Игра судьбы: Только начало

На следующий вечер Гарри и Александра вернулись в башню Гриффиндора. Девушка всё ещё немного прихрамывала, и мадам Помфри строго-настрого запретила ей любые физические нагрузки. Гермиона и Рон рассказали им, что Дамблдор обратился за завтраком к ученикам школы. Он просил всех оставить Гарри в покое, не задавать вопросов и не просить рассказать, что же произошло в лабиринте. Так же, что директор решил никому не говорить, что и Алекс была вместе с Гарри. Наутро Алекс решила пройтись перед каникулами по Хогвартсу. Идя по коридорам, девушка решила заглянуть в библиотеку. Она не понимала почему, но её туда тянет, ноги сами её туда привели. Зайдя в помещение, девушка оглянулась, удивительно, но там ещё были ученики. «Мда… а я думала, я одна такая, кто в последний день по библиотекам шастает». Пройдя вглубь хранилища наук, Александра взяла книгу по анимагии, которую, как она недавно вспомнила, уже читала, и благодаря ей решила стать анимагом. Она уже подошла к столу, который находился за стеллажом по Древним рунам, когда перед ней вырос человек. - Александра! – человек оказался высокий, худощавый парень с чёрными, взъерошенными волосами и чёрными глазами. – Привет! С выздоровлением! - Эээ, не хочу показаться грубой, но кто вы, и что вам надо?! – спросила Алекс парня. - Хей Александра, это не смешно! – слегка улыбаясь, сказал он. – Харе притворяться, лучше расскажи, как тебя так угораздило попасть в больничное крыло прямо в последний день перед каникулами? Что-то серьёзное? - Извините, но мне надо идти, у меня ещё куча дел и планов на сегодня, - девушка хотела обойти этого типа, но он перегородил ей дорогу, выставив руки в стороны. – Если вы меня сейчас не пропустите, то я за себя не ручаюсь, вы сами нарывайтесь на проблемы! - Ау, Александра! – улыбка уже давно покинуло лицо парниши. – С каких пор ты ко мне на Вы обращаешься? Что с тобой?! – он схватил Александру за плечи, и стал трясти. Голову девушки уже посетила знакомая боль, и перед глазами побежали картинки, складывающиеся в воспоминания. «… - Меня зовут Теодор. Теодор Нотт, - Могли бы подружиться…». Все их посиделки в библиотеке, и прогулки по окрестностям Хогвартса, все всплыло в памяти Алекс. Девушка открыла глаза и уставилась на Теодора, который с тревогой смотрел на неё. - Теодор? - О, снова на Ты. Ты как? – он обеспокоенно положил ей руку на плечо. – Что с тобой произошло? - Пойдём сначала сядем, - Александра пошла в сторону стола за котором они обычно сидят. - Ну? - В общем… поскольку я всё вспомнила… - Погоди, - перебил Теодор её. – Что значит вспомнила? - Короче, я тебе доверяю, поэтому всё расскажу. Когда началось третье испытание, я хотела подбодрить Гарри, и поэтому спустилась вниз, но по пути наступила на шнурки, и упала. Очнулась я на каком-то левом кладбище и видела, как Волан-де-Морт возродился и сказал мне, что я должна принести ему наследника в будущем. Я плохо помню, как нам с Гарри удалось вернуться обратно… - С Гарри? То есть Поттер тоже там был? - Да! Так вот, когда очнулась, я ничего не помнила за этот год, только в общих чертах. Ну… вот как-то так… - Обалдеть… - друзья с минуту помолчали, пока Александра вдруг не вспомнила кое-что очень важное. - Теодор! - Что? – парень подскочил от неожиданности. - Я кое-что вспомнила… кое-что очень важно… - И что же? - Твой отец Пожиратель смерти, - закусив губу, сказала Алекс. Теодор смотрел на подругу с распахнутыми глазами и открывал и закрывал рот, не в силах сказать что-либо. - Нет, - он покачал головой, - это неправда! - Ты думаешь, я лгу?! Он был там, он целовал пятки этому змееподобному! Он мне чуть все волосы не выдрал! - В смысле? - В прямом! Волан-де-Морт сказал ему держать мне, дабы я не сбежала, но… как видишь, я здесь… - Я верил ему, а он, – шепотом произнёс Нотт. - Теодор… - Он мой единственный родитель… - Почему? Теодор поднял на неё глаза, и тяжело вздохнул. - Моя матушка умерла, когда мне было 4 года. Я не помню, что с ней случилось, как будто обливейтом это стёрли. Я пытался расспросить