Любовь такая разная...

Утром они проспали, Андрей наспех скормил Кате простую яичницу с колбасой, побрызгал водой в душе, переодел в новый домашний костюмчик, разложил пару учебников на столе, и, велев не скучать, унесся в университет. Катенька, разглядывая криво застегнутые пуговицы на кофточке, призналась себе, что ей очень нравится такая жизнь, только ведет она себя как-то странно, когда Андрей начинает ее одевать, мыть или кормить, она впадает в ступор, в голове образовывается туман, а по телу то и дело проходят волны дрожи. «Я его, конечно, очень стесняюсь и…ии… но я же сильная, нужно взять себя в руки, а то решит еще, что с психикой у меня не все в порядке». Вернулся Жданов в обед вместе со своим другом, несшим бумажные пакетики с какой-то очень аппетитно пахнущей едой. — Кать, знакомься, это мой одногруппник и друг ВанО. — Здравствуй Катенька, — и молодой человек, который очень понравился Кате и показался очень добрым и открытым, наклонился и поцеловал ее левую руку сквозь гипс. — Ой, а это пуговицы то Андрюха что ли так застегивал? — обратил он внимание на ее одежду. — Спросоня не заметил, — стал оправдываться Андрей, заслонил собой Пушкареву и быстро перезастегнул пуговицы. — Жданов, ты мне нравишься, вот прямо нравишься. Господи, я тебя таким никогда не видел. Катенька, вы научили этого человека застегивать пуговицы, еще и скоро шнурки научится завязывать, — Иван в радостной эйфории скакал по комнате. — Я вроде с младенчества умел пуговицы застегивать. — не разделял Андрей радости друга. — Но на девушках-то ты умел до сего момента только расстегивать! Андрей недружелюбно посмотрел на друга и скривил рот в улыбке, Катя стояла в стороне и разглядывала эти самые пуговицы. — Ладно ребятки, прошу к столу, — Вано расположил пакеты с едой на журнальном столике, стоявшем около знакомого дивана, и стал их разворачивать, — а то бургеры стынут. Да и нам, Андрюха, сегодня предстоит сдать стахановскую норму по написанию лабораторок. — Голодное брюхо к ученью глухо, — высказался Андрей. — Верно говоришь, друг. Катенька, что ж ты в стороне стоишь, иди сюда, будем тебя угощать тебя вредной едой. Или растолстеть боишься? — Рано ей еще про это думать, — встал на защиту Жданов. — Андрюха, ты как моя бабушка. Ты случаем не у нее ли этих фразочек нахватался? — Да, вроде все бабушки так говорят. Катюш, правда иди садись, у нас такой обед сегодня. -Катюшаа.у нас.- распевал Ваня. — Жданов, я тебя обожаю. — Кать, он какую-то ерунду несет, — Андрей уже распечатал большой и аппетитный бургер. — Давай кусай. — Катенька, запомни. Жданов — очень опасный тип. Сносит крышу с одного удара, а назад не возвращает. Много народу пострадало. — Ой, кто бы говорил, — возмутился Андрей. — Говорил, да не говорил. Ммм, бургеры отменные, — Ваня откусил огромный кусок и пытался его прожевать. — Всегда бы ими питался. — Будешь всегда ими питаться, девочки любить не будут, — усмехнулся Андрей. — Куда ж они денутся! А вот если девочки будут булочками питаться, то мы их точно любить не будем. — Несправедливо, — подала голос Катя, а друзья с удивлением на нее посмотрели. — Вы значит за справедливость, Катенька? И за равноправие полов? Или вы феминистка? — Нет, — смутилась девушка. — Я просто считаю, что девушки имеют право есть то, что им хочется, а не то, чтоб нравится мужчинам. — То есть вы не хотите нравится мужчинам? — Я.