Жена гладиатора

«Под восторженный вой ты играешь с судьбой. Пусть не знает никто, что творится в душе.» Ария — «Эй, тореро»

      Грохот. Казалось, даже стены пошатнулись от сильнейшего удара, так швырнул в барьер своего противника один из бойцов. — Вставай, Дикий! — взревела толпа. — Вставай и бейся!       Черноволосый гладиатор тряхнул блестевшими от пота волосами и снизу вверх глянул на своего громадного противника. — Вепрь, добей его! — взревела в ответ вторая половина битком набитого зала вокруг арены. — Кончай эту мразь!       Возвышавшийся как гора русоволосый Вепрь ухмыльнулся, подскочил к Дикому и нанёс страшный удар ногой в лицо. Тяжёлый сапог Вепря попал ему в плечо — он едва успел прикрыться. Тихого рыка сквозь зубы уже не было слышно — толпа взревела вновь. — Дерись! Трус, Дикий! Вставай и дерись!       Крики неведомо чем озлобленных людей слились для Кэтрин в какую-то мешанину из звуков. Она с болезненной жадностью вглядывалась через стальную сетку огороженной по кругу клетки. Она не кричала также, как и не закрывала глаза, просто в мутной лихорадке ловила каждое движение двух фигур — скрючившейся на полу и заносящей ногу для второго, не менее сильного, удара.       В самый последний момент Дикий успел отклониться, увернуться. Решётка оглушительно зазвенела, негодование обрушилось уже на Вепря. — Бей! Бей!       Но Дикий уже нечеловеческим усилием поднимался, цепляясь за решётку. Он сплюнул кровь в сторону и, не сводя с Вепря тяжёлого взгляда, вновь принял защитную позицию.       Кэтрин облегчённо выдохнула и перевела взгляд на людей вокруг. Она не могла больше смотреть вниз и бояться за него. Просто не могла.       Впрочем, от искажённых яростью лиц легче ей не стало. Все эти люди хотели крови, боли… смерти. Неважно чьей, но сегодня они хотели смерти. Она уже решилась вернуться к гладиаторам на арене, как вдруг её взгляд зацепился за мужчину, выделявшегося из всей серой толпы. Он не смотрел на арену снизу. Он смотрел на неё.       Кэтрин поёжилась — внезапно ей стало неуютно. Кто это? И как давно он за ней следит? Её ногти впились в ладони, в который раз за эту ночь. Что ему нужно? — Трис, — тихо позвала она стоящую рядом служанку.       Другой бы не услышал, но почти девочка шестнадцатилетняя Трис здесь всегда пыталась занять себя чем угодно, лишь бы быть подальше от хаоса боёв без правил. Смешная девочка, она прислуживался в их доме уже год, но до сих пор боялась крови… — Да, госпожа? — Тот господин в чёрном с золотом плаще…       Говорить дальше не пришлось: Трис как всегда понимала свою госпожу с полуслова и не трудилась слушать её вопрос до конца. — Вы тоже заметили? Он смотрит только на вас последние минут пятнадцать. — Трис нервно хихикнула — за господина испугалась прилично. — Госпожа Кэтрин… Так может, вы ему нравитесь? — Сомневаюсь, — Кэтрин тоже до сих пор не пришла в себя, иначе бы ни за что не стала откровенничать с Трис. — Скорее уж наоборот.       Она чуть прищурилась, отмечая жёсткую складку у рта мужчины и намертво, до желваков, сжатые зубы. Она коротко кивнула ему и опять перевела взгляд на арену.       Сразу поняла, что за собственной подозрительностью пропустила слишком многое — Дикий каким-то непостижимым образом повалил Вепря на пол и наносил удар за ударом. Кэтрин досадливо сжала зубы: она бы многое отдала, чтобы увидеть, как муж в очередной раз поднимается с колен. — Бей, Дикий! Насмерть его! Бей!       Толпа, только что проклинавшая его, теперь подначивала бить сильнее и больнее. Но этого и не нужно было: стоило только посмотреть на обезображенное злобой и ненавистью лицо Дикого, становилось ясно — пощады, как и прощения, не будет. Сегодня Вепрь, любимец многих, встретит на этой арене свою смерть.       Кэтрин отвернулась. Ну уж нет, на сегодня потрясений ей хватит. День был непростым, а после такой встряски за Дикого ей хотелось просто рухнуть где-нибудь, неважно где, просто чтобы не приходилось ещё что-то чувствовать. — Трис, идём, нам здесь больше делать нечего. — Да, госпожа, — Трис явно обрадовалась: рванула к дверям, как мотылёк на свет.       Кэтрин и сама бы рванула, но ей было нельзя. Она шла выпрямив спину и гордо вздёрнув подбородок — сегодня она могла гордиться. Вслед ей бесновалась толпа, Дикий забивал Вепря, судья уже кричал имя победителя… А ещё ей в спину упирался тяжёлый, неподвижный взгляд загадочного мужчины в чёрном плаще.