Рубиновый сокол. Часть 2

Почти год спустя

Графине де ла Лаваль, Ренн,Бретань. Дорогая Франсуаза! Мне грустно от того, что я не могу поговорить с тобой, и мне ничего не остается, как писать тебе. Хочу рассказать тебе все, как было по возвращению короля. Но не волнуйся, я выводы сделала серьезные и прежних ошибок больше не допущу. Теперь все письма тебе будут передавать через проверенных людей и лично в руки. Ты знаешь, как ждала я возвращения Карла из этого похода, и нашу встречу представляла. И как это бывает в жизни – все представления и фантазии оказались разбиты о реальность. Я опущу подробности всех торжеств и официальный въезд в Лион. В то утром я проснулась и мне было плохо, и я сама себя не понимала. Меня мучила тревога, ведь расставались мы с ним так нехорошо, и я не знала, каким он будет? Наша переписка за это время была для меня лишь доказательством того, что Карл уже меня не любит, так как раньше. Сначала он писал мне очень много, и уверял, что чахнет без меня и сердцем он со мной во Франции и всякий прочий пустой вздор. Длинные отписки. Потом и письма все приходили реже и стало очевидно, что он меня забыл совсем. Я знаю, Франсуаза, что Карл в Италии нашел себе другую. Я не могу объяснить тебе, как я это поняла, но предчувствие меня не обмануло. Теперь ты понимаешь, с какими чувствами я встречать его должна была? Когда я только его увидела, то не узнала даже сразу. Он сильно похудел, загорел и отпустил бороду, которая, признаюсь честно, совсем ему не шла и с ней он выглядел как-то странно и зловеще даже. Я, вдруг, потерялась. Не знала, как с ним говорить. О чем? Все ждали, кажется( из-за того что я не скрывала, как страдала в его отсутствие), что я брошусь ему на шею, но я этого сделать не смогла, потому что была напугана..и его видом и страхом – а вдруг он оттолкнет меня? В итоге наше приветствие друг друга получилось очень официальным и от этого холодным. Но ты бы его одобрила, потому что ведь ты всегда считала, что я слишком показываю чувства. Итак, мой муж был совсем другой – не тот, кого я знала раньше. Я не могла бы ни к чему придраться, - он изображал радость от нашей встречи, но я же видела – он насторожен и напряжен в моем присутствии. Конечно, я успокаивала себя мыслью, что все решится, когда останемся мы наедине и сможем говорить открыто и он оттает, и перестанет нервничать. Я пообещала себе, что забуду все обиды, все подозрения и страхи. Что я ни словом, ни взглядом его не упрекну. Я искренне решила быть хорошей, клянусь тебе. Я вспоминала все твои советы, и я старалась, как могла. Однако уже за праздничным ужином мое настроение было испорчено. Король сообщил мне, как бы между делом, что ЗАВТРА! Ему снова потребуется уехать по делам. Куда и по каким делам он не сказал, а когда я выразила удивление(но даже не возмущение!)по поводу его отъезда(ведь разве нет у него дел здесь, в замке?), он ответил, что доверяет мне во всем и я пока могу заняться тем, чтоб разбирать подарки и все эти красивые вещи, которые привезли из Италии. Это звучало так, как будто бы я только и ждала все эти месяцы, чтобы получить все это. Я поблагодарила его за такую щедрость, но сказала, что едва ли эти чудесные вещи могут заменить мне мужа и его присутствие, на что он мне ответил в шутливой(совершенно неуместной) форме: «ах, вы об этом? Ну я приду к вам сегодня вечером, конечно..» Я не стала дальше ужинать и ушла сразу к себе, что, наверное, выглядело не очень хорошо. Признаюсь честно, мне уже совсем не хотелось принимать его сегодня у себя,но я понимала, что такое поведение, будет выглядеть просто неприлично, после стольких месяцев разлуки. И он не приходил долго, и я начала надеяться, что может быть, сегодня он и не придет. Во мне боролись чувства – мне хотелось быть с ним и в то же время я не знала, как себя теперь вести.