И пропадает в миллионах навек, когда-то самый дорогой человек

      Размеренный стук колес, эхом раздающийся в голове, был самым ярким воспоминанием тех времён. Даже сейчас, спустя пять лет, Илья, сидя на кровати в своей комнате, отчётливо слышал его, все так же мечтая заткнуть уши, спрятаться от него куда-нибудь подальше.       Парень сидел, погруженный в мысли, на аккуратно прибранной кровати, сжимая в напряженных пальцах ручку чемодана. Вокруг него не было ни единой его вещи, шкаф был пуст, на столе одиноко лежала записка для матери.       Кулич ничуть не сомневался в правильности своих действий. Он был готов хоть сейчас встать и уйти, но осознание того, что он никогда сюда больше не вернётся, заставляло посидеть ещё немного в такой привычной обстановке, перед тем, как покинуть её навсегда. Эта комната была привычной, но не родной. Она ощущалась скорей как тюремная камера, из которой ему наконец удастся вырваться навсегда. Илья разглядывал стены, вспоминая, с какой ненавистью смотрел на них пять лет назад, когда после возвращения в Клинцы из Москвы мать с отчимом, с которым она успела расписаться за время отсутствия сына, посадили Кулича под домашний арест. Первое время он все дни проводил в слезах, засыпал, задыхаясь от всхлипываний и ощущая себя никому не нужным существом, которое только и может, что доставлять неприятности, но со временем смирился. Илья сильно изменился за эти пять лет. Из мечтательного мальчика, который был открыт к общению, обожал любоваться на звезды, хотел иметь настоящих друзей и быть счастливым, он превратился в угрюмую и скрытную тень, почти перестал улыбаться, стал более молчаливым.       Взгляд Ильи остановился на детской кроватке, стоящей у одной из стен. После рождения второго ребенка какое-либо внимание к сыну со стороны матери было безвозвратно утеряно. Голубоглазый стал для семьи лишь мальчиком на побегушках, на которого можно было взвалить любую непосильную работу, чем не гнушались пользоваться мать и отчим. Последний любил много выпить, когда мать куда-нибудь уезжала с младшим ребенком. Напившись в хлам, он делал с Ильёй все, что хотел, наслаждаясь его беззащитностью. Русоволосый постоянно просил мать взять его с собой, но та отказывала, аргументируя это домашним арестом.       Илья тряхнул головой, отгоняя страшные воспоминания. Только в 18 лет ему удалось найти работу, на которой он мог пропадать целыми днями, возвращаясь домой очень поздно. Изматывая себя работой, парень приходил домой и просто вырубался, думать о чем-то стало просто некогда. Таким образом он скопил средства на поездку в Санкт-Петербург, но в этот раз поездка была спланирована до мельчайших деталей. Возвращаться домой парень не планировал. В Питере его уже ждала снятая маленькая комната не в самом лучшем доме и работа доставщиком еды, оставалось только дождаться поезда, который этим же вечером навсегда увезет его в северную столицу России, заставив оставить позади все, от чего он так хотел сбежать.       Взглянув на часы, парень поднялся на ноги. Бросив взгляд на записку, он поправил её, чтобы она была более заметной, и, взяв чемодан, быстрым шагом вышел из комнаты.       "Уехал навсегда. Не могу сказать куда. Искать меня не нужно. Прощайте."

*Спустя несколько часов*

      Всю дорогу в Санкт-Петербург Илья читал. Чтение заменило ему все соцсети, в которые он не заходил со времён неудачной поездки в Москву. Книги стали его единственными друзьями, и в целом чтение было единственной хорошей привычкой, выработанной у него за эти пять лет. Читал он абсолютно разные книги, выбирая исключительно по тому, зацепил ли сюжет с самого начала или нет. Это помогало ему скоротать время и отвлечься от всех насущных проблем.       По приезду на Питерский вокзал, Илья сразу заметил как отличается климат этого города. Поежившись от холодного ветра, парень вызвал такси, и уже через сравнительно небольшое время переступил порог комнаты, в которой ему предстояло жить. Комната выглядела абсолютно так же, как и на фото, что порадовало Кулича. Его не обманули, а это уже хорошее начало.       "Вот и все, начало самостоятельной жизни", — пронеслось в голове у голубоглазого. Почему-то эта мысль не вызвала столько радости, сколько он представлял. Только сейчас парень осознал, какую ответственность он взвалил сам на себя. Это немного пугало, но он чувствовал, что поступил верно, несмотря ни на что.       "Что ж, с новосельем меня", — мысленно поздравил сам себя Илья. Вздохнув, он принялся разбирать свой чемодан, определяя вещам их новое место.