Семь надежд

      Свет солнечных лучей пробивался в комнату и светил в глаза фиолетоволосой девушки. Неведа перевернулась на живот и уткнулась носом в подушку, пытаясь поспать подольше, но природа, видимо, решила поиздеваться — раздалось невыносимое чириканье воробьёв. Она раздражённо поднялась и взглянула в окно, проклиная этот день. Переведя взгляд, девушка зависла ещё на несколько минут, смотря в стенку, а голова была забита сегодняшними делами. Но из мыслей её вернула мать, которая незаметно для неё вошла в комнату с недовольным видом, пробегаясь взглядом по комнате. Хорошим это не кончится. — Как можно жить в таком сраче? — спросила она раздражённым голосом. Ответа не последовало, фиолетоволосая лишь закатила глаза. Неведу устраивал беспорядок, поэтому просьбы матери убраться в комнате она игнорировала. Мать вздохнула и села рядом на белый кожаный диванчик, обложенный маленькими подушками и устало вздохнула. — Значит так, раз ты не собираешься убраться в комнате, то это сделаю я. А ты, будь добра, вынеси мусор! И, пожалуйста, нормально пойди и вынеси, без своих фокусов, — произнесла женщина уже более-менее спокойно. — Ладно… — раздражённо она промямлила. — И это… Выйди, я переоденусь. Мать кивнула и вышла из комнаты. Девушка открыла дверцы шкафа, застыла, обдумывая, что ей надеть. Выбор склонился к белой футболке и джинсам. Все равно она туда и обратно.       Переодевшись и переобувшись, Неведа захватила пакет с мусором и вышла из квартиры. Через несколько минут она уже зашла в подъезд с пустыми руками. Заметив свою вредную соседку, которая проверяла почтовый ящик, Неведа решила тоже заглянуть и проверить. Однако, вместо счётов, девушка достала красивый розовый конверт, который оказался от ее приятельницы. Фиолетоволосая немного удивилась. В конверте оказалось пригласительное, в нем гласилось, что её приятельница приглашает на ночёвку в доме её дедушки, у которого она временно живёт и которого не будет дома день из-за работы; ждёт сегодня вечером. Неведа была приятно удивлена и быстренько побежала показать свою находку матери.       Девушка зашла в свою комнату и увидела мать, моющую полы. Та остановилась, посмотрела на дочь, а затем заметила розовый раскрытый конверт и бросила вопросительный взгляд: — Что это у тебя? — Приглашение на ночёвку от приятельницы, которая должна состояться сегодня, — далее девушка почувствовала себя напряжённо, ведь уже знала, что у неё нет шансов на одобрение пойти на ночёвку, — и я бы хотела туда сходить, если ты не против… — произнесла Неведа неуверенным голосом. — А ты что-то такого сделала, чтобы я тебя отпустила? В комнате, как видишь, убираюсь одна я, — сердито произнесла она. Неведа совсем скисла. Её было привычно видеть никакой: ни грустной, ни весёлой. Но эта кислая улыбка ударила по сердцу матери, она виновато потупила взгляд, затем подошла и положила руки на плечи дочери. — Но если ты домоешь полы, так и быть, я тебя отпущу, — ласково сказала женщина и улыбнулась. Неведа кивнула, ответив лёгкой улыбкой. Мать вышла из комнаты, оставив дверь открытой и пошла на кухню. Фиолетоволосая включила музыку и, взяв швабру в руки, начала намывать полы, пританцовывая.