И все же я не могла лечь спать и просто лежала и читала, и было уже за полночь, когда мой муж наконец-то появился в моей спальне. Мне показалось он избегал смотреть мне в глаза и сказал тогда « ну что, я вижу ты меня ждала?» И я сказала, что ждала, конечно, на что Карл вдруг начал говорить какой-то жуткий вздор о том, что он не мог дождаться этого великого момента, и прочие заезженные фразы, которыми говорят, наверное только в книгах. Я, вдруг, почувствовала себя совсем неловко, как будто только-только вышла замуж и не знала, что мне предстоит. «Ты как-то холодно меня встречаешь..»-упрек последовал. И я сказала больше от растерянности: «да, я слышала, что женщины в Италии встречают по-другому..» Зачем я так сказала? Я не знаю. Я его смутила, он видимо решил, что издеваюсь я и его задеть хочу. Я надеялась еще, что он поговорит со мной, и его слова рассеют все мои сомнения. Но он разговаривать был явно не настроен, а я своей дурацкой шуткой испортила все кажется совсем. Мне следовало попросить его уйти, и я уверена, он сам вздохнул бы с облегчением, но мужа своего просить не спать со мной казалось мне ниже моего достоинства. И вместо того чтобы признаться,как скучала и как расстроена, я просто отложила книгу и на спину легла демонстративно отбросив одеяло. Он подошел ко мне и заглянув в лицо, сказал с иронией: О Боже,Анна, тебе я стал так неприятен, что ты в постель, как в гроб легла? Я ответила на это, что уже второй час ночи и это он ко мне не сильно торопился и так как завтра он опять уедет, то может быть сейчас он наконец-то ляжет рядом и получит то, зачем пришел? В итоге все было совсем уж не так ужасно, но мне не передать словами, какое одиночество я ощущала в эту ночь, когда казалось бы, сбылись мои молитвы и мой муж ко мне вернулся и снова я спала в его объятьях. Но это был как будто бы не он, а другой, совсем мне незнакомый человек, и я была сама совсем другая. На следующее утро он уехал, даже не простившись, оставив мне вместо себя сундуки с шелками, тканями, посудой, когда будто я какой купец и все это добро должно меня так осчастливить! Как я обиделась, если бы ты знала! Что могла я сделать? К кому бежать и жаловаться на судьбу? Пришлось мне проглотить эту обиду и сделать вид, что ничего не произошло. И следующие два месяца все было так же.. Карл в Амбуазе был наездами, на три-четыре дня, не больше. Он видел, как я грущу, но так как я ни в чем его не упрекала, то делал тоже вид, как будто все в порядке. Он не был совсем уж холоден, но к тому моменту я знала, что он мне изменяет уже здесь, во Франции, на глазах у всех, и мысль эта делала такой несчастной, что я пришла к тому, что его визиты в мою постель мне стали в тягость и я даже не старалась уже изображать желание. Ты бы сказала мне на это, что я сама виновата, что НАДО БЫЛО страсть изображать и что поддерживать его любовь ко мне – моя задача и я недостаточно прикладывала усилий, но я настолько не умею притворяться. Но последней каплей стало, когда Карл, в конце концов, настолько совесть потерял, что как-то в ноябре уехал и пропал на две недели и эти две недели,Франсуаза, он жил, почти в открытую в Лионе со своей любовницей. И это было уже совсем за гранью добра и зла, потому что об этом знали все. Все! Кроме меня, наверное, как он думал. Спасибо, что не привел ее еще сюда, к нам в замок и не поселил ее в соседней комнате. Я поняла, что если ничего не сделаю, то скоро так и будет. Пойми,я могла бы смириться с его изменами, если бы он честно в них признался, сказал о том, что меня не любит больше, хотя бы поговорил со мной! Но Карл вместо этого продолжал откупаться подарками и делать вид, как будто ничего не происходит, и это было оскорбительно. Я решила положить конец всему и поговорить с ним, застав его на месте преступления. Что бы не мог он больше