Реверсивная магия

Когда мои друзья падали, казалось, что целая буря эмоций поглотила мой разум, заставляя чувствовать, как мир уходит у меня из-под ног. Всё, что я мог делать в этот момент — только кричать. К счастью, я в своём теле был не один. Не знаю, что именно сделал в этот момент Алан, но я это ощутил. Подобно разрыву нити, в моей голове что-то оборвалось и больше я не ощущал уже ничего. Только звенящая тишина наполняла мой разум. Хоть сиюминутный порыв бросится к телам своих друзей и пропал, я всё ещё не мог бросить их тут. Унести я их не смогу, остается только биться. Всматриваясь в единственный уцелевший глаз Василиска, я видел голод, но не такой, который бывает у животных, было что-то в этом голоде очень человеческое и злое, а от того ещё более омерзительное. Оно наслаждалось этим. Сделав шаг навстречу чудовищу я сумел привлечь внимание змея. — Де Силвис… — произнесенное полушепотом заклинание растеклось по сжатой ладони, уходя внутрь тела. В этот раз всё было гораздо быстрее, заняв от силы половину мучительной минуты, но и этих впечатлений мне было достаточно, чтобы отбить всякое желание ещё раз повторять такое. Кожа лопнула вдоль моего позвоночника, расползаясь в стороны, позволяя росткам прорасти внутри моего тела. Туго скрученные стебли плотно оплетали всё тело, до хруста сжимая рёбра, образовывая словно второй слой мышц. Всё то же самое происходило и на конечностях. То, что творилось внутри моего тела можно было сравнить с бурлящим бульоном — органы смещались на новые места, а что-то и вовсе растворялось, вытекая на пол. Зарин, чуть не зажатая в стеблях, в спешке вылезла из рвущейся одежде, упав на пол. — Беги, Зарин… — голос отдавал знакомым постукиванием и потрескиванием. Вскоре и лицо было закрыто плотной деревянной маской. Василиск смотрел на меня с любопытством и настороженностью, сощурив оставшийся глаз. Помнила тварь, кто рукой второй вырвал, но ему это уже не поможет. Открыв пасть, он бросился вперёд в попытке заглотить тела Эрни и Джастина. В следующую секунду целый шквал заклинаний сорвался с моей руки, ударяясь о чешую змея. Подкинув себя заклинанием вперед, я подлетел прямо к своим друзьям, собственным телом закрывая их от укуса василиска. Схватив его руками за клыки, я со всех сил упёрся в пол, ощущая, как на меня словно давит промышленный пресс. — Хсааа! — выдохнула тварь на меня влажным воздухом из пасти. Если бы я мог чувствовать сейчас запахи, меня бы определённо вырвало. Нижняя челюсть змея схлопнулась, дробя деревянную броню на руках, что не позволяла клыкам меня прокусить. — Эпискеи! — выпущенное заклинание тут же превратило ротовую полость Василиска в кровавое месиво. — Граааш! — завопил пытавшийся оторвать меня от земли Василиск, но я, уцепившийся корнями за каменную брусчатку, был неподвижен, словно Гремучая Ива. Вырвав свои руки из его пасти, я тут же создал с помощью заклинания долота каменную решетку позади себя, отрезая чудовище от тел моих друзей, дополнительно укрепляя её Левиосой. Раненое чудовище плевалось слюнями с кровью на пол, злобно сверкая своим янтарным глазом. Раззадоренное битвой, оно вновь набросилось на меня, намереваясь перекусить пополам. Кинув заклинание разжижения на стену, я с разбега нырнул сквозь неё, влетая в учебный класс, попутно разбив собой пару шкафов с ингредиентами для зельеварения. Василиск, как таран, пробивал собой созданную мною дыру, заползая в класс. Запрыгнув на парту, я побежал по столам, унося ноги от надвигающегося на меня