Издевательства - это часть семейной жизни.

Падение вышло даже мягче, чем предполагалось. Синяков, конечно, не избежать, зато эффективно. Особенно пострадала правая рука, по ощущениям это был вывих. Подниматься на ноги было не охота, да и упыри не нападали. Можно было расслабленно полежать, подумать, что такого «плохого» ещё сделать. Красные уши Ван Цзи словно вернули его в прошлое. Он тогда подсунул ему книжки Хуай Сана с очень интересным содержанием. Лань Чжань долго на него ругался, а в конце вообще выгнал из библиотеки. Было так весело и забавно, что проделать такое хотелось ещё один раз. Шорох в кустах, и его уже тащат обратно самым наглым образом, перехватив, как коврик, подмышку. — Живой? — отдышавшись, спросил Лань Цижэнь. — Ещё вас всех переживу, только поставьте меня на место. А то вместо супруга одного из ваших племянников я стану им «тётушкой». Старший Лань вздохнул. Столько проблем из-за этого парня. Логично подумав, а надо ли оно такое им, точнее такой ценой, он решил, что надо. Освобождённый Вэй Ин поправлял одежду неповрежденной рукой, иногда для приличия кряхтя. Они стояли недалеко от места, где сейчас проходило маленькое сражение. Оба Нефрита спешили закончить разборки и немедленно отправиться в злополучные кусты. Они ещё не знают, что в кустах никого нет. А объект их волнений сейчас сидит и болтает ножками на пеньке под защитой главы их ордена. — А они в неплохой форме. Только молодняк пока слабоват. — резонно заметил У Сянь. — В них много дури. Прошлые выпуски были лучше, из этих же плохого не выбьешь, а хорошего не вобьешь. Оболтусы. — сам Цижэнь не знал, зачем вступил в диалог. — Это они пока три тысячи правил не выучат, дуреть будут. Просто они не знают об интересных… — "Что я несу. Боги, я сейчас точно проболтаюсь". Парень поспешил зажать рот рукой. — Что «интересного»? В ордене Облачных глубин есть место дисциплине и изучению важных правил и свитков. — важничал старик. —  Монах со своими заветами в чужой монастырь лезет. — бурчал А-Сянь. — Что вы сказали? Сейчас вы видите одного из возможных мужей. Так кто из них? Сейчас точно настал момент включить дурачка. Самого настоящего дурака: — Хмм, а кто из них моложе и сильнее в постельном плане? Я молод и хочу детей. Кто из них со всей ответственностью подойдёт к этой стороне вопроса? Омега получил удовольствие от перекошенного лица старика. Тут на поляне начались крики. Все искали в кустах похищенного человека, но тот не находился. Половина «зелени» к кустам не подходила, а остальные, закрыв глаза руками, шли вслепую и звали человека. Только Ван Цзи смотрел по сторонам и о чём-то говорил с Цзэу-цзюнем. Скорее всего до него уже дошло, что их дядя позаботился о Мо Сюаньюе. — Тот что пониже. — пробормотал старый Лань. На эти слова было невозможно не засмеяться, чему и поддался Вэй Ин. Его смех выдал местонахождение, и к ним уже спешили на «помощь». Когда адепты добежали, молодой господин Мо уже отсмеялся и вёл беседу с их Старейшиной. — Хорошо. Я согласен. Но есть я буду точно не эти ваши пресные кушанья. Я требую перца. Очень много. И могу ходить куда захочу. И права у меня, соответственно, тоже будут. Взамен вам я отдаю землю и резиденцию. По рукам, господин Лань Цижэнь? — Хорошо. — старик пошёл на попятую, ради договора стоило и потерпеть. — Я смотрю, спасители уже здесь. Ну что, муж мой, Ван Цзи. Прошу сопроводить меня в мои покои и остаться помочь мне. Сейчас моя рука повреждена. Я не смогу сам совладать со всей этой одеждой и волосами. Почему вы отвернулись, молодой господин? Молодой господин, у вас уши покраснели.