отвертеться. (Я представляю, как сейчас меня ругаешь ты и называешь сумасшедшей, но мне было все равно.) Выждав тот момент, когда он вновь отправился в Лион, как будто бы по делу, я через пару же часов отправилась за ним. Была ужасная погода, лил дождь, но я велела закладывать карету. Мне важно было, чтобы никто не смог его предупредить о моем приезде, поэтому все делалось тайно и о моем отъезде никто не знал. В итоге в Лион я добралась почти что к ночи, промокшая, замерзшая, но злость мне придавала силы. Охрана в замке просто онемела, меня увидев. Конечно, ведь там меня не ждали..Им пришлось пропустить меня и я не сомневалась, что кто-нибудь из слуг уже бежит со всех ног, докладывать королю о моем приезде и как он бедный сейчас должно быть будет перепуган. Ты не поверишь, я почти уже хотела заставить его с любовницей, представь! Каков был план? Я и сама не знала, что собиралась сделать. Хотелось просто посмотреть ему в глаза, и чтобы взгляд мой говорил без слов, чтобы он умер со стыда, но, к сожалению, Карл, когда вошла я в комнату, был один. О том, что после произошло, мне надо рассказать подробно. Карл сидел у разожжённого камина, смотрел на огонь и пил вино. При виде вошедшей королевы он поднялся. Он был как будто удивлен. -Анна? Что ты здесь делаешь? Что случилось? Она молча оглядела комнату, словно бы пытаясь найти в ней того, кто спрятался. Прошла вперед, отдернула балдахин кровати и не удержавшись даже, заглянула под кровать. -Ты что-то потеряла? -Боюсь не я, а ты давно уже что-то потерял. И это что-то – совесть! – выпалила она. -Тебе, я вижу, я помешала тут расположиться.. -И ты..приехала здесь ее искать? Мою совесть? В Лионе? Среди ночи?-Он подошел и посмотрел на нее с тревогой. - Да ты вся промокла…можешь простудиться. Нужно принять ванну, чтобы ты согрелась..я сейчас велю..-он сделал шаг к двери, но она его остановила. -Мне не нужна ванна! И я отсюда не сдвинусь..-она прошла и села у камина, дрожащей рукой налив себе до краев бокал вина. Выпив залпом, почувствовала, как кровь быстрее побежала по венам и ударила в лицо, а вместе с ней пришла решимость. –Шарль, нам нужно поговорить. -Сейчас? -Немедленно! -Хорошо, -спокойно ответил он. -Мы здесь сейчас…одни? -Ты думаешь, я кого-то спрятал под кроватью? -он усмехнулся. -Она разложена. -Я собирался спать. -Один, конечно? -Ну раз уж ты приехала, надеюсь, не один. Так что тебя так огорчило, что ты в такую погоду приехала сюда и среди ночи? И взгляд у тебя такой, как будто сейчас меня укусишь..– он сел напротив, небрежно закинув ногу на ногу. Я, вдруг, поняла, что слов подходящих придумать не успела и в голове был лишь сумбур. С чего начать? Ведь у меня нет доказательств. - Я мирилась и молчала, но ведь есть всему предел! Ты ведешь себя, как будто бы свободный человек! И я не трогаю твои любовные похождения в Неаполе, которые.. -…весьма преувеличены. Я не понимаю…-протянул он, оглядывая ее с каким-то усталым видом. – В чем ты конкретно сейчас меня упрекаешь? -Ты и здесь мне изменяешь! – вырвалось у нее. -Я знаю! Не вздумай отпираться! Не унижай меня своим враньем! Король посмотрел на нее и ничего на это не ответил. Она ждала, что он начнет сопротивляться и убеждать ее в обратном (и этого хотелось все равно), но вместо этого он отвернулся и стал молча смотреть на огонь. -Ты что же..ничего мне не скажешь? -изумилась она. -Послушай,Анна..- он вздохнул. – Твоя ревность была бы мне приятна даже..если бы она исходила от любви. Но ты так злишься и ревнуешь из гордости..из чувства самолюбия. Ты бы хотела, чтобы я принадлежал одной тебе, но я и так..-он сделал жест рукой. -Тебе принадлежу. Я не хотел тебя обидеть, правда. И я ведь с самого начала от тебя не требовал любви..ты знаешь. Только немного уважения. -Так ты уважения моего добиться хочешь, таща к себе в постель всех подряд? – она почувствовала, что опьянела от вина. – С ума сошел ты? Или издеваешься? Нет, ты издеваешься..