Потребность

***

Шли месяцы. Насилие продолжалось, расследование Юнги шло к разгадке, и парню становилось всё сложнее находиться рядом с семьёй Чон. Очень сложно. Мину не хотелось верить в то, к чему ведут все зацепки, но кроме собственных глаз верить некому, ведь никаких доказательств нет. Ученик сам не понимает, для чего он это делает. Ну узнает он правду, даже если что-то и окажется серьёзное за этой психически ненормальной ревностью, а что Юнги потом делать? В полицию? К Чонгуку? К Сухо? Сам не знает. Хосок пытал друга как мог, но он стоял на своём и утверждал, что ничего, кроме как тупых зацепок в тот день их разговора, более не нашёл. Чон был уверен, что Мин что-то скрывает, ведь его взгляд прожигал Чонгука каждый раз, когда брат касался сестры. Отношения между родственниками Чон пошли к улучшению. Ссоры сократились, между Чоном и Сухо царили любовь и понимание. Даже взгляды друг на друга уже были совсем другие. От пары исходили свет и тепло, будто всю жизнь у них были прекрасные отношения. Чонгук начал хорошо относиться к Тэхёну. Ким долгое время обижался на него, но всё же, как и всегда, обида прошла, и друзья начали новую жизнь. Без ссор и трагедий. Все было хорошо для всех, кроме Юнги. Он был уверен, что так быстро всё поменяться не может. За полгода эти два совершенно разных человека так сблизились, здесь в любом случае что-то или кто-то замешан. Впрочем, книжка его уже вся исписана, даже есть зарисовки рук Чонгука, эмоции девушки и какая у той реакция на прикосновения. Мин записывал даже частоту дыхания парня и мимику девушки. И вот к чему он пришёл. Глаза Чонгука слишком часто задерживаются на сестре. Взгляд короткий, но частый. Девушка это замечает и кидает в ответ один единственный взгляд, после которого на лице парня проскакивает еле заметная ухмылка. Она также коротка, как и взгляды. Эти поднятые уголки губ можно заметить, если всматриваться в лицо парня, в губы и глаза. Ведь при ухмылке в сторону девушки глаза излучают насмешку, будто говоря о том, как же смешна сестра со стороны. Эта малость всего замеченного Мином. Больше его внимания привлекли движения. Юнги чувствовал себя каким-то детективом и понимал, что сходит с ума с этой чокнутой семейкой, но интерес был настолько велик, что отступать вовсе не хотелось. Парень был уверен, что что-то здесь не так. Обычно ученик не зацикливал своё внимание на ненужных ему людях, а если зацикливал, значит начинал всматриваться в каждую клеточку лица и тела, пока не найдёт то, что говорит само за себя, то, что выдаёт человека, и что не может сказать он сам, но зато говорит его тело. Баскетболист не спал ночами и размышлял, вспоминал все моменты за весь проведённый с друзьями день и думал, было ли что-то такое, за что можно зацепиться. Конечно, была масса зацепок и догадок. Ну так вот, движения и реакции. Юнги приметил, что Чонгук часто трогает девушку за плечо, на что та всегда дёргает им. Словно… словно парень делает это намного чаще, чем на прогулках с друзьями, а сестре это явно не нравится. Грудь Чонгука при прикосновении быстрее поднимается и опускается, что говорит об учащённом дыхании. Улыбка никогда не сходит с её уст и это уже начинает раздражать, будто она отсталая или сумасшедшая. Сидит и лыбится целыми днями. Никакой негативной эмоции. Юнги не привык видеть такую Сухо, потому привыкнуть он даже за полгода не смог. Слишком уж она быстро изменилась. Так тоже не бывает. В итоге самыми главными пунктами были: прикосновения, изменчивость, эмоции. От них исходили