***

      Лес. Прекрасное место. Птицы щебечут весёлые песни, деревья переплетаются своими ветками, под которыми растут всяческие растения и грибы. Животные живут своей неспокойной жизнью, зайцы бегают от волков и лисов, белки прыгают по деревьям и собирают запасы на зиму. Но среди всего этого стоит одинокий деревянный дом, в котором живёт тихая семья, состоящая из родителей, их дочери-подростка Хелен и крысы Кровли. Рано утром Хелен встала раньше всех и начала очень быстро собираться. Она надела бежевое худи, чёрные джинсы и тёмные кеды. Собрав свой светло-жёлтый рюкзак, она прихватила воды и блокнот с карандашами. Ей очень хотелось пополнить его зарисовками с рассветом и другими растениями.       Она много гуляла по лесу, но множество видов живой природы увидеть ей ещё не удалось. Хелен торопилась, ибо её родители встают тоже довольно рано, хоть они и привыкли к тому, что подросток часто сбегает из дома на опасные прогулки, и снова слышать их крики Хелен не хотелось. Издав противный звук дверью, она с рюкзаком на одном плече побежала к ближайшим скалам, которые обнаружила на прошлой прогулке. Солнце уже медленно поднималось из-за высоких хвойный деревьев, и его лучи раскидывались на всё небо. Хелен умело водила карандашом по листам блокнота, запечатлевая эти моменты.       По пути домой она рассматривала уже знакомые ей деревья, цветы. Некоторым она даже дала имена. Вот она и подошла к одинокому деревянному дому, она решила проверить почтовый ящик. Родители Хелен отнеслись к его дизайну с фантазией и купили глинянную фигурку совы, которую прикрепили к ящику. Девушка ожидала там ничего не увидеть, но её мысли были неверными, когда она увидела там белоснежный конверт с красивой маркой.       Как оказалось, это было письмо её знакомой из города. Она приглашала её походить по улицам, ведь скоро должен быть какой-то фестиваль, встретиться они должны возле её нового дома, адрес был указан. Она забрала письмо и положила его в рюкзак, но тут она увидела в окне маленький огонёк света. Хелен опять не успела. Потихоньку подходя к двери она представляла, как родители будут рассматривать её блокнот с рисунками рассвета. Ей ведь строго-настрого запрещено ходить на скалы. Но ей не привыкать. Зайдя в дом и закрыв дверь, девушка начала выслушивать новую порцию криков.

***

      Утро. Шторы плотно закрыты, из-за чего комната была плохо освещена. Ноа лежал на кровати и смотрел в потолок, не спя целые сутки. Парень давно забил болт на свое состояние. Он был в глубокой апатии, прикованный к своей комнате, к кровати. В последний раз он ел дня два назад, и то, один раз за день. А в чем смысл? Если он погибнет в своей мрачноватой комнате от изнеможения, то никто не узнает, никто не будет жалеть, никто не заплачет. Внезапно он вспомнил, что ему нужно отправляться на подработку.       Нехотя встав с кровати, он потянулся за телефоном что лежал на тумбочке. Затем перешагнув упаковки от «Дошика» и скомканные листочки неудачных стихотворений, подошёл к стулу, на котором висел его серый свитер, надел его на футболку. Смотреться в зеркало светловолосый даже не собирался, ведь ему совершенно всё равно, как он выглядит. Он думал, что даже если он станет следить за своим внешним видом, то его это не спасет, не сделает из него привлекательного человека. Собираясь выйти, Ноа заметил конверт у порога. Адресант был некий Себастьян Клейн. Развернув конверт, он начал читать письмо. В нём говорилось, что адресант наслышан о его поиске подработки и предлагает устроиться дворецким в его особняке за приличную сумму, и также предупреждает о том, что любит старые средства общения, поэтому отправил это письмо, и если Ноа согласен работать у него, то пусть приходит по адресу, указанному на конверте. Светловолосый удивился, ему не очень хотелось туда идти, ведь это может быть чья-то глупая шутка, но с другой стороны было бы глупо упускать такую возможность подзаработать, поэтому парень не раздумывая отправляется по указанному адресу.