я вижу..А раз так, тогда я уезжаю! -Куда? – он улыбнулся, и улыбка эта уже была за всякой гранью. -Ты только что приехала. -Домой. В Бретань. А что, какая разница? Тебя же все равно нет рядом..так будем жить каждый по себе отдельно..Я у себя – ты у себя. -Пока еще не стала ты вдовой, то не забудь, Бретань – теперь мне принадлежит. Ты что же получается..ты от меня..ко мне уедешь? – он рассмеялся. Королева молча встала и направилась к двери, но не успела повернуть за ручку, как две руки ее обхватили сзади, и приподняв над полом, потащили обратно в комнату. -Пусти!Не трогай! – она вырывалась зло. – Я хочу уйти! -Ты вся промокла, ты заболеешь! И сейчас же прекрати кричать! – он развернул ее к себе и сжал за плечи. – Пришла ты поговорить? Так давай поговорим! Но только честно. -Честно? Теперь заговорил ты о честности…когда испугался, что я начну тебя позорить перед твоими слугами, здесь в замке..увидят все скандал! Не беспокойся. Не увидят. Мне нет необходимости тебя стыдить! Тем более, если тебе не стыдно. – Она вырвалась и стояла, с яростью смотря на него. - Я может быть и не способна ответить всем твоим запросам, но променять мою любовь на десяток итальянских шлюх? И привезти с собою их сюда? Так меня унизить? Ты мне отвратителен! -А знаешь..-он вдруг как-то странно посмотрел и в глазах его Анна увидела, вдруг, тоже искреннюю злобу.- Уж лучше шлюх любовь за деньги…чем твоя постель...она мне обходится дороже. Анна вздрогнула и, размахнувшись, влепила ему пощечину такую, что ладонь тут же вспыхнула огнем. Карл, потрясенный, отпустил ее и отошел, как будто бы испугавшись, что сейчас она накинется на него с кулаками. -Шарль, прости..я не хотела…-она через мгновенье, в ужасе рукой зажала рот. – Не знаю, что нашло.. В голове моей, как вспышка, тут же пронеслось: О, Господи, я ударила не просто мужа, а короля! Такое можно было бы простить кому угодно…но своим поступком я себя в мгновение ока обрушила в своих глазах же! Я перешла границу так далеко, что, обернувшись, не могла бы даже и разглядеть дороги, с которой теперь сошла. Я осознала в полной мере, как этой сценой я себя унизила. И что мне было делать? Падать на колени и просить прощенье? Я лучше б умерла. Может быть для кого-то другого такое поведение и было бы нормальным, но не для меня, которая не выносила никогда чужих истерик и женских слез. -Если бы я знал, что ты так хорошо дерешься, то я бы взял тебя с собой в Италию…-донесся до нее голос мужа, и у Анны отлегло от сердца. Он не сердится… Карл подошел к ней ближе и осторожно взял за руку. Ту руку, которая осмелилась на такую дерзость..ударить мужа..и короля, и к изумлению Анны, поцеловал ее. -Ну вот…теперь ты не ударишь? -тихо сказал он. - Хотя злость тебе к лицу.И хоть это странно, но ты мне желанна еще сильнее, когда злишься на меня..и когда вот так ревнуешь. Она молчала и стояла, опустив голову. Злость уже прошла. Теперь была усталость. -Так я еще тебе желанна? – она посмотрела на него с надеждой, но недоверием. Карл не ответил на этот вопрос, но подошел к ней и встав за спиной, стал расстегивать крючки на платье. -Тебе все же нельзя оставаться так и дальше..в мокром платье..-тихо произнес король, - Придется его снять...-он спустил с плеч рукава и наконец-то Анна кожей ощутила прежний трепет, с каким касался он ее когда-то раньше. В этом трепете было одновременно и страстное желание и как будто какой-то страх, почти благоговение. Ей нравилось думать, что он только с ней такой и раньше она упивалась чувством этой власти. Но не теперь. -А знаешь, я ведь несколько минут назад решила, что не позволю больше тебе до себя дотронуться… – Ты знаешь, если не захочешь...