Личный Дьявол

Джек был доволен собой и победой над Морским Мясником: это его триумф, судьба прослыть великим, начало новой эры в жизни. Открытый мир, грандиозные приключения, горы золота и пиратская слава — его новый статус капитана принесёт множество слухов о начинаниях юного, обречённого на величие Джека Воробья. Иначе и быть не могло. Вскоре не останется ни единой души, которая не знала бы этого юнца, его острый ум, дерзкий нрав и милое личико. Джек мечтал обо всём вышеперечисленном, стоя на верхней палубе своего корабля, в одной руке держа бутылку с ромом, а во второй — компас, стрелка которого указывала на север. Туда, где его ожидали неисчерпаемые богатства, если можно было так назвать кучу золота, которую его команда, вероятнее всего, потратила бы в ближайшие два года, а то и год. Не в этом суть, Джек был полон идей и грандиозных планов, один из которых вскоре должен был воплотиться, когда его корабль достигнет Тортуги. Ведь перед тем, как отправляться на зов приключений, нужно было обязательно наполнить трюм бочками рома. Джек не представлял историю своего становления знаменитым Лордом Пиратов без отборного крепкого напитка под боком. Да, ром в первую очередь! Когда «Распутная Девка» вошла в порт, Джек отдал приказы своим подчинённым, прихватил последнюю бутылку рома и спрыгнул на берег. Стоило не только запастись провизией, выпивкой, новыми членами команды, но и вдоволь насладиться компанией прекрасных дам. Он спешил, поэтому, когда его остановили на полпути, Джек раздражённо спросил: — Что такое? — Капитан, сэр, тут один хочет к нам в команду, — сказал один из его подчинённых, на что Джек удивлённо приподнял брови. — Так быстро? Его взгляд переместился на стоящего рядом рыжеволосого человека со шрамом на правом глазу. Выглядел тот лет на двадцать старше его самого и казался выше на полголовы, одет он был в невысокие кожаные сапоги, свободные штаны и рубаху с закатанными по локти рукавами. Джека позабавила редкая рыжеватая бородка на лице мужчины, который окинул его в ответ оценивающим взглядом, после чего криво усмехнулся, что вызвало у капитана негодование. — Как зовут? — преувеличено строго спросил он, всматриваясь в непроницаемые глаза незнакомца, с виду простого моряка, хитрый взгляд которого выдавал в нём хищника, повидавшего немало приключений. Такое приветствовалось в рядах пиратов. — Гектор, — хмыкнул мужчина, его взор перешёл с Джека на корабль. — Это ваш, капитан? — Нравится? — усмехнулся парень. — Сойдёт, — прозвучал нахальный ответ. — Тогда и ты сойдёшь, — ответил ему Джек, копируя надменную интонацию наглеца. Людей в команде не хватало, но и брать всех подряд нужды не было, хотя что-то Джеку подсказывало, что Гектор — не кто попало. Гордая осанка, стремительный взгляд, уверенность в себе — мужчина казался неплохим вариантом, тогда как у Джека не было желания долго думать. — Брэд расскажет тебе, что к чему, — сказал молодой пират, указав на одного из своих людей перед тем, как двинуться дальше по делам. Он был почти уверен, что Гектор проводил его взглядом, наверное, удивлённый возрастом своего нового капитана. Определённо. С поднятым настроением Джек ворвался в ближайший бордель, заказал выпивку, припрятав свою бутылку рома за пазухой на крайний случай, закинул ноги на стол и заинтересованно воззрился на дам напротив. Он знал себе цену — каков уж есть красавец: фигура, лицо, взгляд. Джек с лёгкостью мог привлечь внимание любой из дам, а порой случалось, даже мужчин. Предпочитал он по большей части первых, отшивая всех тех негодяев, осмелившихся подумать о нём неправильно, хотя иногда задумывался над тем, чтобы поэкспериментировать. Он любил притягивать женщин взглядом, высиживая долгое время за выпивкой, соблазняя, подмигивая, пока представительницы прекрасного пола сами не подсаживались за его столик. Джеку не нужно было платить за секс — его хотели всегда и везде, и порой дамы сами платили ему ценной информацией, слухами, один из которых в этот раз сильно заинтересовал молодого капитана. — Говорите, здесь, в этой гостинице... — Джек, скрестив голые ноги на мятой постели, указал пальцем вниз, по очереди переводя взгляд с одной обнажённой дамы на другую, — снимает комнату какой-то там капитан пиратов, имя которого я уже забыл, — он изобразил на лице отвращение, — и этот лжец утверждает, что поймал самого Морского Мясника? Высказав всё это, Джек тихо засмеялся, медленно поглаживая нежную кожу на плече одной из дам. — Он говорит об этом каждый вечер, как напьётся, уже на протяжении недели, — подтвердила брюнетка, не прекращая улыбаться и вырисовывать пальцем невидимые узоры на безволосой груди юного капитана. — Хвалится всем подряд, — добавила блондинка, умостив голову на одном из нешироких плеч пирата, наслаждаясь чужим теплом и нежностью. — Но