куча подпунктов и стрелок, под которыми были записаны пояснения. Как вы уже поняли, прошло полгода с момента всего этого ужаса. Как справляется Сухо? Шикарно (нет). Её душит отвращение и тошнота от брата. Она хочет умереть как можно быстрее, чтобы не чувствовать снова эти руки на своих плечах. Самое страшное для неё было — это плечи. Если парень подходит сзади и обнимает за них, значит хочет здесь и сейчас. Первый месяц бизнесмену приходилось избивать девушку, чтобы она выполняла все приказы и хорошо работала, но спустя некоторое время физической силы не понадобилось. Что оставалось малышке, кроме как молчать? Просто заткнуться и делать, что скажут. Стыд и совесть не позволяли ей пойти в полицию и рассказать, что творится у неё дома. Особенно после слов брата, это в принципе невозможно. «Если ты пойдёшь в ментовку, то твой Тэ быстро отправится наверх». Чонгук бы ни за что этого бы не сделал, но влияние на сестру было настолько сильно, что она верила каждому его слову, так что брат сказал — сестра сделала. Чон всегда был нежен даже наедине с сестрой, после того как она перестала показывать свой характер. Он всегда обнимал её со спины, зарывался лицом в волосы, носом тыкал в шею. Он вёл себя как её парень. Приносил ей вкусности, проводил с ней время и даже ходил на прогулки. Девушке порой казалось, что они в отношениях, ну, по крайней мере, было очевидно, что Чонгук так считал. Только есть одно но — существует Тэхён. Парень с квадратной улыбкой и добрыми глазами. Человек, который не смеет обращать внимание на других девушек и смотрит только на Сухо. Она единственная, кого он хочет вдыхать, любить, смотреть, касаться… Он думает, что она верна ему… Сухо бы рада всё рассказать, но Чонгук… Брат, который угрожает жизнью собственного друга, которого, ещё раз повторюсь, за друга не считает. Пока Ким обнимает любимую, наслаждается и не может поверить, что всё это наяву, что девушка и правда любит его так же, как и он её, Чонгук может внаглую трогать Сухо. Незаметно для всех, или заметно, но, так сказать, обычные прикосновения. Но только семья Чон знают, что прикосновения брата означают его ревность. Всё внутри сжималось, ноги начинали трястись, а где-то в затылке бегал холодок, говоривший о предстоящей жуткой и мучительной ночи. Как же мерзко, как противно… Хочется блевать от этого ужасного движения, которое создаёт брат при акте. Совершенно никакого удовольствия. Постоянно только льются слёзы, и сестра молчит, чтобы не злить Чонгука снова. Внутри всё скручивает и ноет, ноет от мерзких слов брата по типу: «я тебя люблю; малышка; куколка моя; иди сюда». Прошло пол года этого насилия для девушки и тайных отношений для Чонгука. Брат был уверен, что сестра тоже к нему неравнодушна и просто не хочет непонимания или осуждения с чужой стороны, поэтому поддерживает отношения с Тэ. *** В очередной раз ребята собирались в «Euphoria» и на этот раз заказали слишком много и дорого. От столика друзей слышались крики и поздравления, объятия в сторону Тэхёна и хлопки по плечу, дёрганья за уши. После нескольких минут разговора Ким встал из-за стола, к нему подошёл Чонгук и под громкие возгласы «С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, с днём рождения, с днём рождения тебя!» парень замахнулся и дал нехиленький удар по пятой точке, от чего друг отшатнулся и скривился от боли. Фальшивая улыбка до ушей озарила лицо Чона. — Расти большой! — протянул Хосок и потянул Тэ за руку обратно за столик. — Ну что, цвет свой узнал? — спрашивает Джин, отламывая