Пролитая грязная кровь ради её спасения.
3 мая 2020 г., 12:47
Киёми проснулась в своей комнате с ужасной болью по всему бледному телу, испорченному синяками и ранами. Больше всего болели руки, голова, спина и шея. Такое неприятное ощущение многим приносит удовольствие, мол, осознание того, что тело было хорошо натренировано, но тут всё немного иначе. Здесь была не тренировка, а битва с мужчиной, которого нужно ненавидеть всем сердцем.
Поначалу девушка акцентировала внимание лишь на боли, чуть постанывая и шипя от того, как при любом движении раны приносят жуткий дискомфорт. Она была с ног до головы перевязана бинтами, некоторые из них были окрашены её багровой кровью. Но откуда так много ран, если Мадара вроде как не наносил ножевых ранений, а только удары? Странно... Ах, Мадара. Тут же в голове куноичи чётко отобразился его гордый образ. Такой ненавистный образ. Чёрные глаза медленно начали наполняться кристальными горячими слезами. Бледные пересохшие губы стали неспеша отрываться друг от друга, и тут же клыки Киёми стали их кусать от непонятных ужасных эмоций. Кровь резко забурлила от осознания всего произошедшего. В этой тёмной комнате повисло что-то невероятно злое. Казалось, кто бы сейчас ни притронулся до девушки, ему конец. В её голове летали картины того, как легко мужчина отражал любые попытки её атаки, любые её действия. И всё это происходило с холодным выражением лица старшего Учиха. Холодным и невозмутимым. Недооценивает... Вот то, что заставляло брюнетку гореть изнутри. Ощущение принижения спустя столькие годы изнурительных тренировок. Она всё ещё пустое место в этом мире? Она слишком слаба. В ней всё ещё слишком мало ненависти.
Резко Киёми ударила себя по белой щеке рукой, что издало неслабый хлопок. Она тупо смотрела в темноту, не моргая и затаив дыхание.
«Мадара... Из-за тебя я схожу с ума. Ты лишил меня не только семьи, но и здоровья. Как физического, так и психического. Даже при нашей недавней встрече ты издевался надо мной. Ты сделал всё для того, чтобы уничтожить меня изнутри... Зачем? Я помню твою любовь, твои приятные слова, твои нежные прикосновения. Ты дал мне всё и в один момент забрал куда больше. Ты должен умереть. Сейчас же!» — размышляла в своей невыносимо болевшей голове Учиха. Её слёзы ручьём бежали по лицу и падали на белое одеяло. Чёрт бы побрал эти чувства. Что не дало ей активировать своё уникальное додзюцу и показать Мадаре всю свою силу? Он по всем статьям опережал её. Не было ни мгновения, когда Киёми ощущала превосходство в бою. Теперь всё будет несколько иначе. Не будет и дня, когда куноичи будет отдыхать. Она будет выжимать из себя сто двадцать... нет, двести процентов того, что может и не может. Она будет долго и упорно тренироваться, пока не поймёт, что достаточно сильна для свершения мести. А потом Учиха будет искать Мадару. Будет искать везде и всюду, если он не найдёт её первым. Вот, что зовётся реальной одержимостью. Ни одна любовь на всём белом свете не превосходит этой ненависти.