это ложь, — скривился Джек, разводя руки в стороны. — Я знаю, что этот безызвестный пёс лжёт, потому что сам видел, как Морской Мясник пошёл на дно со своим кораблём. Я убил Армандо Салазара, а не тот лживый трус! — на губах пирата растянулась довольная улыбка, несмотря на то что в его словах тоже была щепотка лжи. Он видел только то, как корабль капитана Салазара скрылся за скалами «Треугольника Дьявола», а затем слышал взрывы, крики и треск дерева. Выжить после такого было невозможно, Джек был последним, кто видел прославленного убийцу пиратов. Тот гневный, пронзающий душу взгляд он не забудет никогда. Последний взгляд умершей легенды, которую вскоре все забудут, как только мир узнает о невероятных приключениях Джека Воробья — будущего Лорда Пиратов. Дамы, с которыми он нежился в постели, естественно, этого ещё не знали, поэтому тихо захихикали. Одна поцеловала его в плечо, а вторая прошептала на ухо: — Если хочешь, то для меня ты будешь царём пиратов. — Звучит неплохо, — улыбка на губах юного капитана растянулась до ушей, руки медленно опустились к оголённым ягодицам женщин, член едва заметно дёрнулся, заинтересованный повторением акта. — Но вы мне не верите, — с грустью и обидой произнёс он, блуждая взглядом по камзолу, что висел на спинке стула. Где-то там в одном из карманов грустила последняя бутыль с ромом, которую он был обязан спасти от одиночества в скором времени. — Почему? Одна из женщин приподнялась на локтях, чтобы поцеловать пирата в губы, и невероятно соблазнительным голосом ответила: — Потому что я лично видела великого и прославленного Морского Мясника живым, здесь, в этой гостинице. Подобное заявление заставило Джека замереть, его ладонь легла на голое плечо брюнетки, принуждая её остановиться, посмотреть ему в глаза. Зачем ей было врать? Он не знал ответа, но был очень заинтригован, поэтому спросил: — Когда? Блондинка слева от него тоже замерла, ожидая ответа. — Неделю назад, — с улыбкой ответила брюнетка, медленно опуская руку к низу живота мужчины, пальчик за пальчиком. — Он был в цепях, с металлическим ошейником и мешком на голове, капитан пиратов тащил его за собой, как забитого пса, в крови и грязи, — её голос звучал соблазнительно тихо, почти шёпотом, на что Джек ответил так же, не разрывая зрительного контакта: — Но если пленник был с мешком на голове, как ты узнала, что это Салазар? Джек был почти уверен, что женщина ошиблась, напутала что-то, перепила рома. Это же полный бред, Салазар не мог выжить в том кораблекрушении, из «Треугольника Дьявола» ещё никто не выбирался живым, если он только не сам Дьявол. Хотя испанец мог бы смело претендовать на данную роль, Джек всё же здраво мыслил на этот счёт, но, с другой стороны, он ведь не видел труп поверженного врага, поэтому он продолжал слушать даму лёгкого поведения с возрастающим интересом. — Подслушивать — это часть моей работы, — хихикнула женщина, её пальцы уже добрались до лобковых волос юного капитана, казалось, больше не заинтересованного в половом акте. Джек резво поднялся на ноги, вызвав у дам разочарованные стоны, принялся собирать раскиданную по полу одежду, кинув на кровать женские платья. — Расскажи подробней! — потребовал он. Если всё это было правдой, и за одной из стен находился живой пленённый Салазар, то Джек обязан был увидеть его своими глазами. Он все ещё хранил в памяти тот взгляд, которым испанец окинул его перед тем, как скрыться за скалами «Треугольника Дьявола». Каково будет увидеть его теперь, поверженного и в кандалах? Джек хитро улыбнулся, натягивая свой пиратский камзол. Его удивлению не было предела, когда шлюха поведала подслушанный разговор. Оказывается, пиратский капитан, имя которого он всё ещё не мог запомнить, подобрал поверженного и едва живого испанца в море, чудом уцелевшего, раскачивающегося на волнах, ухватившись за обломок корабля. Какой пират отказался бы от такого приза, по счастливой случайности попавшего прямо в руки? Счастливчик забрал его к себе на борт, чтобы продать какому-нибудь Лорду Пиратов, который, в свою очередь, мог захотеть лично казнить великого Морского Мясника. Таким образом, испанец оказался здесь, где должна была состояться продажа. — Ты знаешь, где его держат сейчас? — спросил Джек, уже полностью одетый, его взгляд прошёлся по второй шлюхе, не владевшей интересной ему информацией. Характерным взмахом руки он намекнул ей, что больше не нуждается в её присутствии. Блондинка послала парню воздушный поцелуй, поправила грудь и покинула комнату, а брюнетка указала на вторую дверь, ведущую в соседний коридор. — Будешь в долгу, — сказала она, намереваясь дать юному пирату то, отчего его глаза заметно заискрились. — Капитан Джек Воробей всегда отдаёт долги, — усмехнулся довольный парень, нацепив на макушку пиратскую треуголку.