ложечкой кусочек торта. — Красный, — улыбнувшись во все тридцать два, произнёс Тэхён и залился краской. Во-первых, это был его любимый цвет, а во-вторых, он мечтал, чтобы у Сухо был такой же. Парень поднял смущённый взгляд на сидящую напротив любимую. — Сухо, я надеюсь, у тебя тоже будет красный цвет. Девушка улыбнулась сквозь очередную дрожь по всему телу. — Блин, твою мать, — зашипел Юнги, выронив телефон из кармана джинс на некогда белый кафель. — Разбился? — поинтересовался Джун, пока Мин нагибался, чтобы дотянуться и взять предмет связи. «Твою мать…» — пронеслось в голове парня. Его глаза увеличились до размера шара, а тело «заклинило». Всё, что он сообразил — это быстро поднять телефон и, проведя по экрану за секунду, щёлкнул камерой, наведя ракус на ноги брата и сестры. Нога Чонгука оплетала ножку Сухо, а та ею дёргала, пытаясь освободиться. — Ты чего там? — обратил внимание Хосок на слишком долгое нахождение Юнги под столом. — Да, проверял, разбился ли телефон. Странно, упал так громко, а целый, — разогнулся ученик и для виду продолжил рассматривать экран айфона. *** Распечатанная фотография снимка того, что он увидел под столом, уже была прикреплена скрепкой к новой странице в книжке Юнги. Парень сидел и снова записывал туда всё увиденное и замеченное. — Через неделю день рождения Чонгука и Сухо… Это будет решающий день… *** В гости к племянникам пришла тётушка Ким, и, на её удивление, Чоны вели себя слишком дружно. — Ваши отношения улучшились, — отпивает чай. — Да. Мы подумали, что нужно уже повзрослеть и перестать ссориться, — обнял сестру за плечи. Вновь мурашки по коже девушки и странный взгляд тётушки, которая, мягко говоря, в шоке от такого заявления племянника. — Доченька, всё в порядке? — поинтересовалась тётушка у девушки, когда брат уехал в компанию. — Да, а что такое? — она натянула дежурную улыбку. — Вы правда больше не ссоритесь? — Да, всё хорошо. Чонгук уже полгода совсем со мной не конфликтует. В голове малышки всплывают моменты, когда, сквозь свою больную заботу и ревность, брат бил её вплоть до синяков на спине. — Хоть мне и слабо в это верится, но, если что-то происходит, не молчи и иди ко мне, — вкрадчиво произнесла женщина. — Да, тётушка. *** — Малыш, мне сегодня не понравилось, как Тэхён целовал тебя… — пара лежала на кровати Сухо. Девушка хотела побыть одна и поплакать в одиночестве от безысходности, но, как всегда, Чонгук, словно парень, которому нужно максимальное внимание любимой девушки, пришёл и лёг к малышке, обхватив её за талию и прижав к себе. Сердце сжималось так же сильно, как и рука ученицы на одеяле. — Чего молчишь? М? — нос парня играл с бледной шеей малышки. Такой спокойный и добрый голос. — Сухо, я хочу всегда быть с тобой. Слеза скатилась по виску сестры, а лицо было всё так же безэмоционально. Сейчас она ловила приятную щекотку на шее, которая нравилась всё больше и больше. Дыхание брата согревало грубую от мурашек кожу. — Чонгук… Когда всё началось? — пробормотала тихо девушка. *** Юнги сидит дома перед компьютером и чувствует, что вот-вот и сейчас что-то будет, ведь брат пришёл в комнату сестры. Мин винит себя за вторжение в чужое пространство, но его любопытство берёт верх над всеми стандартами поведения. — Малыш, мне сегодня не понравилось, как Тэхён целовал тебя… — заговорил голос в компьютере, и ученик дёрнулся. Сердце забилось, а в глазах помутнело. Странное чувство беспокойства и страха. Страха, что все его догадки оправдываются. Мин увеличил громкость на