***

      Ночь так прекрасна. Тонкий месяц и звёзды, водя хороводы из созвездий, освещают всё вокруг. Виола лежала на своей удобной и мягкой кровати и тихо спала. Пророческие сны снились ей очень часто — это её сила. В этот раз сон отличался ото всех: ей снилось, что у неё в руках какой-то конверт, что она в помещении с бордовыми стенами, высокими потолками сидит на тёмном кожанном диване с какими-то людьми. Их лица почти были незаметны, можно было определить только цвет волос, и то не точно. Виола проснулась, когда солнце только начинало освещать мир. Она не помнила сон точно, но отчётливо помнила про письмо. Девушка не заморачивалась с внешним видом, и, быстро собравшись, она выбежала на улицу. Письмо в пастельно-голубом конверте. Вспоминая правила безопасности, Виола не решилась читать письмо прямо у ящика, да и на улице было холодновато. Придя домой розоволосая легла на свою любимую кровать и развернула письмо. Оно было от имени её бывшей подруги, которая приглашала её к себе домой выпить чаю и поговорить. Вспоминая сон, Виола надеялась на их примирение, и на то, что она познакомит девушку с новыми людьми, и она перестанет скитаться по углам и перестанет быть мишенью для издевательств.

***

      Была ясная погода. Пели и веселились птицы, светлое летнее солнце и белоснежные облака плыли по небу. Люди ходили с улыбками на лицах, в отличие от тёмноволосой высокой девушки — Киры. В скейт-парке она пропадала очень часто, чтобы наконец-таки выучить новые трюки. Зелёные пряди спадали на лицо и немного мешали. Наконец, поняв, что сегодня опять ничего не выйдет она пошла домой со скейтом в руках.       Поднимаясь в квартиру её заставило остановиться письмо в кислотно-зелёном конверте, торчащее из почтового ящика. Она взяла его и быстро поднялась домой. Сняв кеды, девушка прошла в свою комнату. Открыв конверт, она без особого интереса ожидала увидеть какое-нибудь дерьмо, но там оказалось приглашение от её знакомой прогуляться. Кира подумала, что её отцу и дяде необязательно знать об этой прогулке, поэтому она решила лечь спать, а потом бодрой пойти на улицу.