***

— Стой, туда нельзя! Высокий широкоплечий чернокожий парень со шрамом на пол-лица вытянул перед собой руку ладонью вперёд. Джек пару раз моргнул, нелепо уставившись на огромные пальцы, которые запросто могли обхватить его голову и разбить череп о стену. — Я пришёл сменить тебя, приятель, — сказал парень, похлопав угрюмого здоровяка по плечу. Этот жест мог стоить ему сломанного запястья, поэтому Джек быстро убрал руку. — Сменить? — брови здоровяка удивлённо поползли вверх, в тёмных глазах промелькнуло смятение, отчего Джек мысленно возрадовался, решив, что удача сегодня на его стороне. — Да, сменить, — повторил он. — Не веришь, можешь спросить капитана. Здоровяк проследил взглядом за рукой парня, которой тот указал в конец коридора, ведущему к лестнице, уходящей на нижние этажи. — Не переживай, я тебя здесь подожду, — Джек подмигнул ему, одарив лучезарной улыбкой, внушающей доверие. — Подождёшь? — с подозрением переспросил тот. Крупная рука опустилась на рукоять сабли, торчащей из-за пояса. — Конечно, подожду, не переживай, — Джек встал у двери, которую охранял пират, скрестил руки на груди, расправил плечи и гордо задрал подбородок. — Давай-давай, — он кивнул в сторону лестницы, многозначительно взглянув в глаза запутавшегося пирата. — Я быстро, — буркнул недоохранник, определённо не блещущий хоть каким-то умом, чему Джек был только рад. Вступать в бой с человеком с таким телосложением ему не хотелось, тем более, любой лишний шум мог разбудить других пиратов, спящих в соседних комнатах. Поэтому как только здоровяк скрылся за первым поворотом, Джек потянулся к ручке двери, но с огорчением обнаружил, что та заперта. Пришлось доставать из своих запутанных волос проволоку, удерживающую пару непослушных прядей, тратить время на взлом. Его сердце билось в грудной клетке с такой силой, что руки начинали дрожать. В предвкушении невероятной встречи мысли разбегались от волнения. Что сказать? Позлорадствовать сразу или разыграть удивление? Быть может, спросить, как дела? Было бы забавно прочесть весь спектр эмоций, отразившийся в глазах испанца при виде юнца, обдурившего его, взрослого статного капитана, как малое дитя. Замок щёлкнул, дверь отворилась медленно, почти беззвучно. Джек зашёл внутрь, но то, что он увидел, заставило его забыть о насмешке — по спине пробежал холодок. В одном из углов пустой комнаты под белым лучом лунного света, проходящем сквозь открытое окно, сидел прикованный цепями к стене мужчина. Если бы не рваный, испачканный в крови, но хорошо знакомый Джеку военный камзол испанца, он бы не узнал его. Салазар был без обуви, в чёрных, едва достающих до щиколоток грязных штанах, с растрёпанными в разные стороны смолистыми прядями волос, прикрывавшими часть лица. Он сидел на деревянном полу, прислонившись спиной к стене. Его руки лежали на бедре, закованные в наручники, к шее плотно прилегал металлический обруч, от которого тянулась цепь, которая брала начало у петли, приколоченной к дощатой стене. Всё это выглядело не так ужасно на фоне лица испанца, сквозь щеку которого было продето большое металлическое кольцо, выходящее через рот. Ещё одна цепь тянулась от этого кольца к шее. Джек проглотил вставший в горле ком, с трудом заставив себя двинуться вперёд, чтобы присесть на одно колено перед измученным испанцем. Пропал весь настрой, захотелось попросту пристрелить бедолагу, чтобы не мучился больше, ибо это зверство, подобное отношение к пленнику не приветствовалось даже в кругах пиратов, следующих кодексу. Джек предпочитал быструю смерть для своих врагов, просто потому, что имел сердце. — Эй, привет, — он махнул рукой перед носом Салазара, будучи не уверенным в том, что тот вообще жив, так как засохшая кровь на подбородке, руках, ногах и когда-то белом камзоле свидетельствовала о многочисленных пытках. Джек не мог понять, двигается ли грудная клетка мужчины, дышит ли тот, и хотел даже дотронуться до него, но Салазар внезапно открыл глаза. Джек отскочил в сторону. — Живой, — произнёс Джек, с любопытством и страхом взирая на полное гнева лицо едва живого пленника. — Ты, — прохрипел Салазар тихо, едва шевеля губами, но вполне себе разборчиво из-за глухой тишины в округе. — Жутко выглядишь, — хмыкнул парень, пытаясь изобразить ухмылку на лице, но получилось плохо. Его разум был занят вопросами, требующими скорейшего ответа. Что делать дальше? Просто уйти, оставив бывшего поверженного врага в кровавых руках какого-то ублюдка, убить, тем самым облегчив его страдания, или попытаться вытащить грозного убийцу пиратов, забрать к себе на корабль. При выборе третьего варианта, Джеку пришлось бы решать, что делать с ним дальше, и это стало бы лишней морокой. Первый вариант повлек бы за собой муки совести, ведь Джек не мог опуститься до уровня того, кто сотворил подобное со своим врагом. Второй вариант казался самым гуманным в данной ситуации, поэтому первым делом рука юного капитана потянулась к пистолету на поясе. — Пришёл добить меня? — сипло спросил Салазар, сверля парня вроде бы злостным, но в то же время поверженным, униженным и отчуждённым взглядом. — Или насмехаться? — из его рта потекла капля свежей крови, мужчина закашлялся, опустив взгляд вниз. Джек скривился, наблюдая за тем, как от любого движения головы пленника металлическое кольцо тёрлось о рваную дыру в его щеке. Даже смотреть на это было неприятно, не то что представлять ту невообразимую боль, которую испытывал сейчас Салазар. — Ты бы не говорил, приятель, твои раны выглядят болезненно, если ты, конечно, не живой бесчувственный труп, смекаешь? Это ведь не так? Джек попытался добавить голосу щепотку веселья в своей характерной манере, но получалось не очень. Он впервые оказался в подобной ситуации: когда не знаешь, что делать, хочется помочь, но единственный способ — просто