядел суровым и напряженным, навевая не самые радужные мысли.       — Страж и Равновесие приходили ко мне и хотели узнать информацию о Мамоне, — медленно начал он, следя за реакцией Повелителя.       Взгляд дьявола метнулся к помятой папке на столе. Слова сына эхом отдавались в голове, не желая из неё вылетать. До чего же стал силен, сукин сын.       — Вряд ли такой интерес является беспочвенным, — Сатана потянулся к ящикам. Открыв один из них, он бережно выложил на стол нож, которым бесы недавно расправились с оставшимися заключёнными. — Пожалуй, нам стоит пригласить господина Мамона на допрос.