аппарате. Дома никого, как и всегда, не было. — Чего молчишь? М? Сухо, я хочу всегда быть с тобой. — Блять… — ошарашенно прошептал Мин. Хотелось всё выключить и поорать на стену, но, к сожалению, заговорила девушка, и нужно было уйти из всей своей внутренней истерики и продолжать всё записывать на диктофон, который работает уже пятый час, как и компьютер, в надежде что-то откопать. — Чонгук… Когда всё началось? — Сухо… Ты до сих пор боишься меня? Снова молчишь… Не бойся, я не причиню тебе вреда. Я всего лишь хочу заботиться о тебе. В этот момент Юнги пытается успокоить себя мыслью, что Чон говорит о заботе, как к сестре, но всё за секунду поменялось. — В наши 15 лет, когда мы играли в бассейне в принца и принцессу. Я тебя кружил в воде, а ты заливалась смехом. Вот тогда я почувствовал что-то странное. А потом, с каждым днём это ощущение тяги к тебе усиливалось, потом я стал мечтать о тебе в качестве своего партнёра в отношениях, а потом и по постели… Малышка… — судя по интонации, Чонгук дотрагивается до сестры. — Я тебя люблю, ты же знаешь? — Угу, — измученный голос, подорванный приближающимся срывом. — Я твоя защита… Твоя опора… — Чонгук… Не надо… — голос девушки дрожит, наверное, он лезет к ней. После пары минут, казавшихся в этот момент вечностью, послышались тяжёлые вздохи парня, а по щеке Юнги стекла слеза. Он не такой человек, которого можно запросто развести на слёзы, но в данный момент его разрывало от шока и жалости к Сухо. Пальцы накрыли губы, а глаза излучали настоящий шок. Эти вздохи Мин терпел не более пяти минут. Ученик со психом закрыл ноутбук и поднёс ко рту телефон. — 18.05, время разоблачения Чон Чонгука. Диктофон отключился. Как Юнги посадил на одежду Сухо жучок, спросите вы? Очень просто, он его закинул в её сумку, которая всегда стоит на тумбочке. Ученик это заметил ещё когда часто с парнями приходил к семье Чон на ночёвку. То есть, слышимость в ней будет хорошая. *** Дома отец Тэхёна предложил выбрать подарок на день рождения самостоятельно. Подарок должен быть крупный, за который сын будет нести ответственность. Ким уже давненько приметил вещицу недешёвую, которую хотел приобрести в честь своего совершеннолетия. Но тут такой шанс подвернулся, быть может, отец согласится? *** В течение недели Тэхён сам лично обустраивал свой личный, новый дом. Он был небольшой, двухэтажный. Фасады нежно-голубого цвета с жёлтой крышей. Место парень долго не обдумывал, даже цену заранее узнал. Конечно, странно, что в таком дорогом районе такой простенький домик, но очень уютный. Что снаружи, что внутри. Территория его небольшая, как раз подходящий размер для родителей и двух детей. Как влюблённый мальчик, Тэхён конечно же размечтался об их совместной здесь жизни с Сухо. Была красивая лужайка, дорожка из белых камней вела от ворот к порогу дома. Сбоку коттеджа стояли качели, а рядом столик. Комната Кима находилась на втором этаже. Окна её выходили строго на окна Чон Сухо, потому они могли переглядываться. Было, конечно, слишком сложно избегать всю неделю её. Никто из друзей не знал о новом месте жительства парня, родителям сын также наказал молчать. *** Вот и день рождения двойняшек. Автор не будет рассказывать, как он прошёл, ведь очевидно, что Чоны провели время с друзьями, и Сухо сообщила всем, что видит красный цвет. Но на запястье также высветилась надпись «Потребность». Про надпись девушка никому не сказала, ведь ни у кого её нет, потому она решила молчать. А вот Чонгук сказал, что видит белый. *** — Сухо, — брат останавливает