- Прошептал он ей на ушко. -Я тебя не трону. -Нет…-она почувствовала, как кружится голова и в бессилии откинула ее мужу на плечо. - Я хочу. Прямо сейчас...немедленно.. Франсуаза, милый, добрый,заботливый друг, ты меня всегда учила, что нужно сдерживать себя и вот я не сдержала! И этот мой поступок, вдруг, расставил все на свои места. Мы все друг другу враз простили. Больше нет необходимости сдерживать чувства. Сейчас, когда тебе пишу я это письмо, мы вот уже две недели как не расстаемся и я так счастлива опять, что не нахожу слов, чтобы это описать тебе. Я должна признаться в том, что ты, конечно, давно уже обо мне знаешь – но теперь я знаю, что если моя любовь и ревность к мужу и преступление, то преступление это совершаю лишь против себя. В свое оправдание я скажу, что я не этого хотела. Женщине в моем положении, с моими обязательствами - влюбляться и сходить с ума – это глупость, и я всегда так считала. Ты права – любовь нас всех делает слабее, уязвимее. Мне кажется, я никогда не чувствовала себя настолько беззащитной.Ты помнишь то ужасное письмо, которое попало к герцогине, где я так пренебрежительно отозвалась о короле? Мне нужно было как-то отшутиться и обесценить свою любовь, которую я носила в сердце, как угрозу своему благополучию. Я хотела, чтобы король меня любил, но он своей наивною любовью заставил, да, заставил и меня в итоге полюбить его. Не бойся, мужу я не сделаю таких признаний. Я словами больше не разбрасываюсь неосторожно. Но Карл, он совсем другой, ты знаешь..он о любви своей мне говорит всегда и так легко, что мне на это остается только улыбаться. Он любит, как умеет. Так любят, наверное, дети – бескорыстно и бездумно, ни в чем не желая брать ответственности. Сегодня он со мной и страстно изливает свои чувства на меня, а завтра…нет, не хочу я думать, что будет завтра! Я запретила ревновать себе иначе я умру от этой ревности. Я захлебнусь в ней. Но все-таки,для женщины в этом мире, так как он сейчас устроен, разве много поводов для счастья, кроме как иметь детей, любить и быть любимой человеком, с которым тебя связала церковь и судьба? Все это я сейчас имею и чувствую себя немного виноватой даже, за то, что я так счастлива теперь. Тебя целую и обнимаю и прости за мой поток сумбурных мыслей. Твоя Анна. Лион, ноябрь 1495 Королева дочитала письмо и сложив пожелтевший лист бумаги, подняла голову. По голубому небу летали стрижи. Несколько птиц опустились ниже и одна из них села на ограду склепа. Анна опустилась на колени и положила букет цветов - белых маргариток, возле могильной плиты. Это последнее письмо, которое она отправила, но которое Франсуаза так и не успела получить. В тот же день, когда Анна написала его, из Бретани в Лион прибыл сын Франсуазы – Ги, с ужасной новостью. Его мать умерла от кори, эпидемия которой бушевала в это время в Ренне. Город немедленно был закрыт для въезда и выезда, и Карл отдал распоряжения жестко усилить меры безопасности по всей стране, как это всегда бывало во время эпидемий. Но очень скоро о случаях болезни сообщили из Луары. Анна хотела вернуться в Амбуаз, где в это время находился Шарль-Орлан, прежде чем все дороги будут закрыты, но узнала, что снова ждет ребенка. В другой момент она была бы счастлива, но не теперь. Карл запретил ей ехать, посчитав риск слишком большим и убедив, что сын их будет в полной безопасности. А меньше чем через неделю из замка пришло известие – не смотря на все предпринятые меры, Шарль-Орлан заболел корью. Еще через три дня ее единственный сын, ее солнечный мальчик умер. Ее сын умер, а ее даже не было с ним рядом.