Одиннадцать лет назад
— Мадара!!! Мадара, привет! Маленькая девочка бежала к парню с широкой улыбкой на лице. Её чёрные глаза светились от нереального счастья. Услышав этот звонкий голосок, Мадара медленно обернулся и, увидев летящего на него ангелочка, распахнул руки, нагнувшись. Он поймал её в свои крепкие жаркие объятия. Смех Киёми счастьем отдавался в сердце брюнета. Эта девочка была не просто племянницей, а самым любимым и дорогим человеком на свете. Этот парень был единственным, кто уделял ей время. Остальные из клана особо не обращали внимания на этого ребёнка, даже родные мать и отец, и на это была одна серьёзная причина. Причина, из-за которой в будущем будут страдать все. — Привет, Киёми! Давно не виделись... — нежно произнёс Мадара, не желая отпускать её. — Почему тебя не было так долго? Ты же сказал, что уйдёшь только на два дня, а тебя не было неделю! — Уф... извини. Мне добавили работы. Зато смотри, что я тебе принёс, — парень медленно поставил девочку на землю и, присев на корточки, чтобы их лица были более менее на равне, достал из кармана брюк разноцветный леденец в блестящей упаковке. Киёми редко перепадали какие-нибудь сладости, но Мадара очень старался каждый раз добывать их для неё. Нынче в стране Огня кризис, поэтому достать что-то было неимоверно тяжело. Глаза малышки засияли. Она медленно взяла в руки сладость и перевела взгляд на парня. Ох уж эта детская улыбка, которая всегда грела душу. Чуть посмеявшись, она поцеловала Мадару в щёку и стала распаковывать леденец. Её язычок прошёл по карамели, и глаза заблестели ещё сильнее. Положив в рот леденец, Киёми снова резко обняла брюнета. Её хватка всегда была безумно сильная, особенно, когда речь идёт об обнимашках. — Спасибо! Братик... — да, девочка называла своего дядю братиком, потому что это звучало куда нежнее и для него, и для неё. Да и вели они себя как брат с сестрой. Остальные же родные Киёми очень редко беседовали с ней. По какой-то причине все её окатывали волнами строгих взглядов или же взглядов какого-то непонятного страха. Даже Мадара пока что не понимал, в чём дело, хотя он уже несколько месяцев считается лидером клана и вроде бы должен знать всё обо всём. — Всегда пожалуйста, моё солнышко... Вдруг такой счастливый момент прервал грубый мужской голос. Из-за угла дома вышел один из главарей полиции Конохи. Он выглядел довольно угрожающе, отчего Киёми вцепилась в своего дядю ещё сильнее. — Мадара, время на "передохнуть" закончилось. Пора за новую работу. Не успеем в срок — прилетит от Хокаге. — Оу... да, конечно. Дай мне ещё минуту, Акира. Когда "страшный" Учиха ушёл, оскалив зубы, Мадара медленно оторвал от себя племянницу, взглянув в её большие глаза и улыбнувшись. — Извини, Киёми, но у меня совсем нет времени. Я обещаю, что вечером я приду к тебе. Принесу ещё чего-нибудь сладкого. — Б-братик... — Учиха зажала губы, будто вот-вот заплачет, но этого не произошло, и она криво улыбнулась, — я буду ждать! Парень медленно приблизился ко лбу девочки и нежно поцеловал его, после чего выпрямился и пошёл в сторону полицейского участка. Киёми лишь взглядом проводила Мадару. «У Мадары много дел. Теперь он самый главный в нашей семье, я не должна отвлекать его от работы...» — подумала девочка, почесав затылок, и шагая домой с леденцом во рту. Дома же не было ничего интересного. Никто с ней не играл, отговариваясь тем, что нет времени. Интересно, почему же всё так происходит. Почему один Мадара относится к ней как к родному человеку? Непонятно. Малышка уныло смотрела в открытое окно своей комнаты в глубины леса. Повезло ей с видом, однако. Эх, как же скучно... Но стоп, что это за звук? Киёми навострила уши. Из рощи деревьев доносилось пищание котёнка. Естественно, это сподвигло девочку рвануть из дома на помощь животному, если он в какой-то опасности. Она добежала до края леса, вновь прислушавшись. Звук почему-то стал тише и как будто дальше. Но она всё равно двинулась вперёд. Она шла довольно долго, а пищание котёнка отдалялось с каждым её шагом. Сердечко маленькой девочки стало биться чаще, а в горле застыл ком какого-то страха. Она чувствовала, что тут что-то не так, но, дойдя