— пел соловьем У Сянь. Под пристальными взглядами оба брата переглянулись. О чем говорил их взгляд, было непонятно. Но старший постепенно стал улыбаться все шире. — Может и нас посвятите в свои тайные переговоры? Лань Чжань, приступай. Нам не нужны проблемы. — Старейшина собрал молодых адептов и отправился в поместье в сопровождении Первого Нефрита. Остались лишь Вэй Ин в теле молодого господина Мо и напряжённый Лань Чжань. Они изучающе смотрели друг на друга около пяти минут. — Мне холодно. Может вернёмся в резиденцию? — Мгм. — как обычно, ничего не меняется. Тот же ответ, тот же кивок. Тот же взгляд. — Тогда понесите меня на руках, гэгэ. А то я неважно себя чувствую. Ван Цзи и глазом не повёл. Так и остался стоять и смотреть. Делать было нечего. Если к нему не придёт, значит нужно идти самому. И с этой мыслью А-Сянь встал с пенька и пошёл в резиденцию этой дрянной семейки Мо. Позади шёл Лань Чжань. Шли они не долго, точнее не они, а Вэй Ин. Неподалёку послышался лай нескольких собак. Всвязи с этим он встал на месте. На вопросительный взгляд сопровождающего он, заикаясь, пояснил: — Я туда не пойду. Хоть убей. Ни одной ногой. И не смотри на меня так. Там собаки — значит я туда не пойду. Я пойду в обход. — но развернуться ему не дали, просто толкнули вперёд. — Твой план плохой. Сам ты туда и иди. Я в этом участвовать не буду. Я боюсь. — Опасно ходить по округе. Мы идём этим путем. — и словно минуты ранее не было, как и объяснения столь резкой перемены пути. — Не пойду! Уж лучше здесь, чем с этими тварями. — Почему ты так боишься собак? Они ничего тебе не сделают. — терпел Ван Цзи долго, но от таких выступлений он отвык. Он знал только одного человека, который так боялся собак. — А вот и сделают. Ты просто не знаешь, что они могут. Нет, я пойду там. Эй, верни меня на место, Лань Чжань! Я не хочу туда. Не будь варваром, отпусти меня. Отпусти! Я кому говорю? — как бы У Сянь ни колотил своего «муженька», тот твёрдо вознамерился доставить этого трусишку в безопасное место. На середине пути они встретили двух собак. Те увязались за ними из-за интереса к вопившему на все лады омеге. Тот и вправду орал, как резаный, и кричал самую отборную брань. Угомонился он только дома. Когда его перенесли через порог в главный холл. Где собрались все Лани и Юнь Ли с лекарем. Обида была сильная, так как страх перед собаками никуда не ушёл, а его внаглую тащили в их сопровождении. Уже стоя на полу Вэй Ин смотрел прямо в глаза наглеца. Этот прямолинейный упрямец. Если не боится, то пусть бы себе и шёл своей дорогой, зачем насильно тащить. К ним подбежал Юнь Ли. — Господин Мо, почему вы так кричите? Что вас напугало? — Юнь Ли, убери собак от ворот резиденции. Чтоб духу их не было. А ты, — указал он на Лань Чжаня. — Марш ко мне в комнату. И чтоб сидел там до моего прихода. Считай это наказанием. — Вы не можете наказывать представителей другого ордена! — закричал кто-то из зелени. — Могу. Ещё как могу. Теперь он — мой муж. И то, что он подверг меня не только опасности, но ещё и издевался надо мной, игнорируя мои мольбы, даёт мне полное право наказывать его. А лучшее наказание, это помощь пострадавшему. А сейчас, повтори свои слова, насчёт «не имеете права». — а вот и старые ворчливые нотки, они могли его выдать, но это скорее свалят на сумасшествие, нежели это насторожит их. — Этот мальчик прав, мы заключили договор. У него теперь есть права. Ван Цзи, ступай. Остальным разойтись, завтра мы отправляемся обратно в Гу Су. — ученики поклонились присутствующим и разошлись, перешептываясь о ненормальном поведении старших. Лекарь стал подходить к предполагаемому пациенту. От него невкусно пахло прелым сеном, сам он был полный и потный, с хитрой лисьей улыбкой. Вэй Ин жалобно посмотрел на мужчин вокруг, но никто не спешил его защищать. — Здравствуйте. Вы ведь больной? — спросил мужчина. — А вы что, лекарь? — господин Мо отступил. — Какой шутник. Пойдёмте, я осмотрю вас. — Меня и отсюда осмотреть можно. Вот. — У Сянь покружился для наглядности. — Мне нужно осмотреть ваши раны. — уточнил целитель, но его правая бровь стала дёргаться. — Вам стоит пойти. — посоветовал Лань Сичэнь. Но он тоже с подозрением смотрел на странного человека. Последним оплотом спасения был Лань Чжань, но тот просто развернулся и ушёл невесть куда. Делать было нечего, потому он отправился с лекарем в свои покои. Не покидало ощущение, что что-то не так. Уже в комнате лекарь повёл себя агрессивно. Он