отца, но он всегда переводит тему. Но рано или поздно я добьюсь от него правды. Александра поняла, что этот разговор ему даётся тяжело, но он нуждается в нём. - Знаешь, - грустно начала Алекс, - моей мамы тоже не стало когда мне было 7. Когда она умерла, мне никогда не было так плохо. Я тогда плакала, последний раз, - девушка задумалась. - И знаешь, какая бы ситуация не была, я больше не плачу. Это наверное не правильно, да? Вести себя как будто бездушная скотина? - Не говори так, - возразит Теодор, - ты не бездушная. У тебя большое сердце, раз уж ты взяла в друзья слизеринца, которых все презирают, и ещё, у тебя есть те, кого ты по-настоящему любишь, например, твой брат. Даю руку на отсечение, ты ради него в лепёшку расшибешься. - Теодор, что за выражения, ты же аристократ, - рассмеялась Орлова. - Ой, из меня аристократ, как из тебя... эм, танцор диско! Ты ведь не танцор диско? - Ты вообще видел, как я танцую? Позор для меня. - Так вот, я продолжу, то, что ты не ревёшь при любой ситуации, это не значит бездушье. Просто... ты не показываешь эмоции, плохие во всяком случаи, в этом нет ни чего такого. Вот мы, слизеринцы, всю жизнь обязаны делать рожу кирпичом, и идти так в люди. - Спасибо Теодор, для меня это важно. - Я знаю. - Знаешь, как бы это странно сейчас не звучало, но, я люблю тебя, как друга. Настоящего, и дорогого для меня друга! - О боже мой! Не включай это гриффиндорское чувство, - развеселился парень. - Ну Теодор, умеешь ты своим слизеринским характером всё испортить! Ну и фиг с тобой! – Алекс наигранно обиделась, и скрестив руки отвернулась. - Да я шучу. Просто, мне ещё ни кто такого не говорил, ну, кроме мамы разумеется. Спасибо тебе, я тоже... Я имею в виду, ты дорога мне. - Мда, вот тебе и слизеринец, ты не думал о Гриффиндоре? Шляпа тебе не предлагала? - Честно? Было дело... - Ты серьёзно?! И ты отказался?! - Это было давно! Мне было 11, и я хотел, чтоб отец гордился мной! - Вот и я того же хочу... - Чего? - Чтоб папа гордился мной, а он... - Мда, не завидую... - Так что ты будешь делать? Теперь ты знаешь кто твой отец, и... И что? - Я подожду, может он мне сам об этом скажет... - И при этом ты сыграешь удивление. Наивный... - Да, ты права, но что мне ещё остаётся? - Знаешь, если бы не Никита в этом году, то я бы позвала тебя к себе на каникулы. - Даже если так, меня бы отец не пустил. - Почему? - Как ты это себе представляешь? "Отец, помнишь ту девушку, которую вы со своими дружками на кладбище чуть не кокнули, можно я проведу у неё лето?" Так? - Почему бы и нет... - О Мэрлин, я забыл, с кем говорю. - Я думала, ты привык. - Поверь, к этому я никогда не привыкну. Друзья ещё не много посидели, и договорившись переписываться летом, обнялись, и каждый ушли в свои гостиные. Когда Алекс собрала чемодан, она спустилась вместе с Гарри, Роном и Гермионой вошли в зал, они сразу заметили, что зал не украшен, как обычно, цветами победившего факультета. Сегодня стена за учительским столом была задрапирована черным. Александра тут же поняла, что это — дань уважения Седрику. За столом преподавателей сидел настоящий Грозный Глаз Грюм. Деревянная нога и волшебный глаз вернулись к нему, но несмотря на это он был весь какой-то дерганый и вскакивал каждый раз, когда кто-то заговаривал с ним. Стул профессора Каркарова был пуст. А вот мадам Максим была на месте. Она сидела рядом с Хагридом, и они о чем-то тихо переговаривались. Дальше, рядом с профессором МакГонагалл, сидел Снегг. Профессор Дамблдор поднялся со своего места. В Большом зале и до того было совсем не так шумно, как бывало раньше, а теперь и подавно повисла тишина. - Закончился, — произнес Дамблдор, оглядев присутствующих, — еще один учебный год. Он замолчал и посмотрел на стол пуффендуйцев. За этим столом было тише всего, а лица студентов были самыми грустными и бледными во всем Большом зале. - Многое я хотел бы сказать вам сегодня вечером, — продолжил Дамблдор, — но прежде всего я должен признаться, что мы потеряли очень хорошего человека, который должен был сидеть здесь, — Дамблдор