сестру на крыльце дома, хватая за руку. — М? — она плавно разворачивается и смотрит на старшего. — Я тоже вижу красный, — сердце Чонгука щебетало от такого взгляда сестры. Такой пронзающий до самых пяток, от чего дрожь бьёт тело. — Ч-что? — она молила Бога намекнуть, сказать, что брат шутит. Ведь такого не может быть. Не может быть, что три человека связаны. — Я не знаю, как такое случилось, но это же очевидно, — рука касается щеки и загоняет прядь волос за ухо. — Что ты моя. — Мразь, что ты творишь… — Юнги стоял по другую сторону улицы и выглядывал из-за угла магазина. Ну не мог он просто так взять и отпустить возможность понаблюдать за их отношениями наедине. Вернее, он уже всё видел, но закрепить услышанное нужно. Блин, ладно, чёрт возьми! Юнги просто интересно! Ему нравится докапываться до истины, ему доставляет удовольствие убеждаться в своих догадках и караулить, подслушивать пару. В миг он достал телефон и снова сделал снимок, как брат касается тыльной стороной пальцев разрумянившейся щеки сестры. — Нет, нужно видео, — шепчет себе под нос и проводит по экрану в сторону, нажимая на кнопку. Губы Чона покрывают её шею, а руки обхватывают талию, переползая всё ниже и ниже. Юнги приближает камеру, но, пока водил пальцами по экрану, он оглянулся, проверяя, не идёт ли кто. Чисто рефлекторно его взгляд оглядывает голубой дом рядом и застывает на силуэте за решётчатыми воротами, который хочешь-не хочешь, но бросается в глаза. Тэхён. Это, мать его, Тэхён. Он просто стоит и видит этот мерзкий поцелуй. Видит, как Чонгук сжимает брыкающее в его руках хрупкое тело Сухо и впивается в её губы. Девушка начинает ещё больше дёргаться, ведь всё происходит на улице, а это уже слишком. Но пальцы брата хватают её под горло, и зрачки зверски проникают в глубь души через зелёные глаза. — Блять… — Мин роняет камеру и первым делом быстро забегает за угол, не привлекая ни внимания Тэ, ни внимания Чонов. Им всё равно, пусть хоть мир рухнет, но Тэхён продолжит со стеклянным взглядом смотреть на пару, а Чонгук ни за что не выпустит сестру из своих лап. Ким хотел пойти домой к Чонам, чтобы порадовать уже во второй раз за день и сообщить о покупке нового места жительства, сделать сюрприз и сказать, что теперь они соседи, но пришёл не вовремя и увидел то, что не должен был. Так же, как и Юнги. Мин выглянул из-за угла и ошарашенно уставился на стоящего столбом Кима, который делает маленький шаг назад и разворачивается, заходя в тот голубой дом. — Что, нахуй, тут происходит? Какого хуя ты идёшь в этот дом? Голова парня лопается от полученной информации. Внутри всё жмёт, и становится тяжело дышать. В глазах мутнеет, и парень садится на землю, упираясь спиной в стену продуктового магазина. Одно дело, он слышал эти вздохи и признание Чонгука через жучок, а тут на его глазах всё происходит в реальной жизни, прямо в этот самый момент. Лицо уже приняло спокойное выражение, но внутри до сих пор бурлит буря и говорит, что Тэхён поступил неправильно. Мин был удивлён, что парень не кинулся на друга и не разбил ему лицо, а просто ушёл. Внутри Кима всё рухнуло. Мозг не хотел принимать всю информацию, которая свалилась на него. Ревность, удивление, шок, злость, обида. Что из этого чувствует Тэхён на самом деле? Он и сам не знает. Просто сейчас он увидел, как родной брат домогался до своей сестры и в придачу девушки Кима. Было желание убить Чонгука в прямом смысле, но что-то ему помешало, и он, как трус, сбежал. Наверное, ученик бы выглядел глупо. Он бы был точно, как