Try for a chance

Лондон 50-х - один из самых романтичных и экстравагантных периодов прошлого столетия. Изыск и броскость, лаконизм и смиренность - многие качества почитались в нём, в совокупности создавая некое подобия отдельного мира. Огни и вывески трепыхали в ночную пору, но именно в темное время суток город оживал, принося множество открытий - мест, окрайностей, где мог побывать гость. Мужчины и женщины были разными на подбор, но всех объединяло одно - жажда к развлечениям. - Как неожиданно попасть именно сюда...- удивленно сказала Сапсан, что "плыла", смотря на звёзды на небе, которых почти не было видно из-за вспышек пейзажа небоскребов. - Неописуемая была пора. Имбрины шли рядом, на асфальте отражались фары встречных машин, слышны были нетерпеливые гудки, гул, писк светофора и ругани. Но им было все равно. - Моё любимое было время. - в голосе Кукушки отразились нотки каких-то отрадных воспоминаний. - Это не единственная причина? - Алма заглянула на ветрину винного магазина, мимо которой они проходили. - Не единственная, но довольно важная. Давай купим что-нибудь выпить? - вдруг Изабелла остановилась, ее шляпка с широкими полями чуть не слетела с белесой головы. - "Иначе, это будет не вечер..." - повторила женщина слова своей одной очень хорошей знакомой со вздохом. Но она не отказала. - Иначе я не смогу уснуть. - Кукушка открыла дверь. *** - Шардоне...- протянула Алма, когда они поднялись на нужный этаж. - Как давно я его не пробовала. - Как давно у тебя не было разнообразие в спиртных напитках...- хмыкнула Изабелла, отпирая входную дверь. - Появилось в последнее время...- задумчиво произнесла Сапсан, наблюдая, как в полутьме подруга пытается возиться с замком. - Готово. Прошу...- Кукушка подтолкнула дверь, и она открылась с тихим скрипом. - Я давно не была здесь, но навела порядок перед нашим приходом. Порядок был наведен должным образом - квартира казалось небольшой, не отличавшаяся ничем от среднестатистической однокомнатной, но даже такое скромное жилье не обошлось без предпочтений в моде Изабеллы. Вся обстановка напоминала её саму. - Откуда она у тебя? - Алма изучающе водила взглядом по потолку. Сегодня она была немного сконфуженной. - История вполне обычная. Дали нам дело тогда в этом секторе, а операция была длительная и требовала крайнего правдоподобия. Вот и пришлось купить это... Прошу, присаживайся, чувствуй себя, как дома. Изабелла развела руками, а сама вульгарной походкой прошла на кухню. Алма слегка постояла на месте, мявшись, теребя складку платья, ладони, признаться честно, немного запотели, а в горле пересохло. Хорошо, что они все же решили купить вина. Сапсан села на коженный диван, выпрямив спину. Справа доносился звон посуды и воды. В гостиной, которая была сплошной с прихожей горели тусклые ночники на стене, люстра - нет. Это и впрямь создавало некое подобие уюта. - Так-так-так...- протораторила Изабелла, на цыпочках войдя в комнату. - Виноград или яблоки? Она поставила открытую бутылку и пару бокалов на журнальный столик. - Виноград...- тихо произнесла Алма, облокотившись на правую руку. Её взгляд вновь прошелся по смуглому телу в приталенном платье - никогда со времён академии она не изменяла себе. Сапсан поправила очки, только и всего, трубку закурить было невозможно - она не взяла её. - Отлично. - подмигнула Изабелла и вновь скрылась. Алма оглянулась на неё и, приняв решение, все же наполнила бокалы до краев - нетерпеливость ей сопутствовала в последнее время. Когда ещё она сможет расслабиться именно так. - Ох, ты уже...- сконфуженность Кукушки длилась недолго, и она, также отдавшись искушению, сделала пару маленьких глотков. Приятный аромат и послевкусие слегка сводят скулы, но это того стоило. Алма томно вздохнула. - Неплохо, да? - оскалилась Изабелла, приподняв брови. - Ещё как...