убить. Ведь, как ни крути, перед ним находился сам чёртов Морской Мясник, погубивший немало славных пиратов. — Есть вода? — прошептал Салазар, вновь подняв на Джека свой мрачный взгляд. — Есть кое-что получше, — подмигнул ему Джек, потянувшись к бутылке рома за пазухой. Это был легкомысленный ответ, как и последовавшее за ним действие, поспешное и совсем необдуманное. Пододвинувшись ближе, Джек протянул одну руку к подбородку мужчины, осторожно приподымая вверх, заставив врага дёрнуться. — Эй-эй, потерпи, сейчас полегчает. Открыв бутыль зубами, Джек, не задумываясь, налил ром прямо в слегка приоткрытый окровавленный рот испанца, отчего Салазар болезненно зашипел, схватив пирата за рукав своими грязными пальцами. Джек скривился от чужой боли, крепко стиснув зубы, что-то в груди неприятно сжалось. Несмотря на положение Салазара, юный капитан не смог вырвать руку из цепких пальцев. Поразительно, но у испанца ещё сохранялись силы. Джеку на мгновение показалось, что тот сейчас вырвет у него бутыль и разобьёт о его голову. — Помоги мне, — прохрипел мужчина, с болью и ненавистью в глазах пододвинувшись на пару сантиметров вперёд. — Я не останусь в долгу... Джек удивлённо поднял брови, всматриваясь в бездонные глаза перед собой, полные страданий. В голове образовалось замешательство. Это ведь был его враг, убийца пиратов, который никогда никого не щадил и уж точно убил бы Джека, окажись они на месте друг друга. Было бы у него больше времени, он бы подумал, прежде чем делать то, о чём после мог пожалеть. Снизу раздались шаги. — Извини, — буркнул Джек, всё-таки вырвав руку из цепких пальцев, отчего пленник издал глухой стон. Джек запер дверь, заблокировав ручку своим пистолетом, затем развернулся, пытаясь сообразить, что делать дальше. Путь отхода был лишь один — открытое окно. Джек надеялся, что его ночная подруга что-нибудь придумает для задержания уже наверняка бегущих сюда пиратов. Проблема заключалась в том, что они находились на четвёртом этаже, а Салазар был в ужасном состоянии, точно не способный пережить падение даже с двух метров. К тому же, Джеку предстояло придумать способ отцепить пленника от стены. Хотя что тут думать? Парень самодовольно хмыкнул, вытащил из-за пояса саблю, воткнул рукоятку в петлю на стене и шепнул: — Помогай. Одному ему было не вырвать петлю, но если бы Салазар приложил весь свой немалый вес, у них бы всё могло получиться. Видно было, что гроза пиратов замешкался, с трудом повернув голову в сторону юного капитана. Теперь помимо боли в его глазах пылал огонь жизни. Салазар приложил много усилий, чтобы, невзирая на боль, пару раз дёрнуться вперёд, напрягая шею. Металлический ошейник приносил не столько боли, сколько припаянная к нему цепь, тянувшаяся к кровоточащему рту. Джек не мог и представить, в какой агонии сейчас находился испанец, но Салазар терпел, не терял сознание и даже смог встать, когда цепи упали на пол. Джек с удивлением обнаружил, что даже скованный и побитый убийца пиратов выглядел грозно, весь такой высокий, широкоплечий, с торчащими в стороны смолистыми волосами. Чего только стоил этот тяжёлый взгляд. — Тебя что, пытали едой? — хихикнул Джек, рассматривая массивного испанца, который едва стоял на ногах, но крепко сжимал кулаки, должно быть, проклиная всех пиратов мира. Было видно, что ему приходилось прикладывать немалые усилия только для удержания себя в вертикальном положении. — Ты же не собираешься меня убивать? Я ведь спасаю тебя, — настороженно, с долькой сарказма спросил Джек. Раздался глухой стук за дверью, петли опасно завибрировали, а пистолет в ручке сдвинулся вниз. Джек спрятал саблю обратно в ножны и подскочил к окну, дабы выглянуть наружу, оценить обстановку. Внизу, в метре от него, находился небольшой выступ, на который можно было спуститься, добраться по нему до соседнего окна и через него попасть внутрь, чтобы после выбежать с другой стороны гостиницы. План мог бы быть удачным, но Джек обернулся к измученному, едва стоящему на ногах испанцу, обвешанному тяжёлыми цепями, и понял, что остался лишь один выход. — Стой, — сипло выдохнул Салазар, когда тощий пират ловко выпрыгнул в окно, не сказав ни слова. Игнорируя выбивание двери, он, шатаясь, подошёл к окну, выглянул наружу. Проворный пират уже свисал с выступа на втором этаже, откуда тотчас же соскользнул и прыгнул в кусты. Нервно обернувшись на почти выбитую дверь позади себя, Салазар потерял всякую надежду выбраться из плена, но он должен был отомстить мерзавцу, посмевшему издеваться над ним. Ради этого стоило ухватиться за любую предоставленную возможность, даже такую, как внезапно появившийся Воробей. К этому юнцу Армандо тоже питал ненависть за тот маневр с разворотом корабля, но в данной ситуации парень был его единственным шансом на освобождение и дальнейшую месть. Поэтому он вновь выглянул в окно, пытаясь отыскать взглядом свою надежду на спасение, которая уже успела запрыгнуть на повозку со стогом сена. Парень помахал рукой, зазывая присоединиться к нему, отчего по спине Армандо прошёл холодок. Он мог не выжить после прыжка, но, оставшись в гостинице, он обрёк бы себя на новые пытки и издевательства чёртовых пиратов до конца своих дней. Было бы глупо не предположить, что Воробей мог спасать его для этих же целей — какой пират не захотел бы лично разобраться с Морский Мясником. Армандо никогда не сомневался, что это прозвище в итоге погубит его, но всегда надеялся прожить дольше нынешних своих годов. В любом случае перспектива умереть от собственного выбора, а не от руки пирата, казалась в данной ситуации наилучшим решением, поэтому Салазар решился прыгать. Вернее, падать, потому что остатки сил ушли на то, чтобы вылезти из окна. Дикая боль пронзила всё его тело, и он пошатнулся, сорвавшись с выступа прямо в объятия судьбы.