Василиска. Подтянув себя корнями за люстру, я залетел прямо на огромный стеллаж. Василиск, не сводя золотого взгляда, смотрел прямо на меня. — Ну что, так и весь вечер будем играть в гляделки? — всеми силами пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, я зацепился взглядом за одну вещицу. Хоть за всё своё время пребывания в Хогвартсе я считал оружие и доспехи на стенах сугубо декоративной вещью, таковой они не являлись. Всё это были реальные экземпляры средневекового оружия, место которому было пылиться в музее, но по парадоксальному стечению обстоятельств местные эльфы считали, что всё находящееся в пределах замка требует поддержания в хорошем состоянии. Включая мечи… Выхватив меч со стенда, я сделал кувырок вперед. Пролетая над клыкастой пастью, я, воткнув меч в шкуру, затормозил свое падение, распарывая бок чудовищу. Не обладая магической прочностью, сталь разломилась на половине пути, оставляя у меня в руках обломок. Кровь, под вопли Василиска, облила меня с головы до ног. Триумф не продлился долго — удар головой прервал момент, когда я пробил собой же стену. — Да когда же ты уже подохнешь! — скинув с себя глыбу, не так давно бывшую стеной, я ощутил, как из моей шеи торчит тот самый обломок меча, вылетевший у меня из рук. Я вырвал его из раны, и по моему телу посочилась густая зелёная жижа. — Акцио меч! — обломок меча выскользнул у меня из руки, вонзаясь прямо в клык Василиска, раскалывая его пополам. «Вариантов больше не осталось?» — сами собой, не по моей воле, зашевелились мои губы. — Ну, есть один, хотя, скорее всего, это бред. Галлус Эванеска! — из пустоты посреди коридора материализовался… большой белый петух. Подхватив его на руки, я ехидно улыбнулся, хватая птицу за хвост. Пой, птичка, пой. «Нет, только не говори, что ты это серьёзно? Ты же сам всё время твердил, что автор бестиария написал по большей части херню.» — Почему бы и не пробовать? — перья от выдернутого хвоста разлетелись по коридору, а птица яростно закричала, трепыхаясь у меня в руках. Василиск в бешенстве бился из стороны в сторону и принялся ещё быстрее пробиваться ко мне через пролом, сверкая своим глазом. — Вот видишь, петух не окаменел, наверно, не сработало, потому что он не пел, а крик боли не считается. Или тут в чём-то другом дело. «Это нам не поможет. Эта хуйня ещё злее стала.» — Погоди, ещё не всё, — замахнувшись, я швырнул птицу со всех сил прямо в пасть Василиску. Подхватив наживку, он раскрыл пасть, ловя трепыхающуюся птицу, когда прямо за ней в нее залетела прозрачная сфера заклинания. — Бомбарда Максима, — наконец эхо донесло произнесенное мной заклинание. Василиск приподнялся над землёй, когда в следующую секунду произошло нечто ужасное. Искажающее поле полностью покрыло голову змея, натягивая его шкуру на скелет. Единственный уцелевший глаз короля змей втягивался внутрь черепа, обжигая меня напоследок особенно яростным взглядом… Резко надувшись, словно воздушный шарик, голова Василиска лопнула, разбрызгивая кровавый фейерверк по коридору, оставляя ошмётки кожи на стенах, потолке, канделябрах и даже на мне. Голова василиска, уже не удерживаемая ничем, кроме собственных костей, c грохотом рухнула на пол. — Как же всё же хорошо, что я сейчас ничего не чувствую. «Это точно.» — Голос Алана был нездоровым и взволнованным — «Миш, как ты думаешь, их ещё можно спасти?» Моя голова сама по себе повернулась в сторону Джастина и Эрни, которых Зарин била хвостом по лицу, ползая вокруг. — Я попытаюсь. Всё, что я могу — это попытаться.