Она могла бы быть, она должна была быть, но предпочла, все бросив, поехать вслед за мужем из-за глупой ревности. И вот пока она, ужасная, там упивалась глупым счастьем, ее ребенок умер, не увидев ее лица, совсем один, и как бы не убеждали ее тогда в обратном, как ни старались утешить, она знала – это ее вина. «Знаешь,Франсуаза, Шарль-Орлан совершенно особенный ребенок! Да, ты скажешь, что во мне говорит материнская любовь, но спроси кого угодно, и все скажут, что он настоящее чудо. Его кормилица призналась, что за всю жизнь свою не видела такого умного ребенка. Он редко плачет, и вызывает улыбку у всех, кто его видит, и он ужасно любопытен и научился ходить и говорить намного раньше, чем это делают другие дети. Карл шутит, что если так пойдет, то сын его лет в десять уже заткнет его за пояс и придется отдать ему управление государством. И он такой красивый, хотя ему всего три года! Ему как будто бы всегда есть что сказать, и он не умолкает ни на минуту, и никто из слуг не может за ним угнаться, когда с утра он вылезет из своей кроватки. И знаешь,Франсуаза, когда мой мальчик заболел, я думаю, что он и тогда не плакал, он был очень храбрый и не боялся смерти, ведь дети не понимают, что это такое, но мне так кажется, он все же понимал. А может быть, он знал, (звучит безумно, правда?), что в этот мир его послали ангелы совсем ненадолго и он стремился увидеть и узнать побольше. Но Бог решил, что этого маленького чуда мы, верно, недостойны и забрал его себе. Забрал моего мальчика..он все забрал, что я имела…зачем тогда он это все давал? Франсуаза, ты не узнаешь о том, как умер твой крестник, – Шарль-Орлан. И о смерти всех моих других детей, которые еще не родились. Я не напишу о том, что эти беды стали лишь началом того кошмара, в который превратиться моя жизнь. Карл скоро отдалится, начнет мне снова изменять. Он теперь все время будет проводить с герцогом Орлеанским, который только и ждет, чтобы король совсем потерял себя в разврате, развлеченьях и утратил власть. Последней каплей станет тот проклятый бал, который Карл устроит якобы чтобы развлечь меня и разогнать тоску. В тот вечер Луи будет хохотать и пить, и танцевать, и вести себя развязно, всем видом своим показывая, что чувствует триумф. Да, теперь он снова ближе всех к короне и этом я увидела плевок себе в лицо. В его глазах я прочитала мстительное послание за то, что так пренебрежительно его отвергла. «Ну вот, смотри, наследников стране и мужу дать ты не смогла. Карл тебя жалеет по доброте своей, но не любит уже давно и снова проводит время в обществе своих любовниц. Чего достигла ты в итоге? Ты не имеешь ничего. Ты всеми брошена, ты скоро постареешь.И ты совсем одна. Твои же слуги смотрят с сочувствием на некогда такую гордую королеву Анну, которая за семь лет брака превратилась в тень самой себя.» Я не понимала: неужели Карл не видит, как тот злорадствует? Я попросила, умоляла Луи из замка удалить, но в ответ услышала небрежное: «Оставь его в покое, он не хотел тебя обидеть. Ты вечно придираешься к нему и не пойму я, чем тебе он неприятен.» «А я не могу понять, как можешь ты не понимать…когда Луи ждет не дождется, чтобы занять твое место не только на троне, но и в моей постели! Я надеялась, что это заявление Карла выведет из себя, что он хотя бы чуточку встряхнется. На что еще мужчине можно надавить? «Ты знаешь,Анна, - задумчиво сказал в ответ он. – Как раз об этом я и хотел поговорить с тобой.. Желания Луи, по-моему, совершенно здесь понятны. Конечно, он хочет быть королем и на тебе хотел жениться еще со времен Безумной войны. То, что он в тебя влюблен, я знаю. Но это разве преступление?» -И что..тебе все это безразлично? Что в твое отсутствие он здесь ко мне лез со своей любовью? -Прости. Я объясню..я просто хочу понять, как ты к нему относишься. Ведь я хотел тебя просить…если я умру, вдруг, раньше..и с Жанной не дай Бог что-нибудь случится..одним словом, я знаю, что Луи тебя любит и мог бы позаботиться и о тебе..