грубо велел сесть на тахту и снять всю одежду. На отказ выполнить он подошёл ближе. Далее он просто стал срывать одеяние с такой грубостью, что Вэй Ин вскрикнуть не успел. Сей акт насилия перешёл все рамки дозволенного, когда огромная ручища сжала внутреннюю сторону бедра омеги, а из уст извращенца стали вылетать грязные словечки. — Сейчас тут никого нет и никто тебе не поможет. А если и войдут, я свалю это на вашу болезнь. Мне точно поверят. — Да пошёл ты! Помогите, кто-нибудь! —  Зови сколько угодно… Просто так сдаваться У Сянь не желал, а вот сил было мало. Вот не мог этот парень хоть немного заниматься собой? Ни силы, ни ума. Боги, какой бедный мальчик. А нет, мальчишке то все равно, а вот тому, кто сейчас в его теле, точно было невесело. — Отпусти, смерти хочешь? Остановись. — руки блуждали по чужому молодому телу, явно наслаждаясь. Взгляд А-Сяня упал на стоящую вазу на столике недалеко от тахты, нужно бы только толкнуть, а дальше всë дело техники. Только как этого толкнуть? Это же не человек, а свинтус какой-то, везде слой жира, не пробьешь. Изловчившись, он пнул поганца по причинному месту, и, пока тот кряхтел, жертва отползла на пол. Но попытка была аннулирована.  — Куда это ты намылился? — хватая за запястье больной руки, шипел мужчина. Испуг и безвыходность завладели окончательно потерявшим всю надежду на спасение Вэй Ином. Ни отбиться, ни позвать на помощь. Почему не позвать? Потому что до этого его крики и возня не привлекли ни малейшего внимания. Значит никого не было.  — Да чтоб тебя разорвало, свинья. — уже плача, орал Вэй Усянь. Его запястья сжали, от чего слезы полились ещё большим ручьём. Что-то бухнуло и разбилось. " Видимо ваза." — подумал Вэй Ин. Его руки отпустили, и он просто рухнул на пол. Раздались крики, глухой звук удара. Тяжёлая туша упала. — А-Чжань, что происходит? Ты чего такой красный? Эй, хватит, успокойся. Ты же его убьёшь. — послышались быстрые шаги. Цзэу-цзюнь попытался оттолкнуть своего взбесившегося брата. Но тот явно жаждал добить негодяя. — Я разберусь с ним, иди помоги господину Мо. Лань Чжань отступил от скулящего насильника перед ним. Он посмотрел на место, где должен был быть его будущий супруг, но того не было. Ставни в комнате были закрыты, через двери он уйти не мог. Тахта заскрипела у самой стены. Ван Цзи осторожно стал подходить к ней. Отодвинув балдахин, он увидел забившегося в угол перепуганного омегу. Тот чуть слышно шмыгал носом и на появление кого-то в своей безопасной зоне среагировал мгновенно: запульнул здоровой рукой подушку прямо в нос нарушителя. — Ну, и чего ты стоишь? Я уведу его, а ты пока успокой своего будущего мужа. — волочь тело такой массы было не то чтобы тяжело, скорее мерзко. — Чего стоишь? — Он кинул в меня подушку. — прозвучало весомо, но не в данной ситуации. Лань Сичэнь ткнул пальцем в сторону ложа и удалился, оставив брата в сложном положении. Это кажется просто, но если опыта нет, то и предположительных действий тоже. Присаживаясь на спальное место, Лань Чжань замер, давая Вэй Ину привыкнуть к его присутствию. Через некоторое время тот сам сел рядом. Он уже не плакал, но шмыгал покрасневшим носом. — Прости. — глухо сказал альфа рядом. — Ты не виноват. — шёпотом сказали в ответ. — Мгм. — отрицательные кивки. — Я не пошёл с тобой. Не уследил. Это моя вина. Прости. Опять эти кивки и краткие ответы. Так печально осознавать, что тогда они были не в самых лучших отношениях. Бесследно поступок Лань Чжаня не могли спустить с рук. Наверняка его наказали за помощь Старейшине Илина. Там. В тот день. Когда он падал, Ван Цзи плакал и кричал какие-то слова. Что он кричал? Остался ли он сидеть на том месте? Искал ли тело? Его раздумья прервал вставший Лань Ванцзи. — Тебе нужно одеться и выпить отвар. — закрывая нос рукой, скомандовал Второй Нефрит. Но, судя по непонимающему взгляду его оппонента, тот не понимал и не видел своего положения. — Твой запах усилился. Я пойду. — Ты оставишь меня совсем одного? Очень сильный поступок. Иди куда