***

Джек испытывал разочарование уже на протяжении нескольких часов, жалея о своём поспешном решении. Отец всегда говорил ему, что одно действие, совершённое в спешке, может изменить жизнь как в лучшую сторону, так и загубить вовсе. Именно второе случилось в тот момент, когда Джек решил украсть пленника у пиратского капитана, не столь известного, чтобы знать его имя, но обладавшего куда большей командой и связями. «Распутная Девка» была захвачена той же ночью, часть команды, находившейся на борту, расстреляли, остальные же попрятались в городе. Если бы не тот моряк, которого Джек принял в команду прошлым утром, приключения юного капитана могли бы закончиться, так толком и не начавшись. Загадочный Гектор нашёл его в тёмном переулке. Джек с трудом тащил на себе бессознательного испанца, всё ещё закованного в цепи. — Здесь недалеко есть пустой дом, — сообщил моряк. Ростом он был чуть ниже Салазара, но обладал достаточной силой, чтобы помочь капитану дотащить обездвиженное тело в безопасное место. В тот момент Джек не задался вопросом, почему Гектор не сбежал, как это сделали другие его подчинённые, просто принял помощь. — Выглядит не очень, — прокомментировал Гектор, когда помог уложить бессознательного испанца на кровать. — Он жив? — Надеюсь, — буркнул Джек, достав из волос проволоку. Здесь, в тиши дома без преследователей он мог снять кандалы хотя бы с рук Салазара. — Принеси воды, нужно промыть его раны и напоить, как проснётся. — Если проснётся, — хмыкнул Гектор. — Какого чёрта ты вообще украл его? Это чёртов Морской Мясник, он убьёт тебя, если очнётся. — Как ты смеешь так разговаривать со своим капитаном? — возмутился Джек, на время отвлекшись от кандалов, чтобы гневно уставиться на несостоявшегося подчинённого. Пусть его команда и разбежалась, он всё ещё оставался капитаном. — Ох, простите, но, кажется, я не успел вступить в вашу уже несуществующую команду, сэр, — с сарказмом передразнил его Гектор. — У тебя есть шанс стать первым помощником по неимению других вариантов, — не растерялся Джек. — На твоём месте я бы не отказывался от такого подарка судьбы, смекаешь? Мужчина наигранно закатил глаза, развернулся и, ничего не ответив, побрёл в сторону двери. — Я за водой и бинтами, — услышал Джек перед тем, как моряк скрылся из виду. На губах парня растянулась довольная улыбка, всё же его внешность и харизма брали своё, иначе, зачем Гектору было помогать ему? Джек вернулся к взлому наручников и, как только щёлкнул замок, осторожно снял металлические браслеты с широких запястий. Его взгляд прошёлся по линии рваного рукава, перед глазами вспыхнули воспоминания. Этот когда-то белый военный камзол неплохо смотрелся на гордом испанце, силу которого Джек даже вообразить в полной мере не мог. Какой характер надо было иметь, чтобы в таком состоянии суметь подняться на ноги, выпрыгнуть с четвёртого этажа и остаться в живых. Дабы убедиться в этом, Джек наклонился к окровавленному лицу, прислушиваясь. — Теперь ты просто обязан выжить, — прошептал он, будто надеясь, что сквозь сон мужчина его услышит. Что делать с ошейником и цепью, Джек не знал — казавшийся крепким металл не был рассчитан на снятие. И это уже не говоря о кольце, протянутом через рваную щёку, из-за которого рот мужчины был постоянно приоткрыт. Взгляд Джека медленно опустился к его широкой груди, закрытой грязной тканью, прошёлся по массивным плечам и остановился на тяжёлом ошейнике, опоясывающем шею. Может, эти цепи были даже к лучшему, поскольку Джек немного опасался момента, когда испанец очнётся и наберётся сил. Эти цепкие пальцы могли запросто обвиться вокруг его собственной шеи при любой возможности. Оставалось надеяться, что Морской Мясник — человек чести, и не забудет о своих словах «в долгу не останусь».

***

Гектор немало чего повидал на своём веку: море, пиратов, пару незабываемых приключений, гибель близких людей и странные извороты судьбы, позволившие выжить в шторме, когда как корабль его капитана пошёл на дно со всеми другими членами экипажа. Его самого полуживого, голодного и обильно обгоревшего на беспощадном жгучем солнце подобрало проходящее мимо торговое судно. На редкость добрые люди напоили его, залечили раны и помогли встать на ноги. Гектору нечем было отплатить, посему он остался на Тортуге, чтобы предложить свои знания и навыки поддержавшему его в трудную минуту капитану. Добродушный старик не отказался, даже пригласил к себе домой, где Гектор прожил почти год, помогая по хозяйству и рассказывая о своих приключениях детям пожилого капитана. Ему посчастливилось познакомиться с его старшей дочкой, Маргарет Смит, с которой у него быстро завязался бурный роман, вследствие чего родился ребёнок. Тортуга — не лучшее место для семейной жизни, потому в один из дней, по возвращению домой после двухдневной рыбалки, Гектор обнаружил, что всю семью старика Смита убили при ограблении дома, выжила лишь Маргарет со своей новорождённой дочкой. Со слезами на глазах Гектор крепко прижимал руку к резаной ране на животе любимой, выслушивая её последние слова. Отец из него получился бы ужасный, он был вынужден отдать ребёнка в чужие руки, где её ждала лучшая жизнь, нежели с ним, прирождённым пиратом, неспособным долго находиться вдали от моря. Похоронив целую семью, Гектор навёл порядок в доме старика, которому был обязан жизнью, собрал свои вещи и отправился на поиски корабля, капитан которого принял бы его на борт. Благодаря своему опыту и острому уму он мог запросто попасть в команду какого-нибудь прославленного капитана, коим в тот момент казался Джек Воробей, потопивший корабль знаменитого