- Сапсан хохотнула, её напряжение потихоньку начанало ослабевать, давая волю отдыху. - О чем ты хотела поговорить? Изабелла взяла одну виноградину и почти отщипнула кусочек, но остановилась. - То есть? - её зрачки маниакально бродили по пышному ковру. - Та тема была не единственной. Ты не пригласила бы меня в такое место, если бы не было должной причины. Какая она? Сапсан строила вид, что ничего не понимала - наивная, целомудренная имбрина, хотя на самом деле не могла уже и представить себя без знаний о сексе. Когда они были ещё девушками, ученицами было запрещено даже и думать о столь дерзких помыслах. Старшие наставницы или знатоки, кто пользовался лишь знаниями первых утверждали, что всё это ненужный им жизненный аспект, что не пригодится им вообще - детей нужно не рожать, а охранять. Поэтому многие так и не осмелились ступить на этот тернистый путь, что влёк бы за собой не самые приятные последствия. Но это говорили о мужчинах. А что же касалось женщин? Гендерная ориентация была слаба развита, да и не существовало такого понятия - однополая любовь. Но не птица-судья гадать о том, что могло прийти в эти юные головы. Опыта не было ни у кого. Удивительным был и сам факт, что имбрины сами настраивали себя на эту прирывистую волну. Воспитанники могли спросить о чем угодно, особенно совершенно крошечные совсем особы, что не видели ничего в своей жизни, а вычитали что-то из учебников по биологии. И имбрины рассказывали, но завуалированно, конечно. Иногда самим было неприятно воспринимать это, но приходилось терпеть - краснеть не имело смысла. Естественные процессы, естественная реакция. - Ах, хотела поговорить...- Изабелла кашлянула. - Я хотела...извинится. Повисла долгая пауза. Извинится? "За что?" - могла бы спросить Алма, но тогда стала бы уверена на сто процентов, что ход был жульнический. Но она и устала бороться. - Скажи мне честно: ты хочешь, чтобы остаток этой ночи мы скоротали вдвоем? - спросила она, немного крепче сжимая пальцы на тонкой ножке бокала. Кукушка, что в очередной раз не знала, как ей поступить в этой ситуации с той, которая молейшим лишь словом могла отрезать любое ее преднамерение. В последние дни она лишь повиновалась ей, получала дерзкие замечания и чуть ли не насмешки. Изабелла знала, что все это Алма предпринимает из собственных побуждения, считая нужным привести подругу в чувство, чтобы та не заходила слишком далеко. Но здесь нет работы, здесь нет детей, нет ушей и глаз, что могут подсмотреть за ними - здесь были только они. - Да...- прозвучало жалостливо и тоскливо. - Я так и знала... Слова заставили ошеломленную имбрину поднять янтарные глаза на женщину напротив. Порой Алма так красиво поворачивала голову, что весь ее профиль издавал элегантностью и желание у других людей, как думала Кукушка, прильнуть иссохшими губами к этим веревчатым жилкам на тонкой шее. Сейчас Изабелла хотела быть тем самым графом Дракулой, что опробывал бы на вкус эту бледную молочную кожу. Внутри все искрилось от таких мыслей, ведь по сути, все идёт не так, как она предполагала. Сапсан долго колебалась, тишину не прервала ни одна. Ее брови были низко опущены - здравый рассудок все же нашептывал ей не делать этого, но, видимо, на это раз она решила довериться нечто иному. - Хорошо... Изабелла в самом деле не могла поверить своим ушам - она знала, что идёт на неоправданный риск, говоря так прямо, устроя всю эту пустую презентацию - ей показалось, что она ослышалась, не верила до конца. Правда это или лишь хороший сон. - Алма...ты не обязана заставлять себя. Ты не обязана делать этого только ради меня...Я прекрасно пойму, если сейчас ты бросишь в меня этот злочастный фужер... - Ну уж нет, дорогая...- сказала Сапсан угрожающе тихо, будто запугивая подругу, ставя в неосознанную позицию. - Я не заставляю себя, так как ты не принуждаешь меня к этому. Это мой выбор - я хочу этого, Изабелла. Сделать...это...ещё раз... Женщина поправила свой итак идеально обвязанный шарфик - ей нужна была причина как-то логично закончить эту мысль, и она решила, что это будет неплохой жест. Но он выдавал ее нервозность с головой. Они обе были в отчаянном положении - им нужно было начать, но обе никак не могли перебороть в себе какую-то крупицу сомнения. Тут, Алма наклонилась к столику, ставя бокал и, тяжко вздохнув, неспеша, будто специально медля, стянула с себя тот самый черный шарфик. Она приковала к себе вполне ожидаемый голодный взгляд, чему, как она сама не верила, ухмыльнулась в душе. Признать, все это, с одной стороны - было очень неправильно, несвычно, но с другой - имбрина чувствовала себя на долю уверенной из-за повторного опыта. Подняв на женщину фисташковые