Сапёр

      Несмотря на количество друзей Алёны, в постоянную компанию входило не так много человек, и потому то все обращали внимание на всех. Никто не был забыт, но это не обязательно хорошо: вначале девчонки, постоянно трогающие густые русые волосы, смущали Варю. Потом девушка к такому поведению привыкла, и стала относиться к просьбам Селесты заплести её с «дальней перспективой»: — Не в институте же это делать. Как-нибудь потом, на праздник. — Варвара немного лукавила: девушка понимала, что, скорее всего, компания не будет отмечать праздники вместе. Но не обижать же Селесту отказом? Она ведь такая милая. — Когда я окрашивала кончики в розовый, — жаловалась она, — не думала, что потом они будут такими сухими. Теперь, наверно, придётся подстричься… — разговор о волосах поднимался не впервые, но, пусть у Вари и была здоровая шевелюра, потому что та умела ухаживать за ней, девушке не хотелось сейчас с видом эксперта что-то советовать. Вдруг подумают, что она помешана на внешности? — Ну-ка, — оторвавшись от телефона, парень с двумя белыми полосками на брови (критиковать кого-то Варя не имела права, но, тем не менее, выбривание брови она считала всего лишь данью моде, к тому же, внешность Миши особо не изменилась. Чем бы дитё не тешилось…), — дай потрогать. В столовой тема волос была бы неуместной, но ребята, благо, начали обсуждать это в коридоре, лишь по пути на обед. Большинство встреч компании проходили именно во время этого перерыва, и именно в столовой. Видимо, так всем было удобнее. — Пристаешь к девушкам?       Редкие появления Влада всегда были крайне запоминающимися, потому что он умел сразу поставить всех, кроме одного человека, на дыбы. В голове Вари уже формировалось представление о нём, но пока образ в ее глазах трудно было обозначить одним или двумя словами. — Это ты пристаешь ко мне, — досадливо ответил Миша, но, пусть и был немного смущен, всё равно потрогал волосы Селесты, а потом и Варины. — Не сильно отличаются. — Кого я вижу! — иногда голос единственной подруги молодого человека срывался почти на крик. В такие моменты она, обычно, была чему-то удивлена. Алёнка подскочила к ним за долю секунды, никто даже не успел заметить, как она появилась из ниоткуда. — Владик! — они обнялись. — О чем болтаем, товарищи?       Если бы Саша пришел раньше, он мог бы занять место получше, но ему пришлось довольствоваться углом стола рядом с Варей, которая постаралась максимально подвинуться, чтобы ему было хоть чуть-чуть удобно. Последнее время они сблизились, и дело было даже не в том, что они разделяли неприязнь к красавцу, защищенному рыжей от всех праведных нападок. — Отстрижешь и всё, — пожала плечами девушка, слушая Селесту и запихивая булочку в рот (Варя не видела, что бы Алёнка хоть раз купила себе полноценный обед). — Будут такие же мягкие, как у нас с Варечкой, — она потянула руку к темно-русым волосам, и Влад, к всеобщей неожиданности, шлёпнул подружку по руке: — У тебя руки липкие от сладкой булки, а ты к волосам их тянешь? — Ой! За «спасение» своих волос Варвара его благодарить не собиралась, хотя, может, и стоило: сама она даже подумать не успела о том, что пальцы извиняющейся девушки испачканы: — мог бы просто сказать, — в любом случае, удар был излишним. — Хватит меня глазами сверлить, — обращение было направлено не к ней. Влад смотрел на того, чьё место рядом с Алёнкой занял чуть ранее: — Не такой уж у тебя и устрашающий взгляд, — не ожидая ответа, он зевнул, запоздало прикрыв рот ладонью, и поднялся: — Не забывай салфетки, иначе будешь стирать чужие вещи, — совет был дан с улыбкой. Влад дал Рыжовой «пять», и, наконец, ушел первым. Всем пришлось вставать вслед: до конца перерыва оставалось не так уж много времени.       Эффект от присутствия Владислава длился не долго: Варя быстро избавлялась от негодования или даже некоторого раздражения его напыщенностью. Как что если этот энергетический вампир, питающийся раздражением Саши и Миши (девушка усмехнулась: собственная придумка показалась забавной), и хотел быть в голове других людей весь оставшийся день, у него не получалось.