Malleus Maleficаrum

Некромантия привлекала Сциллу по многим причинам. Мёртвые могут рассказать многое и даже научить. Жизнь и смерть – две стороны одной монеты, которая постоянно крутится в воздухе; и только Сцилла решает, какой стороной ляжет монета. Человеческая жизнь проста до ужаса и заурядна, ей нет дела до чужих слёз и горя. Она сама – ходячий океан скорби. Но когда она видит печальные светлые глаза Раэлль, ей кажется, что ни одна душа в мире не страдала, как эта девушка. И даже когда ей поручают привязать её к себе, Сцилла не чувствует жалости. Ну что с того, что ещё одна душа будет изломлена ради идеалов Спри и прекрасного нового мира, что они построят? Однако же, спустя время, Сцилла понимает, что не она привязывает Раэлль к себе. Все происходит в точности наоборот. Ей хочется кричать, но некроманты не показывают своих эмоций. *** – Расскажи мне о себе, – просит Раэлль в одну из ночей, что они проводят вместе. Сцилла нервно усмехается, однако Коллар не чувствует подвоха и так же вопросительно ждёт. - Я некромантка. Мне девятнадцать. Люблю поганки и лунные прогулки. Коллар хихикает настолько очаровательно, что сердце Сциллы сжимается от нежности к ней. – Давай то, чего я не знаю, хорошо? – ласково просит она, не догадываясь, что такие простые вопросы терзают душу Сциллы гораздо сильнее, нежели сожаления о массовых убийствах, что она совершила за свою недолгую карьеру в роли Спри. – Эй, ну ты чего? – немного обеспокоенно говорит Раэлль. – Мне тяжело говорить о том, кто я. В моей жизни, – тихо говорит Сцилла, – в моей жизни было много сложных решений. Я делала… Отвратительные вещи, помимо занятий некромантией. Последнее мне, кстати, очень нравится, – неловко шутит девушка, пытаясь перевести тему. Раэлль хмурится, что делает её ещё более очаровательной. – Ладно! Захочешь – сама расскажешь. Сцилла облегченно выдыхает. - Но я хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя. Раэлль снова улыбается, и Сцилле кажется, что она не вынесет такой нежности от другого человека. – Я знаю. Ночью Сцилле снится та жизнь, которой у них с Раэлль никогда не будет. Утро не приносит облегчения. И послевкусие от этого сна делает Сциллу чертовски нервной. Мысли о том, чтобы предать спри и пуститься в бега с Раэлль, уже не мелькают на задворках сознания. Они становятся молитвой, которую в исступлении говорит себе Сцилла, когда голубой шарик невинно парит в зеркале. *** Иногда, в редкие моменты, она пытается представить себе, что было бы, не встреть она Раэлль. Осталась такой же бездушной убийцей, ослеплённая великой миссией спри? Или же забитой девочкой, чьи родители умерли? Одна против всего мира? Нервная усмешка ползёт по губам Сциллы. На некоторые вопросы лучше не знать ответа, иначе это погубит. Но на один вопрос, что она задавала себе однажды, сможет ли она предать ради любви, Сцилла знала ответ. И это знание придавало ей сил. *** – Выбьешь мне приглашение на свадьбу? – лукаво просит Сцилла. – Думаю, привилегированная задница Эбби не обломится, если ты будешь со мной. Сцилла смеётся. Может, их не ждёт жизнь, которую они заслуживают, но у них будет та, которую они проживут вместе. Несмотря ни на что.