в свете ночников глаза, прикусила нижнюю губу, потерев шею - она не предполагала даже насколько сама была в эту минуту соблазнительна - Алма лишь старалась показать свою готовность, но не понимала, зачем так медлить? Хотя сама была за долгие прелюдии и зрелища, но не могла сама устоять в последнее время. Она настроила уже давно свой организм на предстоящие часы, но голова была забита ненужными вопросами - вдруг что-то пойдет не так? Но не её одну это мучало. Изабелла очень медленно поднялась и также неспеша подошла к дивану напротив. Она смотрела на нее сверху вниз, невольно, как бы, демонстрируя свое превосходство. Подхватив подбородок легким движением пальцев, Кукушка приподняла, казалось, хрупкую голову Сапсан. Та наивно хлопнула густыми ресницами и чуть громче, чем она подозревала, взглотнула, вызвав непомерно искреннюю ухмылку у имбрины - на щеках у нее на пару мгновений пробежали ямочки. - Хочешь этого?..- Изабелла нагнулась опасно близко к чужому лицу. - Да...- имбрина почувствовала ее дыхание. - Можно...мне? - женщина не знала, как правильно начать этот непростой для нее шаг, но подумала, что, спросив разрешения, ей станет легче. Алма в очередной раз медленно моргнула - "Конечно". Нежный поцелуй лег на губы Сапсан. Сладко-кислый привкус алкоголя остался на языках, когда имбрина пыталась прервать этот миг. Но Алма была уверена - она не хотела отпускать ее. После того, что произошло одним днём надолго осталось в ее памяти. Женщина не могла понять - почему так легко отдалась этому. Возможно, устала, понадеялась на тепло, которого так не хватало очень долго - физическое ее проявление для нее не было первым пунктом или главным аспектом, но отрицать того, что она этого не хотела она не могла. Ее желания были донельзя примитивны сейчас, хотя не требовали от имбрин этого. Им было это не нужно. Но так хотелось получить иногда, разделить любовь, что годами хранилась где-то глубоко внутри. - Присядь рядом...- осипшим голосом произносит она, потянув ремешок платья. - Не совершаем ли мы ошибку? - спрашивает Изабелла, видя, как Алма дрожащими руками снимает очки. Видя ее волнение, понимает, что и ей оно передается непонятным образом - женщина нервно встряхает головой, поправляя седые волосы. - Это ведь не первый раз, правда? - женщина пододвигается к ней, опуская глаза. Обе тянутся друг к другу, сплетая худые пальцы. - В голове такой беспорядок. Я так хочу все забыть, будто ничего и не происходит вовсе, Изабелла. С самых ранних лет, с академии только ты была рядом, а я не ценила это должным образом, не понимала тогда...Ты любила меня, дорогая? Скажи честно. Сапсан целует ее в край губ - смешно по сравнению с тем, что происходило до этого. - Я всегда любила тебя, Алма. Непомерно любила. Возможно, я слишком долго несла все свои чувства к тебе спустя года. Квасила их внутри...- на секунду дернулась улыбкой. - Но я боюсь, что оступилась тогда, понимаю, на сколько низко опустилась перед тобой. До сих пор я не могу прийти в себя после той выходки, я... Имбрина замолчала, поерзая на месте. - Я просто...- безнадежно шаря взглядом по ковру, Изабелла сильнее сжимает ее руки, в глазах вспышки слез. - Не смей...- Сапсан качает головой насколько ей в тягость видеть это все. - Давай не будем сейчас... Пододвинувшись ближе, не зная почему, она обхватывает ее шею, чувствует запястьем, как пульс бешено разогнался от всего этого - то ли ещё будет. - Скажи, что мне все это мерещится...- Изабелла дышала неровно, в каждом ее новом вздохе были слышны комки плача. - Я схожу с ума? Оплот моего воображения... Последующие глупые фразы утонули в очередном поцелуе - Алма решила, что так будет лучше. Она не хотела видеть ее страдающей от столь несуразных предположений. Изабелла была потеряна, и удивительно было, как всё-таки непредсказуемо менялось ее настроение, которое можно было легко контролировать. - Глупая пташка...- устало шепчет Сапсан ей в лицо, гладя по щеке. - Ты и понятия не имеешь насколько мы сейчас близки стали друг к другу... - О, Птица...- Кукушка коротко выдыхает. - Прошу, не отталкивай меня. Не сейчас... - Этому не бывать, дорогая...- их носы соприкасаются до щекочущего ощущения, от которого хотелось бы чихнуть. - Мы хотели...