***

      Ранее утро, солнце только начало восходить над городом. Пока больной братишка Реми дремал в тёплой кровати, его сестра Либе уже водила кистью по белому холсту. В доме стояла гробовая тишина. Закончив рисовать, девушка взяла свои кисточки и тихонько направилась в ванную, чтобы их помыть. Однако, идя по коридору, из комнаты матушки доносился какой-то скрип. Рыжеволосая испугалась не на шутку, поэтому вооружившись шваброй, стала тихо и осторожно открывать дверь. Но этого она никак не ожидала увидеть. На кровати лежали две обнаженные фигуры: её мать и незнакомый мужчина, чье лицо она не видела, лишь шею и плечи. Они так были увлечены друг другом, что совсем не заметили открытой двери. Мужчина и женщина двигались один такт, сплетая свои языки и изучая тела друг друга подушечками пальцев. Толчок за толчком, женщина стонет, а мужчина покрывает её кожу поцелуями, после которых появляются цветные пятна. От этой картины Либе роняет швабру, и две пары глаз испуганно смотрят на девушку, которая стремительно краснеет. Она отворачивается, родительница и мужчина прячутся под одеяло и кричат Либе, чтобы она вышла как можно скорее в самой грубой форме, в которой только могли.       Из карих глаз начали стекать слезы, обгоняя друг друга. От увиденного ей захотелось вырвать, уж настолько это было мерзко, противно. Она ощущала какую-то странную боль, словно холодным мечом пронзили ей в грудь. И этот холод отдавался по всему телу.       Девушка убежала в свою комнату, увалившись на кровать, тихо начала плакать. Либе окончательно убедилась в том, что матушке плевать на них, плевать на мертвого отца. Несмотря на то, что она обладает даром влюблять людей в себя и в других, рыжеволосая не использует его на ней. Нет смысла, ведь любовь будет фальшивой. Объятия, подарки, времяпровождение — все это будет иллюзией, ведь в душе нет для неё места в сердце матушки.       Внезапно, она ощутила как ее кто-то крепко обнял. Подняв голову, девушка увидела Реми. Парень отпустил ее и присел рядом на кровать: — Почему ты плачешь?       Либе поднялась с кровати, шмыгнув носом, стала вытирать слезы и натягивать улыбку. Ей никак не хотелось расстраивать младшего, ведь ему достаточно страданий в виде цирроза печени. — Не беспокойся об этом, я в порядке. — Но…— Реми замолк, так как палец сестры оказался у его губ. — Чшш. Говорю же, я в норме.       Парень пожал плечами и ушел на свою кровать.       Через несколько часов матушка позвала детей завтракать. На удивление, еда была нормальной. Либе и Реми сели за стол. На кухню зашёл мужчина, которого рыжая видела с матерью. Мать улыбнулась и начала строить глазки. Теперь девушке было понятно о причине такого грандиозного завтрака. Мать бы не стала так стараться для них, они бы с братом опять ели подгорелую яичницу. Реми удивлённо застыл и никак не мог понять, что тут происходит. Либе отодвинула от себя тарелку с оливье и побрела в свою комнату. Мужчина грозно посмотрел ей в след.       Рыженькая села за стол и достав чистый листок бумаги, начала рисовать. Послышался скрип двери. Она обернулась и увидела матушкиного ухажёра. Он до боли сжал её плечо. — Послушай меня внимательно, жиробасина, ты вроде взрослая девушка, а ведёшь себя, как маленькая сопля. Если тебе дают какую-то крошку, ты должна её жрать, а не выёбываться, ты меня поняла? — угрожающе произнес он, а затем с ухмылкой посмотрел на её рисунок. — Лучше бы серьёзным делом начала заниматься, а не каракули рисовала. Все художники гниют в канаве.       Мужчина ушел, хлопнув дверью. С глаз Либе потекли слезы. Обида перерасла в гнев. В комнате начали летать предметы. Реми прибежал в комнату и обеспокоенно взглянул на сестру, затем схватил её за плечи. — Что, чёрт побери, с тобой?! — чуть ли не с криком спросил он. — Мне… — Либе посмотрела на него заплаканными глазами и крепко обняла. — Обними меня, пожалуйста. Мне нужны объятия, очень нужны.       Реми ответил на объятия сестры. Она медленно начала успокаиваться и вскоре отстранилась. — Я плохо переношу такие перемены, — пробубнила девушка. — Слушай… — брат задумался ненадолго. — А почему бы тебе не сходить прогуляться? — Да, ты прав. Так и поступлю, — улыбнулась она сквозь слёзы.       Либе накинула на свой испачканный красками комбинезон джинсовку и направилась к выходу. В двери она заметила торчащие фиолетовое письмо. Адресовано оно было ей с братом от… Парня, которого она любит?! Девушка с удивлением начала быстро разворачивать конверт, а сердце от волнения биться быстрее. В письме говорилось, что он приглашает её с братом на день рождение его сестры, которое будет сегодня. Либе улыбнулась и побежала к Реми. — Собирайся! — крикнула она. — Что? — не понял он. — Не важно, собирайся!