хочешь. Мне все равно. — обиделся совсем расстроенный омега. — То одно, то другое. Вот что за жизнь… — Я… — Останешься? Ну ну, не хочешь — не надо. — и отвернулся к стенке. Прошла минута, вторая, третья. Послышалась возня и на плечи Вэй Ина лёг плотный верхний халат белого одеяния. На его плечах появилась не только накидка, но и сильные руки, погрузившие маленькое тело в объятья. — И что ты делаешь? — Подругому не умею. Спи. — Я не могу спать сидя. — постепенно терзания и волнения покинули голову У Сяня. На их место пришло стеснение и неловкость. — Мгм. — спокойно беря на руки успокоившегося парня, Лань Чжань лёг на тахту, уложив себе под бок замершего У Сяня. Так они пролежали около получаса. Оба молчали и старались лишний раз не говорить. Но тишину нарушили голоса слуг и Юнь Ли. Всё они летели в покои своего хозяина. Но, отворив двери, они увидели мирную картину спящих молодожёнов. Сами же молодожёны вообще затаили дыхание. — Покинем покои, отправляемся в главный холл. Думаю новобрачные утомились. — Юнь Ли говорил это так безэмоционально, что даже стало страшновато. Все покинули комнату. — Ты просто обязан взять на себя ответственность. — Вэй Ин решил выглянуть из-под груди лежащего рядом, ушли ли слуги. — Только если ты скажешь мне правду. — резко подскочив, Ван Цзи сдернул с себя налобную ленту и, связав ею руки омеги, зафиксировал над их головами. — Какую? — «Уже догадался? Интересно.» — Ты — Вэй Ин? — в янтарных глазах было столько надежды. Что же, его раскрыли. — И чем же я себя выдал, Лань Чжань? — глаза альфы стали как два блюдца. — Много чего. — и, дëрнув ленту, чем потревожил повреждённую руку и вызвал болезненный стон со стороны человека снизу, прорычал Ван Цзи. — Гэгэ, будь со мной нежнее. — Нежнее? — крикнул в ответ. — Нежнее говоришь? — Успокойся и сядь. Гормоны разбушуются. Да, это я. Первый ответ на твой следующий вопрос: я сам ещё не до конца смог понять. Мо Сюаньюй заключил сделку, с чем я не знаю, и обменял свое тело на полное уничтожение семьи Мо. А теперь ты меня отпустишь? Его не отпустили, только чужие руки полезли под спину и образовали замок, который потом сжался. Что-то тёплое и мокрое стало разливаться в плече. — Ты плачешь? — А-Сянь и сам ревел. — Мгм. Я так долго тебя искал. Не мог поверить, что тебя больше нет. — Так что меня выдало? — У Сянь запустил руки в длинные чёрные волосы, перебирая прядку за прядкой. —  Моё имя. Только ты звал меня Лань Чжань. Собаки. Только ты так их мог бояться. Перец. Ты потребовал его. И странное появление А-Нина. После твоего падения пять лет назад он исчез. — Но ты же сохранишь это пока в тайне? Постепенно это тело будет моей молодой копией, не скоро, но будет. Меня, рано или поздно, узнают. Потому, сразу после того, как я передам земли твоему ордену, я исчезну. — спокойно говорить получалось с трудом. — Я не позволю тебе исчезнуть. Больше не позволю. — хватка ослабла, но только чтобы перевернуть Вэй Ина на спину. Лань Чжань действовал быстро: приблизился к тонкой шее и прокусил еë, помечая свое право на это тело. Тело У Сяня обдало жаром, шея горела. Плечи уже покрывали поцелуи. Спускаясь все ниже и ниже. ***** Утро было ужасное. У Вэй Ина болело всё, от слова абсолютно всё. Тело покрывали частые следы от укусов и меток, а сам виновник мирно сидел и пил чай напротив тахты, вполне довольный всем. — Я тебя сейчас в землю закопаю и полью. Посмотрим, вырастет у тебя вновь разум или нет. Я же теперь целый день ходить спокойно не смогу. — Тебе и не нужно. — альфа в открытую гордился проделанной работой. — Бери ответственность. — усмехнулся У Сянь. — Уже взял. Свадьба через неделю. — сказал довольный всем мужчина. — Я подумаю. Но сначала помоги мне. Я не справлюсь один, — он помедлил брать протянутую ему руку. — Тогда я тоже не справился. — Потому что я оставил тебя одного. — опустив руку, которую Ван Цзи протягивал своему возлюбленному. — Прости меня. Прости. — Мы такие дураки, не думаешь? — улыбаясь так солнечно, как пять лет назад, произнёс Вэй Ин. — Мгм.