махнул рукой в сторону стола пуффендуйцев, — и вместе с нами радоваться Прощальному пиру. Я хотел бы, чтобы все сейчас встали и подняли стаканы в честь Седрика Диггори. И они это сделали. Заскрипели отодвигаемые скамьи, и все присутствующие встали, подняли кубки и по залу прокатилось: «За Седрика Диггори». - Седрик обладал многими достоинствами, которыми отличаются студенты Пуффендуя, — снова заговорил Дамблдор. — Он был хорошим верным другом, любил труд, высоко ценил справедливость. Смерть его подействовала на всех вас, независимо от того, знали вы его или нет. Поэтому я думаю, вы имеете право узнать, как это случилось. Александра поднял голову и посмотрел на Дамблдора. - Седрика Диггори убил лорд Волан-де-Морт. По залу пронесся взволнованный шепот. Одни смотрели на Дамблдора с ужасом, другие — с недоверием. Директор спокойно дождался пока шум стихнет. - В Министерстве магии не хотят, чтобы я сообщал вам это, — продолжил он. — Возможно, некоторые из ваших родителей будут в ужасе от того, что я сделал. Либо потому, что они не верят в возвращение Волан-де-Морта, либо потому что считают вас слишком маленькими, чтобы говорить об этом. Но я уверен: правда в любом случае предпочтительнее лжи, а пытаться представить смерть Седрика несчастным случаем или заявить, что он сам в этом виноват, было бы оскорблением его памяти. Ошеломленные и испуганные лица одно за другим поворачивались к Дамблдору... но поворачивались далеко не все. Александра заметила, как за слизеринским столом Малфой что-то говорил Крэббу и Гойлу. Горячая, тошнотворная волна гнева закипела у Алекс внутри, и она заставила себя перевести взгляд на Дамблдора. - Есть еще один человек, которого необходимо упомянуть в связи со смертью Седрика, — говорил Дамблдор. — Я говорю, конечно, о Гарри Поттере. По залу будто пробежала волна, когда многие головы повернулись сначала к Гарри, а потом снова к директору. - Гарри Поттер сумел ускользнуть от лорда Волан-де-Морта, — продолжал Дамблдор. — Он рискнул жизнью, чтобы вернуть тело Седрика в Хогвартс. Он проявил храбрость, которую перед лицом лорда Волан-де-Морта проявлял не каждый взрослый волшебник и теперь я пью в его честь. Дамблдор тяжело повернулся к Гарри и снова поднял кубок. Почти все в Большом зале повторили его движение. Они назвали его имя, также, как назвали имя Седрика Диггори, и выпили в его честь. Когда все снова заняли свои места, Дамблдор продолжил свою речь. - Цель Турнира Трех Волшебников — укреплять взаимопонимание среди волшебников всего мира. В свете случившегося — то есть возвращения лорда Волан-де-Морта — такое взаимопонимание становится, как никогда, важным. -Дамблдор перевел взгляд с Хагрида и мадам Максим на Флер Делакур и студентов из Шармбатона, а затем на Виктора Крама и дурмстрангцев за слизеринским столом. Гарри увидел, что Крам насторожен и почти испуган, как будто ожидает, что Дамблдор скажет что-нибудь резкое. - Каждый гость этого зала, — сказал Дамблдор, и его взгляд задержался на учениках из Дурмстранга, — будет с радостью встречен здесь всегда, в любое время. Хочу повторить еще раз: в свете возрождения лорда Волан-де-Морта мы сильны настолько, насколько мы едины, и слабы настолько, насколько разъединены. Лорд Волан-де-Морт славится способностью сеять раздор и вражду. Мы можем бороться с этим, создавая прочные связи, основанные на дружбе и доверии. Различия в наших традициях и в наших языках несущественны, если у нас общие цели, а наши сердца открыты навстречу друг другу. Я уверен — и никогда еще я не хотел бы так сильно ошибиться, — что впереди нас ждут мрачные и тяжелые дни. Некоторые из присутствующих в этом зале уже пострадали от рук лорда Волан-де-Морта. Многие семьи были разрушены. Неделю назад погиб ваш товарищ. Помните Седрика. Если настанет время делать выбор между легким и правильным, вспомните, что случилось с честным, добрым, смелым мальчиком только потому, что он случайно встал на пути лорда Волан-де-Морта. Помните Седрика Диггори. *** Чемодан Алекс был упакован, сверху стояла клетка с Сырником