***

«Взгляд Василиска смертельно опасен» — это знают все, кому не лень почитать пару книжек и справочников о тварях Магического мира. Особенно хорошо знал это я, поскольку, сталкиваясь лицом к лицу с таким чудовищем, хочешь быть готовым ко всему. И всё же я не рассчитывал на то, что кто-то из моих друзей сможет напрямую посмотреть в глаза Василиску. Самое паршивое в этом то, что сами маги по целой куче причин не знают, как именно он убивает. По самой банальной — Василисков просто о-о-очень мало, а ещё потому что их пытаются сразу убить, не задумываясь о изучении такой опасной твари. Мои же выводы строятся на метаинформации, полученной мной ещё из моего мира — призрак способен второй раз «Умереть» от взгляда Василиска или же попросту впасть в кому, так что получается, что его прямой взгляд влияет именно на душу человека, но, в отличии от Авады, не убивает её напрямую. Хоть по словам Миртл её смерть была мгновенной, она вполне могла бессознательно лежать ещё долгое время, постепенно умирая. Она сказала, что нашли её уже после непродолжительного отсутствия в классе, а это около десяти-тридцати минут. А так же как подтверждение моей теории является то, что появилась она в виде призрака спустя долгое время, а не как наш учитель истории, пришедший на урок сразу после смерти. Получается в момент смерти её душа всё ещё была в состоянии "Окаменения", и это объясняет абсолютно всё. Тело не может жить, когда душа не управляет им! Чёрт, надо после всего этого написать диссертацию по Василискам! Сейчас же я смотрел на Эрни, и он, в отличии от Джастина, умирал. И что же я могу сказать? Дело плохо, очень плохо, все функции организма пошли в разнос, и его сердце останавливалось прямо пока он сам был у меня на руках. К счастью, я знал как делать искусственный массаж сердца, научился сразу после того как у Алисы обнаружилась аритмия. Разорвав рубашку на его груди, я сложил руки на солнечном сплетении и начал ритмично сжимать грудную клетку. После чего, разжав пальцами его челюсть, вдохнул в его рот воздух. Повторив этот подход несколько раз, я сумел кое-как поддерживать биение, но если ничего не предпринимать, оно скоро снова остановится. «Раз его душа не справляется, давай подселим новую. Авадни его разок, и всё сразу встанет по местам» Авада была грубым, но простым, словно лом, решением в данной ситуации. Новая душа бы запустила все системы его организма, оживила тело, позволила бы переждать момент окаменения души Эрни, но в месте со всем этим это бы означало множество проблем. Что мы будем делать с тем человеком в Хогвартсе? Все заметят резкие изменения в поведении Эрни. Да ещё и не факт, что всё получится так идеально, как у всех Возрожденцев, все они подавили вторую более слабую звериную душу, перехватив контроль, а мы с Аланом по сути исключение — равны, но разделены неизвестной завесой. Я не отрицаю что применю её что если всё будет другого выбора, но всё же я должен хотя бы попытаться всё сделать без её применения. — Я не собираюсь заменять одну проблему на другую, Алан. Я сделаю это в крайнем случае. У меня пока есть время. «Он умирает, чёрт тебя дери!» — Зарин, ассистируй меня. Шипи, если я буду делать что-то слишком опасное для него. Необходимо было заставить его душу работать, ну или хотя бы заставить функции его организма работать без участия души до момента её разморозки. Для начала я решил сделать подстраховку для защиты души Эрни, к счастью, у меня уже были наработки в этом направлении при разработке ловушки душ, и все руны были у меня прямо перед глазами. Так как материалов под рукой не было, пришлось использовать первые попавшиеся под руку вещи. Мне нужно было серебро… А потому личные кошельки Эрни и Джастина пошли на переплавку. Опустив руку в жидкий серебряный металл я впитал его корнями и вырастил на пальце небольшой полый шип. Серебро, в отличие от железа, было более инертно к человеческому телу и не должно было вызвать отторжения. Проткнув кожу я стал вырезать символы прямо на коже друга, вдавливая внутрь тонкой струйкой жидкий металл. Следующий за шипом палец сращивал края раны с помощью заклинания