***

      Переодевшись в свой любимый розовый свитер, от которого до сих пор исходил запах парфюма и белые джинсы. Подойдя к зеркалу, Виола привела свои короткие розовые волосы и, взяв в руки раскрытый конверт, что лежал на тумбочке, ещё раз посмотрела на адрес, а затем вышла из дома и отправилась в путь.       Девушка шла по улочкам, летая в мыслях. Её руки заметно тряслись. Ещё бы, ведь она шла домой к той, что однажды отвернулась от неё, а теперь вот так вот просто зовёт её к себе. В разбитом сердце загорелся маленький огонек надежды на то, что она больше не будет одна, что всё будет хорошо. Виола верила, ведь чутье и интуиция развиты у нее хорошо. «А что, если она это подстроила, чтобы поиграть с твоими чувствами? Что, если это письмо — жестокая шутка?» — пронёсся голос в ее голове. Виола задумалась. Она бы могла использовать гипноз, чтобы узнать в каких целях та её пригласила, но не станет этого делать. Так или иначе, Виола заслуживает быть мишенью для издевательств. Она привыкла к холодному взгляду, который когда-то казался ей теплым.       Виола дошла до большого роскошного особняка. Девушка глубоко вздохнула и тихонько постучалась. Дверь медленно открывалась. Перед ней стояла совершенно незнакомая высокая девушка. Она посмотрела на розоволосую холодно, что ей стало не по себе. — Чего? — произнесла незнакомка. — Извините, я думала, тут живёт моя подруга, но видимо, меня разыграли… — виновато пробубнила Виола и уже хотела уйти, пока девушка не остановила ее, схватив за руку. — Ой, извини, не узнала тебя. Проходи.       Девушка зашла внутрь. Высокая проводила ее в небольшую прихожую и протянула новые белые тапочки. — И давно она так… — Виола замолчала, подбирая слова, — роскошно живёт? — Кто она? — вопросительно посмотрела на неё девушка, а затем опомнившись, немного нервно произнесла. — Совсем недавно. И да, ты уже переобулась, можешь идти в гостиную, она… Скоро придет, — на этих словах незнакомка ушла.       Виола медленно побрела в гостиную. На светлых стенах висело множество картин. Рядом с ними находился каменный камин, в котором горел небольшой огонь. Напротив камина стоял столик с печатной машинкой, а рядом — большой тёмный диван и два кресла, на которых сидели худенький парень и полненькая рыжеволосая девушка. Её карие глаза были немного опухшими, словно она несколько недель плакала. Её джинсовый комбинезон был испачкан красками, предположительно, она художница. Парень был одет в тусклую старую белую рубашку и джинсы. Его черная макушка была лохматой.       Нет, это определено не дом её бывшей подруги. Тогда зачем её пригласили? Что здесь происходит?       Внезапно, кареглазая встала и подошла вплотную к девушке, пока парень просто наблюдал за её действиями. — Ты кто такая, и что ты делаешь в его доме? — произнесла холодно пухлая. — Что? — Он не стал больше никого приглашать. Ты либо его девушка, либо метишь на место его девушки. Я права? — Послушай, я понятия не имею где я, но знаю точно, что не там, куда меня звали, — попыталась объяснить Виола.       Внезапно, незнакомка схватила её розовые волосы и начала тянуть, от чего Виола сморщилась от боли. Парень же сидел и болтал по-детски ножками, не замечая происходящего. Наверное, таков был розыгрыш её бывшей подруги, такая издёвка над её наивностью. — Лжешь! — выдала она, и толкнула Виолу, отчего та шлёпнулась на пол.       Девушка нагнулась к ней и с ухмылкой посмотрела на лежащию Виолу, но неожиданно для пухлой, она влепила ей пощёчину, отчего нападавшая отскочила и схватилась за красноватую щеку. — Ах вот ты как! — прорычала пухлая.       Неадекватная незнакомка накинулась на девушку, но та успела отбежать. Схватив рядом стоящий кекс, Виола кинула его в лицо, полное веснушек, но попала прямо в кресло, оставив шоколадный след. Кареглазая догнала её и повалила на диван, начиная душить.       