и корзина с Кузей. Они с Гарри, Роном и Гермионой толкались вместе с остальными четверокурсниками в переполненном холле в ожидании карет до станции Хогсмид. Стоял прекрасный летний день. К Гарри подбежала Флёр. - Мы встретимся, я надеюсь, — сказала Флер, протягивая ему руку. — Я надеюсь получить здесь ‘габоту хочу улучшить свой английский. - Он и так очень хорош, — с трудом выдавил Рон. Флер улыбнулась ему. Гермиона нахмурилась. - До свидания, Гарри, — попрощалась Флер. — Было очень п’гиятно познакомиться! - Интересно, как доберутся обратно дурмстрангцы? — спросил Рон. — Как вы думаете, смогут они управлять кораблем без Каркарова? - Каркаров не управлял, — раздался рядом мрачный голос. — Он сидел в своей каюте, а всю работу делали мы. Крам подошел попрощаться с Гермионой. - Можно тебя на пару слов? — спросил он ее. - А... да... конечно, — ответила Гермиона, слегка смутившись, и отошла в сторонку вместе с Крамом. - Поторопись! — громко крикнул ей вслед Рон. — Кареты подъедут через пару минут! Однако он все время вставал на цыпочки и вытягивал шею, пытаясь разглядеть, что там делают Гермиона с Крамом. Они вернулись очень быстро, и с ними был Никита. Рон пристально смотрел на Гермиону, но лицо ее было бесстрастно. - Мне нравился Диггори, — коротко заявил Крам Гарри. — Он всегда был со мной вежлив. Всегда. Несмотря на то, что я был из Дурмстарнга... вместе с Каркаровым, — добавил он, нахмурившись. - У вас уже есть новый директор? — спросил Гарри. Крам пожал плечами. Затем, как и Флер, протянул руку сначала Гарри, потом Рону. По лицу Рона было видно, что он ведет какую-то тяжелую внутреннюю борьбу. Крам уже отвернулся и хотел уйти, как Рон вдруг выпалил: - А можно мне твой автограф? Гермиона отвела взгляд и улыбнулась безлошадным каретам, которые катились к ним по подъездной дороге. Крам удивился, но с удовольствием подписал Рону кусочек пергамента. - Никита, ты идёшь? – спросил он у Орлова. - О нет, Дамблдор разрешил мне ехать сразу с Сашей, - он обнял сестру за плечо. – Так что, я на поезде с ними. - Ладно Никита, значит, давай прощаться! – Виктор протянул ему ладонь. – Ты отличный друг. - Спасибо, ты тоже, - ответил Никита, пожимая руку Крама. - Мы ещё увидимся? - А как же! Приезжай к нам в Санкт-Петербург, я планирую Сашу забрать туда. - А не чё что я тут, и всё слышу. - Я знаю. - И ты не хочешь поинтересоваться, хочу ли я в Питер. - Саш… - Александра! – донёся до ушей девушки громкий голос. Алекс обернулась и увидела пробирающесего сквозь толпу Симуса. - Симус? Что-то случилось? - Нет, просто я думаю, мы не можем просто так уехать, даже не попрощавшись. - Оу, ну ладно… пока… Вместо ответа, Симус нагнулся, и поцеловал девушку, от чего та немедленно отстранилась от него. - Финниган, ты что творишь! – вскипела она. - Что? Мы вообще-то встречаемся, раньше ты не протестовала. - Встречаемся? И снова в голове всплыли все воспоминания о их свиданиях и прогулках. - А… ну да… - неуверенно сказала Алекс. Чмокнув его в щеку, она бросила небрежное «пока» и пошла к Хогвартс - Экспрессу. «Как я могла встречаться с Симусом? Я люблю его? Бред какой-то! Надо же было мне потерять память, гори всё в аду!» «Успокойся, побереги нервные клетки». «Никита, сколько раз я тебе говорила не лазать у меня в голове?!» «Раньше тебя это не смущало». «Раньше у меня не было личной жизни». *** Приехав на вокзал, Никита взял вещи сестры, и пошёл к машине. Александра повернулась к Гарри, чтобы с ним попрощаться, но увидела его невдалеке возле Фреда и Джорджа. Подойдя поближе, она слышала, как близнецы благодарят Гарри. - Ребят, ваша мама уже торопит нас, - сказала она Уизли. - Да, идём. Фред с Джорджем ушли, а Алекс повернулась к Гарри, и порывисто обняла его. - Пиши мне почаще, - сказала она не громко. - Хорошо, и ты мне. - Удачи. Александра побежала к машине, в которой уже сидели близнецы и Никита. Алекс села возле окна, и наблюдала, как они отъезжали всё дальше и дальше от вокзала Кинг-Кросс. Ехав от силу час, машина подъехала к красивому двухэтажному дому. Александра открыла