«Но меня больше всего возмущают эти болваны в публике. Даже их восторг и похвала унизительны. Понимаете? Это меня роняет.» Джек Лондон, «Лунная долина».
Кэтрин уже лежала в постели и пыталась заснуть, когда наконец-то вернулся Николас. Тяжёлыми шагами он прошёл через комнату в ванную. Кэтрин продолжала лежать с закрытыми глазами, когда он притворил за собой дверь, приподнял одеяло, одним движением притянул её к себе. — Я знаю, что ты не спишь, — прошептал он, положив подбородок ей на голову. — Неужели так увлекательно разыгрывать передо мной невозмутимость? Пару секунд Кэт молчала. — А ты хочешь поговорить? — Может быть, — усмехнулся Николас. — Ты была там, я знаю, и не думай отпираться. Значит видела, как я уложил Вепря. — Насмерть? — сухо уточнила Кэтрин. — Я отплатил ему его же монетой. — Губы Николаса коснулись её шеи. Он приспустил её ночную рубашку с одного плеча и мягко оглаживал его. — Меня провозгласили победителем. — Он мягко поцеловал её плечо. По спине Кэт пробежали лёгкие мурашки. — Был выигрыш. Разумеется, денежный. — А как насчёт шлюх? — невозмутимо спросила она, выворачиваясь из рук Николаса. — Об этом ты забыл рассказать. Он рассмеялся. — Твой раунд. Так рассказать? — Избавь от подробностей, — фыркнул она. — Я и так знаю достаточно. Ещё пару минут они лежали молча. Кэт украдкой разглядывала мужа. Он лениво рассматривал потолок, расслабленно откинувшись на подушку. Значит, шлюхи точно были, после боя ему нужно было на ком-то спустить пар. В какой-то момент он просто повернул голову и посмотрел на Кэт в упор, прямо в глаза. — Хочешь что-то сказать — говори. — Наконец-то ты стал собой, а то на миг я подумала, что тебе отбили голову, — фыркнула она в ответ. — Одиннадцатый раунд был особенно жёстким. Ник… Завтра приём у Аддерли. Она легла набок, повернувшись к нему всем телом. Он подгрёб её к себе, рассеянно очертил пальцем её рёбра. — Ты хочешь туда пойти? — Ты знаешь, что нет. — Значит вопрос решён. Чета Аддерли проживёт и без нас на своей очередной годовщине. Хоть бы они скорее развелись, что ли… Кэт положила голову ему на плечо и заскользила взглядом по викам татуана гладиатора на его груди. — Ник, мы не можем пропустить уже пятую годовщину их свадьбы. Кроме того, все ведь знают о твоей победе, всем хочется посмотреть тебе в глаза, увидеть в обычной жизни. — В цирк пусть идут, к бродячим актёрам, — невозмутимо пожал плечами Николас. — Кэт, спать хочется. — Только что тебе хотелось поговорить, — фыркнула она. — Что же изменилось? Он не ответил, просто обнял её покрепче, втиснув в горячее даже после ванной тело. Уткнулся носом ей в волосы и замер. — Ник, — тихо позвала его Кэтрин. — Николас Эрст! — Лакей разбудит в девять, — наконец-то снизошёл до ответа он. — А сейчас и правда неплохо было бы заснуть — светает уже.***
— Кэт, — чья-то рука безжалостно трясла её за плечо. — Кэт, проснись! В интонациях она узнала голос Николаса. — Ник, пожалуйста, — застонала она. Ещё минутку. — Твоя минутка незаметно станет целым утром. И ты прекрасно знаешь, что я не буду против, вот только потом ты опять будешь ходить по дому оскорбленным достоинством урождённой Мелдон. Кэт, я не шучу, у нас приём у Аддерли. Кэтрин захотелось на секунду стать портовым грузчиком и от души выругаться. Аддерли с их годовщиной! Глубоко вдохнув и выдохнув, она резко приняла сидячее положение. И сразу же сморщилась: недосып дал знать о себе предательски вспыхнувшей в затылке головной болью. — Да тихо ты, — придержал её за плечо Николас. — Хочешь, можем вообще не идти, им и без нас аристократов хватит. Кэтрин благодарно кивнула на протянутый Ником стакан холодной воды, отпила пару глотков, прислонила холодное стекло к виску и только тогда осторожно начала: — Ник, когда последний раз мы появлялись на приёмах? — Ещё этого мне не хватало помнить, — фыркнул он, присаживаясь рядом с ней. — Ну полгода назад. — Больше, на месяц больше. А знаешь, как часто мы должны там появляться? — Он уже готов был привычно отмахнуться, но в этот раз она решила идти до конца. — Один приём, и мы живём в полном спокойствии следующие полгода. Согласен? — Чем реже — тем лучше. Только сейчас он принял окончательное решение. Во всяком случае, Кэтрин сильно надеялась на это. Ник мог и развернуться назад, завидев издали дом Аддерли. Но в этот раз им обоим, а заодно и кучеру, повезло — настроение у мужа после вчерашней победы было хорошим. За пять лет дом Мэри и Гельба Аддерли не слишком-то изменился. Те же изгороди, увитые плющом, тот же ухоженный сад и скамьи с витыми стенками. Когда Кэтрин только начинала жить в доме Николаса, она думала о собственной оранжерее, редких цветах, которые будут цвести только у неё в саду, ведь не каждая герцогиня могла позволить себе что-то такое же редкое и дорогое. Тем более что Николас, хоть и обладал не слишком приемлемой в высших кругах репутацией, был безмерно богат, когда она выходила за него замуж. Но на её робкое упоминание об оранжерее он только расхохотался и заявил, что деньги лучше бы вкладывать во что-то другое. Например, вполне возможно вложить