Глава 3. Сломанный
5 мая 2020 г., 23:54
Тони уткнулся головой в руки, выдохнув дрожащим вздохом.
Мстители наконец решили позволить инопланетному ребенку (которого он назвал Люцифером) проснуться от вызванной медицинской комы, в которую они его ввели. Ребенок, который врезался в Старк Тауэр и, каким-то образом, сумел выжить. Возможно, худший день в жизни Тони был еще хуже.
Хотя после просмотра записи падения, записанную Джарвисом, Тони пришел к выводу, что для Люцифера этот опыт был не таким уж приятным. Там было много крови. И крика.
Очистка от вторжения шла хорошо. Тони заставил свою компанию "бросить" соответствующую сумму денег на операции. Тор решил проблемы Локи и Тессеракта, вернув их в Асгард, несмотря на протесты Всемирного Совета Безопасности. Он пообещал Тони, что вернется на Землю (или, как он выразился, Мидгард), чтобы помочь ему разобраться с Люцифером.
Брюс и Наташа решили остаться с ним в башне. Беннер проводил большую часть своего времени в лаборатории, но регулярно проверял Люцифера, хотя Джарвис постоянно следил за жизненно важными веществами инопланетянина (которые, как они обнаружили, были удивительно человеческими). Наташа отсутствовала большую часть дня, выполняя свою сверхсекретную шпионскую работу для Щ.И.Т.а, но она была в башне, когда могла, и Тони все еще был благодарен за помощь, которую она оказала.
Стив вернулся в свою квартиру, несмотря на предложение Тони остаться в башне. Он регулярно посещал, чтобы помочь с уборкой и проверить, как дела у Люцифера. Он оставался довольно нейтральным в отношении всей ситуации, не принимая ни сторону Тони, ни сторону Клинта.
Клинт... ну, он не изменил свою позицию по отношению к Люциферу. У него с Тони было много веских аргументов, и из-за нескольких они чуть не подрались. Тони стойко защищал ребенка от всех обвинений, выдвинутых им Клинтом и, если он был совершенно честен, он удивил даже себя свирепостью, с которой он защищал ребенка. Тони не знал, где сейчас находится лучник, но тот, время от времени, заходил в башню.
Пеппер и Роуди отреагировали почти так же, как он думал. Пеппер взорвалась, вопя о том, насколько безответственным был Тони, что, в общем-то, правда, и как глупо было поддерживать пришельца сразу после вторжения пришельцев, также верно. Тем не менее, она была не так против ребенка, что Тони и ожидал от нее.
Роуди не защищал Тони, а после того, как Пеппер немного успокоилась, подняла бровь и спросила: «Серьезно, Тони?» Кроме этого, он никак не реагировал. Со временем, когда они узнали друг друга, он стал невосприимчив к выходкам Тони.
В течение четырех дней, когда ребенок находился в коме, Джарвис нашел ветеринара, который смог вылечить его сломанное крыло и не задавал слишком много вопросов. Операция прошла гладко и ветеринар принял все на удивление хорошо, хотя Тони все еще заплатил ему довольно большую сумму денег, чтобы он молчал. Он, конечно же, согласился возвращаться для периодических осмотров и в конечном итоге удалить шину.
Тони не был уверен, будет ли безопасно использовать наркотики для успокоения Люцифера, учитывая его бесчеловечность, но, после сканирования Джарвисом, определил анатомию ребенка и его ДНК, в основном человеческого, Тони решил, что все будет в порядке.
Он выздоровел очень быстро. Когда они вылечили рваные раны - в результате его падения в окно - они обнаружили, что порезы уже в основном зажили.
Тони знал, что все будет хорошо. У них было множество защитных мер, готовых к тому, когда ребенок проснулся и, если дело дойдет до худшего исхода, они всегда могли просто накачать его газом и передать Щ.И.Т.у, хотя Тони очень надеялся, что этого не произойдет. Так что, да. Логично, что он знал, что все будет хорошо, но это не изменило, насколько невероятно он был обеспокоен тем, что будет делать ребенок, когда проснется.