дверь, и выбежала из автомобиля. - Ну, здравствуй дом родной, - радостно проговорила Алекс идя по тропинке к дому. Никита шёл следом за ней, и тоже восхищёно оглядывался. - Я сто лет тут не был, а не чего не изменилось. - О, ты ещё внутри не был. Брат и сестра подошли к двери, и собирались постучать, но как только кулаки коснулись поверхности, дверь свободно распахнулась. Алекс и Никита вошли внутрь и увидели такую картину. По всему дому бегали какие-то люди в мантиях, и что-то между собой переговаривали. Алекс свободно прошла на кухню, и увидела там бабушку, которая сидела и пила чай. - Бабуля, - Александра подбежала к бабушке. Зинаида, увидев внучку, сразу повеселела, и встала из-за стола, чтоб обнять и расцеловать её. - Сашуля, как добрались? Где Никита? - Я тут, - сказал парень, войдя на кухню. Бабушка оторвалась от Алекс, и подошла к Никите, и тоже обняла и поцеловала его в обе щёки. - Никита, мальчик мой, как ты вырос, - на глазах у неё появились слёзы счастья. Алекс подошла к брату и бабушке, и Зинаида ещё раз обоих стиснула в объятиях. - Ну бабушка, ты нас задушишь так, - весело проговорил Никита. - Да-да, простите меня мои дорогие, - говорила бабуля, вытирая слёзы платком. - Бабуль, а что произошло? Кто эти люди? - Ох, Сашуль, у меня плохая новость, - женщина поникла, - вам с Никитой придётся поехать в Россию. - Почему? - Вчера в дом кто-то ворвался, и всё поднял верх дном. Найдены следы чёрной магии, я не могу так вами рисковать. - Откуда тут тёмная магия?! Это бред! - Сашуль, иди в свою комнату, возьми все нужные тебе вещи, и уезжайте. - Да бабуль. Александра собрала вещи, и вышла во двор. Возле ворот всё ещё стояла та машина которая привезла их сюда. Возле автомобиля стояли обеспокоиные близнецы. Алекс подошла к машине, и закинула сумку в багажник. - Алекс, что случилось? - В дом кто-то проник, и теперь мы должны с Никитой уехать, - ответила она. - А куда вы? - Мы полетим домой, в Питер. В культурную столицу России, - сказал Никита который только что подошёл к ним. - Шев, сейчас заедем на Оттери-Сент-Кэчпоул, а потом в аэропорт, - сказал Никита водителю, просунув голову в окно. - Зачем в аэропорт? – испугано спросила Александра. - А как мы по-твоему попадём домой? - Никита! Ты идиот… - прошептала Алекс. - Это вопрос или утверждение? - И то, и другое! Вспомни мои самые большие страхи. - Так, первый твой самый большой страх, как ты утверждаешь, мёртвый я. - Так, дальше. - Второе, ты боишься насекомых… ну вот… - И? - Да вроде всё… - САМОЛЁТЫ! Самолёты Никита! Я боюсь летать! - Брось… Что в этом страшного? - Не смешно! У меня фобия! - Выпьешь успокоительного и всё. - Ладно, а скажи мне на милость, где нам жить? Я к папе не поеду! - Эй, он вообще-то мне дом на День рождения подарил. - Нихуя себе, - оболдела Алекс. - Саша! Подбирай выражение! - А сколько там комнат? – поинтересовалась она. - Так, моя спальня, твоя спальня, спальня, где стоит двуспальная кровать. Это на случай если гости или типо того… - В общем, не важно! И это всё? - Нет, ещё кухня, гостиная, кабинет, ванна с туалетом и веранда где живёт собака. Там и Кузя поживёт. - Здорово! - Долго вас ещё ждать?! – прозвучал недовольный голос из машины. - Да, садимся. Никита силой запихал сестру в машину, и сел сам. И уже садясь в аэропорту в самолет, Александра понимала, что это только начало, и кто знает, может, начало конца. Ну вот и кончилась первая часть дорогие читатели, если она вам понравилась, и вы хотите продолжения то вот ссылка на вторую часть: http://ficbook.net/readfic/1329025 Хочу сказать спасибо абракадабре. Даша, ты мой самый преданный читатель, спасибо тебе большое за то, что писала отзывы, тем самым подталкивая меня не бросать этот фанфик. Так же, хочу вынести благодарность Sindepona. Не смотря на многие грамматические ошибки в тексте, ты продолжала читать его и оставлять отзывы, спасибо) _KiRa, так же хочу сказать спасибо тебе, у тебя были самые длинные и необычные отзывы) Спасибо всем за то, что читали мой фик и оставляли отзывы. Всегда ваша Mandarinka268)))