Ты хотела сделать мне приятно, забыла? Не самое подходящее время, чтобы раскисать. - Какая я жалкая...- женщина наклоняется, пытается стереть иссохшие соленые дорожки. - Я противна тебе? - Нет. - коротко отвечает Алма. - Как ты могла об этом подумать? - Просто я идиотка...- Кукушка фыркает, виновато опустив глаза, по коже пробегают мурашки, от того, как имбрина, как ребенка гладит по волосам, прижимая к себе. - Я думаю...- Алма слегка помедлила, будто страшилась сказать это. - Нам нужно перейти в спальню... Изабелла резко хватает ее за плечи, отчего вызывает слегка недоуменное выражение на лице у подруги - не самый подходящий сигнал, но весьма примитивный, чтобы все словно накрылось дуэльной пеленой только для них. Рот дрожит в немой улыбке, женщина издает нервный смешок и получает ответную скромную ухмылку. Неуклюжие шаги, ползки по стенам - Кукушка прижимает ее на каждом углу, впиваясь все требовательней и грубее, чем заботливая француженка - в темноте ночного Лондона, в этой скромной квартире, в коридоре слышаться тихие смешки. Обе по дороге снимают каблуки, что немного мешают ходить по довольно плотному ковру - ты уже успела стянуть с нее скромное чёрное платье, отбросив на спинку кресла. Сама не желаешь обнажаться - сегодня только ее вечер. Но Сапсан не хочет мириться с этим, молниеносно и довольно ловко протягивает руки, оставляя тебя только в одном нижнем белье, как и она сама. Решаешься взять реванш, в свете звёзд и шума уличной суеты, которая пробивается сквозь плотно занавешанные окна, ты оглядываешь знакомое тело -никогда не думала раньше, смотря на него так. Но теперь она позволила тебе сделать это - чистую формальность, которая, может, и станет той самой отправной точкой в ваших отношениях. Скромно улыбаешься, когда Алма берет твои руки, самолично ведя к кровати - иногда она давала своим чувствам обуздать себя, что вызывало непосильное намерение о сомнении - настоящая ли Алма ЛеФей Бентам стояла перед ней. Настоящая - убеждаешься ты, когда вновь в неторопливом сплетении уст, пробуешь ее все изысканней и изысканней. Вы обе чувствуете подступающий жар от нехватки воздуха - отрываешься от нее и одним лишь удачным движением распускаешь, собранные в тугой пучок, волосы. Женщина тянется к бретелям на твоём бюстгальтере - прерываешь ее, качая головой. - Ce soir est juste à toi *...- шепчешь на ухо. Алма отрывисто кивает, прикрывая глаза и краснея. Даёт волю твоим конечностям, опытно оставляешь ее грудь обнаженной, прильнув наконец к такой жаждущей разгоряченной коже на шее. Она выгибает ее, давая возможность оставить побольше следов, что потом придется будет прятать под плотными воротниками своего классического костюма. Но это наивные мысли, пустые, что не требуют оправданий - жалеть будете только на утро. - Изабелла... От ключиц опускаешься ниже, проводя носом по выступающим соскам, с глухим хлопком падаешь на колени, продолжаешь добираться до заветной цели, с каждым новым уровнем, получая все больше бонусов - стонет она почти неслышно - непривыкшая к такой вольности, Алма закрывает рот тыльной стороной ладони, ощущая низом живота родные иссохшие губы и опаляющее дыхание. На секунду обе замираете. Цепляешь пальцами край трусиков, ощущаешь хватку на своих плечах - она уже сожгла до тла свои крылья сегодня, переступив порог этих скромных апартаментов. Ты припускаешь их все ниже и ниже, до тех пор, пока они беззвучно скатываются с ее голени. Проводишь по гладкой коже - ягодицам - затем, как бы, невзначай, еле ощутимо, одной лишь подушечкой среднего пальца, дотрагиваешься до маленькой ложбинки. Чуть отведя ногу в сторону, она согнулась над тобой, сильнее цепляясь за тебя. Она открывает рот в отчаянном, нетерпеливом стоне, зажмурив глаза - ты смотришь на это снизу вверху и ни желаешь прерываться ни на минуту. Проведя пальцем по всей длине, ты обнаруживаешь довольно приличное количество смазки и, с нежным рыком поцеловав рядом с пупком, слышишь: - Пожалуйста... Исполнить волю не трудно, лишь только стоит попросить. Сапсан в зажатой позе ложиться на кровать, а ты возвышаешься перед ней снова - на этот раз зная, что вас ожидает. Поглаживаешь ее напряжённые колени. Ты не хочешь, чтобы она осталась неудовлетворенной сегодня и не позволишь этому осквернить