Морского Мясника. Юный возраст капитана слегка смутил Гектора, но не остановил от принятия решения, которое в итоге привело его обратно в дом старика Смита, где относительно недавно на его руках умерла любимая женщина. Терять близких для Гектора уже стало привычным делом — такова судьба пирата. Однако годы, проведённые в море, дали ему много чего полезного. Например, знание того, что Воробей являлся сыном прославленного капитана Тига, хранителя кодекса пиратов. Спасение сынишки такого значимого человека было оправданным риском, так что втереться в доверие юнца казалось неплохим началом. Единственным фактором, смущавшим Гектора, был чёртов живой Морской Мясник, которого мальчишка украл у рассерженного пирата, коего здесь называли Свирепым Псом. Сам Джек этого, должно быть, не знал. Хотя Гектору думалось, что знание ничего не решило бы, когда в башке ветер. — Вот! Смотри, чтобы не укусил, когда проснётся, — Гектор кинул на кровать тряпку, притащив в комнату ведро с водой и бутыль со спиртом для обработки ран. — Это было бы неприятно, — хмыкнул Джек, казалось, совсем не обеспокоенный тем, что потерял корабль и команду. Гектор озвучил это вслух, но, к его удивлению, ответ был прост: — Соберу новую. Ну да, делов-то, найти новый корабль и команду, не имея ни гроша. Всё, что было у Джека, теперь принадлежало капитану, у которого парень украл пленника. Гектор с любопытством наблюдал за тем, как тот замер над испанцем, не зная с чего начать. Вряд ли юнцу когда-либо приходилось ухаживать за кем-то в подобном состоянии. — Зачем он тебе? — спросил Гектор, отобрав у него тряпку, чтобы подсказать, что делать дальше, пусть даже не особо горел желанием помогать тому, кто сотнями убивал таких как он — пиратов. — Я ещё не решил, — буркнул Джек, чем вызвал нервный смешок у мужчины, который приостановился, чтобы сказать: — Я ума не приложу, как такой ещё ребенок сумел стать капитаном, не говоря уже том, чтобы обдурить прославленного Салазара. Этот тип, конечно, тот ещё ублюдок, но далеко не глупый. Гектор опустил взгляд на спящего, поражённый тем, какую шутку сыграла с этим парнем коварная судьба — пираты, за которыми испанец охотился всю жизнь, теперь спасали ему эту самую жизнь. — Ты просто посмотри на него, — сказал Джек. — Разве можно так обращаться с кем-либо? Даже этот ублюдок не заслужил подобного отношения, он, конечно, не щадил никогда пиратов, но, по крайней мере, убивал их сразу, на месте, без пыток. Кодекс пиратов запрещает такое отношение к пленникам. Гектор вновь закатил глаза, удивляясь наивности парня, хотя был согласен с тем, что даже такой ублюдок, как Салазар, не заслужил подобных пыток. — Не думаю, что Свирепого Пса заботит кодекс, а вот тебе стоит задуматься над тем, что будем делать дальше. Ты же у нас капитан, — в голосе Гектора прозвучали нотки сарказма, он посмотрел на Джека, задумчивый взгляд которого блуждал по изуродованному лицу испанца. Парень явно питал жалость к своему врагу, чего Гектор уже не мог понять, потому что его сердце давно зачерствело и не реагировало на подобное. Однако юный капитан был полон тепла. — Он у меня в долгу, — буркнул Джек, вновь потянувшись за тряпкой. — А, ну раз в долгу, тогда не о чем беспокоиться, — съязвил Гектор. — Испанцы же всегда отдают долги пиратам, как я мог забыть! В голове Гектора промелькнула мысль, что он ошибся, и это не сын великого капитана Тига, не говоря уже о том, что для пирата парень был слишком красивым. Нет, действительно, Гектор не мог не обратить внимания на внешние параметры Джека: невысокий рост, тонкая талия, худые плечи, длинные, местами запутанные волосы и очаровательное личико. Если б не юношеская щетина, его легко можно было спутать с девкой в мужском наряде. — Просто помоги мне обработать раны, — потребовал Джек. — Если ты не придумал, как снять эту штуковину, — Гектор указал пальцем на свой рот, имея в виду кольцо, продетое через щёку испанца, — то обработка не поможет. — Не придумал, — Джек выглядел разочарованным. — Но мы хотя бы можем перевязать другие раны. Давай же, помоги мне снять с него камзол. Гектор криво усмехнулся, прищурив глаза. — Мы? — переспросил он. — Я не подписывался раздевать и мыть испанского ублюдка, который убьёт нас при любой возможности, — он вскочил на ноги, испытывая смешанные чувства по отношению ко всей этой ситуации. С одной стороны, парня нельзя было винить за доброе сердце, но с другой — Гектору до этого не было никакого дела, ведь Салазар вряд ли оценит данный жест доброты, когда восстановит достаточно сил, чтобы убить их обоих. Гектору вовсе не хотелось вступать в бой с этим прославленным убийцей, а это, несомненно, могло произойти, если бы его пока ещё наивный и легкомысленный юный капитан не одумался. Хотя Гектор мог просто уйти, забыть о сыне прославленного Тига, запросто найти себе другого капитана с командой и кораблём. — Это приказ! — возразил Джек, гневно вскочив на ноги следом за мужчиной. — Ты смеешь оспаривать решения своего капитана? Гектор удивлённо поднял брови, с неподдельным интересом изучая парня, который был ниже его на полголовы. Подкрашенные глаза гордого маленького капитана излучали негодование, отчего Гектору стало смешно: надо же, до чего наглый юнец, не боится дерзить человеку, который по доброй воле помогает ему выжить. Гектор запросто мог сдать его Свирепому Псу и, вероятно, получить вознаграждение, но не сделал этого. — Что смешного? — надув губы, спросил Джек; его большие глаза сузились, а одна из рук легла на рукоять сабли. Гектор уловил это движение, быстро перехватив тонкое запястье, и грубо прижал парня к стене, одной ладонью