и о наших детях. Я тогда молчала долго, а потом сказала: -Если этого ТЫ хочешь, то я выйду за любого, кого прикажешь. Мне вряд ли будет хуже с кем-то, чем с тобой сейчас. И зная, что причиняю ему боль этими словами, я продолжала говорить. Я говорила и потом ему много вещей ужасных и жестоких. Я обвиняла его во всех грехах, как будто бы надеялась, что мои слова заставят его проснуться и прийти в себя. Я стала злой. И хуже всего мне было от того, что муж мой молча сносил мои нападки. Его доброту я обзывала слабостью,хотя сама была слаба. Слаба и телом и душою. Я снова ревновала, а он, уверенный, что я его уже больше не люблю, подчеркивал, как будто извиняясь, что перед нами все ещё стоит наш долг - дать стране наследника, и только по этой лишь одной причине он вынужден посещать мою постель. Дорогая Франсуаза, ты не узнала, как была я счастлива и не узнала, как была потом несчастна. Мне каждый день все труднее становилось вставать с кровати, и кажется, что жизнь утекала из меня по капле. Все чаще думала я, как хорошо бы прекратить свое существование, но самоубийство – такой ужасный грех, что не могла я на него решиться. Я видела, словно бы во сне, как тот, кого я любила, погибает, а я никак помочь ему даже не могла. Я бы хотела знать: как получилось, что стали мы несчастны друг с другом так? Ведь было счастье и любовь. Наверное, мы его не заслужили. И знаешь, Франсуаза, когда его не стало,я не плакала. Мне кажется, я просто тоже умерла.А может быть, я умерла гораздо раньше.. Здесь, на земле остался призрак Анны. Больше нету боли. Нет слез, обиды и волнений. Меня самой вот уж год, как нет. Мне только страшно, что я пуста настолько, как будто бы совсем во мне нет души. -Ваше величество? Анна обернулась и увидела, что за ее спиной стоит Шарлотта. Королева еще раз перекрестилась и поднялась с колен,отряхнув платье. Стоявший неподалеку Ги подошел к могиле и так же возложил цветы у изголовья. Начал накрапывать дождь. Они втроем неспеша направились к поджидавшей карете. Анна чуть замедлила шаг, и они с Шарлоттой немного отстали от Ги. -Так значит вы уезжаете..в Блуа? Когда?- Шарлотта остановилась и посмотрела на королеву. Та задумчиво поправила накидку на ее плечах. -Через пару недель. Луи сейчас делает последние приготовления. -Она посмотрела куда-то в сторону, а потом произнесла.- Свадьба завтра. Ты поедешь с нами? Девушка покачала головой. Ее рука инстинктивно коснулась округлившегося живота под платьем. -Не думаю, что мое присутствие там будет к месту. -Когда роды? -Ожидаем через пару недель. -Да, тебе не стоит ехать. Побереги себя. -Анна поцеловала ее в лоб и взяла за руку. – Если хочешь что-то ему передать..я могу…если хочешь.. Шарлотта закусила губу и медленно покачала головой. -Нет, ничего не надо. -Но он наверняка будет о тебе спрашивать. -Если будет спрашивать, скажите ему..что у меня все хорошо. И я желаю ему счастья. От всего сердца. Анна улыбнулась. Они дошли до кареты и королева, подняв полы платья, забралась внутрь. Ги захлопнул дверцу и они с женой проводили королевский экипаж взглядом. Потом неторопливо направились по чуть размытой дождем тропинке в противоположную сторону, к своей карете. -Как ты думаешь, королева счастлива с Луи? – произнес мужчина, поддевая носком сапога камешек на дороге и пнув его. – Даже года не прошло со смерти Карла, как она вышла замуж. Нет, я ее не осуждаю, разумеется. Просто..ну даже года не прошло.. -Ги, я думаю, мы не можем ее судить. Я до сих пор не знаю, что происходит у нее в душе. Но я уверена..этот брак..совсем не означает, что ей все равно и она так легко забыла мужа.. -Я слышал, завтра свадьба. Чезаре Борджиа женится на Шарлотте Дальбре…-Ги скосил взгляд в сторону жены.-Я знаю, ты на эту тему говорить не хочешь и все-таки я спрошу. Что ты чувствуешь по этому поводу? Мадам де ла Лаваль нашла руку мужа и сжала.Теперь,когда она взяла его имя, Ги было намного проще произносить имя Борджиа в разговоре. -Умиротворение.