-oOo-
Джек медленно пришел в сознание с хриплым стоном. Его голова была тяжелой, как будто она была из свинца. Он сморщил лицо от неприятного ощущения и медленно открыл глаза. Джек прищурился, его глаза привыкли к яркости комнаты, в которой он находился. "Где я?" Он медленно подумал, поднимая голову, когда его зрение начало фокусироваться. "Что случилось-..?" Его мысли остановились, когда он понял все последствия своей ситуации. Он был в комнате. Он был на кровати. Он был вне Пустоты. Даже тупая боль, охватившая все его тело, не смогла подавить всепоглощающее чувство радости, которое охватило его грудь, когда он понял, что его семья, должно быть, нашла и спасла его. Джек опустил голову на подушку. Он смотрел в потолок, борясь с легкомысленной улыбкой, которая угрожала расползаться по его лицу. Острый, стерильный запах спирта сообщил ему, что он находится в мед.отсеке бункера, но узоры на потолке были неузнаваемы. Он слегка прищурился и попытался избавиться от тумана, омрачающего его мысли. Джек обнаружил, что не может вспомнить события, предшествовавшие его потере сознания. Все, что он мог вспомнить - это бесконечная тьма пустоты, безнадежность его положения и… Он не мог вспомнить больше ничего. Джек отбросил опасения. Он проигнорировал ноющее чувство неправильности, сказав ему, что что-то не так, что, если он окажется в бункере, Кастиэль, Дин и Сэм придут ему на помощь, как только он проснется. Джек слегка подвинулся и замер, почувствовав, как к его спине привязаны два груза. Он резко повернулся, не обращая внимания на волну боли, возникшую в результате действия в пользу разрыва крыльев, физических крыльев, которые простирались от его спины. Он слегка двинул их, действие, которое привело к резкой боли пульсирующей от его правого крыла. Оно был так сильно перевязано, что почти в два раза больше другого, но боль и вес заправки только делали их еще более реальными. Это не может быть возможным. Они должны быть перегружены его милостью. Его благодать, которую он с самого начала использовал, не было. Его сила, его сущность исчезли. Частота сердечных сокращений Джека взлетела, и он дернулся в вертикальном положении, только чтобы быть отброшенным назад наручниками, которые удерживали его к кровати. Он был задержан. Он не в бункере, это было неоспоримо. Его семья не спасла его. Он не был в безопасности. Он был заключенным, и тот, кто держал его в плену, каким-то образом подавлял его благодать. Истинная серьезность его ситуации обрушилась на него, и он не мог сдержать слезы, которые текли по его глазам. Он был пойман в ловушку, бессилен и ранен в незнакомом мире, будучи в плену у неизвестных сил. Его мир исчез, его семья тоже. Он никогда не услышит тихий смех Кас, когда он найдет что-то действительно смешное. Он никогда не увидит еще одной нежной улыбки Дина, присутствующей, когда он думал, что никто не смотрит. Он никогда больше не будет слушать тихое жужжание Сэма, когда он выполняет задания, думая, что он один. Даже если бы он смог вернуться в свой мир, вероятность того, что они попали в безопасное место, была смехотворно мала. Защита, единственная защита, которую они имели, была сломана ангелами. Они были мертвы. Они были все мертвы, и это была его вина. Он был слишком слабым, слишком медленным. Он не имел достаточного контроля над своей благодатью или силой Кайи. Джек выпустил рыдания, повесив голову, потому что его охватил страх и горе. Он даже не мог вытереть слезы, текущие по его щекам. Он был слабым. Он был неудачником. И теперь он был во власти того, кто держал его в плену.-oOo-
Слезы Джека высохли. Его паника испарилась, сменившись унылой безнадежностью, которая пронизывала каждый дюйм его сознания. Даже боль исчезла, оставив после себя только пустое оцепенение. Он лежал на кровати, бессмысленно глядя на потолок над ним. Джек чувствовал, как будто стены комнаты медленно давят на него, делая большую комнату похожей на крошечную камеру. Он осмотрел комнату после того, как успел успокоиться, обратил внимание на ее гладкие серые стены, без окон, но с геометрическими узорами, вырезанными на них. Он заметил камеру в верхнем углу комнаты с тонкими линиями проводки, ползущими к потолку, свидетельствуя о том, что в камне позади него была встроена система. Вероятно, было разумно предположить, что его похитители наблюдали за ним, каталогизировали его реакции и изучали его, планировали и ждали и… Металлический гудок пульсометра ускорился, отвлекая его от паники. Звук гудел постоянно, подчеркивая тишину и служивший только насмешкой над ним, поскольку он записывал каждый раз, когда его пульс учащался, когда его охватила еще одна волна паники. Это напомнило ему Пустоту, бесконечную темноту, наполненную только ритмичным сердцебиением, бесконечным стуком, который грозил утопить его. Он должен был несколько раз убедить себя, что с ним все в порядке, что независимо от того, насколько тяжелым было его положение, он был вне Пустоты. Он вернулся в физический мир. Это был не его мир, но мир. И любой мир должен быть лучше, чем пропасть. Джек глубоко вздохнул и закрыл глаза, откидывая голову на подушку. Дверь открылась.Примечание Автора
Как думаете, кто это? Не стесняйтесь угадывать :) Прозвище Люцифер прижилось. О Тони, если бы ты только знал.... Всё не так ясно, поэтому я просто поясню, что в деталях от POV Джека прошло немного времени. В Пустоте он как бы потерял способность измерять течение времени. Теперь несколько объяснений: Когда вы просыпаетесь от медикаментозной комы, на самом деле наступает период, когда вы бодрствуете, дыхательная трубка и прочее удаляются, после чего вы снова погружаетесь в естественный сон. Когда вы просыпаетесь от этого, вы не помните первый раз, когда проснулись, вот почему это не упоминается здесь - Джек не помнит этого. А что касается ускоренного исцеления - когда ангел покидает сосуд, он оставляет часть своей благодати. Точно так же, когда Тессеракт принял благодать Джека, некоторые остатки все еще были там. Это ускоряет его лечение и увеличивает его силу. Это также означает, что после заживления кости он сможет летать, хотя, технически, его крылья недостаточно велики, чтобы выдержать его вес.