я не знаю, — еще больше смутилась Катя. — Вано, ты задаешь слишком сложные вопросы. Катя не подготовилась. — Нет, я хочу нравится, ну только не как. как бы это назвать…- Ваня даже перестал жевать. — не как кукла! — выпалила Катерина. — Мммм…- протянул Андрей, возведя глаза к потолку. — Как это не как кукла? — Иван пригладил жирной рукой волосы на голове и распечатал второй бургер. — Ну, чтоб во мне нравилась не внешность, а. — Внутренние органы? — спросил жующий Вано. — Душа, дурень, — подсказал Жданов. — Я вообще-то медик, про эфемерные понятия не осведомлен. — Слишком ты приземленный медик. Вано изобразил обиду, наклонился к Кате, отчего у той покраснели уши и шепнул: — Ладно, Катенька, мы потом с тобой договорим, когда этого возвышенного тут не будет. — Куда это я денусь? — А, например, поедешь в выходные с группой на пикник. — Что еще за пикник? Почему я не в курсе? И с чего это ты решил, что я поеду? — Вторая группа организовывает, мне Дашка сегодня сказала, приглашают и нашу. С нас — закуски. Мясо они сами купят. — То есть ты сразу решил туда не ехать? — Должен же кто-то с Катенькой посидеть. Катя чуть не подавилась бургером. — А Катенька у нас большая девочка, почему ты думаешь, что она не поедет на природу? — Андрюха, шутишь да? — Вот ни капельки, Катюш ты ж поедешь в выходные на шашлыки в лес? Я тебя с группой познакомлю. Катеньке оставалось только соглашаться. — Воот, ВанО, шашлыки все любят. — Ладно, Жданов, твои проблемы, давай сюда лабораторные. В пятницу вечером едем в магазин. Катя устроилась на диване читать учебник литературы и параллельно наблюдала за друзьями, которые по ее мнению больше дурачились, чем делали лабораторные, а еще Ваня отвлекал периодически и ее, прося подтвердить, какой Андрей гадкий и заучка. Она бы никогда не подумала, что Жданов уделяет много внимания учебе и хорошо учится, но из разговора друзей, она поняла, что он чуть ли не лучший студент в потоке и при этом учеба периодически ему дается очень легко, так как он очень изворотливый, а большинство преподавателей его обожают. А еще как показалось Кате, Вано считал друга очень везучим и завидовал ему. Катя тоже немного ему завидовала, так как у Андрея было все, он жил полностью самостоятельной веселой жизнью, был обеспечен и, можно сказать, не зависел от родителей, так как деньги получал с акций, правда фирма принадлежала его отцу, но это было нечто другое, нежели, когда родители тебе дают деньги на жизнь в конверте. А еще Катеньке показалось, что Андрей никогда не унывал и с легкостью решал все проблемы, наверное, на самом деле был везучим. После написания лабораторных Андрей увел Катю в спальню, нарядил опять в джинсы и новую рубашку, заплел улучшенный вариант косички и сообщил, что они едут проверять не накосячили ли в лечении пьяные доктора. — Возможно, даже тебе снимут этот тяжеленный гипс, — Андрей с довольной улыбкой разглядывал свое парикмахерское творчество теперь уже с синим бантиком у девушки на голове. — Так быстро? — Просто заменят на облегченный вариант, и тебя можно будет всю обливать водой. Все, полетели, а то уже доктора заждались. Новая больница казалась невозможно стерильной и, наверное, была красивой, но Кате все равно было неуютно и страшно. Так страшного ничего не произошло, врачей больше интересовали ее рентгеновские снимки, которые каким-то образом оказались у Андрея, а обещанный «облегченный вариант» ей никто не сделал. «Лучше гипса, может быть только гипс, » — говорил пожилой врач с невероятно мягкими и добрыми серо-голубыми глазами. Состояние Катеньки всех удовлетворило, и ее передали на одевание Андрею, который успел за это время обзавестись белым пакетом с какими-то вещами. — Нехорошо, что тебя в этой тяжелой ерунде оставили. Зато я оторвал специальные непромокаемые чехлы, и теперь тебя все равно можно обливать. А еще специальную мазь для массажа, вместо водки. Мне тут кстати уже настучали по голове, что я тебе плечо не разминал. Катя только хлопала глазами и ошарашенно смотрела на Андрея, который ловко застегивал пуговицы на ее рубашке.