Встретившая Виолу девушка вернулась в гостиную. Её челюсть чуть не отвисла от происходящего в комнате. — Немедленно прекратите! — крикнула она. Но те её не слушали, они была увлечены дракой, из-за чего незнакомка побежала за помощью. Виола ударила её в живот и освободилась. — Братец, если ты меня действительно любишь, то помоги мне, — произнесла рыжая, поймав его взгляд.       Парень кивнул, встал и успел преградить путь незнакомке. Они долго дрались, пока Виола от усталости не увалилась на пол. Нападавшая стала подходить к ней всё ближе, нервно улыбнувшись. — Я привыкла к тому, что я никому не нужна. Но его забрать не позволю, овца!       Пухлая собиралась двинуть ей с ноги в живот. Виола зажмурилась. У нее не было сил воспользоваться гипнозом, поэтому она проклинала себя за то, что не воспользовалась им раньше. Но, неожиданно, пухлую кто-то остановил. Розоволосая открыла глаза и заметила светловолосого худощавого парня, крепко державшего пухлые руки девушки, и рядом стоящих мужчину вместе со знакомой ей высокой и очень сердитой девушкой. Безумный гневный взгляд кареглазой художницы быстро сменился на испуганный, осознавший, что она натворила. — Ну и что вы натворили? — прозвучал с ноткой строгости мужской голос. — Извините, я думала… — виновато пробубнила она. — Последнее слово было явно лишним, — сказала высокая светловолосая девушка. — Миракле, спокойно. Отчасти это моя вина, ведь если б они знали что на самом деле делают здесь, этого бы не случилось, — произнес мужчина. — Тогда скажите, что здесь происходит, — раздражённо произнесла Виола. — Как только соберётся вся команда. А пока идёмте на кухню. Ноа, отпусти Либе, а ты, Виола, поднимайся с пола, — произнес мужчина и жестом показал на кухню.       Ноа отпустил Либе, та неловко посмотрела на свою жертву и последовала с братом и остальными. Розовую удивило то, что этот странный хозяин особняка знает их имена. Неожиданно, Ноа протянул руку Виоле и помог встать. Розоволосая поднялась. — Спасибо, — произнесла девушка. Ответа не последовало. Она лишь ощутила холодный взгляд его зелёных глаз, которые смотрели на нее, словно изучали ее. Хмыкнув, он отправился к остальным. Виола последовала туда же.       Себастьян приготовил каждому чай с шоколадными конфетами, пока Миракле встречала остальных. Либе сидела с кислым лицом, обводя пальцем кружку и краем глаза просматривала на Виолу. Хозяин особняка заметил плохое настроение девушки и решил попробовать исправить положение. — Либе, ты так смотришь на Виолу. Ты хочешь ей что-то сказать? — Да, Вы правы… — дрожащим голосом ответила она. — Виола, извини меня, пожалуйста. Мне так неловко за это, правда. Я сегодня была не в хорошем настроении…       Девушку немного возмутило её «нехорошее настроение», но она решила закрыть на это глаза. Она сделала глоток чая, посмотрела на Либе и слабо улыбнулась: — Я не в обиде.       Неожиданно для всех, на кухню вошла Миракле с тремя девушками. Две из них были высокими и одна низкая. Либе и Реми уставились на одну из них. Она поправила свои темные волосы, а затем скрестила руки. Одета была девушка была в мешковатую одежду. Её серые глаза выражали безразличие, в отличие от девушки чуть повыше. Та покручивала свои фиолетовые локоны, тревожно осматривая комнату. Третья, что рыжая, пробегалась взглядом по комнате. — Все на месте, — доложила Ракле. — Отлично, присаживайтесь, девочки. А ты, Ракле, налей им чай, — обратился мужчина. Миракле фыркнула и принялась заваривать чай.       Трое девушек осторожно сели за стол и переглянулись друг на друга. Мужчина ухмыльнулся: — Что ж, пришла пора рассказать вам кто вы, и зачем тут собрались.       