ваш опьяненный разум - она получит удовольствие. Сжав ногтями нежную кожу, даёшь понять, и она с неуверенностью мало, но раздвигает ноги. Лукавая ухмылка, которую она замечает заставляет издать сиплый всхлип. Ты нависаешь над родным телом, и ваши лица почти соприкасаются, и неторопливым движением дразнишь ее вновь тонкими пальцами проведя, по налитому кровью, бугорку. - Дорогая... Алма обнимает тебя ногами, все больше сокращая расстояние между вами, и незрело целует в подбородок, нарываясь на новую порцию внимания. Ты с лёгкостью соглашаешься, и ваши губы сливаются уже не знаете сами в сколький раз за этот вечер. И говорить об этом было непристойно, не то, что думать. Мало слов, мало телодвижений, но все они неимоверно сентиментальные. Вы даже заботитесь друг о друге в момент интимной близости. Она блуждает по твоему телу, обхватив макушку, теребя идеальную укладку - ты глубоко дышишь, сама возбуждаясь от ее негромких позывов. - Изабелла... - Тише, mon amour... Ты, как кошка, буквально пары секунд тебе хватает, как ты уже оказываешься у нее между ног, выводя носом силуэты на внутренней стороне бедра. Ответная реакция прелестна - она смотрит на тебя, выгнув брови и торопко двигает тазом, демонстрируя свою прихоть. Медлишь мгновение, ловя слабый гул автомобиля, и вожделенно мешкотно проводишь языком по давно взмокшему клитору. - О, птица... Она сквозь пелену на зелёных глазах наблюдает, как ты наслаждаешься ею теперь в полной мере. У Сапсан постепенно начало складывается впечатление, что она была словно мед - сладкая, липкая, манящая здесь. "Невозможно по-настоящему так изведывать - дико и похотливо" - думает Алма, когда Изабелла просовывает язык глубже, вызвав очередную волну мурашек. Женщина мелодично постанывает в такт ее оральным манипуляциям, пока не понимает, что скоро все это закончится. Долгий процесс стоит того результата - она выгибается, откидывается назад, хватает тебя за голову и вскрикивает. Сначала громко, но потом, будто что-то мешает ей насладиться полнотой их одиночества. - Я хочу раздеть тебя...- Алма подползает к Изабелле, что опускается рядом на белые покрывала. - Это твой вечер - мои обещания. - Кукушка отнекивается, обнимая подругу за талию. - Неужели, вы не хотите знать продолжение всего этого? Мисс Вариж? - Алма едкостно улыбается. Снова та Сапсан, о которой Изабелла даже и не могла подозревать. Так быстро эта невинная имбрина пришла в себя, азарт и адреналин теперь переполнили ее кровь. Что же движет ей теперь? - Какая муха тебя укусила? - по-настоящему недоуменно слегка отползает она, чувствуя себя жертвой - метафора с хищником и добычей здесь теперь как нельзя кстати. - Чем больше мы проводим время вдвоем, тем яснее у меня на лбу проявляется мысль, что я не знала тебя все это время. - Во-первых, на твоём лбу и нет и ни капли проступающего сомнения, а во-вторых, ты сама начала все это - испортила меня, а теперь не рада? - Алма пододвинулась ближе, щурив взгляд - то ли из-за того, что она была без очков, то ли от недоверия. - Я лишь призналась в своих чувствах к тебе... - И я их приняла. - Сапсан кивнула. - Вряд ли мы сможем когда-то так свободно насладиться друг другом, нежели упустим этот миг. - она заправила седую прядь за ухо. Да, это имбрина всегда смотрела в будущее. - "Не отталкивай меня, не сейчас..." А ещё она умело играла в опасные игры, которые не любила затевать, но не отказалась бы дойти до конца. Женщина погладила чужой подбородок большим пальцем, перескакивая взглядом по смуглому лицу. - Я люблю тебя, Изабелла. И говорю это искренне, не разово...Ты мне также дорога, как и все вы...- она сделала акцент на местоимении. - Так что будь любезна устроиться поудобнее. - не самый сентиментальный конец, но Изабелле он понравился. - Я хотела сравнять счёт. - выдохнула она, ложась на спину, будто приняла поражение. - За тобой вновь останется долг...- Алма нависла над ней, сжимая запястья. - Теперь я буду видеть тебя полностью во время процесса. - радостно тихо протрезвонила она, наклонившись. - Ты ведь знаешь, насколько ты прекрасна? - покачала головой Кукушка, сказав это, как в привычных мелодрамах по ТВ-шоу. - Это мы ещё посмотрим. Сапсан скромно засмеялась и невозмутимо нагнулась к тонким алым устам.