до источника звука, который сидел где-то в ближайших кустах, она остановилась. Раздвинув листву кустарника, Учиха увидела маленького рыжего котёнка. Он пищал так надрывисто, будто ему очень больно. Он был прицеплен леской за заднюю лапку, но не было видно, за что она прицеплена. Медленно руки брюнетки потянулись до лески, чтобы убрать её с лапки, но тут же котёнок был утянут за леску куда-то за кусты. Киёми дёрнулась, упав за землю мягким местом. Стоило ей взглянуть прямо, и она увидела трёх мужиков, которые выглядели как разбойники-нукенины. Среди них было два хилого телосложения и один довольно накаченный и самый высокий. Малышку будто парализовало, она затаила дыхание и не издавала ни звука. — Так-так-та-а-ак... В этот раз на удочку попалась Учиха. Надо же, какой подарок, — с грубым оскалом сказал их главарь. Он держал в руках котёнка, который не переставал пищать, и тут же был отшвырнут в ближайшее дерево. Явно он, если и выжил после такого, то сломал себе пару косточек. От такой картины Киёми резко завизжала, прикрыв рот руками и смотря на животное, которое неподвижно лежит на земле, но дышит. — Ой, ты посмотри, Коджи, ей жалко стало! Не думал, что Учиха имеют сердце, даже если ещё такие маленькие, — ядовито выдал один из дрыщей, злобно посмеявшись. Медленно двое, кроме громилы, стали подходить к окаменевшей от страха девочке. У них было в руках по холодному оружию, а на лбах перечёркнутые горизонтальной линией протекторы с рисунком, как можно было понять, деревни скрытого Листа. — П-пожалуйста! Не трогайте меня! Что вам нужно? — дрожащим голосом протараторила бедняжка, отползая назад и упираясь в дерево. — Что нам нужно? Ха-ха-ха! А тебе мама не говорила, что делают разбойники с маленькими девочками? Резко один из них схватил Киёми за волосы и потянул за них вверх так, чтобы она стояла на ногах. Она закричала от боли, и накопившиеся слёзы тут же вышли наружу, струясь по покрасневшим щекам. Учиха знала, что ей конец, если никто не прибудет ей на помощь. Внутри всё сжалось, она пыталась кричать, но другой дрыщ резко хлопнул её по лицу, казалось, со всей силы, и зажал ей рот рукой. Щека темноволосой тут же стала не то, что красная, а тёмно-бордовая от такого жёсткого удара. Слёзы полились с новой силой. Главарь этой шайки шакалов лишь наблюдал за всем происходящим с широкой жёлтой улыбкой. — Утю-тю-тю, поглядите на неё! Маленькой сучке больно и страшно! Ох, так приятно смотреть на твои эмоции, кукол... Не успел разбойник закончить своё мерзкое предложение, как получил с ноги в лицо, а от силы удара улетел в дерево, громко прохрипя от боли. Другой, держащий левой рукой за волосы, тут же лишился этой самой руки. Кровь обрызгала Киёми и она упала на колени, широко распахнутыми глазами смотря на эту картину. Мадара... Он пришёл на помощь. Ради неё. Она и подумать не могла, что он успеет. Он выглядел... Обезумевшим. Его красные глаза издавали дикую злость, все его действия были резкими, и сложно было уследить за всеми. Сердечко девочки замерло от счастья, что именно "братик" пришёл на помощь. От эмоций она даже перестала ощущать боль, а лежащая рядом отрубленная и ещё пульсирующая рука мерзавца её абсолютно не волновала. Парень красиво раскидывал этих двух дрыщей по разным сторонам, но снова собирал их вместе и бил со всей дури руками и ногами, также используя катану и кунаи. Прошла буквально минута, и два слабака лежали на земле трупами, задыхаясь от собственной крови. "Вожак" этой стайки стоял, распахнув пасть. — Учиха... Мадара? Чёрт тебя дери! Ты дьявол, как ты тут оказался! Сволочь! — грубо кричал мужик, ошарашенными глазами смотря на мёртвые тела своих собратьев. — Ты следующий, поэтому советую тебе помолиться на прощанье! — прокричав эти слова, парень побежал в сторону Коджи, приготовив свою катану, но тут же разбойник отскочил в сторону, швырнув в Учиха пару сюрикенов, которые последний с лёгкостью отразил оружием. — Не сопротивляйся и умрёшь быстро! — Не-е-ет! Я сегодня не умру, Мадара! Поняв, что сражаться с лидером сильнейшего клана бесполезно, мужик кинул себе под ноги дымовую бомбу, чтобы под завесой дыма быстрее скрыться с места