Разлучница

Он стал моим наваждением, Тенью в каждом моём сновидении, В каждом зеркале отражением, Самым тайным моим откровением, Он оставил меня в невесомости, Вне запретов, табу и условностей, Разнёс вдребезги купол скромности И загладил в душе все неровности, Ободок кольца нежеланного, Вокруг пальца его безымянного - Символ нашего родства странного, Греха главного, первозданного. Флёр - Неверная жена

      Ещё одна ночь вместе, её объятия, такая знакомая нежность, рыжина мягких ароматных волос - все это уже не столько опьяняло, сколько стало родным и привычным. Лили, теплая и такая дорогая Лили лежала совсем рядом и накручивала на палец прядь черных волос мужа. Она как будто собиралась с силами что-то ему сказать. - Северус? - А? - Волшебник очнулся от каких-то своих мыслей и посмотрел на жену испуганным вопрошающим взглядом. - Я хочу поговорить с тобой о нас...       Это "о нас" заставило Снейпа нервно сглотнуть. В голове роились все возможные предположения. Он, разумеется, думал только о самом страшном: что, если она знает о непреложном обете, данном Гермионе несколько дней назад. И теперь он боялся не столько ярости, проклятий и расторжения брака, сколько упрека и презрения в глазах подруги детства, по невероятному стечению обстоятельств ставшей его женой, в глазах той, кого он так отчаянно любил все эти годы. Однако, что-то с каждым новым днем их семейной жизни постепенно улетучивалось и растворялось в быту. - О нас? Лили, что ты имеешь в виду? - Северус приподнялся и присел на кровати. - Северус, дорогой, совсем скоро нас станет немного больше. - Лили... Ты беременна? - В этот момент профессор еще сильнее стал проклинать себя за недавно совершенную ошибку. - Да, дорогой, я так рада! - Женщина уткнулась носом в шею мужа и тихо счастливо засмеялась. - У Джо будет братик. - Вот оно как. Это потрясающая новость, - Снейп приобнял жену одной рукой и вздохнул так, будто ему на грудь положили булыжник весом в полтонны. - Не переживай, мы вытянем, обязательно вытянем! Ты можешь делать зелья на продажу и даже публиковать статьи в научных журналах. - Да? Ну конечно могу. - Мужчина поцеловал жену в макушку и погрузился в свои мысли. *** Закончив заготовки, Гермиона принялась за навождение справок о том, где найти потенциально опасных магических существ, также согласно списку, врученному ей Снейпом сразу же, как только был помечен галочкой последний пункт списка заготовок. Профессор ворвался неожиданно и налетел на Гермиону как бес. Сейчас его лицо казалось еще более бледным, а глаза еще более черными. От мага исходила чернющая энергетика, но не смертельная, а даже паническая. Все это, разумеется, заставило Грейнджер отвлечься от работы и обратить свое внимание на растерянного Козерога. - Профессор, что произошло? - Она машинально, следуя своей привычке из сновидений, потянула руку к его щеке, ответом на что стал грозный рык Снейпа. - Не трогайте меня, мисс Грейнджер, не приближайтесь. Одно лишнее движение, и я убью вас. - П-почему? Что я сделала? - Растерянная Гермиона стояла теперь, обняв себя руками и виновато смотрела на своего временного начальника. - У Лили будет ребенок, и вы, мисс Грейнджер, в эту схему не очень-то вписываетесь. - Стоп-стоп! - Внезапно осмелевшая девушка подняла голову, - Это точно не моя вина, профессор! Ведь вспомните, именно ВЫ предложили мне это пари. Неужели это страх оказаться неправым? - Заткнись, гриффиндорская выскочка! - Яростно прорычал Снейп и моментально сократил дистанцию между собой и Гермионой.       Последовавший за этим рывком поцелуй был таким же агрессивным и настойчивым. Профессор вложил в него всё то отчаяние, которое он испытывал в этот момент. Отреагировав на порыв Снейпа не сразу, Гермиона, всё-таки, ответила на столь неожиданный поцелуй, и выскочила из ботинок, предвкушая продолжение. А оно последовало. Очень быстро ее одежда оказалась на полу - вся, кроме чулок, на которые не обязательно было обращать внимание в такой момент. Одеяние профессора оказалось куда сложнее - тонкие пальчики выпускницы гриффиндора не так ловко управлялись с таким количеством мелких пуговиц на сюртуке черноволосого колдуна. Свободный от тесного строгого одеяния, он так же настойчиво вошел в нее, от чего девушка было хотела вскрикнуть, но мужчина закрыл ей рот еще одним поцелуем. Он понял, что в этот момент стал у нее первым, но, черт возьми, как не хотелось стать еще и единственным. Она была так молода.       Беспорядочные толкания, прогибающаяся стонущая девушка на одном из столов кабинета сейчас выталкивали из головы профессора пугающие мысли о жене и будущем ребенке, о Джоанне, об этой измене. Он жадно целовал тело новоявленной любовницы, то и дело, запускающей руки в его волосы, гладящей его по щекам и подбородку.       Гермиона нашла в себе силы перенять инициативу. Теперь, находясь сверху, она в тусклом свете свечей могла различить на его бледном теле множественные розоватые шрамы. И она жадно целовала каждый, до которого могла дотянуться, отдавая себе отчет в том, что это разовая акция, и что такое может вообще не повториться. Для него это всего лишь разрядка, но для нее, возможно, последний шанс надышаться таким любимым им. ***       Сегодня впервые это был не сон. Они лежали на ковре, она гладила его по щекам, шее и груди, а он, просто прижав ее к себе, виновато закрыл глаза и отвернулся, чтобы не показывать Гермионе боль, злость и презрение к самому себе. - Северус? - Никогда так не называй меня при ком-то еще, Гермиона, нас могут правильно понять. - Северус! - Что? - Просто пробую имя на вкус. - Не пробуй - все равно не пригодится. Ты проиграешь спор, и это не обсуждается. - Заставь. - ...те! - Сальноволосый ублюдок! - Невыносимая всезнайка!