и говорил Чон, лишний. Такое унижение Ким не мог принять, потому ушёл. Три дня о парне не было ни слуху, ни духу. Его телефон разрывался от сообщений и звонков не только от друзей и любимой, но и от родителей. Всё в голове перемешалось, и все эти дни парень всеми силами пытался поставить всё на свои места. Постоянно ученик наблюдал, как по несколько раз в день Сухо врезается в шкаф, как Чонгук снимает с неё одежду, как лапает и целует, где вздумается, как входит в неё и смеет даже ударить во время акта. Всё, что делал Ким, это стоял и смотрел. Смотрел, как его невинность отдаётся сквозь скорченное от слёз лицо родному брату. Тэхён не смел до её одежды докоснуться, пока Чон без разрешения срывал её. Пока Тэхён мечтал об их первом разе, этот первый раз был уже давным давно с другим. Он обдумывал, как и где это сделать, а оказалось, что поздно… Слёзы стекали по щекам, а кулаки сжимались всё больше. Тэ не смел отходить от окна, он смотрел от самого начала до самого конца, он впитывал в себя всю боль этой девушки и всю ненависть. Впитывал злость и агрессию, обиду… Встречи друзей продолжались, но уже на плохой ноте. Все они искали Тэхёна, и только Юнги знал, где он, но молчал. Ему было страшно говорить. Страшно от последствий. Ведь кто знает, что взбредёт в голову этого психа, когда Юнги всё выложит на блюдечке. Так же было страшно и в полицию идти. Что-то его останавливало, а что — сам не знает. Мину было противно смотреть на Чонгука. На его улыбку, на довольную сытую мину, на натянутую радость Сухо, он так хотел защитить эту девочку, но тошнотный для него самого страх овладевал им. У него есть все доказательства, которые посадят Чонгука далеко и надолго. Но ученик молчит. *** Сухо закрылась у себя в комнате и снова сидит, уткнувшись взглядом в стену, а Чонгук на кухне жарит яичницу. Стук в дверь и брат открывает. Он собирался на работу, так что был одет по форме. На пороге стоял, одетый в чёрные джинсы и чёрную с большими рукавами толстовку, Тэхён. Глаза были пустые, лицо без эмоций. — Тэхён! Ты где пропадал?! — кинулся к другу Чон, но тот бесцеремонно прошёл вглубь дома. — Я всё знаю, — всё так же грубо и равнодушно. Сухо услышала возглас брата с именем "Тэхён" и медленно спустилась вниз, не выходя к парням. Что-то ей подсказывало, что нужно тихо и незаметно подслушать. — Что ты знаешь? — продолжает играть свою роль. — Ты и Сухо. Всё знаю, — Тэ водит взглядом по мебели, бесстрастно смеряя дом острым взглядом. Сердца Чонов забилось. Чонгук не подал виду, а глаза сестры округлились. — Ты о чём, друг? — Не называй меня так! — срывается на дьявольский крик. — Я видел! Три дня назад вы целовались у порога! Я шёл к вам домой, так как переехал в дом рядом, но увидел вас! Ты — сука, Чон Чонгук! Сухо прикрыла рот рукой и уже хотела спуститься и объясниться, но увидела вытянутую руку Тэхёна, в которой находился ствол. — Ты… Ты что делаешь? — ошарашено спрашивает Чонгук. — Я теперь понимаю, почему ты так относился ко мне, к ней, почему ревновала и бил, ты… Ты просто ублюдок! — голос срывается, хрипит. — Заткнись! Я не собираюсь оправдываться! — страх прижимает парня к стенке. — Через грёбанное окно я видел, как ты её, против воли, имел! Тебе самому не противно?! — баритон углубился, глаза сузились. — Опусти пистолет! — Закрой свой рот! — поднёс вторую руку к лицу, прикрывая взмокшие глаза. — Ты губишь всех нас! — Чон поднял руку перед собой, словно он главный герой боевика. — Погубил всех ты! Ты! Когда стал таким! Когда предал всех нас! Когда убил Сухо! — Она моя, блять! Да! Да! Да и ещё раз да! Я с ней сплю! Да! Против её воли! Хочу и делаю! Я слишком долго ждал! Смотрел и терпел! Я тоже человек! — Она!.. Твоя!.. Потребность!