ножниц, закрывая металл внутри его тела. Это всё походило на очень странную татуировку во всю грудь в виде пентаграммы. И последним для всей этой конструкции шёл источник питания, но я не мог использовать магию Эрни, поскольку это бы убило его ещё быстрее, чем проклятие, из-за чего пришлось спешно импровизировать. Разодрав себе рану на шее, я сгрёб в ладонь текущую слизь, напоминающую смолу, и, применив к ней заклинание дегидратации, я получил прозрачный зеленый янтарь. Сделав небольшой надрез между рёбер, я пропихнул камень внутрь и, зафиксировав его во внутренней части солнечного сплетения, после чего срастил рану заклятием ножниц. — Так, теперь ты не потеряешь своё тело. Зарин, где мне сделать прокол до сердца? — Зарин с шоком подняла на меня голову, после чего начала в спешке елозить по груди Эрни, пока наконец не указала мне точку между его рёбер. Пронзив грудную клетку корнями, я оплёл его сердце, начиная помогать качать кровь по телу, между тем стимулируя его заклинаниями. «Меня ща вырвет.» — рука попыталась отвернуться от тела, но я вернул контроль над ней. — Блять, только не в надрез. То есть резать неведомую хуйню мечом для тебя нормально, а операция — нет? — сжав губы, я пытался терпеть позывы желудка. — Хссс! — Зашипела зарин. — Что?! — в ответ Зарин указала на голову Эрни. Из головы Эрни начала подниматься его призрачная копия, но ловушка душ на его груди сработала как надо, удержав его дух в теле. Поняв, что надо спешить, я начал тараторить заклинания. — Остолбеней Триа! Конфундус! Петрификус Тоталус! — это трио заклинаний почти полностью выжгло остатки моей магии. Но результат был налицо… Тело Эрни забилось в конвульсиях, с лица начала сходить мертвенная бледность, а из его горла раздался болезненный хрип. Наконец, сжавшись в позу эмбриона, Эрни начал дышать, пуская слюни на брусчатку. Вылезающая из тела душа была вновь внутри его тела. Широко раскрытые глаза бешено вращались в глазницах, смотря то на меня, то на тушу мёртвого василиска, дыхание было неровным, хотя это было понятно, не каждый день переживаешь клиническую смерть. — С возвращением в мир живых! — проинформировал я, похлопывая его по щеке. — АААААА! — завопил как не в себя Эрни, пнув меня ботинком по лицу. — Чёрт! — я схватился за повреждённый глаз. — Ты что творишь?! Идиота кусок! — Ч-ч-чудовище!!! — прокричал этот придурок, вскочив на ноги. — Нет! Это я… — договорить я не успел, красная вспышка вылетела из темноты коридора, попадая прямо в лицевую пластину. — Экспеллиармус! — удар красного заклинания отбросил меня в сторону, закрутив волчком в воздухе. — Инсендио! Моё тело мгновенно воспламенилось, чёртова уязвимость к огню особенно сильно горела живица — кровь этого тела. Да что у всех за нездоровое желание меня поджигать?! У меня что с рожей что-то не так? Ах да, точно… Поднявшись на четвереньки, я увидел приближающуюся фигуру в чёрной мантии, нет, то был не наследник, Снейп. Вот только его здесь не хватало. — Пр-т-т-т-ф — из-за огня, попавшего в горло через щель в шее, я не мог произнести ни слова, мои голосовые связки или то, что было вместо них, сгорели. Колдовать я тоже соответственно не мог. С каждой секундой в меня прилетали всё новые заклинания, включая фирменное заклинание Снейпа, но моё тело было вполне способно пережить подобный удар, хоть это и было крайне больно, словно руку в блендер засунуть, только со всем телом. Скрывшись за телом Василиска, я увидел, как из другой стороны бежит "кавалерия№ из учителей. И где они все шлялись, когда ученики были в опасности?! Поняв, что отбрехаться мне не выйдет, потому что меня скорее сразу убьют или поймают, я решился на очень глупый поступок. Найдя в ультрафиолетовом спектре биологический след Василиска, а следом и трубу, откуда он вылез, я разбежался и нырнул прямо в нее. Раздался звук глухого удара, когда моё тело соприкоснулось с металлической стеной, после чего последовал длинный спуск вниз, где меня то и дело мотало из стороны в стороны, пока я не упал в огромный резервуар с водой. По крайней мере, я надеялся, что это была вода, так как не было видно абсолютно ничего.