крепко зафиксировав его руки над головой, а второй прикрыв рот. Под окном послышались крики и топот ног пиратов, искавших Джека и Салазара, затем раздался стук в дверь. — Надеюсь, капитан Джек Воробей отдаёт долги? — тихо прошептал Гектор почти у самого уха Джека. — Потому что после сегодняшнего дня, мой капитан, вы у меня в долгу. Он посмотрел в бесстрашные глаза разгневанного юнца, восхищаясь подобной выдержкой и замечая панику, сокрытую в глубине зрачков. Что за удивительный экземпляр! Убрав руку с лица парня, Гектор приложил палец к носу, призывая молчать, и осторожно отпустил его, дабы не спеша подойти к двери. Пираты к тому времени уже пробрались внутрь дома, разыскивая беглецов. Джек остался стоять на месте, быстро сообразив, что будет дальше. За дверью их комнаты раздались шаги, и один из преследователей ногой выбил засов, но, не успев даже открыть рот, упал замертво с распоротым горлом. Гектор вытер шпагу о рубашку мертвеца, кивнул Джеку, чтобы тот следовал за ним и вышел за порог. Юный капитан кинул тревожный взгляд на бессознательного испанца, лежащего на кровати, и двинулся следом за своим единственным подчинённым. Салазар никуда деться не мог, а вот с преследователями стоило покончить по-тихому и побыстрее, пока те не позвали других. В доме ещё оставалось трое преследователей. Гектор по-быстрому разобрался с двумя из них, пока Джек отбивал атаки третьего — весьма крупного и свирепого противника. — Ладно, ты хорош, — согласился он, когда Гектор проткнул саблей третьего пирата, слишком сильного для самого Джека. — Несомненно, — хмыкнул рыжеволосый. — Что теперь? — спросил юный капитан, пряча саблю обратно в ножны. — Немного приберёмся здесь, а после было бы неплохо выпить, — прозвучал ответ. — И обработать раны Салазара, — добавил Джек, сверля Гектора настойчивым взглядом, в котором читалось «я твой капитан». — Да, конечно, и это тоже, — буркнул старший мужчина, начиная чувствовать раздражение, что уже было неплохо, потому как, испытывай он безразличие, Воробей решал бы свои проблемы сам. Избавившись от трупов, можно было остаться в доме ещё на некоторое время, до тех пор, пока на пороге не появятся новые незваные гости. Гектор надеялся, что к тому моменту они уже переберутся в более безопасное место. — Он жив? Ты проверял? Потому что на живого не тянет. Воробей осторожно придерживал голову Салазара, пока Гектор стягивал с того камзол и пропитанную кровью рубаху. Как Джек и думал, тело мужчины было покрыто не только свежими рубцами, но и давно затянувшимися длинными шрамами, тянущимися по всей спине. По лицу Гектора можно было заметить, что подобная картина не радовала и его. Всё, что они могли сделать, это обработать раны на корпусе, руках, ногах, протереть спящего от крови и грязи, стараясь особо не тревожить щёку. Гроза пиратов выглядел не здоровее трупа, но, к разочарованию Гектора, всё ещё был жив. Оставив его на кровати в одних штанах и почти полностью замотанного в бинты, оба пирата спустились на первый этаж, где намеревались перекусить. Гектор притащил из подвала пару бутылок рома, за что Джек готов был его расцеловать. — День проведём здесь; не думаю, что испанец переживёт ещё одно путешествие, даже в соседний дом. Потом я схожу за кузнецом, он поможет снять эти штуки, — Гектор вновь указал пальцем на своё лицо, имея в виду цепи Салазара. Джек удивлённо уставился на мужчину, в его глазах читалось негодование. Гектор усмехнулся — всё же этот парень умел быть забавным. — Ладно-ладно, ты капитан, тебе решать, — насмешливо буркнул Гектор, махнув рукой, свободной от выпивки. Сидя в кресле с закинутыми на стол ногами, он с любопытством наблюдал за тем, как на лице юного капитана постепенно проявляется румянец от алкоголя. Этот малый вместил в себя уже две бутылки и открыл третью, тогда как сам Гектор только допивал первую, предпочитая наслаждаться выпивкой, а не хлестать всё залпом. — Верно, я капитан, — согласился Джек, резко подскочив, взбираясь на стол, и тот опасно пошатнулся от веса парня. — И я говорю, что мы сделаем так, как сказал ты. Гектор театрально закатил глаза, с ухмылкой наблюдая за тем, как Воробей балансирует на столе прямо перед ним, пытаясь выпрямиться, чтобы изобразить, будто стоит на мостике и раздает приказы своей команде. Выглядело забавно, хотя Гектору сложно было представить этого идиота капитаном. Зато когда малец не устоял и потерял равновесие, он с удовольствием поймал его, усадив себе на колени. Решающим фактором стала трогательная растерянность, отразившаяся на лице Джека, то, как он дёрнулся, пытаясь отстраниться. Гектор схватил его за бёдра, удерживая на месте. — Ты что делаешь? — возмутился Джек, опершись ладонью о широкую грудь своего подчинённого. — Требую возврат долга, — лукаво произнёс Гектор, его ладонь медленно прошлась вдоль юношеского бедра. — Что? — переспросил парень, в его подкрашенных глазах читалось непонимание. — Не прикидывайся дураком, Джек, ты понял, о чём я, — в речи Гектора звучали насмешливые нотки. Джек крепко стиснул зубы, на его пьяном лице отразился полный набор эмоций. Со стороны это выглядело забавно. — Ты старый извращенец, — с брезгливостью в голосе произнёс Джек, перестав брыкаться для того, чтобы замахнуться для пощёчины, которую Гектор без труда остановил, перехватив запястье, после чего произнёс: — Спорить не буду. Пока одна его рука удерживала запястье парня, вторая легла на колено, начав медленно пробираться к паху. Джек всё ещё выглядел задумчивым. — Я ни разу не спал с мужчиной, — сказал он, опустив взгляд на рыжеволосого пирата, который почему-то не вызывал у него