Готика

Дракула Ночь только начиналась. Подобно Дракуле, он просыпался ночью, и возвращался на рассвете. Ему было интересно, сколько ещё он сможет выпить крови… за то время, что ему отведено. Наверное, все эти мысли из-за возраста. Он был стар по меркам вампиров и именно это заставляло его задумываться о последних днях своей нежизни. Возраст особенно давал себя знать холодной, темной ночью в лесу, когда даже у него кости ломило от сырости. Старый вампир почти мертв в глазах новообращённых, а тот, кто охотиться в лесах в его обличье, ещё не сломлен, но уже не принесет вреда людям — просто не хочет. Без хозяина и собственного выводка он по-прежнему опасен, но все эти дикие выходки надоели ему, в них не было ничего нового, они не вызывали больше волнения в его душе. Но в одну из ночей он лишится привычного одиночества. Словно мотылек на огонь, несчастная душа, преследуемая неумолимым призраком, сошла с дороги мимо облетевших деревьев и дальше, по травянистой тропинке, к смерти… или спасению.

***

Касались ли земли твои ноги? Небо над головой двигалось вместе с тобой. Ты помнила запах вина, вкус крови на губах и холодное, как лед, прикосновение. В руках незнакомца ты всё больше сжалась в комочек, и сильная боль ослабла. Все косточки в теле растаяли, а ты никак не могла понять почему все казалось не таким уж и страшным. Голос незнакомца был успокаивающим даже перед лицом смерти. Но все же его команды были неестественными, и над твоим разумом расплывался туман. Ты могла спокойно уснуть, пока на краю сознания скрипели, прогибаясь, ступени старой лестницы. Образ старинного дома проплывал мимо тебя: черные потолки и украшения в паутине, мебель в серой пыли, а за каждой аркой сгущалась тьма. И вот последняя ступенька на лестнице, еще одна дверь, за которой была спальня. Тебя опустили на постель, поправили волосы на лбу и больше не касались этой ночью. Но какое же счастье и блаженство ты видела во сне. Но ты не была одна в нем. Мужчина представился тебе другом. Он оказал тебе благодеяние своим поцелуем. Пьянящая сладость незнакомых вин разлилась в твоих жилах, кровь проломила ребра и… Ты ожила. Странным было пробуждение: будто твоей тюрьмой оказалась чуждая печаль, затворившая за собой дверь на свободу. Ты проснулась на мягких шелковых простынях. Кто-то зажег свечи. Первые шаги встретили тебя легким головокружением. Ты осторожным взглядом искала незнакомца, что привел тебя сюда. Комната была роскошной, но будто потусторонней. За окном виднелись башни замка в сером тумане на вершине скалы и с поросшими деревьями. Среди темных ветвей деревьев кричали вороны. Ты выглянула в окно. Этот путь приведет только к твоей смерти, падение будет слишком долгим. Дверь за твоей спиной неожиданно захлопнулась. Ты забыла проверить её первой, думала, что она наверняка заперта. Бросившись прочь от окна к кровати, ты ударилась о тумбочку с которой схватила кинжал. Ты впала в транс, ожидая, когда он склонится, чтобы поцеловать тебя, как это было во сне, и его пальцы коснуться твоих полуобнаженных плеч. Но войдя внутрь, незримый незнакомец лишь долго стоял, глядя на тебя. «Я знаю, что ты не спишь». Сквозь слабый огонь свечей ты видела обращенное к тебе лицо, его кожа и разметавшиеся кудри черных волос казались сияющими в их свете. Он пробудил тебя от фальшивого сна легчайшим прикосновением мыслей к разуму, ты уставилась на него со страхом. На его губах появилась крошечная ухмылка, когда ты крепче сжала кинжал под простыней. Твой страх ничуть не задел его чувств. — Нет нужды бояться. Ведь я спас тебе жизнь и сохранил тебя в безопасности, разве нет? Незнакомец сел рядом и погладил тебя по щеке, потом взял твое лицо в ладони. — Что вы со мной сделали…? — в конце концов спросила ты. Печать твоего спасения должна быть сорвана. Он улыбнулся. В жизни его уже случалась похожая история, тогда он был на много веков моложе и смертен. И теперь уже ему, девственному в обращении с потомством, надлежит взять на себя ответственность за новую проклятую жизнь. И неважно, как долго она продлится.