— выкрикнул, что есть мочи, Тэхён, что аж лицо покраснело, и слюни выскочили из рта. Слёзы лили, и страх охватил парня, когда тело брата Сухо свалилось на пол, а на белой рубашке выступило увеличивающееся красное пятно. Звук оглушил уши Сухо, и она схватилась за голову, пригнувшись. Потребность… Первое, что пришло в голову ученицы. Она взглянула, сквозь слёзы и шок, на запястье и обнаружила, что надписи больше нет. Значит судьба специально поместила надпись на руку, чтобы Сухо точно поняла, кто её половинка. Судьба решила поиграть с девушкой, захотела, чтобы бедняга бегала и гадала, кто же её спутник. Девушка нерешительно и медленно спустилась по лестнице и привлекла внимание парня, который роняет пистолет из руки, покрытой перчаткой. — Т-Тэхён… — голос дрожит, тело трясётся, плечи чувствуют сильную хватку и всхлипы на плече со стороны Кима — С-Сухо… Прости… Прости, что не узнал раньше… Малышка моя… Сухо… Сухо, прости меня, — сжимал тело всё крепче парень, но уже через минуту стоял и звонил в скорую, так, для вида. *** — Ну кто там блять?! — срывается на крик Юнги, так как пытался уснуть, но не мог из-за своих тупых мыслей. На пороге стоял ошарашенный Хосок, который, как только увидел Юнги, схватил его и потащил в машину. — Эй! — дёрнул рукой Мин и остановился посреди дороги. — Блять! Быстрее! — голос вибрировал, а сам парень был напуган, ошарашен, шокирован, в панике. — Я в пижаме! Что происходит?! — Чонгук! Тэхён пришёл! — не знал с чего начать Чон, ведь времени совсем мало. Внутри Мина всё перевернулось, и в голову полезли мысли, что Ким всё рассказал. — Что с ними? — Тэхён убил его… Юнги выпучил глаза и залетел в машину, транспорт тронулся и уже через десять минут остановился у дома Чонов. Пара залетает внутрь и видит уже всех собравшихся друзей, а также и соседей, которые суют нос, куда не следует. Доктор в белом халате садится к телу парня, прислоняет пальцы к сонной артерии, слегка надавливая, и чувствует пульс. Глаза Чонгука слегка приоткрываются, и доктор уже хочет сообщить радостную новость, но парень показывает еле двигающимися пальцами знак денег и закрывает глаза. Доктор нервно оглянулся, и, тяжело выдохнув, не долго думая, встал и повернулся к друзьям: — Как зовут парня? — Чон Чонгук, — ответил Чимин. — Господин Чон скончался. Соболезную. *** Юнги отдал все свои записи в книге и на телефоне полиции, но, так и не найдя убийцу, дело замяли. Не было никаких доказательств, но работникам было очевидно, что сделал это Тэхён. Парни не могли принять всю информацию, но спустя месяц, стали привыкать к тому, что Чонгук — псих-извращенец, который мёртв. Девушка рассказала парням о всём прожитом, на что получала маты, вздохи, ахи, объятия и даже слёзы. После похорон брата Сухо узнала, что беременна. Информация, конечно, не из лучших, а именно из-за Кима, который, на удивление, без проблем принял малыша и оформил на себя. Дом продан, куплен новый. Дом Тэхёна также продан, хотя парень прожил там всего лишь десять дней. Имя Чонгука вычеркнулось из компании

***

— Наконец-то. А теперь ответь на вопрос. Ты хочешь поступить в университет? — облегчённо вздохнув и протерев глаза, спрашивает всё также сидевший на кресле, доктор.

***

История прошлой жизни Чонгука окончена. Теперь пора перейти к настоящему. А конкретно, к тому факту, что Чон жив…