отвращения, скорее, просто негодование. — О, — Гектор криво улыбнулся, любуясь наивным выражением лица пьяного капитана, — тогда я постараюсь быть нежнее. — Но я ещё не дал согласие, — буркнул Джек, перехватив запястье мужчины, которое оказалось в опасной близости от его паха. — Не то что бы мне это было нужно, — хмыкнул Гектор, отпустив руку парня, чтобы вернуться к поглаживанию бедра, подбираясь теперь уже к поясу. — Я твой капитан, — пьяно возмутился Джек. — Так дайте мне шанс, мой капитан, — подыграл ему Гектор. — Обещаю, вам понравится. Джек удивлённо моргнул, пытаясь собрать мысли воедино. Несмотря на всё, ему было приятно ощущать тёплую шершавую руку, которая уже успела пробраться под его рубашку. Это не было похоже на ощущения от женских рук, и запах, исходящий от подвыпившего взрослого мужчины, который старше его лет на пятнадцать точно, был другим. Но почему-то Джек не боялся Гектора, который, очевидно, намеревался трахнуть его, невзирая на все протесты, и это только подпитывало чувство азарта в душе Джека. Он же хотел попробовать секс с мужчиной, так почему бы не воспользоваться подвернувшимся шансом, рисковым, будоражащим кровь в венах. С любопытством он заглянул в загадочные глаза Гектора — мужчина казался тёмной лошадкой, но весьма интригующей. Секс с этим человеком мог бы сыграть ему на руку, привязать пирата к себе, расположить, перечеркнуть шанс на предательство. С такой мыслью он наклонился к чужим губам, впервые в жизни пробуя на вкус запретный плод. Гектор позволил парню поэкспериментировать, не отвечая на поцелуй первое время, забавляясь тем, как юнец ёрзал у него на коленях, подбирал удобную позу. Не в характере мужчины было нежиться с представителями мужского пола, тем более, будучи уверенным, что это развлечение на один раз. Вряд ли после печального опыта с Маргарет он вообще когда-либо мог испытать к кому-то настоящие чувства, тем более, к такому, как Джек. Парень был просто слишком красив, чтобы не воспользоваться им для удовлетворения своих физических потребностей, поэтому спустя пару минут бездействия, когда Джек обхватил его шею руками, спускаясь поцелуями к подбородку, Гектор подхватил его под бёдра, встал и уложил спиной на стол. Парень удивлённо ахнул, рефлекторно обхватив корпус любовника ногами, позволяя чужому языку настойчиво вторгаться в рот, пока сильные руки на удивление нежно ласкали его бока и живот под задранной рубашкой. Камзол быстро оказался на полу — Джек даже толком не успел сообразить, когда это произошло из-за бурлящего в крови алкоголя. — Сними эту чёртову рубашку! — потребовал Джек, не сумев добраться до кожи на груди пирата. Ему было просто необходимо прикасаться к Гектору везде, ощущать мужское тело под своими пальцами, изучать, чувствовать крепкие мышцы. — Это был приказ капитана? — насмешливо переспросил Гектор, неохотно отодвинувшись назад, чтобы развязать тканевый пояс, мешавший снятию рубашки. Как только она упала на пол, Джек рванулся вперёд, вновь обвивая шею мужчины руками, впиваясь пьяным поцелуем в его губы, и Гектор потерял равновесие. С глухим грохотом они рухнули на пол, в результате чего юный капитан оказался сверху. Оба на мгновение замерли. — Думаешь, он может проснуться? — хихикнул Джек, неловко ёрзая на бёдрах любовника. Ощущение чужой эрекции было для него новым, весьма странным опытом. — Это было бы забавно, — хмыкнул Гектор, его жадный взгляд блуждал по соблазнительной оголённой шее капитана, пока тот не прислонился губами к его груди. Из горла вырвался глухой стон, член уже болезненно тёрся о соблазнительную задницу парня, но мысль о подготовке вызывала у Гектора раздражение, смешанное с разочарованием. Несмотря на желание просто трахнуть паренька, ему всё же не хотелось причинять тому боль, да и растягивать сам процесс настроя не было. Дав Джеку немного времени на изучение чужого тела, Гектор был вынужден остановить руку, потянувшуюся к его паху. — Мне кажется, тебе неизвестно, что с этим делать, — криво улыбаясь, произнёс он, на что Джек скорчил разочарованную гримасу. — Так я собираюсь это выяснить, — ответил парень, приложив чуть больше усилий, но недостаточно для того, чтобы побороть сопротивление рук более сильного мужчины. — Не в этот раз, — сказал Гектор, чем вызвал в пьяных глазах напротив бурю эмоций. Сейчас он хотел получить разрядку, не имея желания тратить время на обучение неопытного любовника. Опрокинув его на спину, Гектор приспустил штаны с бёдер Джека, высвободив жаждущий внимания член, затем освободил свой и навалился на парня всем весом, создавая трение. — Ох, чёрт, — простонал Джек, запрокинув голову назад, чем и воспользовался Гектор, уткнувшись носом в загорелую шею. — Дже-е-ек, — страстно выдохнул он, местами прикусывая нежную кожу, намеренно оставляя следы просто потому, что мог. Его шершавая ладонь обхватила оба члена, вырвав из уст парня сладостный протяжный стон. Гектор ускорился, ожесточая движения руки. — Я... Я скоро уже, — прохрипел Джек; ему было настолько хорошо, что он уже даже не пытался что-либо делать, крепко вцепившись пальцами в чужие плечи. Алкоголь давал о себе знать, затрудняя дыхание и туманя разум, отчего Джек провалился в сон сразу после того, как выгнулся от настигнувшего его сладостного оргазма. Гектор кончил спустя пару мгновений, силой воли заставив себя откинуться на бок, чтобы не задавить своего юного любовника. Вставать совершенно не хотелось, но, в отличие от Джека, мужчине было уже не двадцать, поэтому он переместился на кровать, стоявшую в дальнем углу комнаты. Своего капитана он, естественно, забрал с собой — просто потому, что захотел.