определённую сумму в ставку. На кого? А как она сама думает? Эта была первая мечта Кэт, разбившаяся о непоколебимого Николаса Эрста, выходца из простолюдинов, добравшегося до графского титула. А сколько всего их было… Она давно сбилась со счёта. — Кэт, приехали, — тронул её за плечо предмет её размышлений. — Руку подать? — Уж будь добр, так принято, — хмыкнула она. Первое, с чем её муж был несовместим — манеры. А дальше — огромный ряд вещей, на перечисление которых могло уйти несколько часов. — Добро пожаловать на очередное скучное сборище плотоядных акул, — подавая руку, Николас издевательски поклонился. — Ах да, Мэри Аддерли вроде как твоя подруга. — Вроде как, — Кэтрин любезно улыбнулась, выбираясь из кареты. — Мы не виделись около трёх лет. — Кто помянет старое? — Именно. У дверей их встретил услужливый дворецкий — тот, которого Кэтрин видела у Мэри всё детство. Когда та вышла замуж, он последовал за ней в дом Гельба. Они всё-таки опоздали, людей набралось достаточно, чтобы можно было не поздравлять счастливую супружескую пару лично, о чём Николас и не преминул сообщить Кэт. — Давай… подождём. — Вдолбленные с детства правила вежливости отчаянно боролись в ней с нежеланием видеть старую подругу. — Просто подождём, пока всё это сборище вокруг них разбежится, и поздравим. — Конечно поздравим, — с довольной улыбкой заверил её муж. Они оба знали, что сегодня ни Мэри, ни Гельбу не быть в одиночестве, и только что Кэт стала злостной соучастницей преступления против этикета. — Лорд Эрст! — но быть незамеченными им не посчастливилось. Николас дёрнулся было в сторону, но Кэтрин удержала его за руку. На его возмущённый взгляд она только слегка пожала плечами и с вежливой улыбкой обернулась к безумцу, посмевшему лезть к Нику. — Герцог Гешлосский! Мы так рады вас видеть! Как можно незаметнее она пихнула в бок мужа. Краешком глаза она ухватила его подобие улыбки, отчаянно смахивающее на оскал. — Безмерно рады, — выплюнул он сквозь зубы. Тут бы под землю провалился кто угодно… кроме молодого, совсем ещё мальчишки, герцога Гешлосского. — Лорд Эрст, я видел вас… — он запнулся, неуверенно провёл рукой по копне непослушных светлых волос. — Вчера. Вы… С вами всё в порядке? Украдкой Кэтрин зажмурилась. Прекрасно, он не только словил Николаса, он ещё и высказал ему вот это мерзкое чувство, когда богач, тревожась за свой кошелёк, справляется о здоровье лошади, на которую он поставил. Как бы Ник чего… — Герцог, а давайте выясним, что по этому поводу думаете вы? Кэт поняла — поздно. Мальчишка уже разжёг маленький костерок. Как бы поддувать не начал… — Все за вас волнуются, — смутился герцог и, даже не пытаясь прислушаться к мольбам Кэтрин, добавил: — Но вы завалили его знатно. Все даже понять ничего не успели, а вы его — совсем. Хотя если бы вы… Терпение Николаса всё-таки лопнуло. Больше не говоря ни слова, он развернулся и быстро зашагал прочь. Кэтрин скомкано извинилась и бросилась за ним. Она боялась, что самообладание у него лопнет окончательно. Чтобы поспеть за его огромными шагами, ей приходилось почти бежать, к тому же если он людей на своём пути просто сшибал, она лавировала между ними. — Николас. Ник! Остановился он мгновенно, будто на стену налетел. Кэтрин даже удивилась — слушал он её не так часто. А вдруг ей повезёт, и сегодня он ещё и услышит её? Впопыхах она подскочила к нему, заглянула ему в глаза. Не отшатнулась — уже привыкла лицом встречать его дикий внутренний огонь. — Куда ты? — Куда подальше, — зубы он разжал только для этой фразы. — С тобой пойти? Она сунулась опять. Знала, что в такие моменты к нему лучше не соваться — слишком легко было отхватить чего-нибудь крепкого и на свою долю, но всё равно сунулась. Однако сейчас, в отличии он прошлого раза, он не стал кричать. — Потом. Подожди немного, я буду в саду. Она кивнула. И на том спасибо, значит он спустится до её прихода. Кэтрин улыбнулась — этот день вполне мог стать если не хорошим, то уж неплохим так точно — и направилась к столику с шампанским. Приём обещал стать долгим: до сих пор прибывали гости. Но у столика у неё знакомо зачесалась спина. Кто-то смотрел на неё, внимательно, зло, пристально. Она резко обернулась и встретилась глазами с уже знакомым мужчиной. Плащ с золотом он так и не снял. Кэтрин медленно поднесла бокал к губам, отпила совсем немного. И пошла к нему. Видимо, незнакомец ждал именно этого, поскольку даже не двинулся с места, только склонил голову к плечу по-прежнему не спуская с неё глаз. У него были тёмные волосы. Короткие, но даже издалека густые, дугами такого же цвета изгибались брови. Прямой нос, упрямый подбородок, гладко выбритые щёки. Был ли он красив? Возможно. Если бы не гримаса злобы, Кэт бы точно посчитала его красивым. Эти глупые мысли табунами проносились в голове Кэтрин, когда она подходила к этому странному незнакомцу. В какой-то момент она вдруг испугалась и возможно даже повернула бы назад, если бы он не спускал с неё тяжёлого взгляда. А так отступать было некуда. Оставалось только подойти, присесть в книксене и произнести: — Добрый день.