преступления. Однако это глупо, ведь, даже если бы он и смог убежать, то Мадара, будучи сенсором, почуял бы его чакру и всё равно убил. Но так как Коджи успел только развернуться, чтобы убежать, брюнет в мгновение ока оказался перед ним и насадил его на катану как на шампур и, повалив на землю, разрезал ему гортань кунаем. Фонтан крови обрызгал лицо и тёмную одежду Учиха. Его глаза вновь почернели. Он около десяти секунд смотрел на дёргающиеся тело нукенина, но потом вытащил катану из его туши и взглянул сквозь рассеивающийся дым на сидевшую на земле Киёми. Её глаза были полны страха и ужаса. Она никогда не видела за свои восемь лет жизни столько пролитой крови как сегодня. Тут же Мадара пришёл в себя, потряс головой и подбежал к девочке. Она вся дрожала. — Извини, сестрёнка. Нельзя было рубить этих придурков при тебе. И вообще нельзя было мне уходить на задание, я должен был провести этот день с тобой. Прости, что подверг тебя опасности. Тебе сильно досталось? — рука парня медленно легла на бордовую щёку девочки. «Конечно сильно! О чём я только думал?! Какой из меня защитник после этого?» — корил себя Мадара внутри. Тяжело оставаться самим собой в таких ситуациях. — М-Мадара! Спасибо! — резко темноволосая кинулась на шею своего дяди, крепко его обнимая. Запах грязной крови этих тварей наполнил её лёгкие, но сейчас не время для брезгливости. Она безумно рада, что он подоспел вовремя. Да, он не успел к тому времени, когда ей нанесли удар по лицу, но Киёми легко это переживёт. Юноша не ожидал, что она так быстро придёт в себя и не будет бояться его. От тёплых чувств его губы медленно улыбнулись, а руки крепко прижали к себе хрупкое тельце. — И, братик... Надо помочь котёнку... — Учиха указала на тяжело дышащее рыжие маленькое существо у дальнего дерева. После этой просьбы парень встал, держа девочку на руках, затем подошёл к котёнку. Его состояние было очень тяжёлое, но есть шанс на выживание. Он аккуратно взял его на руки и отдал в руки Киёми. Когда они пришли в деревню в таком состоянии, сразу пошли различные расспросы. Мадара коротко ответил, затем быстро пошёл с племянницей в ветеринарную клинику. Конечно, ветврачи были в шоке больше от состояния людей, но всё же обслужили их, так как лидеру Учиха ни в коем случае нельзя отказывать. Мадара и Киёми сидели на скамье и тихо ждали, пока котёнку наложат гипс. Брюнет сидел, сжав руки в кулаки, и смотря в одну точку на полу. Девочка медленно положила свою маленькую ладошку на его кулак, отчего Мадара резко пришёл в себя и взглянул на неё. А она лишь широко улыбнулась и ещё раз поблагодарила его. Поздним вечером, когда оба привели себя в нормальное состояние, они сидели в комнате Киёми с котёнком, который теперь принадлежит ей, и которого она назвала Тайки, что значит "сияющий". — Надеюсь, ты не сердишься. — Мадара, прекрати. Ты спас мне жизнь. Я тебе благодарна за всё... Спасибо. Парень снова улыбнулся и залез в корман брюк, вытащив оттуда горстку сосательных конфет. — Держи. Я же обещал...***
— Киёми, можно войти? — постучавшись, спросила Карин, пока девушка была погружена в свои мысли. — А? Карин? Конечно, входи... Когда дверь открылась, красноволосая тут же включила свет. Глаза Учиха зажмурились и она их чуть прикрыла. — Как ты? Всё хорошо? — Пойдёт... — тихо ответила куноичи, еле взглянув на Узумаки. Та, тяжело вздохнув, села на кровать рядом с пострадавшей. Они долго смотрели друг на друга. — Это был Мадара? Знала бы ты, как долго мы тебя искали и как сильно переживали за тебя. Будучи без сознания, ты только и делала, что твердила его имя. — Да, он. Он был у меня на крючке, а я мало того, что не смогла его поймать, так ещё и сама пострадала. Позор мне да и только... — А ведь он тебя несильно пожалел. На твоём теле были гематомы, которые пришлось вскрывать, чтобы вылить из них чёрную кровь. Поэтому так много ран от скальпеля и... — Извини за испорченный День рождения, Карин, — резко перебила девушку Киёми и легла на спину, уставившись в потолок. — Главное — ты жива, дурочка. Отдыхай, — после этих слов Узумаки покинула комнату девушки, выключив свет и оставив её наедине со своими ужасными мыслями и чувствами.