Миракле протянула девушкам кружки с горячим чаем. Одна из них сделала осторожный глоток, дабы не обжечься. — У каждого из вас есть сверхспособности. Вы не первые, кто имеет их, но, возможно, станете последними, если не сумеете объединиться и одолеть сильного врага и нашего бывшую коллегу. — Коллегу? — послышался голос Реми. — Да, коллегу, — произнес мужчина каким-то разочарованным голосом. — Её зовут... Мы называем её Хаз. Когда-то она была напарницей Ракле, но на самом деле пользовалась нами, чтоб развить свои силы и захватить человечество. Способности настолько хорошо развиты, что Миракле в одиночку не смогла справиться. Надежда только на вас. Если мы объединимся, то сможем её остановить. Весь мир в ваших руках. — А если мы не хотим вам помогать? — спросила слегка раздражённо Либе. — У вас нет выбора, иначе я сотру вашу память, да и я знаю абсолютно все данные о вас. Будет большим риском мне отказать, — ответил Себастья. — Я не хочу этого делать, но буду вынужден, если не согласитесь. — Я как-то не верю. Вы не можете знать все о нас, — донёсся голос одной темноволосой девушки. — Кира, ты, кстати, единственная, кто свою силу получил случайно. Мутация из-за одного неизвестного вещества, я прав? — спросил он, глядя ей прямо в глаза. — К-как?! Никто, кроме моей родни об этом не знает, — удивилась она. — Говорю же, я знаю всё о каждом из вас. Кто-то хочет ещё поспорить? — строгим, непривычным для него, тоном обратился Себастьян ко всем. В ответ лишь молчание. Мужчина улыбнулся, словно ничего не было. — Отлично. Тогда перейдем к знакомству, начнем с Ракле. — произнес он уже дружелюбно. —Я Миракле, как вы уже поняли. Моя сила связана с огнём. Я могу его подчинять, вызывать, контролировать. А также обладаю слабой левитацией, но над ней мне ещё работать и работать, — произнесла девушка, взглянув на художницу и её брата, показывая тем самым, что их очередь представляться. — Я Либе. Я что-то вроде купидона: могу влюблять в себя и в других, — нервно улыбнулась она, заплетая рефлекторно косу на рыжих кончике своей косы. — Реми - младший брат Либе. Ну, как младший, у нас разница всего лишь на два года. Моя сила… — парень запнулся и поступил взгляд в пол. — Я, в общем-то, умею исцеляться, ну это… — пытался он подобрать слова, — Ре… Ре-ге-не-ри-ру-юсь — еле выговорил слово Реми. — И ещё обладаю эхолокацией. — Реми, тебе точно четырнадцать лет? — спросил мужчина удивлённо. — Э-э-э… Да, — покраснел Ратте слегка. — Извиняюсь, я бы дал тебе лет десять, не больше, — виновато произнес Себастьян, а затем взглянул на Виолу. — Меня зовут Виола. Я обладаю гипнозом, которым владею легко. Помимо гипноза — пророческие сны, однако, этот навык развит у меня слабо, я часто забываю то, что мне снилось, — пробубнила голубоглазая, смотря в чашку. — Хелен. Могу воскрешать мертвых для собственной армии, а так же обладаю зоокинезом. Воскрешение даётся мне трудно и иногда может оканчиваться неприятными ситуациями, а вот с зоокинезом вполне неплохо справлюсь, несчитая того, что трудно понимать рептилий и рыб. — хрипло произнесла она. — Неведа. Моя способность — порталы. Я справлюсь с этой способностью неплохо. Помимо этого ещё управляю льдом, но в боевых целях использовала лишь два или три раза. — Я Кира. Телекинез — хмыкнула темная. — Н-н-ноа. Моя сп… — голос парня дрожал от волнения. — Я что-то наподобие энергетического вампира… И способности контролировать не могу… Да и пользуюсь ей редко… — Нестрашно. Я, как ваш куратор, помогу вам развить свои способности. В моем особняке на заднем дворе выделено место для тренировок, — сказал Себастьян. — Себастьян, когда мы начнем наши тренировки? — поинтересовалась Ракле. — Прямо сейчас.